Генри взял в ладони заплаканное лицо Валерии, поцеловал и, глядя ей в глаза, строго сказал:

— Немедленно прекрати меня оскорблять!

— Да, ты думаешь я не знаю, что ты хотел со мною познакомиться только ради получения титула? Мне Ирэна все рассказала. А теперь, ты его не получишь. Наша семья, выходит, тебя обманула! Ты оказал нам такую услугу — спас нас всех от разорения, а мы не выполнили свои обещания! Это такой позор на всю Империю! И теперь, я тебе не нужна, и ты меня бросишь! — Валерия разревелась еще сильнее.

Генри обнял ее.

— Да, сначала я хотел познакомиться с тобой, чтобы иметь возможность оказать услугу твоей семье, в обмен на титул. И вообще, не планировал никаких отношений с тобой.

— Вот видишь, сам говоришь об этом! — слезы полились бурным потоком.

— Но потом, я познакомился с тобой и полюбил. Сейчас, плевать мне на этот титул, главное для меня — это ты.

— Правда? — рыдания стихли, — ты меня не обманываешь, чтобы просто успокоить?

— А вообще, Валерия, жена моя, — уже рассердился Генри, — так думать обо мне, это не хорошо. Разве я тебя могу бросить из-за какого-то титула? За кого ты меня принимаешь? После всего того, что было между нами и чего еще не было?

— А чего у нас еще не было? — почти успокоилась Валерия.

— У нас не было твоей дефлорации, и не потому, что мне этого не хочется. А потому, что я планирую прожить с тобою всю жизнь, и ради твоей репутации терплю, до того, как ты пройдешь Комиссию Добродетели. Разве это не доказательство, что я берегу тебя? И никто ничего не узнает! По крайней мере, от меня. И я очень доволен, что оказал вашему семейству эту услугу, а взамен, получил тебя! Если бы мне сейчас предложили выбирать между титулом и тобой, как по-твоему, что бы я выбрал?

— Прости меня, я так испугалась, — успокоилась Валерия окончательно. — Ничего, мы сможем быть вместе и без этого титула, правда?

Завибрировал ее телефон и Валерия взглянула на экран:

— Мама, — сказала она, поднеся телефон к уху.

— Здравствуй, мам. Все хорошо. Дать тебе Генри? Я поняла, — и она протянула трубку своему юному мужу. Тот взял телефон, включая громкую связь.

— Доброе утро, мама.

— Не такое оно уже и доброе, мой мальчик. Ты уже знаешь, что нам отказал Имперский совет?

— Ничего страшного, это для меня не главное. Теперь, для меня главное — это Валерия.

— Я даже в этом не сомневалась. Валерия сильно расстроилась? Не кричала, что ты ее теперь бросишь?

— Нет, она переживала, что ее отец не смог выполнить свое обещание. Но я убежден, что он сделал все, что мог.

— Уверена, что ты лукавишь. Я достаточно хорошо знаю свою дочку, наверняка, закатила истерику. Но я рада, что не ошиблась в тебе. Теперь оба слушайте внимательно. Валерия, ты там?

— Я тут мама и ничего я не устраивала истерику, так, поплакала немного, и все. Что-то случилось?

— Случилось. Это не был отказ в титуле для Генри.

— А что тогда? — Валерия вскинула брови в недоумении.

— Это был отказ нам, фамилии Конти, в титуле для Генри. Императорская семья хочет сама присвоить титул Генри. И не барона, а графа! Они выразили нам благодарность за то, что мы обратили их внимание на Генри, а теперь они займутся им сами.

— Так это же хорошо, граф ведь лучше, чем барон, — обрадовалась Валерия.

— Доченька, какая ты наивная, — мама Валерии вздохнула, — чему ты радуешься? Это значит, что на нашего Генри хочет наложить руку кто-то из Императорской семьи. И это очень влиятельный человек. Потому что отказать нашему семейству, поставив под угрозу лояльность Северной провинции и расположение Горной Гильдии, для этого нужно иметь очень существенное влияние на Императора.

— И кто это может быть? — встревожилась Валерия.

— Не знаю, но боюсь, чтобы это не была сама Императрица Ксения или.. принцесса Анна.

— Императрица? Принцесса? Но, что им надо от моего Генри? — возмутилась Валерия. — Им мало принцев?

— Не знаю, дочка, не знаю. В одном уверена, ничего еще не закончилось. Может быть, это следствие интриг Магистра и Принца Мартина. Не исключаю того, что они планировали отказ Генри от тебя, ввиду не выполненных обязательств. Хорошо, что они просчитались. Когда у тебя Комиссия Добродетели?

— Через месяц, мама, я уже и сама измучилась и Генри тоже. Мучаешься? — спросила она мужа строгим тоном.

— Мучаюсь, — признался Генри.

— Потерпи, милый, — обняла его Валерия. — Как только получу этот дурацкий сертификат, сразу и начнем делать малыша!

— Или малышку, — улыбнулся Генри.

— Или обоих сразу, это было бы здорово, двойняшек сразу родить! — мечтательно сказала Валерия. — Генри, а тебя тот мастер, случайно, не научил, как двойняшек сразу зачать?

— Нет, такому меня не обучали, — с сожалением ответил ей парень.

— Ну, не расстраивайся. Если что, мы их и по одному наделаем, — засмеялась Виктория. — Хотя, тебе-то, что расстраиваться! Вы, — мужики, только удовольствие от этого получаете! Это мы, — женщины, несколько часов удовольствия и то, не у всех, а потом девять месяцев переживаний.

И все трое, — мама, Валерия и Генри дружно рассмеялись.

В шесть часов вечера зазвенел звонок внутренней двери. Удивленный Генри пошел открывать. На пороге стояла рыдающая Ирэна, которую втолкнула в проем Валерия.

— Что случилось? — спросил ошарашенный Генри.

— То и случилось, — ответила недовольная Валерия. — Я ей говорила, — не допускай его к своей девственности до свадьбы, бери пример с меня, но она же у нас самая умная.

— Он, он.. отказывается на мне жениться, — еще громче зарыдала Ирэна.

Генри перевёл взгляд на Валерию.

— Да, он отказался. Сказал, что еще не готов. Трахнуть ее был готов, а жениться нет. Вот я всегда говорила, что все мужики, — козлы. Кроме редких исключений, таких как ты, — уточнила Валерия.

— Я все понял. Валерия, веди Ирэну на кухню, сделайте себе чай или кофе, в холодильнике пирожные. Кофе в шкафу.

— Знаю я, где у нас, что лежит, — надула губки Валерия.

— А откуда ты это знаешь? — перестала рыдать Ирэна.

— Оттуда. Не о том ты подруга сейчас думаешь, Генри уже не твой. Хотя, твоим он, собственно, никогда и не был. Ты его добровольно променяла на своего драгоценного Флорина, а я не растерялась.

— Ты спишь с Генри? — слезы у Ирэны моментально высохли. — А нам сказали, что ты только комнату арендуешь на втором этаже, по состоянию здоровья.

— Да, по состоянию здоровья. Я не просто сплю с Генри. Он будет моим первым мужчиной. И детей я рожать буду только от него, даже если выйду замуж за другого! — Валерия в упор смотрела на Генри. — Ты же мне не откажешь в этой малости, дорогой?

Ирэна потеряла дар речи, но Генри было не до того. В его голове уже зрел план по спасению чести и достоинства его, — некогда близкой, подружки.

— Конечно, родная, но давай обсудим это позже. Проследи, чтобы Ирэна с собой ничего не сделала, а я скоро вернусь.. с Флорином. Думаю, он просто растерялся.

— Ты так считаешь? — с надеждой встрепенулась Ирэна.

— Я просто в этом уверен!

— А зачем тогда ты берешь с собой свои ужасные ножи? — с подозрением спросила Ирэна.

— Так я без них вообще не выхожу на улицу. Все, я побежал, скоро будем.

И Генри вышел. Он быстро направился к корпусу общежития, где жил Флорин и поднялся на крышу по пожарной лестнице.

В комнате Флорина сидел он и его два приятеля. Один из них выговаривал Принцу:

— Ты зря это сделал, Ирэна подруга Валента, а он не любит, когда обижают его друзей, тем более девушек. А ты обесчестил Ирэну и бросил ее. Это недостойное аристократа поведение. Смотри, не пожалей об этом.

— Он не пожалеет об этом, — обозначил свое появление Генри, мягко спрыгнув на подоконник открытого окна. — Потому что женится на ней.

Флорин открыл рот и попытался было что-то возразить, но Генри его опередил.

— Принц, у Вас всего два варианта и решать нужно прямо сейчас. Первый, — мы прямо сейчас идем ко мне в коттедж. Там нас ждет Ирэна, которую Вы очень обидели, а с ней Принцесса Валерия Конти, — ее подруга, она тоже очень огорчена. И если обиду Ирэны, я бы еще как-то вытерпел, то огорчение Валерии, я вынести не могу. Поэтому им Вы скажете, что просто растерялись и на самом деле очень любите Ирэну. Затем, сделайте ей официальное предложение руки и сердца, с принесением официальной клятвы.

— А у меня кольца нет. Как я без него предложение сделаю? — попытался уйти от ответственности Флорин.

— Как нет? Не правда! Есть. Вот оно, — Генри передал Флорину синюю бархатную коробочку.

— А если оно не подойдет ей по размеру? — не унимался Принц.

— Подойдет, я его для нее и покупал. Я на глаз, диаметр сверла определяю, как микрометром, а не то, что палец.

— А если я откажусь? Если я не захочу?

— А если откажетесь, последует вариант два. Сначала, я укорочу Вам Ваш блудливый член, без наркоза, а потом, отрежу Вашу тупую голову. Поставлю ее на эту тумбочку, а в ее рот вставлю Ваш член. Так у нас на Тартаре поступают с теми, кто совращает девственниц, а потом отказывается жениться. Очень старый красивый обычай. Нарушать его не будем!

— Ты не решишься сделать это, тебя отправят на каторгу, как преступника! — испуганно заверещал Флорин.

— В этом мире есть очень мало вещей, которые я не могу решиться сделать. И поверьте мне, отрезание Вам всего вышеперечисленного, к ним не относится, от слова совсем. Отправят, если докажут, что это был я, но ведь никто не видел, как я оказался в комнате. И никто никому не расскажет. Отправят, если поймают, но я всегда могу уйти за границу. Главное мое богатство — это голова, а она всегда со мной. Это у вас — земли, замки, слуги и прочее. Да, Ваших друзей мне тоже придется убить, лишние свидетели мне не нужны. Ничего личного, господа.

— Соглашайся, идиот, он всех нас здесь порешит. Ему это раз плюнуть. Он даже к психологу после этого не пойдет, — зашептали ему испуганные друзья.

— Я могу подумать?

— Ну а как же! Конечно, у Вас ровно тридцать секунд, время пошло.

Секунды пробежали, как одна.

— Время вышло, что Вы Принц решили? — Генри вытащил и осмотрел лезвие своих ножей. — Они давненько не пили человеческой крови, — доверительным тоном сообщил он присутствующим, — жалуются мне, а мне нечем их напоить. Или, возможно, уже есть? — с иронией в голосе, он обратился к Флорину.

— Я с-с-согласен.

— На что Вы согласны?

— Ж-ж-жениться на Ирэн.

— Хорошо, но вот еще, что я скажу, если она будет несчастна с Вами в браке, то я непременно вернусь и убью Вас, — спокойно, но в то же время устрашающе, прошипел Генри. — Вы меня поняли?

— Д-д-да.

— Отлично, господа идемте, нас уже заждались. Да, если кто-то вдруг решит сделать глупость и убежать или поднять шум ненужный, то я проткну ему ножом поджелудочную железу. Это будет ужасно мучительная и болезненная смерть. Ферменты этой железы, изливаясь в брюшную полость, начинают, как кислота, растворять кишки. Гарантирую непередаваемые ощущения. И спасти вас будет совершенно невозможно. Все всё поняли? Вижу, что поняли. Отлично, идем.

По дороге, Генри поучал Флорина:

— Как зайдете, сразу падайте на колени перед Ирэной, просите прощения, да так, чтобы она поверила, а иначе я Вас убью. Потом, вытащите кольцо и просите ее руки, и чтобы убедительно было. И не сомневайтесь, Ирэна будет Вам отличной женой, потом еще спасибо мне скажете. Она из Вас человека сделает. Кроме того, Вы ее первый мужчина!

— Чего же ты сам на ней не женился, если она так хороша? — проворчал Флорин.

— Я плебей, и кроме того, Вы уже сделали ее женщиной, а я женюсь только на девственницах. Не отвлекайтесь, продумывайте свой разговор.

Подойдя к двери коттеджа, Генри позвонил. Дверь распахнулась и Валерия, пропустив гостей внутрь, повела всех на кухню. Там сидела зареванная Ирэна. Генри незаметно пнул ступней ногу Флорина и тот упал перед девушкой на колени.

— Любимая Ирэна, прости меня, пожалуйста, я просто растерялся, — красноречие Флорина, подогреваемое воспоминаниями о страшных голодных ножах Генри, было неподражаемо. — Я прошу твоей руки и сердца. Выходи за меня замуж. Он вынул коробочку с кольцом и протянул растерявшейся девушке.

— Где-то, я уже видела это кольцо, — с усмешкой, сказала Валерия.

— Конечно видела, в лучшем ювелирном магазине города, — показав ей кулак, подтвердил ее слова Генри.

— Да, и стоило оно пятьдесят тысяч империалов, — продолжила Валерия, вспомнив ценник на коробочке, которую видела в шкафу у Генри в спальне.

— Правда? Такое дорогое? Спасибо любимый, ты такой щедрый. Я согласна выйти за тебя замуж, — расцвела Ирэна.

— Господа и дамы, — провозгласила Валерия, — в присутствии Принцессы Имперской крови первого класса и двух имперских аристократов, Принц Флорин сделал официальное предложение княжне Ирэне, и она его приняла. О чем мы и свидетельствуем.

— О чем мы ми свидетельствуем! — хором сказали друзья Флорина.

— Ну что же, совет да любовь! — растроганно воскликнул Генри, смахнув рукой несуществующую слезинку. — Это так трогательно и романтично, поздравляю вас!

— А теперь, видимо, обрученным пора, им есть о чем поговорить и что обсудить, — довольная устранением соперницы Валерия встала со стула.

— Да, мы пойдем, спасибо всем за то, что помогли соединить наши сердца, — Ирэна обняла Валерию и благодарно взглянула на Генри.

— Когда люди так искренне любят друг друга, это совсем не сложно, — скромно ответил Генри и они с Валерией направились к выходу, чтобы проводить гостей.

ИМПЕРАТОРСКИЙ ДВОРЕЦ. ЗАСЕДАНИЕ ТАЙНОГО ИМЕРСКОГО СОВЕТА.

Тишина, вызванная заявлением Анны, затянулась. Наконец, пришедший в себя Генерал Мартин, обратился к Анастасии:

— Капитан Морозова, каким образом, Вы добыли совершенно секретную информацию об операции да еще и рассказали об этом принцессе Анне.

— Ничего я не добывала, вы же с Магистром храните все на флешке, которую он уносит с собой! А мы с Анной провели собственное расследование.

— Значит Вы шпионили за нами? Покиньте, пожалуйста, кабинет!

— Оставайся, Настюша, — прервала его Императрица, — это я пригласила Вашу любовницу на совещание. Да, — любовницу, именно в таком статусе, Вы ее держите уже пять лет!

— Извини, Мартин, я не успела тебе рассказать, — виновато потупив взор, оправдывалась Анастасия.

— На службе, я не Мартин, а Господин Генерал, — отчитал ее брат Императора, — и Настя мне не любовница, а жена.

— Простите, Ваше императорское высочество, — еще более виновато сказала Анастасия.

— Слушайте Вы, солдафон, еще раз позволите себе такой тон в отношении моей крестницы, — негромко, но очень твердо сказала Императрица, — и Вы, будете искать себе новую жену. Тем более, что Вы, до сих пор так и не сделали ей предложение. Вы дискредитируете мою воспитанницу в глазах всего Главного Управления Имперской Безопасности!

— Ничего страшного, я потерплю, — выступила в защиту любимого Анастасия.

— Ты-то можешь и потерпишь, а я нет. — Императрица в упор посмотрела на Генерала. — Если в течение месяца, Анастасия не покажет мне свое обручальное кольцо, полученное от Вас, на своем пальце, то я сделаю то, о чем Вас уже предупредила.

— Не надо ничего делать, меня все устраивает, — заволновалась Анастасия.

— Я дала твоей покойной матери, — моей лучшей подруге, слово на ее смертном одре, что позабочусь о тебе, Настя, и сдержу это слово, а если кто-то не понял, какое сокровище ему досталось, только не понятно за что, может он поймет это, когда его потеряет, — не уступала Императрица.

— Пожалуйста, крестная, не разлучайте меня с Мартином, — чуть не плача, взмолилась Анастасия.

— Извини, дорогая, я был груб и не тактичен с тобой сегодня. А кольцо я давно купил, вот оно, — Генерал вынул из кармана брюк коробочку, опустился на колено перед Анастасией и спросил:

— Любимая, ты выйдешь за меня замуж?

Девушка взвизгнула и бросилась ему на шею.

— Конечно, милый, да.

— Вот, пока не дашь пинка этим мужикам, сами ничего не сделают, — довольно промолвила Императрица. — Поздравляем вас обоих.

— Ну, брат, молодец! Поздравляю, — император обнял Генерала и Анастасию, — давно пора. И с детьми не тяните.

— Поздравляю, дядя Мартин и Настя, — с влажными глазами, вздохнув о своем, сказала Анна.

— Вечером приглашаю вас ко мне, отметим это, по семейному. Свадьбу сыграем после завершения операции. Родная, ты не против?

— Я готова ждать столько, сколько нужно, — Анастасия разглядывала кольцо на пальце. — Оно, наверное, такое дорогое?

— Позволь взглянуть, — сказала Императрица. — Молодец Мартин, не поскупился. А теперь, давайте, Генерал, вернемся к Вашей операции. Надеюсь, Вы уже не возражаете против присутствия здесь Вашей невесты? Тем более, что я уверена, Вы все равно все ей рассказываете в постели, как это делает мой муж.

— Крестная, — покраснела Анастасия, — тут же Анна.

— Да, дорогая, — закашлялся Император, — может Анне еще рано знать такие подробности?

— Ничего страшного. От кого же мне эти подробности узнавать, как не от самых близких мне людей, — успокоила всех Принцесса.

— Анна, ты расскажешь нам, что вы с Настей расследовали и как именно пришли к этим результатам? — обратился к принцессе Генерал.