Три года спустяАйви сидела на траве, поджав под себя ноги, и наблюдала за светловолосым трёхлетним Никсоном. Сын унаследовал волосы отца, глаза матери и рубиновую драконью ипостась от обоих родителей. Правда, превращаться в дракона пока не умел. Лишь иногда на его коже проступали алые чешуйки. На руках Айви мирно спала трёхмесячная Элиза. Тёмноволосая, с упрямо нахмуренными бровками, она была похожа на мать как две капли воды. — Бедный Ченнинг, — сказала Юнис, впервые увидев девочку. — Теперь в семье две Колючки. Сам Ченнинг считал, что ему невероятно повезло. Заметив отца, Никсон бросил деревянный меч и помчался к нему со всех ног — Папа! Ченнинг подхватил сына на руки и звонко поцеловал в щёку. — Как поживает мой грозный дракон? — Я пока не дгакон, — вздохнул Никсон. — Дракон. Просто ещё маленький. — А когда я пгевгащусь? — Скоро. — Ченнинг, не давай ребёнку пустых обещаний, — предупредила Айви. — Никаких пустых обещаний. Посмотри на него — прирождённый рубиновый дракон. Никсон радостно зарычал. Рядом с Ченнингом шли Марк и Юнис. За три года Марк ничуть не изменился: всё так же шутил, смеялся и с завидным упорством добивался женщины, которая долго не желала подпускать его к себе. Он приглашал её на прогулки — Юнис отказывала. Присылал цветы — она возвращала. Приносил сладости — она обещала выбросить их, после чего они вместе съедали всё до последней конфеты. В конце концов Юнис опустила свои щиты. Теперь рука Марка лежала у неё на талии, и она даже не пыталась делать вид, что это её раздражает. Следом шли Леон и Алисандра — та самая пианистка из таверны. Леон сдержал обещание: вернувшись в Драковию, сразу сделал ей предложение. Алисандра согласилась, не дослушав его заранее приготовленную речь. За руку она держала трёхлетнюю Катрин. Девочка была копией отца: чёрные волосы, оливковые глаза и такой серьёзный взгляд, словно она уже готовилась занять место в совете. Никсон обнял Ченнинга за шею. — Папа, папа! — Что, сынок? — Пгавда, что ваши дгузья у нас надолго? — Правда, — ответил Ченнинг и покосился на Юнис. — Не переживай, — сказала она. — теперь я точно знаю, как это исправить. И с улыбкой на лице подмигнула Ченнингу. Айви после рождения Никсона она ушла со службы, выбрав семью. Решение было непростым, но она ни разу о нём не пожалела. Ченнингу предложили место в совете. Обсудив всё, они решили, что это идеальный вариант. Он продолжал служить Драковии, но его больше не отправляли на опасные задания. Правда, сам Ченнинг утверждал, что трёхчасовое заседание совета опаснее любого чудовища. Добравшись до Айви, он осторожно сел рядом и обнял её. Никсон тут же устроился у него на коленях, а Катрин принялась внимательно рассматривать спящую Элизу. Ченнинг посмотрел на жену и тихо произнёс — Не устану благодарить Дракодеву за то, что ты однажды появилась в моём кабинете, Колючка. Сказав это, Ченнинг нежно поцеловал её. — Фу! — возмутился Никсон. — Папа опять целует маму! — Привыкай, сынок, — ответил Ченнинг, не сводя глаз с Айви. — Я собираюсь заниматься этим всю жизнь. Вокруг раздался смех. Марк немедленно последовал его примеру и попытался поцеловать Юнис, но получил локтем в бок. Леон прижал к себе Алисандру, а Катрин заявила, что поцелуи — это глупости. Айви положила голову Ченнингу на плечо. Друзья были рядом. Дети смеялись. Впереди их ждала долгая жизнь, наполненная любовью. И впервые Айви не желала ничего менять.

Визуал

Конец.

Спасибо что были со мной!