— Твоя прописка в моем доме еще не дает права устанавливать свои правила, — цедит Полевой. По идеально выверенному, умеренной громкости голосу слышно, как сильно Макс его контролирует. Как будто понимает, что срыв слишком близко — одно неверное движение, и полыхнет — и не желает допускать этого.

С одной стороны я благодарна ему за защиту, но с другой — мне бы совсем не хотелось становиться камнем преткновения между этими двумя. Полевым и без моего внешнего вида есть, что делить.

— Это не мои правила, это правила хорошего тона. И каждый умный, образованный человек их понимает и соблюдает, — парирует Жанна. — Ты же не собираешься допускать до наших девочек непонятно кого.

— Уже допустил, позволив ей остаться жить у себя, — язвит Максим. — И да, Жанна. Никаких съемок в моем доме. Раз ты вернулась не ради блога, а ради дочек, тебе будет несложно выполнить требование.

— Ты невыносим, Макс, — закатывает глаза его бывшая. — За это время только еще душнее стал. И как только тебя люди выносят?

— Ты всегда знаешь, где дверь…

— Мамотька, ты зе не уйдешь? — подпрыгивает Машуня и бежит к Жанне. Обнимает ту за ноги.

Полевой прожигает бывшую жену предупредительным взглядом. И тут я готова к нему присоединиться. Ох, и не вызывает доверия эта блудная женщина!

— Ну что ты, — к моему облегчению, она легким плавным движением опускается на корточки и заверяет малышку: — Ну что ты, нет, конечно! Ты с Кристиной — самое дорогое, что есть у меня в жизни. И я горько жалею о том, что уехала. О каждом дне, который провела без вас. Но теперь мы снова вместе и будем наверстывать упущенное время. Хорошо?

— Холосо, — кивает доверчиво Маруська и как маленький котенок тычется носиком в маму, выпрашивая ласку. — А ты тотьно не убежишь в малафон? Даже если тебя класивые дяди позовут?

Жанна награждает задумчивым взглядом Макса, потом и меня до кучи. Считает, что это кто-то из нас детей науськал? Это она зря, если честно. В нашем-то современном мире с умными технологиями для детей почти не осталось секретов. Кристина с Машей тому прямое подтверждение.

— Абсолютно! — кивает Полевая. — Давайте лучше придумаем, чем сегодня займемся? Может быть, загадаем себе цвета и отправимся в магазин покупать продукты только этих цветов? Или закажем много игрушек и сделаем распаковку? — она фонтанирует энтузиазмом и идеями.

Но все они скорее для эпатажа и видеосъемок, к обычной жизни отношения не имеют. А скорее даже вредят.

— Я хотю говолящего щенка и двойную коляску для кукол! — тут же загорается Маша. От ее прежнего горя не остается и следа.

— Уймись! — негромко бросает Полевой бывшей жене. И чуть громче, но с металлом в голосе, от которого лично меня озноб пробирает: — Маше почитать можно, она очень любит сказки. Тем более, время позднее, спать скоро. А Кристина давно мечтает научиться монтировать короткие видео для соцсетей. Ты могла бы дать ей пару уроков.

От Жанны исходят волны раздражения. А вот я готова снять шляпу перед Максимом. Человек, в первую встречу показавшийся мне неотесанным мужланом, на деле оказывается чудесным, внимательным отцом. Мало того, что поступился гордостью и принципами ради счастья дочек, так еще и прекрасно знает их увлечения. Согласитесь, трудно ожидать подобного от человека его достатка и уровня занятости.

— Слушаюсь, мистер тиран, — цокает Жанна. Похоже, лично ей гораздо больше по душе всякие излишне веселые (порой на грани нормальности) активности. — Сказки, так сказки. Пусть няня подготовит Машу ко сну, а я потом приду и почитаю. С Кристиной тогда завтра уже.

Свое ценное мнение, что малышке было бы гораздо приятнее принять ванну в компании родной мамы, держу при себе. Получив одобрительный кивок от Максима, которого считаю единственным и непосредственным начальником, приступаю к обязанностям.

Андрей, управляющий, удивительным образом в нужный момент оказывается рядом. Показывает мою комнату, комнаты девочек, подсказывает по мелочам и в целом помогает сориентироваться.

Кристина с угрюмым видом скрывается у себя, а я, прихватив Маруську, иду первым делом переодеваться. Не потому, что мадам Полевая так хотела, а потому что тесное платье сковывает движения, да и в целом изначально мне не нравилось.

— А потему мама сама не захотела меня иськупать? — интересуется Маруська, сидя на краю моей большой кровати и болтая ножками.

В корень ведь зрит малышка, да?

Стараюсь отстраниться от собственной неприязни к Жанне. Все-таки не могу утверждать, что я к ней беспристрастна.

— Она устала с дороги, — отвечаю, натягиваю свободную футболку и спортивные штаны. Возможно, это и не та униформа, которая удовлетворит взыскательный вкус госпожи Полевой, но ничего более удобного для возни с детьми у меня нет.

— У тебя класивые тити, — совершенно буднично и совершенно не в тему замечает Маруська. — Я тоже себе такие хотю, когда выласту.

А я ловлю отлетевшую челюсть и сама чуть не падаю на пол.

— Ага, — только и могу вымолвить, сгорая от стыда.

Может, не надо было переодеваться при девочке? Но я же была в нижнем белье, да и куда ее деть-то? Оставлять такую малышку без присмотра страшно, тем более я лично видела на Трактор-шоу, на что способен эта милейшая с виду куколка. Только бы она не решила поделиться неоднозначными мечтами с мамой или папой.

А следующее испытание ждет меня совсем скоро — в ванной, где мы с Маруськой располагаемся для вечерних процедур.