Перед тем как поехать обратно в гараж, я набрал Андрея, владельца фитнес-клуба. Мы же с ним договаривались начать мои тренировки, но после ранения появляться в зале с только что наложенными швами было бы верхом глупости. Но и просто молча ждать, пока он решит, что я передумал, я тоже не собирался.

— Андрей, привет, это Максим Смирнов беспокоит. По нашему договору всё остаётся в силе, но первую тренировку нам придется перенести. Мне тут плечо немного подрезали, и врачи нагрузки пока запретили.

— Ты там, какие-то трубы голыми руками ловил? — спросил он со смешком в голосе.

— Нет, на этот раз был обычный нож в подворотне.

— Даже спрашивать тебя не хочу, где ты эти приключения находишь, Максим. Шов у тебя сейчас закрытый или воспалился?

— Пока всё нормально, закрытый, сухой.

— Вот и отлично, тогда сидишь дома, пьёшь прописанные врачом таблетки и лишний раз руку вверх не дергаешь. Никаких дураков со свежими швами я тренировать не собираюсь, у меня тут спортивный клуб, а не отделение хирургии.

— Я могу через пару дней прийти в зал и просто поработать на лёгких тренажёрах, чтобы форму не терять, — предложил я.

— Никуда ты не придёшь, Максим, пока я сам не разрешу. Сначала твой лечащий врач разрешит тебе нагрузки, потом ты покажешь плечо лично мне, и только после этого мы начнём учиться тому, как правильно не ловить ножи собственным телом.

— Я этот нож специально не ловил, там ситуация была сложнее, чем кажется, — ответил я.

— Да, мужики именно так и говорят. В общем, наш договор в силе, выздоравливай, герой, — Андрей коротко попрощался и отключился раньше, чем я успел ему что-то возразить.

Его резкий тон меня не задел, так как говорил он разумные вещи, а любые разумные указания я умел принимать и выполнять, даже если они исходили не от меня самого.

* * *

В гараж я вернулся уже ближе к вечеру. Плечо после долгой ходьбы по складу ныло гораздо сильнее, чем сегодня утром, хотя я старался ничего тяжёлого не поднимать и берёг руку.

Степаныч сидел на стуле возле верстака и не торопясь пил чай. Славка стоял рядом с ним и показывал на телефоне фотографии электрического щита со своего второго сегодняшнего заказа. Митяй устроился в углу и сердито печатал какое-то длинное сообщение в нашем рабочем чате.

— Ну что, все живые после трудового дня? — спросил я, аккуратно снимая куртку.

— Мы-то живые и здоровые, Максим, а вот некоторые наши клиенты могут скоро пострадать от глупой экономии, — отозвался Степаныч. — Сливной бачок в тридцать второй квартире я починил, да и общий стояк в подвале посмотрел. Стояк этот, конечно, старый как моя жизнь, но пару лет ещё точно поживёт, если по нему никто случайно молотком стучать не станет.

— Ты все фотографии сделал, Степаныч?

— Конечно сделал, всё как ты говорил. Рите в чат сразу же отправил, она работу приняла и оплату в общую таблицу записала. Очень деловая и шустрая женщина оказалась, даже напомнила, чтобы я не забыл выписать чек.

— Значит, мы её не зря на работу взяли, — ответил я, проходя к верстаку.

Славка сделал шаг вперёд и протянул мне телефон с открытой фотографией обгоревших проводов.

— Максим, у меня на втором адресе автомат в щитке выбивало не из-за неисправности, как думала хозяйка. Там её муж сам когда-то силовой кабель на кухню тянул от щита, умудрился скрутить медный провод напрямую с алюминиевым и просто замотал это безобразие изолентой. Я сегодня эту скрутку срезал, переделал подключение через нормальные клеммы, всё теперь отлично держит. Но вот защитную крышку щита обратно нормально поставить не смог, один винт случайно в темноте потерялся.

— Винт потерялся сам по себе или это ты его уронил? — спросил я, глядя на парня.

— Уронил, конечно, — честно признался Славка, опустив голову. — Но ты не переживай, я завтра утром по дороге на первый заказ заеду в магазин, куплю точно такой же и поставлю крышку на место.

— Вот это правильный подход, Слава. Всё сделаешь за свой счёт.

— Да я именно так и собирался, Макс, я же понимаю.

— Тогда у меня к тебе никаких вопросов. Ты сегодня сможешь выехать на склад к Виктории?

Славка быстро посмотрел на свои часы и кивнул головой.

— Смогу, конечно, время ещё позволяет. А что там за проблема?

— Там в зоне холодильных камер стоит распределительный щит, один из центральных автоматов перегревается, есть подозрение на слабый контакт в клемме. Холодильную камеру грузчики сейчас как раз разгружают, так что работать сможешь безопасно. Сначала проведёшь полную диагностику, потом согласуешь со мной план ремонта, и ничего там наугад менять или отключать не вздумай.

— Всё понял, Максим, сделаю в лучшем виде, — ответил он, собирая инструменты.

Митяй в углу громко фыркнул и недовольно посмотрел на меня.

— А меня, значит, никто спрашивать не собирается?

— Да по твоему лицу и так видно, что вентиляционная система в той кофейне оказалась виновата перед тобой во всех смертных грехах.

— Вентиляция там как раз смонтирована вполне нормально, а вот хозяин оказался редким идиотом, Максим. Он умудрился заставить коробками половину вытяжных решёток в зале, а потом ещё начал высказывать претензии, что у него в помещении душно. Я ему спокойно объяснил, а он начал со мной спорить и доказывать, что коробки свободному движению воздуха никак помешать не могут.

— И что конкретно ты ему на это ответил? — поинтересовался я, предчувствуя финал истории.

— Ну, я ему честно и сказал, что если он у нас такой умный и начитанный специалист, то пускай сам попробует подышать хотя бы пару минут через пластиковый пакет на голове, а потом уже учит меня вентиляцию настраивать.

Степаныч от таких слов сразу же закашлялся, стараясь сдержать смех. Я внимательно посмотрел на Митяя, качая головой.

— Диагноз всей этой ситуации ты поставил верный, а вот разговаривал ты с клиентом непрофессионально.

— Но ведь человек действительно идиот, Максим, зачем мне перед ним лебезить?

— Возможно, что он действительно идиот в вопросах вентиляции, Митяй. Но только ты забываешь одну простую вещь, платит деньги за нашу работу вовсе не вентиляционная система, а именно этот самый человек. Завтра утром Рита сама позвонит ему и сгладит эту неприятную ситуацию. А ты при следующей встрече извинишься.

— Это я теперь должен извиняться перед каждым глупым клиентом за то, что говорю ему правду? — возмутился Митяй, поднимаясь со своего ящика.

— Нет, ты должен извиняться за то, что не умеешь доказать свою правоту, — ответил я.

Митяй тяжело вздохнул, но спорить дальше не решился, что для его сложного характера уже было шагом вперёд.

Я разложил на верстаке эскизы Михалыча и три списка замечаний. Степаныч сразу же придвинулся ближе.

— Вот это наш первый крупный объект Виктории, склад кухонного инвентаря в промзоне, — пояснил я бригаде, указывая на схемы. — Сегодня мы с Михалычем провели там аудит инженерных сетей. Здесь в красном списке отмечены те работы, которые мы обязаны выполнить сегодня вечером или завтра утром, в жёлтом списке идут срочные задачи на ближайшую неделю, а в зелёном плановое обслуживание. Слава прямо сейчас забирает приборы и едет на объект проверять холодильный щит. Митяй завтра утром забирает вентиляцию и приводит в порядок двигатель вентилятора. Степаныч у нас остаётся на текущих квартирных заявках, потому что бросать наш районный рынок ни в коем случае нельзя.

— А сам Михалыч как себя на объекте показал? — тихо спросил Степаныч, поглядывая на меня.

— Отлично показал, работал профессионально. Голова у него ясная, структуру здания видит с ходу.

— Выпить у тебя во время работы ни разу не просил?

— Нет, даже намёка на это не было.

— Ну, может быть, и вытянем мы всем миром мужика из ямы, — тихо проговорил старый сантехник, качая головой. — Ведь хорошим прорабом когда-то был, умным, зря его эта проклятая жизнь так сильно приложила. Мне Скряцкий о нём рассказывал, когда я на рынок приезжал несколько дней назад. Он тогда сразу признал, что мы вместе с тобой работаем. Ну, ещё бы, золотая карта абы кому не даётся.

— Вытянуть себя из этой ямы должен в первую очередь сам Михалыч, — ответил я. — Мы с вами можем дать ему лишь нормальную работу.

В этот момент мой телефон в кармане завибрировал. Рита прислала на почту итоговую электронную таблицу за рабочий день. В этой таблице были подробно расписаны все принятые и отфильтрованные заявки, выполненные работы, точные суммы оплаты, адреса выездов на завтрашний день и список нескольких сложных клиентов, которым требовался повторный звонок для уточнения деталей. Для её первого рабочего дня всё получилось просто великолепно. Она даже выделила красным цветом все срочные заказы и добавила к каждой строчке свои короткие, но точные комментарии по поводу характера каждого клиента.

Я повернул телефон к мастерам и показал таблицу.

— Вот именно так теперь будет выглядеть каждый наш рабочий день, мужики. Рита принимает, сортирует и фильтрует все входящие заявки, Степаныч как старший мастер держит под контролем всю текущую квартирную работу на районе, а специалисты отвечают каждый строго за своё техническое направление. Михалыч ведёт наши крупные коммерческие объекты как инженерный мозг. Я осуществляю общий контроль, общаюсь с ключевыми заказчиками и отвечаю за финансы.

— Красиво рассказываешь, Максим, заслушаться можно, — заметил Степаныч, делая глоток чая. — Прямо настоящая фирма у нас получается, как в кино.

— До создания настоящей фирмы нам с вами ещё далеко, Степаныч, — хмыкнул в тон ему я. — Хотя кое-какие идеи у меня имеются уже сейчас. Подождите, и всё сами увидите.

— Ну, зато горячий чай в гараже у нас уже есть, сам гараж обустроен, инструменты куплены, да и вредный начальник на месте имеется, — весело перечислил старый мастер, подмигнув Славке. — Все признаки солидной организации налицо.

Славка молча забрал свою сумку, попрощался со всеми и уехал на склад. Митяй ещё немного поворчал для порядка в углу, после чего тоже отправился домой, пообещав мне завтра утром не опаздывать. Степаныч остался в гараже допивать чай и помог мне сложить чертежи и списки в отдельную папку.

Когда старый сантехник наконец ушёл и прикрыл за собой дверь, в гараже сразу стало удивительно тихо и спокойно. Я стоял один возле деревянного верстака и рассматривал схему нашей работы. Впервые рабочая нагрузка распределилась между несколькими людьми и не рухнула в тот же миг, когда я сам на несколько часов выключился из процесса ради проведения аудита.

Моя новая фирма на сегодняшний день оставалась кривой и местами излишне разговорчивой. Один мой сотрудник постоянно спорил с клиентами и лез на рожон, второй мог сорваться в запой, третий ходил на работу с больной спиной, а опытный прораб ещё вчера искал мелочь на бутылку. Мой диспетчер работала прямо из своей маленькой кухни, сидя перед раскрытой тетрадью у окна, а офисом компании служил этот холодный гараж, который мы одновременно использовали как склад материалов и место для вечерних чаепитий.

Но эта простая конструкция уже сейчас казалась мне вполне жизнеспособной.

Я достал свой блокнот, пора было кое-что внести в ближайшие планы:

«Оформление».

Первым пунктом поставил регистрацию индивидуального предпринимателя.

Работать дальше по старой схеме было нельзя. Одно дело, когда частный мастер менял кран у пенсионерки и получал наличные. Совсем другое, когда бригада заходила на четыре коммерческих объекта и брала на себя постоянное обслуживание. Виктория могла пока закрывать глаза на мой юридический статус, потому что ей срочно требовался результат. Но её юристы скоро начали бы задавать вопросы. Люди в дорогих кабинетах могли не понимать разницы между автоматом и рубильником, зато отсутствие договора и счёта замечали мгновенно. Да и я сам не собирался строить новую компанию на серых расчётах.

Дальше требовался банк.

Я несколько секунд смотрел на пустую строку, потом вписал название банка, с которым работала моя прежняя корпорация. В прошлой жизни там знали меня лично. Руководитель корпоративного блока приезжал в мой офис без опозданий, начальники отделений улыбались ещё до того, как я входил в переговорную, а любые вопросы решались быстрее, чем секретарь успевала принести кофе. Правда, тогда через счета проходили суммы, от которых у обычного мелкого предпринимателя начинала дергаться щека.

Теперь я был сантехником Максимом Смирновым, офисом в виде гаража и несколькими работниками без оформления. Если бы я явился в тот же банк и потребовал привычных условий, меня бы в лучшем случае вежливо направили к электронной очереди. В худшем предложили бы кредитную карту с торжественным кэшбэком на шаурму.

Я написал рядом:

«Проверить условия заново».

С момента моей смерти многое могло измениться. Мне не требовался известный и большой банк с красивой рекламой. Мне нужны были адекватные условия. Главное, банк должен был подходить не прежнему Орлову, а нынешнему Смирнову.

Я выписал ещё четыре названия и поставил рядом короткие пометки: стоимость обслуживания, комиссия, эквайринг, внесение наличных, бухгалтерия, кредиты. Утром надо было спокойно сравнить предложения, а не бежать по старой памяти туда, где когда-то передо мной открывали двери.

Следующим пунктом я написал:

«Офис рядом с гаражом».

Слово выглядело пока слишком солидно. Мне не требовалась приёмная со стойкой, хватило бы двух небольших комнат. Гараж годился для инструментов, но принимать здесь владельцев ресторанов и управляющих компаний было неудобно. Серьёзный заказчик мог уважать мастера в рабочей форме, но подписывать договор на верстаке рядом с разобранным насосом соглашались далеко не все.

Рите тоже требовалось нормальное рабочее место. Сейчас она принимала звонки из своей кухни, а рядом находилась дочь. Для начала это было допустимо, но при росте заявок домашний режим быстро превратился бы в проблему. Офис следовало искать поблизости от кооператива. Желательно в пределах десяти минут пешком. Тогда я мог утром зайти к Рите, проверить заявки и документы, после чего быстро переместиться в гараж к мастерам. Клиенты приезжали бы в офис, материалы отправлялись в мастерскую, а два помещения не мешали бы друг другу выполнять разные задачи.

Я прикинул допустимую аренду и поморщился. Сумма получалась ощутимой, особенно с учётом ремонта, мебели, интернета и техники. Но офис был не роскошью. Это был такой же инструмент, как телефон Риты или измерительные приборы Михалыча. Инструмент либо помогал зарабатывать, либо превращался в дорогую декорацию. Мне требовался первый вариант.

Кроме того, аренда и обустройство помещения позволяли постепенно вводить в оборот часть наличных, которые я забрал из сейфа своего прежнего дома. Деньги лежали надёжно, но от этого не становились чистыми. Нельзя было просто прийти в банк с крупной суммой и заявить, что бывший алкоголик-сантехник неожиданно откопал семейные накопления. Даже самый ленивый сотрудник службы контроля захотел бы узнать подробности этой трогательной истории.

Тратить наличные следовало осторожно, небольшими суммами и на понятные вещи. Мне нужен был реальный бизнес с реальными расходами, который постепенно начнёт приносить официальную выручку. Тогда наличный запас останется страховкой и источником стартовых вложений, а не верёвкой, которую я сам затяну на собственной шее.

Я зачеркнул написанное на полях слово «отмыть» и заменил его на «легализовать».

Следующей строкой я написал имя Глеба.

После сегодняшнего аудита стало ясно, что главный инженер «Элит-Комфорта» либо был редким лентяем, либо годами сознательно закрывал глаза на нарушения. Возможно, оба варианта сочетались в нём удивительно гармонично.

Копать под Глеба нужно было уже сейчас, но трогать его напрямую пока не стоило. Если прижать такого человека слишком рано, он либо уничтожит документы, либо побежит к тем, кто его прикрывал. Второй вариант мог быть полезен, но только если я заранее понимал, куда именно он побежит. Пока такой ясности не было.

Я записал несколько вопросов. Кто назначил Глеба главным инженером? Какие подрядчики постоянно получали от него работы? Кто подписывал акты? Через какие компании закупалось оборудование? Почему проблемы на объектах Виктории годами не устранялись, хотя деньги на обслуживание наверняка регулярно списывались? Куда уходили жалобы заведующих и администраторов?

Особенно меня интересовали старые субподряды.

В документах с флешек уже встречались «Элит-Комфорт», Штерн и несколько фирм-прокладок. Названия менялись, директора исчезали, юридические адреса переезжали из одного подвала в другой, но почерк оставался прежним. Завышенная закупка, дешёвое оборудование, подписанный акт и последующий бесконечный ремонт за новые деньги. На одном таком автомате много не украдёшь. На сотнях объектов получались суммы, ради которых приличные люди быстро переставали быть приличными.

Глеб мог оказаться мелким исполнителем. Мог получать свою долю за подпись и молчание. А мог быть связующим звеном между управляющей компанией и Штерном.

Через Штерна дорога вела к Виктору. Ну а там…

Пока рано, Макс, нужны доказательства.

Я обвёл имя Глеба и написал рядом:

«Наблюдать. Не пугать. Собирать документы».

Сергей со склада должен был прислать всю старую переписку. Михалыч мог проверить техническую часть и сопоставить даты ремонтов с актами. Виктория предоставляла доступ к объектам, хотя я пока не понимал, почему она так легко согласилась на мои условия. Возможно, её действительно достал Глеб. Возможно, она хотела использовать меня против управляющей компании. А возможно, за её спиной стоял кто-то ещё.

Последний вариант нравился мне меньше всего.

Я перелистнул страницу и быстро набросал схему:

«Глеб, подрядчики, Штерн, Виктор».

Между фамилиями поставил вопросительные знаки. Потом добавил сбоку Теренковца и название «Элит-Комфорт». Получилась паутина, которую. еще предстояло расплести.

Плечо снова заныло. Я отложил ручку, осторожно размял пальцы и посмотрел на часы. День получился слишком длинным даже по моим меркам. Я закрыл блокнот, но через секунду снова открыл и добавил последний список:

«Банк. ИП. Помещение. Документы Сергея. Отчёт Виктории. Проверка Глеба».

Подумал и приписал ниже:

«Не торопиться».

Именно это правило давалось мне тяжелее остальных. В прошлой жизни я привык давить деньгами и влиянием. Если мне требовалась информация, её приносили несколько служб. Если нужно было проверить подрядчика, юристы, финансисты и безопасность за сутки вытаскивали всю его биографию, включая штраф за парковку десятилетней давности.

Теперь каждой фамилией приходилось заниматься самому. Каждую связь требовалось выстраивать с нуля. Зато люди вокруг не знали, кого именно подпустили к своим документам. Для них я оставался деловым сантехником, который неожиданно хорошо разбирался в инженерных системах и слишком уверенно торговался.

Иногда маленький размер был не слабостью, а маскировкой.

Я убрал блокнот и начал собираться, но в этот момент телефон снова завибрировал. Первой мыслью было то, что это вновь Рита, однако на экране высветился совсем не тот, хотя и знакомый номер. Человек, от которого я точно не ждал сообщений в это время.

Открыл смс и прочитал.

Плечо сразу перестало ныть. Усталость тоже куда-то исчезла, хотя настроение лучше от этого не стало.

— Да чтоб тебя…