Из душа я выполз уже никакой, с трудом доковылял до кровати и рухнул на одеяло. Послышалось недовольное ворчание Линды, видимо она уже спала, а после меня притянули к себе и я моментально вырубился.
Снилась всякая чертовщина. Я пришел в МФЦ где работали одни демоны и мне выдали талончик с тремя шестёрками. Пройдя в зал ожидания я присвистнул, так как очередь тянулась до самого горизонта. Занял место за скрюченной старухой. Она держала в руке метлу, а после обернулась ко мне и оскалила беззубую пасть спросив «А ты то чего душу продал, милок?».
От этой жути я и проснулся. Первым делом вызвал окно статуса. Таймер контракта продолжал пожирать секунды моей жизни:
До истечения срока 29 дней 2 часа 41 минута.
Полезная штука, между прочим. С таким будильником ни одна мелодия не нужна, открыл глаза и сразу хочется жить. Линды рядом не оказалось, лишь на подушке чернела пара тонких перьев.
Потянувшись я прошел мимо спящего Борра, на кухне в мятой кастрюле заварил чай покрепче, понял что нужно заказать чайник и засел за телефон. Первым делом выписал на Озоне чайник и набор кружек с тарелками, их должны будут доставить уже завтра.
После вбил в поисковую строку слово «Белсинтез», и на меня высыпалась гора ссылок. Белгородский гигант, полвека на рынке, синтетический каучук и резинотехника, контракты с половиной автопрома страны. Если верить статьям, предприятие который год модернизируется, выигрывает гранты и отгружает продукцию даже за рубеж.
Изъян я искал старательно, но так и не нашел. На сайте с отзывами о работодателях сотрудники «Белсинтеза» пели заводу дифирамбы. Белая зарплата, премии к праздникам, путевки детям и адекватное начальство. Один слесарь писал, что трудится восемнадцать лет и уходить не собирается, разве что на пенсию.
Для сравнения я открыл страницу «Химтеха» и полюбовался пустым разделом отзывов. Занятная картина вырисовывается. У демона на заводе гробовая тишина, а тут праздник жизни, хоть бери да на постоянку к ним устраивайся.
От осознания того что мне предстоит разрушить этот рай на земле, засосало под ложечкой. Одно дело утопить контору, где ворует каждый второй, и совсем другое пустить под нож здоровое предприятие, на котором трудятся тысячи семей. Этого я очень не хочу.
Придётся искать лазейку, а чтобы ее найти, нужно устроиться на завод и понять, как эта махина устроена. Ломать завод по статьям из интернета то же самое, что лечить зубы водой которую зарядил Кашпировский. Поверить в эффект ты можешь, вот только он будет нереален.
Следом я открыл хэдхантер и вбил в поиск название завода. Вакансий оказалось с десяток, от главного технолога до лаборанта, но на такие должности мне не попасть, так как знания отсутствуют. Зато в самом низу списка скромно висело объявление: «Укладчик-упаковщик готовой продукции. Опыт не требуется, обучение на месте, сменный график». Сорок пять тысяч на руки и соцпакет. То, что доктор прописал.
Резюме я слепил за двадцать минут, опустив свой обширный опыт в банке и везде понемногу. Создал образ обычного парня. Пахал курьером, подрабатывал на стройке, а в графе «О себе» гордое «ответственный, не пью». Такому соискателю на заводе обрадуются больше, чем иному кандидату наук. Перечитав этот шедевр, я нажал «Откликнуться», а после скупил весь хлеб в доставке и отложил телефон.
С резюме покончено, теперь нужно заработать денег на кредит, а также на переезд в Белгород. Как минимум пару недель придётся там пожить. Я подошел к бордовому креслу, в котором дрых главный работник моего предприятия, и потряс его за плечо.
— Подъём. Мне нужны деньги. Много денег.
— Мне тоже нужны деньги, — Борр зевнул во всю пасть и почесал пузо. — А можно как-нибудь сделать так, чтобы я ничего не делал, а деньги при этом получил?
— Насчёт денег не знаю, но вот на халяву получить по шее ты точно можешь.
Борр тяжело вздохнул и сполз с кресла.
— Понятно. Опять пахать.
— Без этого никуда. Оплата кредита на носу, еще и в Белгород придётся съездить.
— Не слабые у тебя запросы, — проворчал боровичок, ковыляя за мной на кухню. — Я тут от голода пухну, а он на экскурсии собрался.
Пока мы пили чай из кастрюли, курьеры начали потихоньку прибывать. Каждый из работяг тащил аж по четыре пакета забитых буханками хлеба. Они осуждающе смотрели на меня, ведь как оказалось сегодня лифт у нас не работал.
Вскоре кухня была завалена буханками хлеба. Борр взгромоздился на стол, приложил ладошку к первой буханке, и по ней побежало зеленоватое свечение, перескакивающее с буханки на буханку. Хлеб покрывался серыми пятнами, из которых полезли упругие ножки с коричневыми шляпками. Я принялся срезать грибы, складывая их в пакеты, а Боровичок сказал что устал и пошел играть в шарики.
— Я не понял, ты что уровень поднял? — спросил я не отрываясь от работы.
Раньше Боровичок прикасался к каждой из буханок для выращивания грибов, а сейчас вон, по площади лупит.
— Ага. В последнее время меня тут весьма неплохо кормят. — Борр зевнул во всю пасть, да так что даже челюсть щёлкнула.
— Не благодари, — отозвался я срезая очередной гриб.
— Между прочим, на приличных работах молоко за вредность дают, — пробубнил Борр.
— Увы я работаю сам на себя, и за твою вредность мне никто молока не выдаст.
Боровичок хихикнул и умолк. Примерно через четыре часа грибы закончились и я заставил его повторить процедуру с оставшимися буханками. Пока он ворчал творя чудеса, я заказал поесть. Себе карбонару с цезарем, и Борру тоже самое, только в троекратном размере. Даже удивительно как столько еды помещается в человечке чей рост жалкие сорок сантиметров. Похоже у него в брюхе поселилась чёрная дыра.
Ближе к ночи я добил последнюю буханку. Взвесил мешки по очереди, насчитав двести килограммов с хвостиком. Урожай занял половину кухни и весь коридор, а квартира пропахла грибами насквозь, даже окно пришлось открыть, а то ведь и влажность от грибов поднялась, вон по стеклу капли потекли.
Помыв руки, я набрал сообщение Резо: «Есть 200 кг шиитаке. Приезжай, забирай».
Ответ прилетел через минуту: «Завтра в 7 утра буду на месте. Куплю всё по 700 за кг».
Ну да, конечно. Помнится, в прошлый раз мы сошлись на девятистах, а теперь у Резо внезапно случилась амнезия. Я настрочил: «1000 за кг».
«750».
«900 за кг, иначе поеду и сдам всё в оптовку».
Пять минут было тихо, а после пришло сообщение: «Вай какой несговорчивый. Ладно заберу по 900».
— То-то же, — ухмыльнулся я, убирая мобильник в карман.
Сто восемьдесят тысяч за день работы, почти половина платежа по кредиту. Где добирать вторую половину, подумаю завтра, а на сегодня у меня оставалось лишь одно дело. Я заглянул в спальню, но на кровати было по прежнему пусто. Распахнув форточку, я высунулся в ночную прохладу и гаркнул на весь двор:
— Линда!
В ту же секунду в форточку влетело черное ядро из перьев и сбило меня с ног. В полете перья брызнули во все стороны, обернувшись девушкой, и мы рухнули на кровать. Линда уселась сверху, и хитро прищурилась.
— Тебе так не терпелось меня увидеть?
— Мне не терпится сходить поохотиться, — ответил я отплёвываясь от её волос попавших мне в рот. — Где тут ближайший нарыв?
— Охота это хорошо, — улыбнулась Линда, и устроилась на мне поудобнее. — В подвале есть один, жирненький. Ещё парочка мелких у гаражей. Только у меня условие.
— У тебя каждый день условия. Говори уже, — вздохнул я.
— Сегодня мне нужны только монеты, так что кристаллы и жемчужины забирай себе, а монеты делим пополам.
— Договорились.
Линда неспеша слезла с меня, проведя рукой по моей груди, а после рванула в коридор и отняла у Борра телефон.
— Отдай падла пернатая! Я почти прошел этот чёртов уровень! — заголосил Боровичок и погнался за хохочущей Линдой.
Я же стал собираться. Косуху на плечи, зелёные шлепанцы на ноги, у них прибавка посолиднее, чем у мокасин. Сами мокасины я на всякий случай отправил в инвентарь, и обувка растворилась в полупрозрачном мареве, следом туда же нырнула тяпка.
На запястье легли розовые часики живучести, и плевать, что с единорогом, здоровье важнее имиджа. Тут я вспомнил про колечко, подаренное Константинычу, и мысленно похвалил себя за сделку. Пять живучести в обмен на инвентарь, да я теперь хоть настоящий меч могу с собой таскать. Правда, меч ещё нужно где-то раздобыть и научиться им пользоваться, но это уже мелочи.
Борр остался храпеть в кресле, восстанавливая силы после трудовой смены, а мы с Линдой выскользнули из подъезда в тёплую летнюю ночь. До улицы Мордасовой добрались за десять минут, не встретив ни единой живой души. Дворы спали, лишь в паре окон мерцали телевизоры, да сосны росшие неподалёку покачивались из стороны в сторону.
Обойдя девятиэтажку Линда указала мне на стальную дверь подвала. Ожидаемо дверь была заперта навесным замком. Я огляделся по сторонам, вытянул руку в сторону и в ней тут же материализовалась тяпка лежавшая в инвентаре. Размахнувшись так словно бью кувалдой, я одним ударом сбил дужку. Замок звякнул о бетон, а Мир выписал мне штраф.
Ты совершили плохой поступок. Штраф 3 ОК.
Что ж, справедливо. Я мысленно извинился перед управляющей компанией и потянул дверь на себя. В нос тут же ударил мышиный аромат смешанный с запахом сырости.
— Ассистент, свет. — попросил я.
Линда молча взмахнула рукой и передала мне светящееся перо. Шагнув в темноту, я спустился по щербатым ступеням и присвистнул увидев чёрный сгусток размером с холодильник.
Обнаружен нарыв скверны.
ёмкость: 146 единиц.
В этот же момент по спине проскакал табун мурашек и я невольно попятился к выходу. С такими крупными нарывами мне ещё не приходилось сталкиваться, да и пожалуй рановато… Проклятье. Видимо придётся столкнуться.
Из мрака выступил десяток крысолюдов, плешивых тварей ростом мне по пояс. Они сжимали в когтистых лапах палки и обрезки арматуры, на ногах у существ даже была обувь сделанная из консервных банок. На голове главного крысюка красовалось дырявое ведро, сквозь эти дырки он и смотрел на мир, не плохой кстати шлем получился. Крысолюды буравили меня красными глазками-бусинами, ожидая команды к наступлению.
Вот же зараза. Бежать некуда, да и незачем. Таймер тикает, монеты нужны позарез, к тому же за этот нарыв полагается очень жирная награда. Поэтому…
Додумать я не успел. Главный крысюк указал в мою сторону и существа с визгом сорвались с места. Я вздрогнул от неожиданности и активировал морозную поступь. Наледь с хрустом поползла от моих ступней к крысиным лапам, и вот тут меня ждал сюрприз. Я думал что ноги грызунов примёрзнут вместе с банками к бетону, но эти ушлые засранцы стали скользить по льду используя жестяную обувь как коньки!
Причём катались они весьма ловко. С разворотами и перестроениями, любо-дорого смотреть. Не драка, а танцы на льду. Стая закружила вокруг меня хороводом, и стала осыпать градом ударов. Угловатая палка врезалась в бедро, арматура прилетела по рёбрам, я закрывался локтями и лупил тяпкой по пролетающим мимо тушкам, но попасть по конькобежцу оказалось задачей не из простых и пришлось сжульничать.
Я оборвал действие навыка и лёд быстро растаял, так как в подвале было душновато из-за труб с горячей водой. Крысолюды, летевшие по кругу на полном ходу, заскребли жестянками по голому бетону, споткнулись и покатились кубарем, сшибая друг друга. Не давая им опомниться, я вновь активировал морозную поступь. Свежая наледь тут же наползла на тушки не успевших опомниться мышей, сковав ледяной коркой хвосты, лапы и возмущенные морды.
— Дерешься как крыса! — пропищал главарь, перед тем как обратиться в лёд.
— Спасибо за комплимент, — усмехнулся я и использовал навык переливания.
Выставив ладонь перед собой, я сосредоточил внимание на главаре и крысюке лежавшем рядом с ним. В ту же секунду две чёрные струйки скверны потянулись к моей ладони. Очищенный поток энергии согласно договору направил Линде.
Крысолюды усыхали в ледяных коконах и один за другим осыпались золотыми искрами. Пришлось потратить семь минут жизни чтобы истребить мышиное братство. После них на бетоне тускло поблескивали монеты, пятнадцать штук. Их я отправил в карман и подобрал бонус в виде зелёного кристалла навыка.
— Надеюсь будет что-то полезное, — произнёс я потирая отбитые бока и двинул в сторону нарыва.
Вот только едва я шагнул к этой пакости, как сгусток вздулся. Чёрная пленка лопнула, ёмкость просела до семи единиц, а на бетон выбралось нечто новенькое. Судя по это был крысиный король. Ростом с меня, с косматой бурой шерстью, голым розовым хвостом в руку толщиной и короной из желтых крысиных зубов на башке.
Оскалив пасть король метнулся вперед и снес меня на пол, придавив тушей. Острые когти заскребли по груди, раздирая косуху и кожу под ней.
Я взвыл от боли, упёрся коленом ему в брюхо и с огромным трудом спихнул его с себя.
Вскочил на ноги, перехватив тяпку поудобнее и от души засадил королю промеж глаз. Раздался глухой хруст, от такого удара псина или жаба давно бы издохли, но крысюк лишь мотнул башкой и поднялся на лапы и хлестанул хвостом по мне словно кнут. Косуха разошлась на животе, а по коже пробежался прохладный сквознячок.
— Ах ты падаль хвостатая! Из-за тебя все монеты на ремонт уйдут! — взревел я и, оттолкнувшись от пола, врезал ему обеими ногами в грудь.
Прыжок вышел на загляденье, хоть сейчас в кино про кунг-фу снимай. Короля отшвырнуло к дальней стене, он смачно приложился спиной о бетон, да и я тоже шмякнулся на бетонный пол отсушив плечо. Однако очухался я раньше крысолюда. Подскочив я вдавил ступню ему между лопаток и активировал морозную поступь.
Лёд хрустнул, побежал по бурой шерсти и за считанные секунды проморозил тварь до самых потрохов. Король дёрнулся раз, другой и затих. Оставалось приложить ладонь и запустить переливание. Первый ручеёк потёк чёрная спиралью из королевской туши, а второй из нарыва. Чего время зря тратить? Чем быстрее очищу подвал, тем быстрее попаду в гаражи. Минут через десять крысюк взорвался золотистыми искрами, а я наконец то смог прочитать сообщения от Мира:
Навык «Переливание» достиг 6 уровня.
Навык «Морозная поступь» достиг 6 уровня.
— Вот это я понимаю, поохотился, — улыбнулся я, тяжело дыша и разглядывая место гибели короля.
На бетоне осталась синяя жемчужина, а рядом с ней лежал странный обломок кости с фиолетовым свечением. Жемчужину я убрал в карман, а когда сосредоточил внимание на кости, увидел описание:
Душа крысиного короля.
Описание: Совмести душу с системным предметом, чтобы наделить его дополнительным эффектом: Ловкость +6.
Внимание! Вместе с бонусом ты получишь отрицательный эффект: не контролируемая клептомания.
— Ради такого бонуса можно и пострадать, — закряхтел я, стягивая с себя косуху.
Её порядком потрепало. Осталась всего одна единица прочности, да и прочность тяпки просела ещё на пять единиц. Придётся заглянуть в Ратонду на досуге. Косуху убрал в инвентарь, а после снял шлёпки и приложил костяной огрызок к резиновой подошве. Обломок кости тут же слился с шлёпанцами, по поверхности которых расползлись тонкие фиолетовые прожилки. Ну что тут скажешь? Теперь я буду самым модным парнем на рэйв вечеринках, ведь тусклое фиолетовое свечение не угасло и продолжало светиться на обувке. Ещё и описание обновилось:
Шлёпанцы крысиного короля.
Редкость: Эпическая.
Прочность: 40/40.
Описание: Король умер, да здравствуют шлепанцы короля! Идеальная обувь для того, кто хочет тихо зайти, тихо выйти и прихватить всё, что плохо приколочено.
Дополнительный эффект: Ловкость +8.
Отрицательный эффект: Не контролируемая клептомания.
— А вот это очень круто, — признал я, обуваясь. — Где бы раздобыть побольше подобных материалов?
Впрочем, ответ очевиден. Там где есть крупные нарывы, там и крупная добыча. Кстати о добыче. Я подошел туда где недавно красовался нарыв, сейчас же нарыва уже не было, зато на полу лежало аж тридцать пять монет и фиолетовый кристалл навыка.
Я сгреб добычу и с замиранием сердца раздавил кристалл. Раз уж Мир расщедрился на эпический навык, то нужно прямо сейчас глянуть что он мне подкинул. Я поднял кристалл, и перед глазами развернулось описание:
Кристалл навыка «Йокодзуна Таканохана».
Редкость: Эпическая.
Макс. уровней: 33.
Описание: Толкай, бросай и дави массой, как величайший из чемпионов. Масса в комплект не входит, набедренная повязка тоже.
— Сумо? — хмыкнул я, повертев добычу в пальцах. — Ну хоть что-то боевое.
Кристалл хрустнул в кулаке, осколки растаяли в воздухе, а в голову хлынули чужие знания о стойках и захватах. Тело само собой запомнило, куда толкать противника, чтобы тот потерял равновесие, и как встретить чужой натиск, не сдвинувшись ни на сантиметр.
Вы изучили навык «Йокодзуна Таканохана».
Напоследок я обвёл взглядом опустевший подвал и поднялся к выходу, где пританцовывала от нетерпения Линда.
— Монетки! Монетки, гони мои монетки! — нараспев протянула она выставив перед собой ладошки.
Я выгреб из кармана монеты и отсчитал Линде половину.
— Люблю деловых мужчин, — промурлыкала она, прижимая монеты к груди. — А теперь иди сюда, я тебя подлатаю.
Не успел я и шага сделать, как Линда меня крепко обняла. В ту же секунду боль начала отступать, а кровотечение медленно остановилось.
— Спасибо. Теперь идём к гаражам, — сказал я чувствуя что не могу себе позволить тратить время попусту.
— Ты уверен? Еле на ногах стоишь ведь.
— Уверен. — кивнул я.
Таймер контракта тикает, и я не могу тратить время попусту. Днём заработок рублей, вечером прокачка навыков, получение монеток, кристаллов и жемчужин. Всего того, что может спасти жизнь мне и родным в случае провала контракта.
Мы свернули с освещенной улицы и зашагали в сторону улицы Владимира Невского. Там притаился гаражный кооператив. Войдя на его территорию я остановился вслушиваясь в ночную тишину. Слышалось шумное сопение и довольное урчание. Линда обратилась вороной и взмыла ввысь, сделала кружок, а после приземлилась разочарованно цокнув языком.
— Похоже мы опоздали. Кто-то уже выпил весь нарыв.
— Ничего страшного, ты ведь говорила что поблизости есть ещё один?
— Есть, но там тоже не всё так гладко. — вздохнула Линда и провела меня на окраину гаражей.
На пятачке между бетонным забором и кучей лысых покрышек, чернел сгусток размером с арбуз. Он висел в метре над землёй, а над ним склонилась массивная зелёная спина. Не знаю что это за тварь, но с виду похожа на орка, двухметрового здоровенного орка отрывающего от нарыва скверны куски и запихивающего их себе в пасть.
В правой лапе орк держал внушительную кость, даже не хочу знать кому она принадлежала раньше. А от нарыва скверны осталось всего пять единиц, остальное очевидно сожрала эта зелёная образина.
Орк оторвался от трапезы и шумно втянул носом воздух. В маленьких глазках вспыхнул охотничий интерес и зеленомордый пробасил:
— Моя оторвать твоя голова и играть в футбол.
— В футболе я не очень хорош, а вот в сумо, — усмехнулся я желая проверить новый навык.
Я широко расставил ноги и задрал правую чуть ли не к небу, а после от души впечатал ступню в асфальт. Присев и растопырив руки, я гаркнул на японском «Доской!», а после рванул вперёд, набирая разгон для сокрушительного таранного удара.
Со всей дури я врезался плечом в орочье брюхо. Вот только зелёный с места даже не сдвинулся, а меня отшвырнуло. Кувыркаясь по асфальту, я пролетел пару метров, я приложился головой об асфальт, отбил копчик и уничтожил остатки самолюбия.
Орк опустил взгляд на собственное пузо, поскреб его когтями и озадаченно уставился на меня.
— Твоя есть дурак? — уточнил он, сократил дистанцию и без замаха обрушил мосол на то место, где я лежал.
Я откатился в сторону, спасаясь от кости выбившей из асфальта крошку.
— Хи-хи-хи! Доской! Хи-хи-хи! — донёсся до меня хохот Линды.
Услышав её смех, я вскочил на ноги и со злостью выпалил:
— Да как вообще такой дерьмовый навык вообще может быть эпическим⁈ Нужно было продать его и дело с концом!
Мою ярость быстро заглушил орк. Он без остановки наносил удары костью, а я пусть и с трудом, но уворачивался от всех его выпадов. Это было удивительно! Его удары двигались словно в замедленном действии. Нырнув под руку, я пробил ему в печень, едва не сломав себе руку, а орку хоть бы хны. Потом я зашел ему за спину и пнул под колено, но лишь отсушил себе ступню. И стало ясно, что в рукопашной мне ловить нечего.
Пришлось активировать морозную поступь. Наледь с хрустом побежала по асфальту и вскарабкалась по орочьим ножищам, сковав их до самых колен. Орк взревел и забился в истерике, пытаясь освободить ноги, но лед держал крепко.
— А теперь я тебя очищу, — сообщил я, отряхивая ладони.
— А теперь моя начистит, твоя морда, — рыкнул орк и со всего размаха ударил мослом себе по колену.
Очевидно он не отличался умом и сообразительностью. Пытался высвободить ногу, но вместо этого заледеневшая плоть сломалась и он рухнул на землю сыпля проклятиями. Однако он не сдался, а тут же швырнул кость мне в голову. Снаряд летел с гулом рассекая воздух, а я лишь лениво отклонил голову, пропуская его мимо уха.
Кость грохнулась о забор за моей спиной, а я выставил перед собой ладонь и активировал переливание, отжирая скверну сразу и из орка и из нарыва.
— Бесчестный человек! Давать драться на кулаках! Моя разбить тебе рожа даже без ног! — бушевал орк, теряя в объемах с каждой секундой.
— Замороженным полуфабрикатам слова не давали, — усмехнулся я.
Спустя пару минут орк разлетелся снопом золотых искр, оставив после себя зеленую жемчужину и сообщение о девяти очках кармы. Нарыв лопнул немногим раньше, подарив мне шесть монет и 15 очков кармы.
Все шесть кругляшей я собрал, и три из них по уговору сразу передал напарнице. Вот только Линда не спешила забирать честно заработанное. Она хохотала, согнувшись пополам и держась за живот.
— И ты такой хрясь ему в брюхо… Ах-ха-ха! Щас описаюсь! И на асфальт бряк, только ноги в разные стороны! Ха-ха-ха!
— Сейчас лишу выплат, — пригрозил я, протягивая монеты.
— Всё, всё. Я успокоилась. И-хи-хи-хи, — Линда утёрла слёзы и сгребла кругляши, но тут же прыснула снова, отвернувшись в сторонку.
— Как закончишь ржать, приходи домой, — сказал я и не оглядываясь пошёл спать.
Прошел я метров тридцать и услышал душераздирающий вопль Линды:
— Эй! Где мои монеты⁈
Насторожившись я проверил карманы и о чудо. Всё что я передал Линде, почему-то сейчас находилось у меня. Я посмотрел на шлёпанцы и улыбнулся.
— А вы не промах, — на всякий случай переобулся в мокасины пока не ограбил ещё кого-нибудь, а после вернул монеты возмущённой Линде.
Домой мы шли как два старика. Линда ворчала из-за того что я обокрал её, мол это дело чести! Как же так? Обокрали воровку? А я шел и кряхтел от боли то и дело стреляющей во всём теле. Зато я усвоил один важный урок в сражении с орком. Никогда не проверяй свойства навыков в бою. Сперва обкатать в безопасности и только потом вводить их в свой арсенал.
Недолго думая, я вызвал окно развития и отправил все три свободных очка в ловкость подняв её до тринадцати. С учётом шлёпанцев, ловкость составляла аж двадцать одну единицу. То есть я вдвое более ловкий чем обычный, среднестатистический человек. Отличная фора как по мне. По телу разлилась приятная легкость, а шаги стали мягче. Ещё девять очков вкачаю в ловкость и можно будет выступать в цирке в роли канатоходца.
Дома я наскоро ополоснулся в душе и рухнул на кровать, выложив перед собой ночную добычу. Синяя жемчужина с крысиного короля, зеленая с орка и зеленый кристалл из подвала. Джентльменский набор начинающего охотника. Сперва я раздавил синюю жемчужину. Скорлупа лопнула, оставив на одеяле аккуратно сложенные спортивные штаны.
Спортивные штаны «Абибас».
Редкость: Редкая.
Прочность: 30/30.
Описание: Четыре полоски. На одну больше, чем у оригинала, а значит, и бегаешь на четверть быстрее.
Дополнительный эффект: Ловкость +3.
— Мир, ты сейчас серьезно? — поинтересовался я у потолка, разворачивая обновку.
Обычные на вид чёрные штаны с белыми лампасами. В комплекте с косухой и шлёпанцами они соберут законченный образ гопника местного пошиба. А вот плюс три к ловкости точно не лишние. Ладно, Мир, уговорил, беру.
Зеленая жемчужина хрустнула следом и разродилась парой носков в веселенькую полоску.
Носки «Неделька. Вторник».
Редкость: Необычная.
Прочность: 10/10.
Описание: Остальные шесть дней утеряны при транспортировке. Носи вторник и ни о чем не жалей.
Дополнительный эффект: Живучесть +2.
— А если соберу весь комплект, то в подарок получу семейные трусы? — усмехнулся я, вертя носки в руках.
Я отложил носки к штанам и взявшись за кристалл. Оболочка треснула в кулаке, и перед глазами развернулось описание:
Кристалл навыка «Кипяток».
Редкость: Необычная.
Макс. уровней: 10.
Описание: Кружка кипятка за десять секунд? Легко! Проводницы всех плацкартов страны завидуют тебе смахивая скупую слезу.
Ну спасибо. Если отключат горячую воду, этот навык может пригодиться. Улыбнувшись я сломал кристалл и изучил навык. Теперь я смогу заварить доширак, не вставая с дивана. Главное чтобы вода была поблизости. Матрас рядом прогнулся, и под бок скользнула теплая Линда. Она перестала дуться и то и дело стреляла глазками в сторону моих обновок.
— Хочешь, я выкуплю у тебя эти предметы, расплатившись натурой? — промурлыкала она томно дыша мне на ухо.
— Ты чего? Если я отдам тебе Абибас, пацаны не поймут, — улыбнулся я, убрал обновку с кровати и погасил свет.
Линда пристроила голову на моём плече и заурчала от удовольствия откачивая излишки кармы, которой я сегодня получил через край. Я же закрыл глаза и провалился в сон без сновидений.
Разбудил меня грохот входной двери, колотили в неё от души, и судя по всему ногой. Я поплёлся открывать, на ходу натягивая футболку. На пороге обнаружился усатый Резо, а из-за его плеча выглядывали двое парней спортивной наружности.
— Доброе утро, дорогой! Ты что спишь? Семь утра же, я приехал как и договаривались! — пробасил он, а я потёр глаза и указал в сторону кухни.
Следующие десять минут парни таскали грибы вниз, к газели, а Резо деловито слюнявил палец и отсчитывал наличность. Сегодня он привёз кучу пятисоток, и тысячных купюр. Резо отсчитал сто восемьдесят тысяч, вложил мне в ладонь огромную пачку налички и улыбнувшись добавил:
— Родной, нам больше шиитаке не нужны. Считай, на месяц вперёд затарились. Ты лучше выращивай всего понемногу. Лисички, шампиньоны и прочие. Хорошо?
— Ага, хорошо блин, — буркнул я, провожая его до двери.
Едва внизу заурчала газель, я плюхнулся на табурет и полез в интернет проверять расценки. Через пять минут настроение опустилось до уровня городской канализации. Шампиньоны на оптовках уходили по полторы сотни за килограмм, а лисички едва дотягивали до трехсот. Но выход был. Белые грибы продавались в розницу аж по тысяче триста за кило. На оптовках их скупали по шестьсот, но думаю можно договориться с Резо, чтобы выкупал белые по рублей семьсот за килограмм.
— Кхм-кхм, — раздалось снизу.
У табурета стоял Борр и тянул ко мне раскрытую ладошку.
— Сто восемьдесят тысяч, я всё слышал. Мои законные десять процентов, гони.
— А с курьером ты как расплачиваться будешь? Наличкой? — полюбопытствовал я, убирая деньги в карман.
Борр озадаченно поскреб затылок под шляпкой.
— Эммм… Да, проблемка. Тогда на карту закинь.
— На карту ему. И кто из нас после этого эксплуататор? Заставляешь ноги бить, бедного меня. — стал я наигранно жаловаться копируя манеру речи боровичка.
— Я вообще-то из рабочего класса! — взвизгнул боровичок, потрясая кулачками. — Тружусь день и ночь! Вон, от смартфона уже мозоль на пальце натер и зрение посадил! И всё из-за тебя! Подарил мне эту игрушку дьявола блин!
— Вопросов нет. Раз телефон вредит здоровью моего единственного работника, изымаю его до полного выздоровления, — с этими словами я выхватил из рук боровичка смартфон.
— Э! Куда⁈ — Борр подпрыгнул и повис на моем локте. — Отдай, мне уже лучше!
— Тогда не бухти, — я вернул аппарат владельцу, и тот прижал его к пузу с нежностью молодой матери. — И кстати, собирайся. Через час выезжаем плесень чистить.
Упоминание работы подействовало на Борра волшебным образом. Обиды тут же испарились, и он умчался в сторону кресла, бормоча под нос про то что вечером устроит пир и закажет себе томлёные рёбра. Я же набрал сестру.
— Оль, привет. Напоминаю, сегодня у тебя подработка.
— Дим, слушай… — Оля замялась, и было слышно, как она подбирает слова. — Может, в другой раз? Я тут подумала, ну куда я полезу, я же в этом ничего не понимаю…
— Ты обещала, — с нажимом сказал я. — Один день, Оль. Не понравится, забудем этот разговор навсегда.
Сестра вздохнула и сдалась.
— Ладно. Через час буду.
И ведь не соврала сестрёнка. Заявилась ровно через час, позвонив в дверь. Оля стояла на пороге с объёмной сумкой через плечо и с любопытством вертела головой, разглядывая обновленную прихожую.
— Ого. А у тебя тут стало куда уютнее, — протянула она и заговорщицки понизила голос. — С Дашей помирились?
— Оль, вы с Толиком что ли сговорились? — простонал я, пропуская ее внутрь.
— Ой, Димка! — Оля всплеснула руками тут же позабыв про Дарью. — Я же тебе забыла рассказать! Толик на работу устроился! В музей! Но это то ладно, сколько у него работ таких уже было? Главное что он пить бросил! Ходит окрыленный. Сам рубашку гладит на работу, представляешь?
— Ого! Вот это он молодец, — отозвался я, изображая приятное удивление.
О том, что к музейному чуду я приложил обе руки, распространяться не стал. Пусть это будет личной победой Толика, ему сейчас восхищение жены нужнее, чем мне лавры благодетеля.
— Ну что, поехали?
— Да, только переоденусь, — Оля скрылась в ванной и через пару минут вышла, шурша белоснежным малярским комбинезоном.
— Ты стены красить собралась? — спросил я скептически окинув её взглядом.
— Ну ты же сам говорил, что с химией придётся работать. А я не хочу вещи загваздать, — с достоинством пояснила сестра.
— Ладно, едь в чём хочешь, — сдался я, пряча улыбку.
В прихожей я вооружился ведром с губкой и бутылкой с пульверизатором. В ведро, кряхтя, забрался Борр и уселся там, свесив ножки через край. Забавно что Борр имея три подбородка весил от силы килограммов десять.
Мы загрузились в такси и спустя час были на самой дальней точке маршрута. На улице Генерала Перхоровича. Дверь нам открыла молодая женщина с малышом на руках и, извиняясь за беспорядок, провела на кухню. Угол у окна знатно зарос чернотой, разводы расползлись от подоконника до самого пола.
— Смотри и запоминай, — деловито скомандовал я, поднял пульверизатор и щедро опрыскал стену. — Обработала, подождала минуту, а после смываешь водой из ведра. Ничего сложного.
Пока хозяйка укачивала малыша в соседней комнате, Борр выбрался из ведра и коснулся стены. Чернота послушно поползла с обоев, светлея на глазах. Увидев как стена светлеет Оля разинула рот от удивления, а чтобы она не заваливала вопросами, я сунул ей ведро с водой чтобы приступала к мытью. Ахая от удивления сестрёнка принялась выполнять совершенно бесполезную работу.
Пять минут спустя пришла хозяйка и восторженно выпалила:
— Господи! Мы же второй год с этим углом воюем. Муж уже и стену вскрывать пытался, думал что там холодный угол и…
После бесконечных рассказов о злоключениях мужа, она вручила мне десять тысяч. Оля все это время стояла рядом переводя ошарашенный взгляд с чистой стены на деньги в моих руках. Уже в подъезде я отсчитал четыре тысячи и протянул сестре.
— Твоя доля.
— Так я же ничего не сделала, — Оля спрятала руки за спину. — Постояла рядом и губкой поводила.
— Бери, — я запихнул купюры ей в нагрудный карман. — Ты должна понять, что деньги тут реальные, а не фантики. К тому же в этом и заключается твоя работа, пшикнула, забрала деньги, ушла. — улыбнулся я и спросил. — Ну что, едем на следующий адрес, и попробуешь всё сделать сама?
В этот момент в глазах сестры впервые за долгие годы зажёгся огонь. Разумеется. Оно ведь приятнее работать, когда понимаешь что твой труд будет достойно оплачен.
— Знаешь, я пожалуй, и остальные адреса сама сделаю, ты просто стой рядом и подсказывай если буду косячить.
— Отличный настрой! — рассмеялся я и приобнял её.
На втором адресе Оля оглядывалась на меня после каждого пшика переживая что наносит много средства или мало. Зато к четвертой квартире она уверенно выпроваживала хозяев из кухни и со знанием дела рассуждала о японских технологиях. Я скромно стоял в сторонке с ведром, из которого выглядывал Борр играющий в шарики.
Клиенты попадались разные. Дедок с улицы Домостроителей долго тряс Олину руку и обещал рассказать о нас всему совету ветеранов, а суровая дама из сталинки дождалась когда мы начнём работать, а после потребовала сертификат на средство. Я уж было подумал что конфликта не избежать, но тётка при виде чистой стены оттаяла и вручила нам с собой банку солёных огурцов.
Катаясь туда сюда, мы объехали все десять адресов и освободились к четырём часам дня. Стоя у последнего подъезда, Оля пересчитывала заработанное, и руки у неё подрагивали.
— Сорок тысяч, — она подняла на меня сияющие глаза. — Дим, я столько за месяц с одной работы получаю, и то там приходится погибать в атаке. А тут… — она замялась кивнула своим мыслям и решительно выпалила, — Димка, я сегодня же уволюсь!
Сестра звонко чмокнула меня в щеку и поспешила к остановке, уже набирая чей-то номер. До меня долетело бодрое «Тамара Павловна, здравствуйте, я по поводу увольнения». Я смотрел ей вслед и не мог перестать улыбаться. Сестра шла легко, расправив плечи, и ради таких моментов стоило крутиться.
В моём же кармане лежали шестьдесят тысяч рублей, десять из которых полагались Боровичку. На радостях я вызвал окно статуса чтобы посмотреть сколько мне осталось до уровня и зря это сделал.
Нерушимый контракт на крови. До истечения срока: 27 дней 18 часов 11 минут.
Улыбку смыло, как плесень со стены. Я ведь только что своими руками привязал благополучие сестры к собственной шкуре. Провалю контракт, и меньше чем через месяц Оля останется без работы и без какого-либо дохода. С двумя детьми и с едва выкарабкавшимся Толиком. Да и мама здоровьем не блещет. И это, между прочим, самый безобидный вариант, ведь Абаддонский обещал начать с тех, кто мне дорог.
Я сжал кулаки и выдохнул сквозь зубы. Завтра же беру билет до Белгорода и начинаю разбираться, как утопить непотопляемый «Белсинтез», не утонув вместе с ним.