Лия сидела и смотрела на свой апельсиновый сок. Утренний солнечный свет блестел на краю стакана и напоминал сверкающий пух, кружившийся в тени собора.

– Ты в порядке, дорогая? – спросила её мама.

Лия вздрогнула.

– Да, всё хорошо.

Она подняла глаза и встретилась взглядом с мамой. Флорин Паскаль сидела за обеденным столом напротив дочки. Женщина уже надела свой офисный костюм и аккуратно высушила феном тёмные волосы.

Свои волосы Лия унаследовала как раз от неё, а вот зелёно-карие глаза, россыпь веснушек на светлой коже и любовь к землянично-ванильным конфетам достались ей от папы. Сейчас он путешествовал по Новой Зеландии со своим фотоаппаратом и готовил фотоисторию для проекта по защите окружающей среды. Обычно Лия каждое утро отправляла ему снимок их завтрака, но сегодня вообще позабыла про это.

Раздалось жужжание. Мама глянула на телефон и нахмурилась.

–Сегодня вечером на встрече нужно просмотреть каталог следующего аукциона, – вслух прочитала она и вздохнула. – Серьёзно, Ренар, не мог подождать до встречи?

– Тебе бы не пришлось нервничать, если бы ты поставила свой телефон на беззвучный режим во время завтрака, – заметила Эффи, которая тоже сидела за столом. Эффи, а точнее Офелия, уже десять лет была домработницей у мамы Лии. Она уже пять раз переезжала вместе с ними и практически стала частью семьи.

Мама Лии вздохнула:

– Ты права, как и всегда. Нужно просто включить авиарежим.

Однако, произнося это, она всё же листала другие сообщения. Лия и Эффи обменялись взглядами, и девочка постаралась подавить улыбку. Мама бы никогда не стала игнорировать уведомления на своём телефоне.

Лия потянулась за земляничным джемом. Эффи как раз приготовила бриоши, и аромат свежей выпечки наполнял всю квартиру. Лии нравилось, как готовит Эффи. И неважно, как часто они переезжали и насколько незнакомым казался новый город: если Лию будил запах выпечки, она чувствовала себя в безопасности.

Пока мама отвлечённо попивала свой кофе, Лия намазала джем на бриошь. Её мысли всё время возвращались ко второй половине вчерашнего дня. Маленький блокнотик и мешочек, которые ей доверила Алекс, лежали под кроватью. Какой-то части её хотелось открыть всё и посмотреть, сияет ли всё ещё её содержимое. Другая часть вспоминала сказанное Эффи: любопытство погубило кошку, а это значит, что любопытство приносит проблемы.

И это правда. Любопытство заставило её последовать за незнакомой девочкой и забраться в закрытый сад Нотр-Дама.

Не волнуйся, успокоила она себя. Никто, кроме Алекс, не видел, что она сделала. Можно забыть про случившееся. Если бы не ползучие растения из тени и перо из утреннего света, которые Лия не могла выбросить из головы. Что именно вчера произошло? Если бы она не была такой умной, то решила бы, что с ней произошло что-то волшебное. Но это невозможно. Или нет? Что было известно Алекс? От кого она убегала?

Вопросы жужжали в голове Лии.

Чтобы отвлечься, девочка откусила кусочек бриоши, незаметно наблюдая за мамой. Из-за желания всё ей рассказать слова готовы были вот-вот сорваться с языка. Мама всё выслушает, задаст умные вопросы и подробно всё с ней обсудит, пока Лии не станет ясно, что нужно делать с блокнотом и сумкой. Но для начала Лии нужно признаться в том, что она залезла на закрытую территорию.

Девочке становилось плохо от одной только мысли, что мама расстроится. Они обе полагались друг на друга, вместе преодолевали трудности. Её мама гордилась ей и всегда позволяла дочери почувствовать это. Она хвалила Лию за успехи на уроках, позволяла самой выбирать, какие книги читать, и водила с собой в музеи, в которых работала. В последний раз мама Лии работала консультантом в самом крупном музее Англии во время покупки новых экспонатов, но начиная с этого месяца она работала на Музей Средневековья в Париже. Лия ждала, когда сможет посетить выставку и музейные хранилища, куда обычные посетители не имели доступа.

Мама доверяла ей. Девочке разрешали бродить по окрестностям, когда ей захочется, пусть даже в совершенно новом городе. При условии, что она не станет уходить слишком далеко от нынешнего дома, будет регулярно сообщать о своём местонахождении по телефону и выполнять ещё парочку правил.

– Моя Лия отлично справляется, – как-то сказала она коллеге. – Она более самостоятельная, чем некоторые восемнадцатилетние.

И Лии не хотелось подрывать такое доверие, однако вчера других вариантов у неё не оставалось. То покалывание, многообещающее пощипывающее ощущение, которое прошептало ей: «Следуй за мной».

Лия мелкими глотками попивала свой апельсиновый сок и думала о блёстках, витающих в воздухе. Когда она тёрла кончики пальцев друг о друга, то всё ещё чувствовала гладкий ствол пера, которое мерцало, словно превратившийся в шёлк луч света. А вот блёсткам уже необязательно было взрываться, Лия бы и без этого спокойно прожила.

Лия моргнула и подавила желание потереть левый глаз. Зуд после того случая больше не мучил её. К счастью.

«Не стоит вдыхать блеск неразбавленным»,– раздалось в её голове эхо голоса Алекс.

– Земля вызывает Лию, – позвала её мама и нахмурилась, когда девочка подняла взгляд. – Кажется, сегодня ты и правда витаешь в облаках. Просто не узнаю тебя. Уверена, что всё хорошо?

Лия сглотнула.

– Да, – быстро заверила она маму. – Просто тут всё такое интересное. И… э-э-э… новое.

Лицо мамы прояснилось.

– Знаю, – ответила она. – Но обещаю, это был последний переезд на ближайшее время. Мы тут обустроимся и хорошо познакомимся с городом, пока он не станет нам домом. Договорились?

Лия улыбнулась.

– Договорились.

Мама улыбнулась ей в ответ и сжала руку Лии.

– Итак, как насчёт того, чтобы посетить сегодня динозавров? Я нашла для тебя Музей естественной истории.

– И подготовила список? – спросила девочка.

– И подготовила список, – подтвердила её мама и подняла в честь этого чашечку кофе. Она сделала глоток, и тут Эффи громко прочистила горло. Мама Лии бросила на неё быстрый взгляд, а потом спросила дочку:

– Ты не против сегодня снова погулять одной или лучше Эффи пойти с тобой?

– Мы могли бы сходить в парк за углом, – предложила Эффи. – Ты бы познакомилась с ребятами, живущими по соседству.

– Может, завтра, – поспешила с ответом Лия. – Сегодня я справлюсь одна. В музее то есть.

Возможно, была причина на то, почему Лия хотела погулять одна, но девочка решила не ломать над этим голову.

Чуть позже Лия стояла в ванной и смотрела в зеркало. Вроде глаз выглядел нормально? Она оттянула нижнее веко и наклонилась ближе к зеркалу. Ага. Нормально. Белое глазное яблоко, зелёные крапинки радужки. И ни следа странных блёсток.

Она облегчённо вздохнула, моргнула и выпрямилась. Чем бы ни была эта пыль с пера или этот блеск, судя по всему, Лия не пострадала.

Девочка взглянула на мешочек и блокнотик, которые положила на столик рядом. Оба предмета выглядели безобидно.

Лия провела пальцами по раковине. «Любопытной кошке…» – сказала она самой себе, затем выдохнула и взяла блокнот, кожаная обложка которого была потёртая. Какая-то слишком старомодная для девочки с голубыми волосами и скейтбордом. Блокнотик был обмотан лентой, и девочке сначала пришлось развязать узел. Наконец она открыла её и начала листать.

На страницах красовались наброски: дома, углы улиц и какие-то площади. Один из домов, пятиэтажное здание с остроконечными мансардными окнами, показался Лии знакомым. Может, он находился где-то поблизости? Помимо зарисовок города девочка также нашла рисунки странных существ: голова быка с шеей и торсом человека. Птица с раскрытыми крыльями, словно летящая в кольце огня.

Лия продолжала листать. Между набросками встречались строки, состоящие из тире, точек и других символов. Лии не был знаком такой алфавит.

Она нахмурилась и вернулась к первой странице. Та тоже была исписана значками, но слева, на пустой странице обложки, виднелось послание, которое Лия могла прочитать.

«Ари, что бы ни случилось, не отдавай ПЛ маятник».

– Ари, – пробормотала Лия. Алекс вчера назвала это имя. Это друг или подруга? Но о каком маятнике речь? И что такое ПЛ?

Лия взглянула на сумку. Будь она благоразумной, то просто выбросила бы и сумку, и тетрадь. Она должна так поступить. Очевидно, что у Алекс возникли сложности. Если Лия позволит втянуть себя во всё происходящее, то дела и жизнь пойдут наперекосяк.

Существовала только одна проблема: Лия не могла перестать думать об этой загадке. Вопросы не замолкали в её голове, а становились лишь громче, пока она не начинала искать ответы. А встреча с Алекс? Та не просто так раскрыла ей тайну.

Лия положила пальцы на ладонь и услышала торопливый шёпот Алекс:

«Ты одна из нас».

Лия никогда ни к кому не принадлежала, по крайней мере, вне своей семьи. У неё не было друзей. Ещё в раннем детстве она так часто переезжала, что никогда не ходила в детский сад, да и позже в основном училась на дому. Поэтому девочка вообще едва общалась с другими детьми. Она периодически проводила пару месяцев в одной и той же школе, но этого времени было мало, чтобы по-настоящему с кем-то подружиться. Уже не говоря о том, что Лия не знала, как общаться с детьми её возраста. Ей просто не хватало практики.

Она старалась, пыталась начать разговор или присоединиться к группе, но ничего не знала про интересы других, какие фильмы они смотрят, какую музыку слушают, какие шутки кажутся им смешными и какие видеозаписи в интернете являются популярными. В итоге она оставалась одна с книгой на краю школьного двора. Чаще всего это её не беспокоило, ведь ей нравилось погружаться в книги, учиться, гулять по району со списком, валяться на диване с мамой и смотреть «Доктора Кто» или же танцевать и петь с Эффи на кухне. Лия была довольна.

Только иногда она задавалась вопросом: каково это – иметь друзей. Настоящих друзей, с которыми можно посмеяться и с которыми можно поделиться тайнами или посетить новые места.

Лия нарисовала восьмёрку на руке, как показала ей Алекс. Девочка не была уверена, какая из загадок волнует её больше всего. Золотистая пыль или вопрос, что Алекс имела в виду под «одна из нас».

«Улица де ля Бушери. Запомнишь?»

Лия сжала губы и засунула мешочек и блокнотик в карман штанов.

Ей нужна карта города.