Генри проснулся от головной боли.

Следующим ощущением пришли призраки.

Их было так много, что в первый момент Генри опешил. Остатки чужих жизней льнули к коже, залепляли закрытые глаза и рот, вливались в уши. Усилием воли Генри отогнал их, пытаясь сосредоточиться на собственном теле.

Зато сразу понял, где он. Кладбище! Неподалёку совершенно точно кладбище! Ну не может иначе быть так много призраков в одном месте.

Генри осторожно открыл глаза.

Сначала это не помогло. Потом он начал привыкать к полумраку. Зато, до того как Генри разглядел помещение, где оказался, он ощутил не только призраков, но и едва уловимый аромат болот, гнилостный, почти неприятный, но ему казавшийся привычным и домашним. Он сразу успокоил, и Генри ощутил себя увереннее.

Он находился в небольшой комнате, утопавшей в ночных тенях. Похоже, что-то вроде хижины, как у Костлявого Билли, пахло старым деревом, а сквозь тонкие щели в стенах проникал лунный свет. Другим источником служила старомодная свеча на столике.

Генри лежал на чём-то неудобном и жёстком, вроде лавки, провёл пальцами по поверхности и ощутил тряпку, расползавшуюся под пальцами. Видимо, одеяло.

В бабушкином доме тоже были старые вещи, продавленные диваны и желтоватое постельное бельё, но Генри это всё казалось уютным. Как старый плед, в который заворачиваешься не столько ради тепла, сколько из-за ощущения. В этом же месте всё казалось… мерзким. Грязным. А может, такое ощущение из-за того, что он здесь не по своей воле. Или из-за призраков, от них воздух казался плотнее.

Генри приподнялся и тут же пожалел об этом. Голова закружилась, боль запульсировала, и в целом Генри ощутил себя так, будто накануне напился до беспамятства.

– О, ты живой.

Сделав несколько глубоких вдохов, Генри подождал, пока голова немного успокоится, и снова открыл глаза. Тьма у одной из стен зашевелилась, подалась вперёд, и Генри разглядел, что это вроде бы юный парнишка. Правда, грязный, засаленный и осунувшийся. Он сидел на такой же лавке, что и Генри.

– Когда тебя притащили, мы думали, ты мёртвый. Но посмотрели, вроде дышишь.

– Мы?

– Нас тут двое. Было больше, но остальные, наверное, мертвы. Я Стивен. А там Марк, но он неразговорчивый.

Незнакомец махнул в сторону, и Генри разглядел, что там ещё кто-то у стены, внимательно смотрит на него.

– Подожди, – нахмурился Генри. – Уж не тот ли ты Стивен, которого сестра ищет? Не помню, как её…

– Она может! Да!

– Мы тоже искали. Пытались. Меня зовут Генри.

Стивен пошевелился, чем-то зашуршал, неуклюже поднялся и подошёл. Генри удивился, он что, руку ему собрался пожимать за знакомство? Но Стивен подал стакан с водой:

– Выпей, станет полегче.

Во всём теле и руках чувствовалась слабость, поэтому стакан пришлось взять обеими ладонями. Грязная и мутная вода показалась Генри чертовски вкусной. Он жадно выпил и правда почувствовал себя лучше.

– Может, и таблетка от головы найдётся? – хмыкнул он.

– Нет. Но есть ещё вода. Будешь?

– Давай. Спасибо.

Стивен такой же неуклюжей походкой вернулся к столу, налил. Генри устроился поудобнее, прислонился спиной к доскам стены. Где-то рядом стрекотали сверчки, а липкая духота льнула к телу не хуже призраков.

Стивен принёс новый стакан с водой, и Генри с благодарностью выпил.

– Хотя бы водой тут поят, – заметил он.

– И кормят. Они не хотят, чтобы с нами что-то случилось раньше времени.

– Ты знаешь, зачем вас держат?

– Конечно.

Стивен приподнял старый махрящийся рукав рубашки. Под ним обнаружились грубые, плохо зажившие порезы.

– Используют человеческую кровь для ритуалов, – тихо сказал Стивен. – Много крови. Некоторые не возвращаются.

Генри вспомнил трупы с вырезанными сердцами.

Сделав ещё несколько глубоких вдохов, Генри поднялся и, оставив грязный стакан, начал изучать помещение. Комнатушка оказалась маленькой, в ней не было ничего, кроме жёстких кроватей, ведра для испражнений с крышкой, расшатанного стола и графина. Пластикового, как отметил Генри. Ну, конечно, вдруг пленникам придёт в голову разбить и использовать стекло как оружие. Или убить себя раньше времени.

Марк жался в углу, так и не произнеся ни слова. Генри попробовал с ним заговорить, но тот упорно молчал.

– Он тут давно, – тихо сказал Стивен. – Ещё до меня.

Генри понимал, почему Марк молчит и не желает разговаривать. Даже в сумрачном свете было понятно, что он совсем юный.

Дверь тоже имелась, но крепкая и запертая.

– Куда ведёт? – поинтересовался Генри.

– Во вторую комнату. Она пустая. Ритуалы проводят на улице, там всегда кто-то из них сидит.

– Они, они… кто такие? Сколько их?

– Мы видели троих. Я так понял, хотят призвать неведомого монстра или лоа.

– Ктулху, – хмыкнул Генри.

Хотя, если это какая-то секта колдунов, то многое становится понятнее. Кроме того, как отсюда выбраться.

Генри вернулся на кровать, где очнулся. Голова трещала, и Генри прилёг, надеясь, что его не вырвет, вряд ли кто-то будет здесь убирать в ближайшее тысячелетие. Он зажмурился, и тут же снова облепили призраки.

Генри понадеялся, рядом и правда кладбище, и это всё не жертвы кровавых ритуалов. Хотя надежды мало. Обычно призраки следовали за своими останками, но порой оставались в местах жизни. Или смерти.

– Сможете идти? – неожиданно спросил Генри.

В ответ была тишина, поэтому он открыл глаза и с усилием снова сел, потирая затылок и надеясь, что от этого боль немного утихнет. Стивен смотрел на него:

– Мы пробовали взломать дверь. Пробовали убежать, когда выводят. Но они заходят сюда, что-то вкалывают и выволакивают. Дверь крепкая.

– Я тут не останусь, – заявил Генри. В его голове уже начал складываться план. – Надо уходить, быстро. Пока за нас не взялись.

А ещё пока он сам не ослабел, как Стивен и Марк. И пока Изабель там с ума не сошла от беспокойства.

Генри хотел бы уметь разговаривать с призраками, как Зак! Послал бы одного из окружающих к сестре и другу. Но Генри умел есть этих призраков, поглощать остатки их жизненной силы. Ничего больше.

Сейчас этого более чем достаточно.

Он не стал медлить. Обстоятельства не способствовали рефлексии, поэтому Генри закрыл глаза и мысленно прощупал окружавших призраков. Нашёл одного, самого «маленького», тень былой жизни, оттенок.

Генри позвал его и поглотил.

Голова тут же прошла, хотя по-прежнему ощущалась шальной. Слабость исчезла, наоборот, теперь Генри переполняла энергия. Он подхватил графин с водой и уселся, скрестив ноги, перед дверью. Его губы шевелились, открывая перекрёстки и призывая лоа, пальцы вычерчивали водой знаки-веве на двери – лучше, чем ничего.

Генри понял, почему хижину поставили именно здесь. Дороги тут были незримые, но были. И свой перекрёсток тоже имелся. Колдунам проще здесь творить свою магию.

Но у него, конечно, ничего не вышло. Он умел творить ритуалы вуду, но это было всего лишь их жалкое подобие. С досадой цокнув языком, Генри отставил графин в сторону:

– Ладно, взломаем замок по старинке.

Обшарив пол, Генри нашёл подходящую щепку, а вот гвоздь оказался настолько старым и ржавым, что рассыпался в руках. С досадой Генри уселся на пол, думая, чем ещё открыть дверь, и задумчиво покрутил в руках мешочек гри-гри. И тут его осенило. Ну конечно! Он же знал, что Изабель обычно клала в мешочки.

Распустив тесёмки, Генри вытряхнул на руку несколько предметов, оставил длинную тонкую косточку, а остальное спрятал обратно.

В школе ему приходилось взламывать пару замков, один приятель научил. Тут ушло больше времени, чем раньше, но наконец замок щёлкнул.

Генри поднялся на ноги и обернулся:

– Идём.

Стивен сидел в нерешительности, но неожиданно Марк выскользнул из угла и встал рядом с Генри. Он оказался невысоким долговязым подростком со взглядом хищника. Его грязная ладонь бесстрашно ухватила руку Генри.

Он посмотрел на Стивена.

– Идём, – твёрдо сказал Генри.

– Они же там. У нас никакого оружия.

– Я с ними справлюсь.

Генри надеялся, что выглядит достаточно уверенно. Что Стивен пойдёт за ним. Как когда-то в школе, где Генри без труда собирал вокруг себя людей и вёл их за собой.

Стивен нерешительно кивнул и неуклюже поднялся. Встал за их спинами.

Дверь поддалась легко и с едва слышным скрипом. Комната оказалась пустой, но более светлой и хорошо обставленной. На столе лежали крошки, видимо, от ужина, стояла лампа, отбрасывающая густой свет. Генри ненавязчиво отодвинул Марка за спину и осторожно пошёл вперёд.

Все его чувства обострились. С удивлением Генри понял, что все те вещи, которые он считал собственными недостатками, сейчас позволяли думать, что они выберутся отсюда. Ведь Генри ощущал пульсирующие жизни за стеной, у входа. Людей и правда было трое, они о чём-то говорили.

Генри знал, что должен коснуться их. Тогда жизни будут в его руках. Он не собирался убивать, но хорошо помнил, как тогда в машине это дало время уйти.

Он съел ещё одного призрака.

На миг перед глазами встали отголоски воспоминаний и чужой боли, но Генри давно научился откладывать их в сторону, доставать при работе над текстами, но не считать частью собственной памяти.

Он скользнул на выход, прикрыв глаза, не особенно доверяя зрению. Его вело чутьё, внутренне ощущение жизни. Генри не сомневался. Он коснулся рукой одного похитителя, ладонью второго. Сжал их жизни, заставил задыхаться и падать на колени. Он отпустил их в последний момент, когда сердца были готовы оборваться, а остатки жизненной энергии хлынуть в Генри.

Третий похититель ударил Генри в живот так, что он согнулся от боли. Не раздумывая, Генри кинулся вперёд, одновременно открывая глаза. Увидел перекошенное лицо, кажется, тот же самый мужик, что был в машине и хотел забрать его.

Генри припечатал похитителя к перилам крыльца и резко дёрнул его жизненную энергию. Не забирая до конца, тоже возвращая в последний момент, но глаза мужчины закатились, из носа хлынула кровь. Генри отступил, и похититель мешком упал на крыльцо.

Генри обернулся всего раз, чтобы удостовериться, что Стивен и Марк идут за ним. На хижину он смотреть не стал, уверенно повёл, пока не очнулись похитители.

– Ты знаешь, куда идти? – шёпотом спросил Стивен.

Вокруг уже сомкнулось болото, оглушительное в хоре лягушек и стрёкоте насекомых. Здесь ночью царила бурная жизнь, и она пульсировала вокруг Генри, как и призраки. Он не очень отличал одно от другого, энергия поглощённых бурлила внутри, но её излишек, как оказалось, отлично сбрасывался цеплянием чужих жизней.

Правда, начинали возвращаться головная боль и слабость.

– Знаю, – запоздало ответил Генри. – Я вырос среди местных болот. Хотя не в этой стороне, но догадываюсь, где может быть дорога.

На самом деле, Генри весьма смутно это представлял. Этих мест он не знал, пытался ориентироваться по Луне, но в голове гудело, мешая сосредоточиться.

Болота обнимали их, касались мягкими плетьми мха и царапали ветками, чавкали под ногами жижей. Ещё влажные и душные, но не как днём. И Генри ощутил… земля сама их ведёт. Удобный проход, пригорок, куда не следует идти. Деревья плотнее с одной стороны и приветливо распахивающиеся с другой.

Генри невольно вспомнил, как сам говорил сестре, что они корни этих мест. И сейчас как никогда чувствовал связь с землёй. И её поддержку, влажные гнилостные объятия.

А потом Генри ощутил жизненную энергию. Его восприятие всё ещё было обострённым, отчасти из-за боязни преследования, отчасти чтобы не напороться на голодного аллигатора. Но вот впереди замаячила сложная, точно человеческая жизнь, и Генри устремился туда. Наверняка дорога!

Они пробирались не так долго и вправду вышли на асфальтированную загородную дорогу. Машин не было, но Генри уверенно повёл в одну сторону.

– Кажется, город не там, – неуверенно сказал Стивен.

– Тут кто-то есть. Идём. Может, они подвезут.

Изабель в нетерпении вышагивала рядом с машиной. Она успела размять ноги и пару раз устрашающе посмотреть на Джо. Он чувствовал себя не в своей тарелке, стоял рядом, сжавшись, но ничего не говорил.

Изабель предпочла бы не брать его с собой, но Зак ему справедливо не доверял, да и Джо, как оказалось, лишь примерно мог показать, в какую сторону ездили похитители.

Зак устроился на пассажирском сиденье и молчал, закрыв глаза. Его вид нервировал Джо, особенно после осознания, что «спросить у призраков» имелось в виду буквально.

Изабель знала, что лучшая помощь Заку – не мешать ему. Поэтому терпеливо ждала, стоя на обочине дороги и отмахиваясь от назойливых насекомых.

Наконец, Зак открыл глаза и повёл затёкшими плечами:

– Тут повсюду призраки. Как на кладбище. Но мы близко от хижины.

– Генри там?

– Не знаю, призраки не говорят.

– Но они указали направление? Идём же!

Зак кивнул и вылез из машины. Он не торопился, но и не мешкал.

– Изабель, не волнуйся. С Генри всё будет в порядке, он из тех, кто сам кого хочешь спасёт.

– Не всегда…

Зак мягко улыбнулся:

– Иногда Генри нужно помогать с его эмоциями. Но это другое. Я понимаю, он твой младший брат, но он давно вырос.

Зак сунул ключи в карман, чтобы Джо никуда не делся, но брать его с собой не хотел. Мало ли, чего учудит на месте. Тот и сам не рвался вперёд, всю дорогу то и дело касался раны на голове. Как и раньше, крепкий удар лихо усмирил его пыл.

Изабель в нетерпении двинулась к массиву деревьев, сжимая в руках прихваченный фонарик. Она не знала, куда идти, поэтому пришлось ждать Зака. Она услышала какой-то шум, болота выпустили теней, и одна из них произнесла незнакомым голосом с грубоватым говором:

– Стоять. У меня оружие. Ну-ка к машине все.

Изабель опешила, но повиновалась. Зак остановился, хмурясь. Джо сразу побледнел и вжался спиной в дверцу.

Людей было двое, у одного в руках поблёскивало что-то, подозрительно похожее на пистолет.

Они заметили их машину, поняла Изабель. Возможно, ехали от той хижины, а тут подобрались поближе и наверняка узнали если не саму Изабель, то уж точно Джо. Хотя и её фото видели, Джо постарался. Они в курсе, что она сестра Генри, могли догадаться, зачем она здесь.

Оставалось мысленно корить себя за непредусмотрительность. Изабель так хотела скорее узнать, где Генри, что не подумала о выключении фар и о том, что стоит вести себя потише. В тихом вечернем лесу их отлично видно и слышно!

– Руки на капот, – отрывисто приказал тот, что с пистолетом.

Сначала он связал Джо. Вышло это долго, тот хныкал, а руки у него так дрожали, что второй, без пистолета, прикрикнул. Он же и стягивал узлы на запястьях Джо. Без всякого почтения толкнул бывшего клиента от машины.

– Пойдёте с нами, – сказал мужчина с пистолетом. – Вы слишком много знаете. Близко подобрались.

Вот и спасители! Изабель хотелось выть от отчаяния, Заку тоже заломили руки и начали связывать. Её оставили напоследок, посчитав наименее опасной, а она и не представляла, что может сделать. Зато скоро окажется вместе с Генри. Но никому от этого легче не будет.

И тут Изабель почувствовала то, что назвала бы дыханием земли. Ветерок с болот касался загривка, земля под ногами тихонько вибрировала, отзываясь в костях. Впервые в жизни Изабель в полной мере осознала, что может уехать в какой угодно город, в любую точку земного шара, но принадлежать будет этим местам и их магии.

И своей собственной.

Она вспомнила, как в детстве оживляла сложенные вместе палочки, привязывала к ним лоа или призраков, которых потом иногда ел брат. Тут предостаточно мёртвых душ, поэтому Изабель сделала то же самое: позвала их, заставляя палки и упавшие ветви собираться воедино и выходить из леса.

– Какого…

Тот, кто связывал Зака, обернулся и тонко взвизгнул. Зак тут же воспользовался моментом, вывернулся и ударил его в живот. Между ними завязалась короткая потасовка.

Джо упал на землю со связанными руками, во все глаза уставился на палочных животных.

Несколько «оленей», они выглядели почти как детские игрушки, горизонтальная палка, четыре лапки и шея с головой. Они неуклюже передвигались, не понимая, что им делать. Изабель оживляла на время, но не управляла.

Мужчина с пистолетом сделал несколько выстрелов, удивительно точных, разнося собранные палки. Изабель вздрогнула, зашипела, как змея, когда её творения развалились. Метнулась вперёд, но мужчина резво обернулся, и пистолет уставился ей в грудь.

– А ты сильна, – почти с восхищением сказал он. – Такая же сильная, как твой брат. Два сердца колдунов в жертву будут куда лучше, чем одно.

– Эй, ну-ка перестань тыкать этой штукой в мою сестру!

Из темноты дальше по дороге, откуда-то из-за поворота, выступил тот, кого Изабель никак не ожидала увидеть. Генри держался так уверенно, будто это он здесь хозяин положения, а не сбежавший пленник. За его спиной маячило двое не знакомых Изабель молодых людей.

Генри бесстрашно подошёл вплотную к мужчине с пистолетом.

– Ни с места, – прорычал он. – Иначе я убью твою сестру.

– Ты уже угрожаешь ей пистолетом. Это гораздо больше, чем тебе стоило делать. Нам помогают эти места. Вода этих болот отражается в нашей крови. Что ты сможешь сделать против двух сердец колдунов?

Голос Генри звучал вкрадчиво, почти гипнотизируя. Изабель поняла, что он заговаривает зубы, пытаясь подойти поближе, чтобы коснуться мужчины. Тот вряд ли понимал, но поднял пистолет повыше:

– Ещё полшага, колдун, и от твоей сестры останется кровавое месиво.

Краем глаза Изабель видела, что Зак уложил своего противника, но сейчас тоже замер, боясь шевельнуться. Незаметно он к мужчине подойти не мог, тоже опасался.

Генри кинул быстрый взгляд на Изабель, и она с неожиданной ясностью поняла, что он хочет сказать. Он собирался попробовать схватить жизненную силу мужчины, не касаясь его самого. Но оставался риск случайного выстрела.

Изабель кивнула едва заметно. Вся подобралась, готовясь. Мысленный удар Генри она ощутила в воздухе за миг до того, как тот обрушился на мужчину, сжал его жизнь, сердце, сгустил, готовясь вырвать, но не забирая до конца. В тот же момент Изабель кинулась в сторону и едва не упала, но Зак успел подхватить.

Выстрел правда грохнул, ушёл куда-то в небо. Мужчина, хрипя, осел на землю. Зак оставил Изабель и проворно подхватил с земли верёвку, намереваясь связать обоих нападавших, пока они не очнулись.

– А вот теперь позвоним в полицию, – пробормотал он.

Изабель кинулась мимо него, буквально повиснув на шее брата. Крепко обняла и прошептала:

– Я так испугалась за тебя!

Он обнял её в ответ, уткнулся куда-то в плечо:

– А я за тебя.

Изабель ощутила, что брат едва держится на ногах, и в эти моменты единения он тоже понял, что она знает. Изабель отстранилась, хотя по-прежнему не отпускала его, боялась, он сейчас исчезнет. Генри виновато улыбнулся:

– Мне бы отдохнуть там, где нет призраков. И людей, которые хотят убить.

Изабель сидела на веранде и читала книгу.

День обещал быть жарким, но пока только занимался. За москитной сеткой жужжали комары, слышался сверчок. Ветка на ветру прошелестела, скребясь.

Фруктовый чай остыл, но Изабель нравился именно такой, прохладный и освежающий. Она поправила кружево на длинном рукаве и налила себе ещё. Покосилась на дверь, но она была закрыта, а в доме стояла тишина. Генри спал.

Прошла пара дней с той истории на болотах. Изабель была вынуждена признать, что, несмотря на весь ужас, она пошла на пользу Генри. Он больше не думал о том, чтобы не есть призраков, и, кажется, не так переживал, что он «убийца». Возможно, из-за того, что никого из похитителей не убил, отлично использовав свои способности и контролируя их.

Генри оставлял дверь чуть приоткрытой. Изабель понимала, что для неё. По утрам она вставала раньше брата, но теперь чувствовала необходимость заглянуть к нему, убедиться, что он никуда не исчез, и всё в порядке.

Кошмары Генри не мучили. Сегодня, когда Изабель заглянула, он крепко спал, из-под одеяла высовывалась острая коленка.

Ей самой произошедшее тоже пошло на пользу. Изабель поймала себя на мысли, что теперь ощущает себя на месте. Ничего толком не изменилось, но всё казалось… правильным. Да и сама она с удивлением поняла, что может многое, и почему бы это не использовать?

Книга была старой, листы пожелтевшими, а язык частично английским, частично французским. Изабель с трудом разбирала, постоянно делала пометки в блокноте, но книга была ужасно полезной, в ней рассказывалось о девушке, которая «вдыхала временную жизнь». Выходило, она сможет творить куколки-талисманы и зомби. Но последних Изабель творить не жаждала.

Дверь скрипнула. Сначала открылась внутренняя, следом за ней внешняя, и на веранду вышел Генри с дымящейся чашкой кофе. Изабель удивилась, как это брат встал так тихо, но поняла, что он просто сонный.

Бухнув чашку на столик, Генри зевнул, пытаясь скрыть зевок ладонью. Его волосы смешно топорщились на макушке, пока он придвигал другой стул, чтобы водрузить на него ноги.

– Доброе утро, – улыбнулась Изабель.

Генри пробормотал что-то невразумительное и отхлебнул кофе. Через пару минут он был наконец-то готов к диалогу:

– Зак написал. Говорит, полиция накрыла эту странную секту. Её основатель живёт в Новом Орлеане, ему предъявлены обвинения. Жена божится, что ничего не знала, похоже, все тёмные дела творились на болотах, в хижине нашли кучу доказательств. Полиция на тормозах не спустит.

Ничего удивительного, учитывая, сколько жертв им приписывают. Они похищали людей, держали в той хижине на болотах, кровь использовали для ритуалов, а в определённые дни приносили кровавые жертвы.

Генри горячо заявил, что это не имеет отношения к настоящему колдовству. Даже самые тёмные обряды вуду не предполагали таких зверств.

– Больные ублюдки.

Изабель с ним соглашалась. Зак порывался вернуться и узнать у призраков точное количество и имена жертв, но Джейден был против. Неожиданно его поддержал Генри, заявив, что там столько призраков, это кого угодно сведёт с ума. И пусть теперь занимается полиция. У них есть другие дела.

– Написала Рейчел Коулман. – Генри потёр глаза и снова спрятал зевок в кулаке.

– Кто это? – не поняла Изабель. – Твоя новая пассия? Когда успел?

– Ну тебя, Иззи! Рейчел около сорока и у неё заболел ребёнок. Она подозревает проклятие и хочет, чтобы я посмотрел.

– Ты считаешь, уже готов?

Генри пожал плечами:

– Ну, та дрянь выветрилась, энергии от призраков у меня много. Но я хочу, чтобы ты поехала со мной.

– Зачем?

– Если это реально проклятие, я его сниму, не проблема. Но ребёнок всё равно будет ослаблен, ты бы могла полечить.

Изабель задумалась. Она знала, что Генри быстро вольётся в работу и захочет что-то делать. Вчера он весь день писал и общался с Марком, тем пареньком из хижины, которого дома встретила большая семья, а он сам теперь хотел учиться магии. Но сегодня Генри явно требовалось что-то более активное. Изабель задумалась: а ей самой?

После болот она даже не вспоминала о Джо, хотя полиция попросила его оставаться в городе и много допрашивала. Изабель тоже дала показания, и Джо запретили появляться рядом с ней. Пока предупреждение, но Изабель знала, Джо и так не полезет. На него произвела большое впечатление встреча с реальной магией.

Да и самого Джо Изабель теперь не боялась. Ни его, ни кого-то другого. Она достаточно сильна, чтобы справиться с чем угодно. И Генри готов её поддержать – и защитить, если потребуется.

Она улыбнулась:

– Да, почему бы не помочь им.