Леонард Грейвис

Я проснулся от того, что кто-то настойчиво тыкал меня чем-то в плечо.

Первой мыслью было свернуть шею тому, кто рискнул нарушить мой покой. Инстинкты никуда не делись, даже после почти суток без сна и возвращения с того света. Но почти сразу пришло другое осознание.

Засыпал я рядом с ведьмочкой.

А значит, если она проснулась раньше, сейчас начнёт в очередной раз щупать мой пульс, слушать сердцебиение или проверять, не помер ли я снова за ночь. После вчерашнего опыта я уже понял: защищаться от неё — плохая идея. Особенно если не хочешь получить кулаком в грудь и лекцию о ее ценности. Тем более, что в ее ценности я не сомневался.

Поэтому желание убивать быстро улетучилось.

А потом я понял ещё кое-что.

Одной рукой я прижимал к себе тёплое сонное тело. И это тело совершенно точно не могло одновременно тыкать меня палкой.

Я открыл глаза. Надо мной стояла Виола.

Смотрела с таким гневом, будто пришла лично вершить правосудие. В руках — длинная палка, которой она и продолжала методично тыкать меня в плечо.

Я устало прикрыл глаза обратно.

— Чего тебе надо? — хрипло протянул я, ещё сильнее притягивая к себе девушку.

От Аделины пахло лимонами, травами и чем-то тёплым, домашним. Странный запах для человека, который вчера едва не сломал мне рёбра, пытаясь заставить сердце снова биться. Сегодня бегал в одежде посыльного по городу, вероятнее всего, спасая еще чью-то жизнь. В противном случае, я не опередил бы ее по дороге в монастырь.

— Что ты здесь делаешь?! — прошипела Виола.

Я приоткрыл один глаз.

— Не видишь? Сплю.

— Отпусти Дель немедленно!

Я что-то недовольно промычал, всё же разжал руки и попытался приподняться. И тут же пожалел об этом.

В боку прострелило такой болью, будто кто-то снова провернул нож между рёбер.

Я резко рухнул обратно на подушку, стиснув зубы и стараясь при этом не разбудить ведьмочку.

Она устала не меньше меня.

Если я валился с ног после драки, крови и бессонной ночи, то она — после бесконечной борьбы за чужие жизни. Я видел её руки вчера. Видел, как они дрожали после того, как она вернуть меня с того света.

— Слушай, — пробормотал я, прикрывая глаза, — дай людям поспать по-человечески.

— Если ты посмеешь причинить ей вред… — прошипела Виола и угрожающе замахнулась палкой.

Я медленно посмотрел сначала на палку, потом на неё.

— Что, забьёшь меня до смерти этой веткой?

Она тоже посмотрела на палку. Потом на меня. Потом на Аделину, мирно сопящую у меня под боком.

И снова зашипела.

— Тебе мало того вреда, который ты ей уже причинил?

Я тихо выдохнул и уставился в потолок.

— Девочка, ты даже не представляешь, что именно я сделал и ради чего.

— Аделина в опасности, пока ты рядом.

Я хмыкнул.

— Вообще-то сейчас она в полной безопасности именно потому, что я рядом.

— С тобой никто не может быть в безопасности. Ты одна большая ходячая проблема.

Я задумался на секунду.

А ведь она была права. Порой мне самому казалось, что всё, к чему я прикасаюсь, рано или поздно начинает рушиться.

Рядом тихо завозилась Аделина. Сонно потянулась, придвинулась ближе и неожиданно вцепилась пальцами в край моей рубашки, словно боялась, что я исчезну.

В груди почему-то стало странно тепло.

— Сейчас же уходи отсюда, — упрямо повторила Виола.

Я посмотрел на неё, потом на девушку рядом с собой. Волосы Аделины рассыпались по подушке тёмными волнами, ресницы едва заметно дрожали во сне.

И почему-то впервые за очень долгое время мне совершенно не хотелось никуда уходить. А еще я понял, что желание защитить ее больше желания обладать ею. Такое со мной впервые.

— Нет, — спокойно ответил я.

Виола возмущённо втянула воздух. Казалось, ещё немного — и она действительно бросится на меня с этой палкой. Но, видимо, поняла, что выгнать меня тихо не получится, а будить Аделину она не хочет.

Поэтому просто опустила руку.

— Она должна отдохнуть, — пробурчала девушка.

— Вот именно. Мы отдыхаем.

— Эстер в опасности? — задала девушка другой вопрос.

Это мгновенно стёрло остатки сонливости. Я открыл глаза окончательно.

— Я занимаюсь этим вопросом.

— Ты спасёшь её?

Хотелось ответить что-нибудь язвительное. Например, что сначала неплохо бы дать мне поспать хотя бы пару часов. Но вместо этого я просто сказал:

— Если её можно вытащить — я вытащу. А теперь, будь человеком, свали и дай поспать.

Виола внимательно смотрела на меня ещё несколько секунд. Потом кивнула.

И уже развернулась к двери, когда вдруг остановилась, осознав, что только что фактически послушалась меня.

Она резко обернулась обратно, подошла почти вплотную и снова угрожающе подняла палку.

— Если ты причинишь ей вред, — прошипела она, — я буду бить тебя этой штукой, пока ты не сдохнешь.

Я невольно усмехнулся. Можно вытащить девушку из преступного квартала, но нельзя преступный квартал вытащить из девушки.

— Договорились.

После чего снова устроился удобнее и машинально обнял Аделину за талию.

— Не прикасайся к ней! — возмущённо зашипела Виола.

— Ш-ш-ш… — лениво махнул я рукой в сторону двери. — Не ори. Разбудишь ведьмочку.

Кажется, она хотела сказать что-то ещё. Но я уже проваливался обратно в сон.

Чёрт возьми, как же я устал!