Думала, Дракон возьмет силой, но он неожиданно отстранился.

— Мне не нужна холодная каменная статуя, — припечатал раздраженно, отходя.

— Я… неопытна, — единственное оправдание, что пришло мне в голову.

— Что ж, тогда приступим к уроку.

Дракон подошёл к столу, взял гроздь винограда, оторвал крупную ягоду губами.

Сейчас он не злился, но я теперь совершенно не понимала, что у него в голове, и снова затряслась. Ведь под уроком может подразумеваться наказание. Например, хлыстом…

Наблюдая за моей реакцией, Дракон сплюнул косточки на серебряное блюдо, скинул халат с плеч, оставшись в одних широких брюках, и опустился в кресло.

— На колени.

Я опустилась.

— Ползи ко мне.

Подползла на четвереньках, подавляя гордость.

— На меня смотри.

Подняла голову.

Он развязал завязки, приспустил штаны и… Я зажмурилась, чтобы не видеть его обнаженный пах с порослью, от одного вида которого внутри всё сжалось.

Что примерно происходит между мужчиной и женщиной в брачную ночь, я знала, но не думала, что оно может быть таким огромным!

Так и замерла, не в силах раскрыть глаза и посмотреть еще раз.

Пальцы Дракона, от которых приятно пахло деревом, кожей, цитрусом и свежестью, коснулись моего лица. Не грубо, но крепко стиснули подбородок, заставляя меня раскрыть глаза и направить взгляд на внушительный пах.

Между раздвинутых ног у Дракона торчал и покачивался огромный член, перевитый венами, с красной головкой.

От увиденного у меня перехватило дыхание. Я моргнула, ещё раз, однако член не уменьшился и так и покачивался пугающей дубиной перед глазами.

Мне не доводилось видеть обнаженных мужчин, поэтому, у всех ли такой огромный, я могла только догадываться. Однако член Дракона выглядел просто устрашающе!

— Коснись его.

Касаться Дракона мне совсем не хотелось, тем более его паха.

Будь моя воля, никогда бы с ним не встречалась. Но я подарок, чтобы он простил мой род, поэтому я должна сделать всё, чтобы он остался довольным.

Медленно протянула руку, стараясь, чтобы ладонь не дрожала.

Коснулась подушечкой пальца пугающе огромного, покачивающегося, но красивого члена.

Он выглядит странно, и всё же имелась в нём красота, сосредоточенная в силе, мощи, размере… и даже форме.

Заглянула в глаза Дракона, в которых перетекал огонь и расплавленное золото, и отвела взгляд, устыдившись мыслей, что в мужской красоте есть тоже особенная притягательность.

Однако стоило подумать, что он окажется во мне, повредит нежные внутренности, восхищение вновь сменилось страхом, и в груди сжалась душа.

Моя медлительность раздражала Дракона, пробуждая в нём кровожадность. Он шумно вдохнул, и на выдохе из его ноздрей потянулись сизые струйки дыма. Глаза потемнели.

О, нет! Не желая злить жестокого тирана, чтобы его ярость и кровожадность не обрушилась на наших мужчин, я обхватила пальцами его ствол у самого паха и устремилась вверх, чтобы коснуться красной оголённой головки, на которой поблескивала капелька влаги.

— Продолжай, — приказал Дракон. — Вверх-вниз. Не останавливайся.

В этот раз я не закрывала глаз. Двигалась неспешно, но без остановок, украдкой наблюдая за реакцией грозного мужчины.

Дым перестал валить из его ноздрей. Он откинул голову и задышал боле рвано.

Я перевела дух и заметила, что не только отступил страх, но и от брезгливости не осталось и следа. Более того, мне нравилось то, что я делала, потому что Дракон успокаивался. Угроза больше не читалась на его хищном, красивом лице.

Приободрённая, стала двигать более ловко, без остановок, и вдруг тишину нарушил приказ, грянувший как гром:

— Достаточно. Поцелуй его.

Поцеловать? Вот это? Разве дубине нужна ласка?

Дракон рыкнул, отчего в покоях задрожала и зазвенела посуда, прекрасная люстра.

Дабы вновь не разъярить дракона, не испытывать его терпения, я наклонилась, быстро поцеловала алую головку, после чего отпрянула.

— Еще… — потребовал он. На красивом лице хищника расплылась довольная улыбка.

Это унизительно, но раз я сама согласилась стать игрушкой Дракона, то должна быть покорной.

Склонилась над пахом, покрытой тёмной аккуратной порослью, прикрыла глаза и покрыла робкими, осторожными поцелуями головку, оказавшуюся на ощупь нежной и гладкой, а на вкус чуть солоноватой.

Мужская ладонь легла на затылок, надавила. Мои губы разомкнулись, головка проникла в рот. От неожиданности я чуть сомкнула губы, и Дракон застонал:

— Продолжай!

Подчиняясь, я несколько раз осторожно втянула и отпустила крупную, алую головку члена.

Дракон шумно дышал и внимательно следил за каждым моим действием.

Что ж, пусть он останется довольным. Только бы потом смилостивился над пленниками.

Снова обхватила губами его могучий член и случайно задела головку кончиком язычка.

— Да! Еще! Так!

Дракон решительно надавил на затылок, насаживая меня по самое горло.

Я поперхнулась, почувствовала, как член вошел до предела, и затрясла головой в отчаянной попытке освободиться. Дракон позволил приподнять голову, но не отпускал.

Отдышавшись, я сделала несколько глубоких нерешительных движений.

— К Мраку! — прорычал Дракон, поднимаясь. Я не удержалась на коленях и упала на мягкий пушистый ковёр.

— Раздвинь ноги.

Раздвигать ноги перед мужчиной я стыдилась.

Вопреки приказу попыталась свести. Тогда Дракон сам развел мои бёдра.

Я закрыла глаза, ожидая брани и унижений.

— Настоящий цветок пустыни, — довольно подытожил он, шумно вдыхая мой аромат.

Я бы подумала, что он издевается, но его голос прозвучал бархатно, мурчаще, как будто довольным остался огромный пустынный кот.

Опустившись на колени, Дракон подтянул меня за бедра ближе к себе.

Я испугалась, что сейчас он грубо войдёт в меня, что ужасная боль разойдётся по телу. Стиснула пальцами ворс, зажмурилась, но ничего ужасного не произошло. Более того, Дракон принялся ласкать меня там пальцами.

Бережные касания моих складочек вызвали в теле приятную дрожь. В животе словно запорхали бабочки. И, несмотря, на стыд и румянец, заливший моё лицо, я начала подмокать.