Глава 3

Давление воздуха вокруг меня изменилось, послав толчок по всему телу. Я лежала на холодном полу, но внезапно мне больше не было холодно.

Сев, я огляделась по сторонам, проверяя, одна ли я. На этом уровне никого не было, но я знала, что кто-то наблюдает за мной, даже без моих сил.

В четырёх футах от меня появился мужчина, но это был не обычный мужчина. Нет, это был ангел с каштановыми волнистыми волосами до подбородка и золотыми глазами, которые смотрели на меня с улыбкой, словно я была его давно потерянной дочерью. Все его шесть футов роста опустились на корточки, чтобы он мог лучше меня рассмотреть. Его красивое лицо изучало мои черты так, будто он запоминал их навсегда.

То, что я чувствовала себя так, словно на меня светила тысяча солнц, подсказало мне, кто этот ангел. К тому же я помнила его из своего последнего сна.

— Уриэль?

— Да, это я.

Он огляделся вокруг.

— Я бы спросил, как ты себя чувствуешь, но, думаю, знаю ответ.

Я фыркнула.

— Да, бывало и лучше. Я сплю?

Он покачал головой.

— То есть… эм… все мои воспоминания приходят ко мне только во снах. Я думала, ты умер.

— Мы на самом деле не умираем, но если нас поражает Пылающий Меч, то мы оказываемся привязаны к тому месту, где нам предназначено быть. Для одних это Небеса, а для других — Ад. Как только Пылающий Меч отправляет нас туда, нам не позволено уходить. Конечно, Пылающий Меч никогда не предназначался для архангелов, но правила есть правила.

Я прищурилась, как обычно делала, когда кто-то говорил полную бессмыслицу.

— Ладно, тогда как ты здесь оказался?

— На самом деле я не здесь.

Он резко опустил руку к бедру, словно топор, рубящий дерево. Его ладонь прошла сквозь ногу. Всё его тело на несколько секунд стало размытым, а затем снова пришло в норму, будто застывающее желе.

— У меня есть особое разрешение навещать тебя. Кстати, твоя мама передаёт тебе целую охапку объятий.

Только при упоминании о ней у меня на глазах выступили слёзы.

— Она не могла прийти… — Я махнула рукой в его сторону. — Даже в таком виде?

— Нет, боюсь, что нет. Причина в том, что нам выделяется определённое количество времени, прежде чем кто-нибудь заметит наше отсутствие, а Аббадона знал, что, скорее всего, превысит этот лимит, и тогда его накажут. У всех есть слабость к твоей матери, поэтому мы стараемся защищать её, когда можем. Кстати о времени, я уже почти вышел за пределы допустимого, так что перейду к сути. Иногда то, чего хочет сердце, и то, в чём оно нуждается, — две разные вещи. Тебе нужно помнить об этом, когда завтра придёт твой друг. Сделай выбор, с которым твоё сердце сможет жить.

— Подожди, о ком мы говорим? О Финне?

— Увидишь. А теперь к важной части. Клинок, который Азраэль вложил в тебя, больше не предназначен для одного человека. Если ты хочешь победить падших и их творения, тебе понадобятся люди рядом, способные помочь. Семеро должны нести его сущность, включая тебя. Выбирай мудро.

— Творения? Ты имеешь в виду нас?

— То, что не должно было быть создано.

Он поднялся на ноги.

— Подожди, — сказала я. — Без обид, но ты не можешь просто заявиться сюда… в камеру из всех возможных мест, и сообщить мне, что я должна передать эстафету ещё шестерым людям. Мне нужны подробности: кому и как. И ещё давай поговорим об этих творениях.

Он улыбнулся. Вот просто, чёрт возьми, улыбнулся, словно не знал, насколько меня это раздражает.

Я поднялась на ноги и смотрела на него, пока он наконец не заговорил.

— Меня коснулся Пылающий Меч. Я не могу изменить будущее. Я и так уже зашёл на опасную территорию, и я никогда не говорил о передаче эстафеты. Ты по-прежнему останешься такой же могущественной. С каждым днём ты становишься всё сильнее и сильнее.

Он протянул руку, будто собирался прикоснуться ко мне, но его пальцы исчезли в тот самый момент, когда должны были коснуться моей щеки. Его глаза стали печальными.

— Мне пора. Твоя мать, вероятно, сейчас расхаживает взад-вперёд и хочет знать каждую мелочь нашего разговора.

В горле снова образовался ком.

— Скажи ей, что я помню её и что она была замечательной матерью.

Он слегка нахмурился.

— Она и сейчас ею остаётся. То, что она на Небесах, а ты бродишь по земле, не означает, что она перестала думать о тебе или заботиться о тебе.

Я не знала, что ответить, поэтому просто кивнула.

— Аббадона подаёт мне знак, что время вышло, так что мне пора.

— Подожди! — крикнула я. — Как я пойму, кого выбрать?

— Ты почувствуешь это нутром. Позволь Дару Чамуэля вести тебя. Кого бы ты ни выбрала, он будет связан с тобой до тех пор, пока ты ходишь по этой земле. У вас всех будет общая цель. И помни: ты не сможешь принимать лучшие решения, если будешь жить в безопасности. Мы все болеем за тебя.

Я смотрела, как он буквально испарился у меня на глазах.

После этого я начала расхаживать по своей маленькой камере.

Уриэль был загадочным, это точно. Казалось бы, он мог дать мне чуть больше информации или хоть какую-то помощь в этом вопросе. Чёрт, почему бы просто не дать мне список имён тех, кому можно доверять?

Хорошая новость заключалась в том, что, судя по всему, он не считал, что я сгнию в этой камере.

Я снова легла на пол.

Я знала, что сон для меня был потерянным делом, но, пока ждала, когда моё нутро укажет путь, могла хотя бы надеяться заснуть и увидеть во сне мать или парня, по которому скучала.