Глава 44

Маргарита, зал церемониального ужина

От натужной улыбки болели скулы, щёки и шея. Ужин был похож на маленький филиал ада, в который согнали всех чертей и заставили прислуживать официантами. А во главе стола сидел сам Сатана — рогатый и язвительно-злой.

Ург был сам на себя не похож.

Он нагло заявился в зал церемониального ужина, где, утомившиеся от долгого ожидания, сидели девы, участвующие в отборе. Компанию нам составляли ответственные за обор. Надушенный и напомаженный эрл Колин Филитиарн Сил беспрестанно вещал о нашей исключительной красоте и стати. Он щедро раздаривал дежурные комплименты, но на мне всё время запинался.

Видимо, врать эрлу было сложно.

Но моё поспешное умозаключение было ошибкой. Эрл Колин Филитиарн Сил боялся и боялся отчаянно. Нет, не меня, безродную деву из Манескера, а величественного старца. Церемониймейстер Мерл, из Дома Цветущей Вишни, одетый в тяжёлые ритуальные наряды, сидел во главе стола, ровно напротив того места, где должен был сидеть хрейдмар Эрик Этвелл.

Мерл внимательно следил за девами, хмуро поглядывал на эрла и буравил взглядом пустующее кресло хрейдмара. Каждый раз, как эрл открывал рот, чтобы ляпнуть очередную глупую пошлость в мой адрес, Мерл кривился в едва заметной усмешке, а бедный распорядитель бледнел и запинался.

В момент, когда раскрылись двери и Эдвард Денжиди возник на пороге, Мерл не просто побледнел от злости. На его лице разлились красные пятна, а в глазах поселилась лютая ненависть.

Девы замерли в едином движении, увидев собранного урга, а я растерянно улыбнулась, сделав ещё одно ошибочное умозаключение. Я решила, что ург и есть хрейдмар Этвелл, только мне он не говорил об этом, прикрываясь чужим именем.

Однако всё оказалось проще и сложнее одновременно.

Эдвард Денжиди, под перекрёстными и не очень дружелюбными взглядами, прошёл к пустующему креслу, нагло в нём уселся и послал мне доброжелательный взгляд, наполненный теплом тёмного шоколада.

К сожалению, это был единственный момент проявления дружелюбия.

Потом случилось что-то странное.

Тепло тёмного шоколада исчезло из его глаз, вмиг сменившись холодным равнодушием. Губы скривились в презрительной усмешке. От самой фигуры Эдварда потянуло несвойственным ему высокомерием.

Дальнейшие слова урга объяснили отсутствие Эрика Этвелла на обязательном ужине.

— Церемониймейстер Мерл, — нагло протянул ург, беря в руки салфетку,— по правилам ритуала на ужине хрейдмар может быть представлен лицом, близким к правителю.

Отчего-то мне почудилось, что после имени церемониймейстера ург хотел добавить слово «засранец». Нервы совсем ни к чёрту стали. Разве может такое ляпнуть представитель власти?

— Право такое есть, — смиренно покивал головой Мерл, — но повод для этого должен быть весомым.

— Поверь мне, Мерл. Повод более чем весомый, — скучающим тоном, в котором сквозили нотки издёвки, ответил Эдвард.

Когда я взглянула на лицо урга, то испытала острый приступ паники. Тонкие черты лица мужчины исказила лютая, совершенно не прикрытая ненависть. Глаза стали совершенно безумными из-за плескавшейся в них злости.

Я проследила за направлением взгляда урга и поняла, что смотрит он на Мерла. Тот сидел абсолютно белый от плохо сдерживаемого бешенства.

Эти двое были готовы поубивать друг друга на месте.

— Приказ хрейдмара Этвелла это закон, — выплюнул Мерл, отводя взгляд от урга, — в таком случае, пора начинать. Эрл Колин Филитиарн Сил, приступай.

Растерянный распорядитель подскочил с места, забавно тряся завитыми волосами, поправил пышный бант на шее и, кланяясь во все стороны, как неваляшка, заголосил.

— Девы! Вы преодолели много сложностей, чтобы оказаться здесь, за этим столом. Ваши имена знает каждый житель Каэрллиона. Вы отмечены в скрижалях ритуала, как достойнейшие дочери своих Домов! — распорядитель покосился на меня и добавил срывающимся голосом, — эйна Маргарита первая представительница Манескера, попавшая в этот список! Поприветствуем силу девы, выбранной ритуалом!

Он зашёлся в одиноких аплодисментах, но быстро затих. Никто не поддержал его предложения. По лицу растерянного эрла пошли пятна смущения, но он быстро взял себя в руки.

Напряжение за столом нарастало.

— Хрейдмар Этвелл не смог присутствовать на ужине, — скривился эрл в натужной улыбке, — но он подготовил подарки, достойные каждой девы! Внесите!

Звонкий хлопок в ладоши и двери залы снова отворились, впуская вереницу гибких девушек в воздушных одеждах. В руках они несли скромные футляры, которые вскоре оказались на столах перед нами.

Как только за девушками закрылись двери, слово взял Мерл.

— Хрейдмар лично совершил выбор даров, — заскрипел он бесцветным голосом, — серебро священный металл самой Богини, охранительницы женского здоровья. Лунные камни скрывают в себе улыбку Богини. Ожерелье в будущем охранит чрево, вынашивающее дитя хрейдмара. Это великий и священный дар. Будьте достойны его!

Футляры одновременно щёлкнули, раскрываясь. Зала наполнилась ароматом весенних цветов. Послышались возгласы восхищения. Девы трепетно принимали подарок и в срочном порядке надевали на себя.

Мне даже смотреть на него не хотелось. Не ожерелье, а ошейник для тельной коровы. Я бросила быстрый взгляд внутрь футляра. Ожерелье было великолепным. Вокруг овальных камней, молочного оттенка, вилась тонкая вязь сложного плетения серебряной проволоки. Она выплетала узоры, похожие на рунические, свивалась в цветочный венок и оканчивалась тонким замком.

Красиво, но почему-то меня передёрнуло от вида камней. Словно толстые личинки шевелились в тускло поблёскивающем серебре. Я протянула руку и резко захлопнула футляр.

— Подарок не пришёлся по душе, эйна Маргарита? — заметив моё движение, спросил ург.

— Подарок безупречен, — улыбнулась я краешком губ, — но, боюсь, он будет плохо сочетаться с тёмным бархатом моего платья.

— Если эйна так считает… — недобро прищурился ург, впиваясь в меня взглядом.

Снова заголосил распорядитель. Только слов его я разобрать не могла. Как не могла оторваться от злобного равнодушия в глазах урга. В голове шумело, сердце отчаянно билось о грудную клетку, горло сжимало от странного холодка, проникнувшего во все члены.

Пришло липкое ощущение, что ург пытается выпить мою душу. Пытается поглотить её черными провалами зрачков, в которых поселился непонятный мне голод.

Внезапно все ощущения исчезли, оставив после себя дикую усталость. Словно я не сидела мирно за столом, в окружении благородных, а таскала камни из глубин шахт.

Ург оскалился в улыбке.

— Пожалуй, соглашусь. Эти камни плохо гармонируют с нарядом.

Он бросил на меня последний взгляд и перевёл его на другую деву. Теперь он вежливо скалился Атар-язате из Дома Воздуха. Зеленоглазая, черноволосая дева мгновенно поблёкла под взглядом урга.

Я помассировала виски и попыталась понять, что несёт распорядитель. Он распинался в комплиментах каждому Дому, а вокруг нас уже суетились девушки.

Оказывается, ужин уже подали.

Нацепив на себя улыбку, от которой тут же свело челюсть, я посмотрела на невозмутимую Элиан, сидящую напротив. Ожерелье ей было к лицу.

Элиан почувствовала мой взгляд, взмахнула ресницами и слегка склонила голову, якобы поправляя выбившийся локон. Но я всё поняла. Взгляд Элиан в этот момент был устремлён на Мерла, который ковырялся в тарелке.

Я незаметно кивнула.

Элиан до сих пор не смогла передать мне обещанную карту, потому что Мерл ходил за ней как цепной пёс.

Планы рушились, как карточный домик. И, кроме того, я до сих пор так и не поняла, в чём заключалось новое испытание.

Время текло медленно. Я, не переставая улыбаться, ковырялась в тарелке, краем уха прислушиваясь к тому, что творилось за столом. Спина затекла, челюсть сводило от напряжения, руки заледенели от странного ощущения усталости. Мысли путались.

Поэтому, когда раздался грохот и крики, я не сразу среагировала, продолжая смотреть в тарелку и глупо улыбаться.