***

Лидия сумела дозвониться до госпожи Редфилд уже вечером, в то время, когда добропорядочные жители Лютеции садятся ужинать и обсуждают с членами семьи прошедший день, напечатанные в газетах новости или предстоящий просмотр нового голографического фильма. Иначе говоря, часы показывали четверть девятого, за окном висела стылая февральская тьма, а госпожа Редфилд сидела у камина, вытянув ноги к огню, и неприязненно рассматривала глиняный горшок с крохотным алым ростком, по краям которого то и дело пробегали искры. Горшок был, разумеется, накрыт зачарованным стеклянным колпаком.

Увы, горшок с мандрагорой был пока единственной её добычей: мастера гильдии артефакторов традиционно не торопились c предложениями, а тетрадей под гримуары в канцелярской лавке Академии не было вообще никаких, и давно.

На сигнал коммуникатора отвечать не хотелось, но Лавиния взглянула на экран, увидела, что вызывает её Лидия Хаскелл-Лавернье, и ткнула пальцем в кнопку ответа.

- Добрый вечер, госпожа коммандер, - проговорила Лидия. – Я не очень вас отвлекла?

- Ну, если бы я была занята, я бы просто не стала отвечать, - усмехнулась Лавиния. – Слушаю вас.

- У нас… проблема. И мы… я хотела бы с вами посоветоваться, потому что пока не понимаю, что с этим делать.

- Проблема, ага. И посоветоваться хотите вы лично, а не вы и Пьер… - Лавиния потёрла подбородок. – Ну, предположим…

- Поскольку принесла эту вещь… эти вещи… принесла именно я, будет правильным, если и совета попрошу я, - ответила Лидия, к концу фразы волшебным образом переставшая путаться в словах.

- Хорошо, начинайте.

- Мне хотелось бы кое-что вам показать, госпожа коммандер.

- Когда?

- Да хоть сейчас!

- Ну-у… я готова взглянуть на вашу проблему, - кивнула Лавиния. – Только один вопрос…

- Да, госпожа коммандер?

- А у вас в магазине найдётся частично зачарованная тетрадь для гримуара?

ГЛАВА 2

- Ну, пожалуй, я могу понять, что вас заинтересовало, - Лавиния прошлась по кабинету и развернулась к супругам-антикварам. – Вещицы не рядовые, я такое видела всего несколько раз. Только поясните, пожалуйста, зачем вам понадобилась я? Об артефактах и амулетах, тем более – старинных, вы оба знаете примерно в восемь с половиной раз больше меня. Может быть, даже в восемь и три четверти, - добавила она справедливости ради.

- Пригласить вас решила Лидия, - Лавернье бессовестно сдал свою лучшую половину. – Она купила эти предметы, и она же ими была напугана настолько, что предлагала мне купить яхту и отправиться в кругосветное путешествие, чтобы их утопить. В Марианской впадине, помнится? – и он с улыбкой взглянул на жену.

- Вообще-то я хотела их разделить, поэтому предлагала также жёлоб Кермадек и Южный Сандвичев жёлоб, - усмехнулась в ответ Лидия. – Но если серьёзно, то… это очень странные предметы, и ты, помнится, со мной согласился, дорогой.

- Странные, - кивнул Лавернье.

- Тогда поясните мне, профану, в чём же странность? – госпожа Редфилд подошла к столу, заглянула в одну из шкатулок, вздохнула и села в кресло.

- Во-первых, вещи лишь имитируют старинные, - начал Лавернье. - Да, они сделаны по образцу кельтских украшений позднелатенского периода…

- Примерно две с половиной тысячи лет назад, - поспешила пояснить Лидия.

- Чуть меньше, - поморщившись, поправил её муж. – Но применялись совершенно явно современные технологии, да и состав металла… Вряд ли гэльские ремесленники использовали в составе изделий ванадий и титан.

- Вы проверяли состав?

- Нет, - Лавернье снова поморщился. – Один из моих помощников владеет магией металлов. На совсем слабом уровне, около шести единиц по шкале Бен-Бецалеля, никакие воздействия ему недоступны, но он может определить, что входит в состав сплава. В этих изделиях основа - электрум3, с довольно высоким содержанием золота, плюс добавка меди и олова, плюс титан и доли процента ванадия. Не буду вдаваться в подробности, но из-за большой разницы в температурах плавления создать такой сплав не могли две тысячи лет назад. Никак.

- И магически, как я понимаю, тоже это было невозможно?

- Магически… вообще-то возможно, но тут есть ещё одна важная деталь: слишком сложный состав для бытовых или, скажем, технических заклинаний, не окупится.

- А лечебные?

- Ну-у… - тут Лавернье задумался, потом тряхнул головой. – Разве что на уровне «прирастить оторванную ногу».

- Понятно… То есть, ничего пока не понятно, - поправилась Лавиния. – А это вообще артефакты? Может, просто украшения для кого-нибудь, сдвинутого на кельтах?

- В том-то и дело, что магическая искра возникает при попытке активировать…

- Что? – вскочила со своего кресла Лидия. – Ты активировал это… эту дрянь?

- Я закрыл поле воздействия всеми возможными щитами! И потом, ну нельзя же избавиться от артефактов, не исследовав их предварительно!

Внутренне госпожа Редфилд посмеялась: маг-антиквар оправдывался, как всякий женатый человек. И как всякому женатому человеку, ему приходилось признать свою неправоту.

- Ты должен был, как минимум, пригласить сюда мастера-артефактора! – отчеканила Лидия. – Не говоря уже о том, чтобы предупредить меня! – она набрала воздуха в грудь, длинно выдохнула и посмотрела на гостью; та держала в руках шкатулку и рассматривала лежащий внутри предмет. – Прошу прощения, госпожа коммандер, всё сказанное не должно было прозвучать в вашем присутствии.

- Мне кажется, или в каждом из предметов недостаёт какой-то детали? – спросила госпожа Редфилд. – Вот здесь, в браслете, как мне кажется, не хватает камней в лучах трискелиона4.

- Совершенно верно, - Лавернье явно рад был переключиться на обсуждение артефакта. – В конце каждого из лучей сохранились следы креплений для камней, судя по этим следам, там были кабошоны5. Но какой именно там стоял камень, мне установить не удалось.

- И, несмотря на неполноту, артефакт срабатывает?

- Как я уже сказал, магическая искра возникает, но дальше этого ничего не идёт. Да и не могло бы пойти, без полного набора элементов эту искру невозможно направить.

- А что скажете про остальные предметы?

- Вы можете видеть, здесь ещё имеется фибула6, у которой отсутствует застёжка. Состав металла и рисунок тот же, что и на браслете, камни – янтарь. А в картонке – нечто перекрученное, в чём лично я предполагаю головной обруч без центрального украшения.

- Я рассмотрела оба эти предмета, - сказала Лидия. – Предположила бы, что как раз то, что ты счёл фибулой, и было этим самым центральным украшением. Если исходить из общего принципа построения таких комплектов, должен быть ещё один браслет, тогда у нас трёхчастный артефакт. Зачастую их делали пятичастными, тогда добавляются два перстня, но это уже домыслы.

- Пока что оставим домыслы в стороне. Итак, здесь собрались браслет, часть головного украшения и сомнительный предмет, то ли фибула, то ли деталь венца… - повторила Лавиния. – Сложный состав металла, кельтский рисунок с трискелионами и шнуровым орнаментом, современная работа под древность и неизвестная магическая составляющая. Честно говоря, я даже предположить пока не могу, на что же вы напоролись… Кстати, расскажите мне ещё раз, как все эти сокровища к вам попали?

Лидия добросовестно повторила: брокант в Шартре, продуктовый рынок в Кавайоне и помойка в Булонь-сюр-Мер.

- Я не сразу поняла, что это комплект, - добавила она. – Просто иногда взгляд цепляется за какой-то вроде бы и ненужный предмет, и ты покупаешь его, даже не осознавая, зачем. Если какой-то из этих вещиц вдруг захочется поселиться именно у вас, сопротивляться бесполезно, - чуть улыбнувшись, Лидия пожала плечами. – У меня так было со старыми лампами из железнодорожных вагонов, помнишь, Пьер?

- Ещё бы, - хмыкнул Лавернье.

Оживившись, Лидия перестала выглядеть, словно мраморная статуя: щёки её порозовели, в серых глазах искрилось веселье.

- Мы даже и не собирались на тот брокант… В Нейи, кажется? Да, точно! Просто вдруг оказалось, что в воскресенье нам совершенно нечего делать, мы вызвали такси и отправились туда. Бродили долго, замёрзли, ничего интересного не было, собрались уже уходить. И вдруг я вижу у какой-то старушки две лампы странного вида: высокий стакан из матового стекла, латунная крышка, много всяких завитков вокруг, и что-то вроде спускового крючка. Оказалось, этот спусковой крючок – амулет, позволяющий любому не-магу зажигать в фонаре магический огонь. Такие лампы ставили в первых поездах, понимаете?

- И вы их купили, - кивнула Лавиния.

- Не сразу. Мы ушли, потом снова вернулись… Купили, конечно! – Лидия рассмеялась. – Они теперь у нас в спальне исполняют роль ночников, - тут она взглянула на часы и встала. – Наверное, нам всем стоит прерваться и поужинать? Как вы посмотрите на камбалу меньер7, госпожа коммандер?

- С удовольствием! – широко улыбнулась госпожа Редфилд. – А что, вы живёте здесь же, в этом здании? Мне казалось, что здесь только магазин. Или это какие-то фокусы с расширением пространства?

- Ну что вы! Я бы не рискнула жить постоянно в расширенном пространстве – так вот ляжешь спать, а утром проснёшься на мостовой перед домом, оттого что это самое пространство схлопнется? Нет-нет, Пьер попросту купил соседнее здание. Мы отремонтировали его и соединили коридором со вторым этажом магазина. Никаких магических фокусов, только честный кирпич и штукатурка.

«Разумное решение, очень разумное, - думала Лавиния, идя по коридору следом за хозяйкой дома. – Тем более, что попытки расширения пространства до размеров хотя бы комнаты предпринимались раньше, и ни разу хорошо не заканчивались. Только смелые экспериментаторы не на мостовой перед домом оказывались, а исчезали… где-то. Видимо, примерно там, где находится содержимое моего пространственного кармана. Тьма, надо извлечь из него всё важное! В банк отнести, что ли? Тоже, конечно, надёжность пониженная, но всё же безопаснее».

И приняв это мудрое решение, она посмотрела по сторонам.

Коридор, куда они вышли из кабинета Лавернье, был тёмным и мрачноватым – ну, ещё б ему быть другим, при отделке резными дубовыми панелями, от времени ставшими почти коричневыми! Но Лидия открыла проход в соседнее здание, и потемневший дуб сменился светлыми обоями, а из раскрытой настежь белой двери лился яркий свет, негромкая музыка и манящий аромат свежего хлеба и хорошего бульона.

- Прошу вас, госпожа коммандер, - чуть поклонившись, Лавернье отодвинул стул от овального стола, застеленного белой скатертью.

- Ради всех богов, хотя бы за ужином давайте забудем о работе! – попросила коммандер, усаживаясь. – Я не могу одновременно наслаждаться едой и думать о благе государства! Можете называть меня по имени, Лавиния.

Благодаря этим её словам или же искусству Лидии Хаскелл, умело направляющей застольную беседу, но говорили они о чём угодно, только не о делах. Каждый из участников ужина рассказал пару забавных историй из своей жизни: Лавиния описала поиски тёмной магички, заносившие её то в Валахию, то в Барсу, то в Прагу, то в Люнденвик или пустоши Зелёного Эрина8; Лидия живо и красочно описала нравы и обычаи, царящие среди модельеров и манекенщиц, а её муж припомнил, как отправился в Аль-Искандарию получать наследство, оставленное ему старинным другом9.

- Постойте-постойте, Пьер! – оживилась Лавиния. – Это не та ли история, когда вы получили краски для ментально-эмпатического воздействия?

- Та самая, - ответил Лавернье невесело. – По сей день принятие наследства мне аукается, под него же кафедру создали в вашей Академии, и хотя бы раз в полгода мне приходится там бывать с проверкой. А я очень не люблю иметь дело с менталистами!

- Ну, зато в вашу честь рядом с кабинетом главы этой кафедры привинчена бронзовая табличка, - усмехнулась госпожа Редфилд. – И можете гордиться, студенты ещё ни разу не накладывали на неё чары искажения!

После закусок и бульона с пирожками подали ту самую дуврскую камбалу и белое вино с берегов Луары. Когда от рыбы остались лишь косточки, Лидия предложила десерт, но гостья отказалась.

- Это будет лишним. Я бы предложила вернуться к обсуждению вашей проблемы, обозначить пути её решения и разойтись до завтра.

В этот самый момент массивные напольные часы гулко пробили один раз. Лавиния посмотрела на них и покачала головой:

- Ну вот, половина двенадцатого. А у меня завтра в девять первая лекция, и было бы неплохо хоть немного поспать.

Они перебрались в гостиную, к камину. Лавернье предложил что-нибудь крепкое в качестве дайджестива, но госпожа Редфилд снова отказалась.

- Я уверена, что аква-вита у вас лучшая из возможных, но боюсь увлечься. Попробуем, когда решим вопрос, - она улыбнулась. – Итак, пока что я слышала только одно предложение: утопить все три предмета в самых глубоких местах мирового океана. Ещё варианты есть?

- Мы обсуждали возможность консультации с кем-то из серьёзных артефакторов, но… Пьер против, - сказала Лидия.

- Почему?

- Потому что мои отношения с Гильдией артефакторов не сложились, - пожал плечами Лавернье. – Они и вообще-то не слишком любят нашего брата-антиквара, а со мной у них была пара… стычек. И закончились эти стычки в мою пользу.

- Это вы сейчас говорите о судебном процессе касательно признания «Записок Вильгельма Баскервильского» позднейшей подделкой? – лицо госпожи Редфилд расцвело ехидной усмешкой. – Или о вашей дуэли с мастером Жеромом из Гильдии артефакторов Окситании? Или о том случае, когда почтеннейший мастер Вероль обвинил вас в нарушении обещания жениться на его дочери, а вы доказали, что предъявленные письма – сущая подделка?

- Всё это было давно и неправда! – отмахнулся Пьер. – Хотя «Записки» были доподлинные, и экспертный совет это признал! Просто они, профессиональные артефакторы, меня не любят, как и моих собратьев по профессии, ведь антикварные амулеты и артефакты куда интереснее современных! Или вы со мной не согласны?