Глава 12. Часть 1

Отправив финальный рапорт с версией начальству, они наконец начали собираться по домам — официальное одобрение на выезд должно было прийти уже ближе к утру.

Когда они вышли на крыльцо отдела, город было не узнать. Сумасшедший июльский ливень, терзавший Питер весь день, наконец-то выдохся и отступил, оставив после себя лишь глубокие зеркальные лужи на асфальте. Небо над головой очистилось, посветлело и окрасилось в мягкие, прозрачно-розовые тона затянувшегося летнего заката. Свежий, умытый воздух пах озоном и мокрой листвой. Город затихал, окутываясь прохладными, более-менее ясными сумерками.

​Вскоре они уже снова сидели в салоне автомобиля, плавно разрезающего вечерние улицы. Ярослав уверенно вел машину, лениво перестраиваясь из ряда в ряд. Напряжение тяжелого дня постепенно уходило, уступая место уютной, расслабленной тишине, которую нарушал лишь тихий шелест шин по влажному дорожному полотну.

​— А ты куда-то ещё помимо работы ходишь? — постукивая пальцами по рулю в такт какой-то ненавязчивой мелодии из радиоприемника, как бы между делом поинтересовался Ярослав. — С подругами там... или с парнем?

​— У меня нет парня, — рассмеялась девушка, отворачиваясь от окна и лукаво взглянув на напарника. — Но с подругами выбираемся иногда выпить, потанцевать. Или куда-то далеко любим ездить на активный отдых. Не так давно, еще до нашего с тобой знакомства, мы с девочками ездили на ферму кормить альпак — боже, это было что-то невероятное, они такие забавные!

​— Выпить и потанцевать в бар? — Ярослав коротко усмехнулся, бросив на нее быстрый взгляд.

​— Да, но не так часто, если честно. Всё-таки от такого шума тоже устаешь, потом полдня в себя приходишь, — Тая улыбнулась и, поудобнее устроившись на сиденье, вернула ему вопрос: — А ты чем-то помимо работы занимаешься? С друзьями... или с девушкой?

​— У меня её нет, — ответил он точь-в-точь в её манере, и на его губах промелькнула мимолетная улыбка. — А с друзьями — да, классический набор. Иногда на спорт ходим вместе, иногда в бар заваливаемся. В начале лета вот ездили на сплав всей большой компанией. Было круто, до сих пор воспоминаний вагон.

— А что ты конкретно любишь из активного отдыха? — Тая чуть повернулась к нему боком, подперев кулачком щеку и с искренним любопытством уставившись на его профиль.

Ярослав на секунду замялся, словно не ожидая такого прямого интереса, и его пальцы на руле едва заметно напряглись. Мужская уверенность куда-то на миг испарилась, уступая место легкому, почти мальчишескому смущению.

— Ну... помимо сплавов, люблю в горы выбираться, если время есть. На велосипедах километры наматывать за городом, — он мельком взглянул на неё и тут же вернул взгляд к дороге. — На самом деле, мне просто нравится, когда телефон не ловит. Снять какой-нибудь уютный деревянный домик повыше в горах, чтобы вокруг только глухой лес, тишина... А вечером костер развести, на звезды посмотреть. Романтика, в общем. Глупо, наверное?

— Совсем не глупо, — мягко отозвалась Тая, чувствуя, как внутри разливается приятное, щекочущее тепло от его внезапной искренности. Она и сама смутилась, поспешно убрав прядь волос за ухо. — Домик в горах — это же идеальный вариант. Я вот дикие палатки не очень люблю, если честно, мне бы комфорта побольше... Но костер и звездное небо за городом — это самое лучшее. А ты в какие горы обычно ездишь?

— Да куда выйдет, главное — повыше, — Ярослав снова покосился на нее, и его улыбка стала шире, открытее. Напряжение между ними сменилось той самой трепетной, милой неловкостью. — А ты сама как? Каким активным отдыхом спасаешься от бумажной работы? Что любишь?

Тая ойкнула про себя, чувствуя, как к лицу приливает кровь от этого взаимного интереса.

— На самом деле, я тоже горы обожаю, — призналась она, увлеченно зажестикулировав, чтобы скрыть смущение. — И вообще всякие активные виды спорта. Большой теннис, скалолазание, когда получается до скалодрома добраться... Мне обязательно нужно куда-то выплескивать энергию, двигаться, иначе я просто завяну в четырех стенах. Так что хайкинг, долгие пешие маршруты, чтобы до приятной усталости в ногах — это прямо моё. Иначе я буду как электровеник, замучаю всех вокруг своей гиперактивностью.

Ярослав негромко рассмеялся, и этот звук в полумраке салона показался Тае на редкость приятным и обволакивающим.

— Электровеник, значит? Буду иметь в виду, — он бросил на неё быстрый, смешливый взгляд. Пальцы на руле расслабились, и он добавил уже тише, с легкой, интригующей хрипотцой: — Значит, если я в следующий раз соберусь к вершинам и позову тебя с собой... поедешь?

Тая на секунду замерла, ловя его взгляд в зеркале заднего вида, и почувствовала, как сердце пропустило удар.

— Поеду, — так же тихо, но на удивление уверенно ответила она.

Она поспешно отвернулась к окну, пряча довольную улыбку, но в стекле отчетливо отражались её покрасневшие щеки и то, как Ярослав, услышав её ответ, тихо и очень тепло хмыкнул.

Машина тем временем плавно свернула на набережную. Огни ночного города длинными золотистыми дорожками дрожали на темной глади воды. Музыка на радио сменилась на более спокойную, и Ярослав, немного помолчав, спросил уже другим тоном — более мягким, серьезным, словно искренне прощупывая почву:

— Тая... А как ты вообще решилась на переезд сюда? Я имею в виду, медицинское управление Изнанки, судебная экспертиза — это жесткая специфика. Твой род, Истомины, ведь больше по части покоя, умиротворения, сна... Как тебя занесло в наши питерские дебри из родных мест?

Тая вздохнула, глядя на пролетающие мимо фонари, и её улыбка стала немного ностальгической.

— Ну, дар у нас действительно такой — мягкий. Успокоить духа, снять ментальный след, подарить истому... В семье всегда считали, что это сила для помощи живым и уходящим. И на самом деле я... — она смутилась как-то особенно сильно, прикусив губу и разглаживая складку на джинсах. — Я сходила к бабушке одной у нас в городке. Она предсказывает будущее, немного совсем. Видящая она, её предсказания всегда сбывались до единого слова. А я как раз потерялась в жизни немного и вообще не знала, куда двигаться дальше, где моё место. И она подсказала, куда и как лучше... Сказала, что именно здесь я найду ответы. И вот я здесь, — закончила она тихо, заправив непослушную прядь за ухо.

Она сделала небольшую паузу, справляясь с нахлынувшими воспоминаниями, и мягко перевела тему:

— А ты? Велеховы — древний, сильный род ведунов. Твой дед, судя по блокноту, легендой был. Тяжело соответствовать такой фамилии? Или ты с самого детства знал, что будешь читать знаки этого города и ловить тварей?

Ярослав несколько секунд молчал, вглядываясь в лобовое стекло, словно знаки города, которые он привык читать на асфальте и стенах старых домов, сейчас складывались в его собственное прошлое. Он перехватил руль одной рукой, а вторую опустил на подлокотник, чуть ближе к Тае.

— Насчет «с самого детства» — это в точку, — негромко отозвался он, и в его голосе послышалась легкая, совсем не злая ирония. — У Велеховых особо не спрашивают. Знаки города начинают говорить с тобой лет в двенадцать, и поначалу это полнейший ад. Представь, что ты идешь по улице, а неоновые вывески, трещины на стенах и даже узор трамвайных путей кричат тебе о том, где вчера соврали, где пролилась кровь, а где затаилась какая-то дрянь. Из-за этого постоянного шума в голове я в подростковом возрасте дров наломал немало.

Он притормозил на светофоре и наконец повернулся к Тае. В полумраке салона его глаза казались глубже и темнее.

— А соответствовать фамилии... Тяжело, да. Дед поднял планку на какую-то космическую высоту. Он этот город наизусть знал, каждую подворотню читал как открытую книгу. Когда я пришел в ведомство Изнанки, на меня все смотрели исключительно как на «внука того самого Велехова». Ждали либо триумфа, либо оглушительного провала.

Светофор мигнул зеленым, и машина плавно тронулась с места. Ярослав снова улыбнулся — на этот раз открыто и как-то очень доверенно.

— Так что пришлось пахать в два раза больше остальных, чтобы доказать, что я и сам по себе чего-то стою, а не просто фамилию деда ношу, — он мельком глянул на неё, и его голос стал чуть тише.

​— Я думаю, что ты уже полностью оправдал эту фамилию, — сказала она почти шепотом.

​Её взгляд скользнул к его руке, которая так и лежала на подлокотнике совсем близко к ней. Поддавшись внезапному порыву, Тая мягко опустила свою ладонь поверх его широкой, теплой ладони в знак безмолвной поддержки. Ярослав на секунду замер от неожиданности, его пальцы дрогнули, но уже в следующее мгновение он перевернул руку ладонью вверх и переплел свои пальцы с её пальцами.

​— Спасибо, — тихо ответил он, и от его искреннего, низкого голоса у Таи перехватило дыхание.

​Он аккуратно сжал её ладонь, а большим пальцем начал медленно, едва ощутимо поглаживать нежную кожу на её запястье. От этого простого движения вверх по руке побежали покалывающие искорки. Так они и ехали дальше в уютном молчании, не разрывая этого робкого, но такого надежного контакта. Ярослав уверенно вел машину одной рукой, но вторую — Таину — так и не выпустил.

​Уже подъезжая к её кварталу, он нарушил тишину, мягко улыбнувшись своим мыслям:

​— Кажется, та видящая бабушка не ошиблась. Насчет того, что ты найдешь свои ответы именно здесь. По крайней мере, дед в своем блокноте оставил загадку про Игошу, которую без тебя я бы сегодня точно не разгадал. Мы отличная команда.

​Тая почувствовала, как от его слов по сердцу разлилась новая волна тепла, еще более плотная и греющая, чем прежде. Дорога до её дома внезапно показалась ей слишком короткой.