— Какая седая древность, — пробормотал АльНилам, разглядывая валы, рычаги и прочие странные устройства.

— Что это?

— Вход в систему каналов Камии. Первые из них проложили еще в самом начале колонизации Азрата, лет сто пятьдесят тому назад. Тогда Таулан был не единым целым, как сейчас, а делился на несколько зон.

— Куда, же, по-вашему, ведет этот канал?

— Понятия не имею. Давайте пройдемся — может, что-то выясним.

Напротив входа находилась лестница в полдюжины ступеней, которая спускалась к подземному руслу канала. Принц направился вглубь тоннеля, следуя за течением воды. Сводчатый потолок был очень низким — Аксель почти касался его макушкой.

— Здесь довольно чисто, — заметила майор, озираясь по сторонам.

— Каналы все еще обслуживаются, — пояснил ан-Файяз. — Они снабжают водой город над нами.

— Тогда прятаться тут довольно рискованно для террориста.

— Тут не обязательно прятаться, — сказал Фонтейн. — По каналу можно добираться до укрытия.

Они шли, никуда не сворачивая, минут двадцать, пока АльНилам, который вел их за собой, не остановился перед решеткой, перегораживающей канал и тоннель от стены до стены. Она поднималась из воды до самого потолка. Никакой кнопки, сенсорной панели или пульта управления рядом не было.

— Тупик, — Фан подошла к решетке. — Зачем ее тут поставили, интересно?

— Чтобы отделить древнюю систему от современной, — принц просунул руку сквозь прутья и указал на табличку на стене. — Здесь написано: «Завершено в семьдесят девятом году Nova Prima Era». Тоннель, в котором находимся мы, проложен намного позже.

— Решетка поднимается, — вдруг сказал Ан-Файяз. — Взгляните. Кто-то очистил пазы и хорошо их смазал, при чем недавно.

Они столпились перед решеткой, и Акс лично убедился, что якзан не ошибается: провел по краю паза и растер между пальцами прозрачный вязкий гель. Но не вручную же ее двигают… хотя кто знает, что там было с техникой в 79 году. Может, просто нужно дернуть посильнее?

— Как же она понимается? — себе под нос пробурчала майор.

— Старомодным способом. Вы ни за что не догадаетесь, каким, — со смехом ответил вад-принц и положил узкую ладонь на то, что Фонтейн принял за еще одну табличку. — Нужно вставить ключ в замочную скважину, повернуть его, откинуть крышку панели и дернуть за рычаг.

— Что⁈ — воскликнула Фан. — Но зачем⁈

— Ну, откуда же я знаю зачем. Меня в семьдесят девятом году еще не было. Наши предки пользовались теми достижениями прогресса, которые имели.

— Вы можете открыть крышку? — спросил Акс.

— Нет. Мои стеки не подходят к замочным скважинам.

— Почему?

— Потому что в нее вставляют не карточку, а фигурный металлический ключ. Вероятно, вы видели такой на картинках в учебниках истории.

— Кусок металлической загогулины? — потрясенно прошептала Фан. — Дикие люди! Так что же, внутрь никак не попасть?

— Может, и попасть, — задумчиво сказал вад-принц. — Только не с помощью современных технологий. Нужно добыть кое-что музейное. И не ломиться сюда отрядом в целых четыре боевых единицы. Ваша СБ способна на что-нибудь большее, чем охрана журналистов?

Майор повернулась к Фонтейну, который переваривал это предложение.

«Акс!»

«Я думаю».

«Ты не думал, когда я просила о помощи в Альмонзее».

«Во-первых, это была ты. Во-вторых, дело касалось безопасности экспресса, его экипажа и пассажиров».

«Но ты же понимаешь, что если мы привлечем к делу полицию, армию или местные спецслужбы, то от моей секретности даже пыли не останется?»

«Мои бойцы обязаны защищать экспресс, а не интересы вад-принца».

«Но твоим бойцам я доверяю больше, чем местной полиции, армии — и уже тем более, спецслужбам султаната».

— Это не очень-то вежливо — болтать мысленно, пока остальные все еще здесь, — с укором сказал АльНилам.

«Акс, он прав — если канал ведет к базе террористов, мы не можем лезть туда вдвоем или втроем. Ну ладно, вчетвером, считая это недоразумение в фате. Пожалуйста, мне нужна поддержка».

«А что насчет нашей подмоги? Разве ты не можешь вызвать спецназ?»

«На это уйдет время. Я не могу ворваться в местный офис службы дознания и с порога заявить, что мне нужна рота спецназа. К тому же счет идет на часы, и, может, мы уже опоздали».

«Почему ты вообще так уверена в том, что лезть в тоннели имеет смысл и мы найдем там каких-нибудь террористов?»

Фан помолчала, но он ощутил, что она расстроена, поскольку не может ответить.

«Ладно, — сдался Фонтейн. — Я доложу Лавровой. Если она разрешит…»

«Ты ее убедишь? Акс, речь уже не о краже одного жалкого контейнера. Тут что-то другое, более крупное, и мы должны разобраться, что именно».

«Хорошо, я постараюсь», — Фонтейн повернулся к его высочеству, который с отрешенным видом взирал на решетку. Ан-Файяз тронул его за плечо и, когда принц перевел на него глаза, зашевелил губами.

— Может быть, — чуть слышно ответил АльНилам. — Но в этом есть что-то странное…

— Ваше высочество, — кашлянул Аксель. — Если вы сумеете добыть ключ, то я могу организовать отряд для захвата.

— Отлично, — кивнул АльНилам. — Будем считать это дружеской помощью со стороны «МТ» для укрепления отношений Корпорации и султаната.

— Разве вы не можете привлечь силы Эр-Руммала? Бойцов Эль Шадияр? — спросил Акс, не дрогнув под возмущенным взором Фан.

— Могу, — ответил принц и направился обратно к лестнице, ведущей под опору моста. — Но не хочу.

— Почему?

— Вопрос в том, откуда террористы узнали о моем прибытии, и о том, что за мной надо проследить.

— То есть вы допускаете утечку с вашей стороны? — тут же уцепилась Фан.

— Я допускаю все. Обстоятельства складываются до странности благоприятно для наших борцов с устоями, и я нахожу, что для простого совпадения у них было слишком много счастливых случайностей.

Фонтейн не понял, о чем он, и взглянул на майора. Но она не ответила — видимо, это тоже входило в ее «секретность».

— Мы можем никого тут не найти, — сказал Акс. — Дверь могут открывать сотрудники местного управления водоснабжения или как оно тут называется, чтобы обслуживать каналы.

— Тоже верно, но я уже говорил, что у меня есть причины интересоваться подземными коммуникациями, как и у майора. Не так ли? — вкрадчиво спросил вад-принц.

— Не так ли, — холодно ответила Фан.

— Ах да, вы же не вправе рассказывать вашему другу то, что знаете. Ну ладно, тогда я немного расскажу, — решил АльНилам; на лице его якзана появилось страдальческое выражение. — В поезде, на котором террористы выбрались с Тар Мариат, находилась основная группа, с лидером ячейки, у которого есть то, что они украли, то, что мне нужно найти и вернуть. Именно поэтому я не хочу, чтобы кто-нибудь узнал о том, куда я намерен идти и что делать. Исключаю риски, что лидера предупредят. Полагаю, майор действует из тех же побуждений.

— Угу, — мрачно буркнула Фан. — А еще у меня бюрократия, которой его высочество не озабочено. Ну ладно, раз уж мы тут нарушаем гриф секретности, то вчера вечером мне прислали сообщение, полученное из центра «Долорес». Он предназначен… гм…

— Система «Долорес» отслеживает клейма существ, — мягко сказал принц. — Я в курсе, как это работает.

«Интересно, откуда?» — подумал Фонтейн; по лицу Фан он понял, что ее посетила та же мысль.

— Суть в том, — продолжала майор, — что в Таулане было зафиксировано внезапное исчезновение существа, по всем признакам — из-за взлома клейма. Мне передали координаты.

— Ни один идиот не станет заниматься взломом клейма рядом со своим же убежищем, — недоверчиво сказал Акс.

— Да. Но точка, которую зафиксировала «Долорес», находится над одним из подземных водохранилищ. Оно не здесь, а в западной части города, вот ведь удивительное совпадение — там водохранилище, тут система каналов.

— Есть о чем задуматься, — согласился вад-принц. — По крайней мере, проверить не помешает.

* * *

Заточение в купе и пирожные Пола пошли Теодору Россу на пользу. Он отправил статью про культурный центр имени Аль-Фадида заказчику, не провалив дедлайн. К немалому удивлению Тедди, редактор в ответ настрочил полное комплиментов письмо и поинтересовался дальнейшим сотрудничеством. Росс согласился, поскольку других клиентов на горизонте все равно не наблюдалось.

Гонорар упал на счет, когда Тедди валялся на диване у иллюминатора, лениво играл в «Звездные пути» и размышлял о безобразном поступке принца. Журналист ни слова не сказал об этом Полу, потому что не хотел, чтобы тот снова влез в неприятности, но вопросы, которые задавал АльНилам, наводили на некоторые мысли.

«Зачем его высочеству, если он настоящий тайный агент, расспрашивать об этом меня? Неужели ему не рассказали, что было на Альмонзис?» — вообще сама идея того, что принц — спецагент, вызывала у Росса смутные сомнения. Принцам же вроде бы не положено работать… По крайней мере те дети благородных семейств, которых Тедди встречал в колледже и университете, никогда этим не занимались.

«Но Фонтейн воспринимает его всерьез, и майор тоже. Вот только почему-то ничего не рассказывают. Опасаются, что он раскопает какие-нибудь грязные секреты их любимой Корпорации?»

Хотя на допросе про Пола вад-принц почему-то не стал настаивать. Журналисту до сих пор становилось не по себе от того, как легко, пусть и против воли, он мог выдать совершенно незнакомому человеку то, что ему доверил Пол. Теперь-то Тедди понимал, почему кондитер не хотел ничего ему рассказывать, и очень жалел, что выпытал у него даже то немногое, что мог выболтать кому угодно под действием наркотика правды.

Росс отбросил приставку и поставил на колени планшет. Если про самого принца ничего нельзя отыскать, то можно зайти со стороны его семейки. Тедди начал со странички в Галактопедии и быстро разочаровался — пиар-служба султана вымарала оттуда все, что отличалось от информации на официальном сайте, и заблокировала страницу от правок, «вносимых иными лицами, кроме официальных представителей». Тьфу!

Клан Аль-Джайлим, как гласил текст введения, милостью Аллаха правил Эр-Руммалом уже 177 лет, ловко подхватив власть в период острого политического кризиса, который привел к гражданской войне между шестью эмиратами, входившими в состав султаната. Внимание Тедди сразу привлекло то, что первый султан из клана Аль-Джайлим взошел на трон в 37 году, вскоре после Катастрофы 36 года. Странное совпадение…

Пощелкав по перекрестным ссылкам, Росс удивленно отметил, что клан Аль-Джайлим вынырнул как будто из ниоткуда. Его не было видно, пока остальные кандидаты на престол Эр-Руммала — знатные эмиры из древних благородных родов рубились в яростных политических и военных схватках. То один, то другой эмир провозглашал себя султаном Эр-Руммала, а потом вдруг на троне оказался первый из шейхов Аль-Джайлима, Иса ибн-Ибрагим. И всех вокруг это почему-то устроило. Может, потому что более знатные претенденты к тому времени уже поубивали друг друга?

Росс поискал в Сионе, чем шейх отличается от эмира, и выяснил, что исторически в Эр-Руммале эмирами называют правителей шести эмиратов, а на слово «шейх» отзывается любой аристократ, способный доказать 20 поколений благородных предков. А погодите-ка! Тедди быстро задал запрос насчет клана Аль-Джайлим и стал перекапывать те сайты, до которых не успела добраться пресс-служба султана.

На двадцатой странице поисковой выдачи Тедди наконец нашел то, что искал. Вопрос, конечно, можно ли верить этой информации, но выглядела она куда интереснее, чем легенды о благородном и миролюбивом шейхе, который остановил кровопролитную войну и повел народ к процветанию.

Во-первых, насчет миролюбивости пиарщики не соврали — клан Аль-Джайлим по какой-то причине почти не участвовал в начавшихся на заре 20-х годов боях за передел власти в султанате. Во-вторых, эти же пиарщики явно преувеличили насчет благородства — на всяких не вызывающих доверия сайтах было написано, что Иса ибн-Ибрагим еле-еле мог наскрести 7 поколений благородных предков.

А в-третьих, Тедди обнаружил, что у Исы было отнюдь не королевское, а совершенно приземленное и практичное образование — из университета он вынес диплом специалиста по информационной и кибер-безопасности. Больше того — недошейх устроился на работу и даже работал по профилю, при чем много лет! А в конце концов основал собственную компанию. Тедди нигде не смог найти ее названия, но по косвенным упоминаниям уловил, что Иса Аль-Джайлим до воцарения трудился над комплексными системами безопасности.

Ничего подобного на официальном сайте не было, равно как и в других источниках. Там утверждалось, что Иса получил образование философа и богослова, изучал труды историков и набрался там столько полезных идей, что, едва взойдя на трон, принялся без сна и отдыха нести народу фахти благие перемены.

«Но почему? — задумался журналист. — Чем это лучше, чем история о честном работяге, который всего добился своим трудом и, как в сказке, стал королем?»

Впрочем, клан Аль-Джайлим и до воцарения Исы был далеко не нищим — отец Исы оплатил его обучение в одном из самых престижных университетов Аялы, Кёнигсфурте. Там Иса явно завел немало полезных связей, но… но… почему он в итоге стал султаном? Как на троне мог оказаться человек пусть и из богатой, но совершенно незнатной семьи, которая к тому же не участвовала по сути в драке за власть?

«Или участвовала, но так тихо и эффективно, что победила всех», — Тедди хмуро уставился на портрет султана Исы. Что-то тут не то. Хотя стоит ли верить информации с сайтов, где публикуют статьи про Марко Тадича — посланца пришельцев и про заговор тайного мирового правительства, как будто настоящего правительства недостаточно?

Зазвонил телефон. Росс недовольно отвел взгляд от планшента и вздрогнул. Ему звонил Феликс Ривера, глава отцовской службы безопасности. Тедди смотрел на телефон, пока тот не смолк, но сразу после этого на экране появилось сообщение: «Я нахожусь в Таулане по распоряжению вашего отца. Встретимся завтра в 12.30 в ресторане „Айлат“, 23 этаж башни Цейхин».

* * *

Принц в пижаме сидел посреди кровати, скрестив ноги, сосредоточенно хмурился и перебирал струны чантры. Музыка была тихой, но немелодичной — эфенди беспокоили какие-то мысли, которыми он пока не хотел делиться. Мурад раскладывал на полке гардеробной одежду для его высочества на завтра и ждал.

Наконец Ирфан вздохнул и пробормотал:

— Все это как-то странно выглядит.

— Вас не устраивают условия сотрудничества с Фонтейном и майором?

— Нет, насчет этого, я думаю, все в порядке. У них нет причин нас обманывать… пока мы не посягаем на священную секретность, — вад-принц хмыкнул и подтянул тембровую струну. — Но меня как-то смущает вся эта история с машиной. А тебя разве нет?

— Террористы часто используют огонь, чтобы уничтожить биоулики, да и вообще улики.

— Но зачем они сожгли машину в этот раз и именно в этом месте? Авилес уже угнал ее в поля, мог бы устраивать огненное шоу там, если так приспичило. Зачем тащить обратно в город тот же самый автомобиль и сжигать около спуска в систему каналов?

— Мало ли что могло произойти. Авилес не произвел на меня впечатления интеллектуала, если судить по отчету майора Фан.

— Вот в том-то и дело, — принц поморщился. — Мы можем судить о нем только по чьему-то отчету. Вот Фиалковская, например, отнюдь не кажется идиоткой — вполне успешно водила нас за нос и вытащила-таки с Тар Мариат эмбрионы и архив. Еще до нашего приезда!

Это не давало АльНиламу покоя: получалось, что они упустили террористку еще до того, как начали расследование.

— Мы ничего не знаем о том, что происходит в лагере террористов, эфенди. Может, у них возникла необходимость сжечь машину под мостом.

— Какая, например? На мой взгляд, это выглядит почти как приглашение, и потому-то мне не хочется…

Раздалась переливчатая трель видеовызова по личному каналу. Чантра выскользнула из рук Ирфана. Принц побледнел и прошептал:

— Но почему так скоро?

Он замер на кровати, и Мурад сам ответил на вызов.

— Где он? — отрывисто спросил его величество. АльНилам сполз с кровати, завернулся в халат Мурада и присел на краешек кресла перед ноутбуком.

— Ну, докладывай, — поторопил его султан.

— Мы обнаружили потенциальное убежище террористов, возможно временное, — ответил Ирфан и коротко рассказал о том, к чему привело их расследование. Сайид ибн-Фахад слушал, поглаживая пышную бороду, а когда принц закончил, сказал:

— Так, значит, этот тоннель может привести вас к террористам, укравшим архив?

— Вероятность есть. Завтра мы спустимся туда вместе с майором Фан и силами СБ поезда…

— Еще чего, — оборвал его султан. — Ты спустишься туда один. Для чего еще ты сделан, по-твоему?

— Но гораздо эффективнее и разумнее взять потенциальное логово в кольцо…

— Я не желаю, чтоб всякие отбросы из поезда или службы дознания запустили руки в архив. Они даже знать о нем не должны.

— Я ничего им о нем не скажу, но если меня сделали для этого, то почему бы не прислушаться к моему мнению, подкрепленному опытом?

— Ты что, дерзишь? — с угрозой спросил султан; его рука машинально потянулась к браслету, управляющему клеймом.

— Нет, отец, — шепнул Ирфан и опустил голову. Мурад шагнул к нему ближе. С Аялы султан не мог включить болевой стимулятор, но…

— Пойдешь туда завтра, обыщешь тоннель. Если ничего не найдешь, то можешь сдать его этой Фан. Твоя главная задача — найти архив и переслать его мне.

— У Фиалковской эмбрионы, возможно, с ферм.

— Неважно, — отмахнулся султан. — Можешь их уничтожить, лишь бы они не попали в руки террористов или майора.

Ирфан поднял глаза на отца.

— Это чьи-то дети.

— И что с того? С какой стати тебя волнуют чьи-то дети? Не можешь сделать своих и переживаешь за чужих?

Ирфан побелел, на скулах вспыхнули алые пятна.

— Займешься обыском тоннеля завтра же и сам, ясно? О результатах сразу доложишь мне.

— Да, отец, — выдавил АльНилам.

На этом султан оставил сына в покое. Мурад выключил ноутбук, все планшеты и телефоны, чтобы никто больше не донимал Ирфана хотя бы до утра. Принц съежился в кресле, уронив голову на руки. Якзан наклонился к нему, коснулся его плеча; Ирфан опустил руки, и Мурад встретился с его злобно загоревшимся взглядом.

— Ну хорошо, — прошипел принц. — Хорошо же…

Глава 7

18 июня 214 года NPrE

Анна Дмитриевна сидела над планшетом, упираясь подбородком в сцепленные пальцы, и молча смотрела на доклад Акса. Молчание начальницы затягивалось, и Фонтейн уже стал нервничать. Вместе с ним вердикта со стороны высшей силы ждали Фан и Ави Флейшман.

— Вы хотите, — наконец сказала Лаврова, — чтобы я рискнула жизнями членов моего экипажа в операции, которая не имеет прямого отношения к безопасности моих пассажиров.

— Да, мадам, — со вздохом признала майор. — Но я все-таки надеюсь на ваше согласие. Если вы позволите, то сегодня вечером мы возьмем террористов — или увидим пустое логово, и тогда ваши солдаты ничем не рискуют. К тому же название вашего экспресса уже второй раз всплывает в связи с этой террористической ячейкой, и меня это настораживает.

— Меня тоже, — Анна Дмитриевна повернулась к Аксу, и тот невольно сглотнул и машинально вытянулся по стойке смирно. — Вы уверены, что выявили всех пособников Авилеса в экспрессе в прошлый раз?

— Уверен, мадам. Но мы можем провести новую проверку. В конце концов, на борт уже поднялись новые пассажиры.

— Среди которых есть вад-принц АльНилам, о реальных целях которого мы ничего не знаем, — суховато заметила Лаврова. — Либо, — добавила она, в упор глядя на Фан, — нам о них не сообщают.

— Если позволите, мадам, — кашлянул Флейшман, — два слова о его высочестве.

— Да, Ави, слушаю.

— Я навел некоторые справки среди моих бывших коллег, и многое вызывало у меня беспокойство. Разумеется, все эти сведения мне сообщили только устно, без подтверждений, и я не могу назвать имена информаторов, но…

— Но? — процедила начальница поезда.

— Я бы не доверял ничему, что говорит вад-принц. О нем почти ничего не известно, кроме того, что в юности с ним приключилась какая-то странная история, подробностей которой никто не знает, но он как будто провел год или полтора в тюрьме по приказу отца. Некоторые говорят, что в психиатрической клинике, но этому я позволю себе не верить. Его деятельность исключает любую, гм, психическую нестабильность. Там, где появляется АльНилам, очень часто происходят различные фатальные случаи с врагами Эр-Руммала и лично его величества султана. Если усматривать тут определенную закономерность, то принц — один из самых эффективных агентов султаната.

— Личный спецагент для устранения неугодных, — угрюмо сказал Фонтейн. Так он и думал…

— Вад-принц мог не сказать вам ни слова правды, — продолжал Флейшман. — Никто не знает, в чем заключаются его миссии — все задания ему дает только его отец. АльНилам будет говорить вам все, что угодно, чтобы использовать вас в своих интересах.

— Но если это так, — встревожилась Фан, — то мне тем более надо спешить. Кто знает, что намерен сделать этот принц на самом деле. К тому же, пока он в поезде, ваши пассажиры и даже экипаж отнюдь не в безопасности.

— Я не думаю, что даже существу под силу в одиночку истребить пять с лишним тысяч пассажиров и полторы тысячи членов экипажа, — холодно сказала Лаврова. — И тем более не думаю, что принц станет этим заниматься.

— Но он может подвергнуть опасности пассажиров ради успеха своей миссии, мадам, — вмешался Акс. — Например, решит заманить террористов сюда.

— Это очень странное предположение, и я не могу представить, зачем бы вад-принцу это понадобилось. Потому я считаю, что нужно не пороть горячку, а обдумать все, что нам известно. Благодарю, Ави. Полиция поделилась какими-либо новыми сведениями по сгоревшей машине?

— Пока нет, мадам. Но этих сведений в любом случае будет немного. Отпечатки пальцев, волосы, частицы кожи, брызги слюны — все уничтожено.

Анна Дмитриевна задумчиво побарабанила пальцами по столу, коснулась дужки очков и некоторое время просматривала в них какие-то файлы, а потом пробормотала:

— В общем-то, Авилес представляет угрозу для пассажира… всего для одного, для Теодора Росса, и, может быть, для члена экипажа, шеф-кондитера Агилара.

Фан нетерпеливо заерзала в кресле, и Лаврова снова взглянула на нее, с усмешкой заметив:

— Я тоже не могу распоряжаться силами СБ как мне в голову взбредет. Должна быть весомая причина для операции за пределами экспресса.

— Вы оказываете содействие в поимке террористов, не подвергая опасности пассажиров, — быстро сказала Фан. — В конце концов, мы все работаем в одной упряжке, верно?

— На одного хозяина, — негромко добавила Лаврова. — Ладно, допустим, я соглашусь с вашими доводами. Но после операции я намерена обсудить это с вашим руководством.

— С моим руководством? — запнулась Фан. — А с кем именно?

— С Еленой Павлидис, — сказала Анна Дмитриевна. Акс поперхнулся, Ави с нескрываемым восхищением посмотрел на начальницу. Это имя люди и существа, знающие, кто такая Павлидис, старались не произносить, а желающих встретиться с ней добровольно тем более было немного.

— Но зачем⁈ — воскликнула Фан.

— Чтобы обсудить вопросы внутрикорпоративного взаимодействия, — невозмутимо ответила Лаврова. — Если вы устроите нашу встречу, то я позволю вам использовать в операции мою СБ.

— Хорошо, — сдалась майор. — Я доложу начальству и постараюсь это организовать.

— Тогда займитесь делом, — Анна Дмитриевна кивнула Аксу. — Моя СБ в вашем распоряжении ровно на сутки, начиная с этой минуты.