Прикупив съестных припасов и дав отдохнуть матросам, Кук покинул Африку и пошёл прямо на юг.

С каждым днём погода становилась всё холоднее и пасмурнее. Начались дожди, которые мало-помалу сменились снегом. 10 декабря под 50°40′ южной широты были встречены первые плавучие льдины.

Многие из этих льдин были необычайно велики. Однажды «Решение» чуть было не столкнулось в тумане с ледяной горой, которая была в четыре раза выше самой высокой его мачты. Столкновение с подобной льдиной неминуемо кончилось бы гибелью судна.

Отважные мореплаватели, напряжённо вглядываясь в беспросветную пелену падающего снега, продолжали свой путь на юг.

Кук заметил, что все ледяные горы плывут с юга на север, несмотря на то что ветер дует северный. Это заинтересовало его, и он стал предполагать, что их несёт какое-то сильное морское течение. Форстер-отец и астроном Уэлс вызвались измерить скорость этого течения.

Захватив с собой измерительные инструменты, они вдвоём сели в шлюпку и отъехали от корабля. Волны бросали шлюпку, как мячик. Липкий снег застилал им глаза. Но они мужественно работали.

– Где «Решение»? – внезапно спросил Уэлс, поднимая голову.

Форстер поглядел по сторонам. Действительно, «Решения» нигде не было видно. Всюду, куда ни кинешь взор, плыли льдины. Они обступили шлюпку кругом.

– «Решение» вон за той ледяной скалой, – сказал Форстер. – Эта громада заслонила от нас корабль. Придётся обойти её.

Они налегли на вёсла. Вот льдина обойдена. Но за ней, чуть-чуть раскачиваясь, оплёскиваемая волнами, плывёт вторая такая же.

Где же «Решение»?

Они обогнули и вторую льдину, и третью, и четвёртую. Мудрено ли потеряться в этом безмерном движущемся однообразном лабиринте?

Корабль исчез бесследно.

Они гребли с лихорадочной торопливостью. Несмотря на холодный, пронизывающий ветер, пот катился по их спинам.

Проходили часы. Вёсла уже выпадали у них из рук.

Наступили сумерки. Уэлс лёг на дно лодки животом вниз и закрыл глаза. Одни, без пищи, в неведомом бушующем океане!

Но вот сквозь сумрак до них донёсся далёкий, еле слышный звон. Они вскочили и схватили вёсла. Льдину за льдиной огибали они, крича в летящий снег, в ветер. Уже опять не хватает сил грести, уже из горла рвётся хрип, а не крик…

Перед ними чёрная корма «Отваги»!

Капитан Фюрно напоил полумёртвых от усталости и холода учёных горячим пуншем и уложил спать.

14 декабря льды сомкнулись перед кораблями. Смёрзшиеся глыбы превратились в холмистое ледяное поле и преградили дальнейший путь на юг.

В течение двух недель Кук пытался обогнуть это поле то с востока, то с запада, но безуспешно. В ледяном поле не было ни одного прорыва, ни одного канала. Быть может, Южный материк находится ещё южнее, за этими льдами. Но доступ к нему был невозможен.

Кук повернул на север и направился к далёкой Новой Зеландии. Если ему удастся запастись там провизией, можно будет посвятить зиму исследованию тропической части Тихого океана. А следующим летом ему хотелось снова вернуться на юг и попытаться проникнуть как можно дальше к полюсу. Нужно же в конце концов либо открыть Южный материк, либо доказать, что он не существует.

Когда они уже выбрались изо льдов, случилась новая неприятность: Кук перестал видеть «Отвагу». Корабли ночью разошлись в океане. Напрасно «Решение» бороздило волны взад и вперёд, напрасно палили из пушек.

Впрочем, Кук не очень беспокоился. Он знал, что капитан Фюрно пойдёт в Новую Зеландию и подождёт его в проливе Кука.