Еще одно странное ощущение.

Ощущение первых неловких шагов, когда доверяешь контроль другому. Как странно в жизни все устроено. Сначала ты беспомощный — и вот, впервые встал на ноги и делаешь свои первые шаги — неуверенные, спотыкаясь.

Кто бы тогда, малышу, сказал, что, возможно, в жизни снова наступит момент, когда придется делать эти самые шаги… Только теперь учиться уже не брать контроль за себя, а его отпускать…

— Я умею заботиться, Марго, — произнес мне Резо в своем огроменном джипе, похожем на дикого рычащего зверя, когда мы отъезжали от моего дома, — Просто ты еще не привыкла.

Я глубоко вдохнула.

Иногда жизнь и правда не спрашивает, готова ли ты.

Сердце колотилось, как у девочки, которая сбегает из дома не потому, что плохо, а потому что может быть хорошо.

И впервые за долгое время мысль о том, что я все бросаю, не пугала.

Она манила.

Мы ехали долго.

Сначала город отпускал нас неохотно — пробками, серым небом, бесконечными развязками. Я смотрела в окно и ловила себя на том, что впервые за последние дни не хочу вернуться. Даже не знаю — куда. Дом? Работа? Себя прежнюю?

Резо вел уверенно, спокойно, будто дорога была его стихией. В машине играла музыка — что-то с задорными барабанами, мужскими голосами, от которых внутри все откликалось, даже если ты не понимаешь слов.

Эта машина, конечно же, была его миром. Миром, в который я вдруг начала погружаться…

Поверить невозможно было — он везет меня в Грузию. Как⁈

Оказалось, все вполне себе реально и не так уж далеко…

Мы останавливались на заправках. Пили кофе из бумажных стаканов — горький, обжигающий. Он смеялся, когда я морщилась.

— Надо уметь любить плохой кофе, Марго, — говорил он. — Тогда хороший — счастье.

Я зависла над этой его фразой. Она отразилась на его лице легкими морщинками под глазами, едва уловимой мудростью и грустью… Я ведь совсем ничего не знаю про этого мужчину…

Мне даже удалось поспать пару часов. А когда открыла глаза — замерла… Был рассвет. Природа вокруг менялась.

Горы начали появляться не сразу. Сначала — холмы, потом линии на горизонте, а потом вдруг пространство. Воздух стал другим. Глубже. Чище. Я открыла окно, и ветер ударил в лицо так, будто хотел стереть все лишнее. Это были сказочные просторы, перемежавшиеся с ущельями. Еще Россия, но уже совсем иная… Грозная, величественная, первозданная… Рубежи могут быть только такими…

— Здесь я вырос, — сказал Резо, когда дорога пошла серпантином. — Не здесь конкретно… но вот в таком месте. Камни, пыль, солнце.

Он рассказывал о детстве. О том, как бегал босиком, как мать ругалась за порванные штаны, как отец учил держать слово. О первом деле. О том, как в большом городе все сложилось внезапно — один шанс, второй, третий… как втянулся, как принял решение уехать с малой родины и обрел успех. Как башку снесли первые бабки, как вдарился во все соблазны, как чуть себя не потерял…

— Большой город затягивает, — сказал он. — Там удобно быть сильным. Но душа… — он на секунду замолчал. — Душа осталась в горах.

Мы приехали в какое-то сказочное место, которое в народе величаю городом влюбленных, уже под вечер. Изможденные и голодные. Нас уже ждал очаровательнейший гостевой дом и ароматный ужин из шашлыка, завернутого в лаваше. Поели, обнялись и вырубились… Просто усталость такая, что сил нет…

Заснули с открытым окном. На рассвете было дико зябко, но… он тоже проснулся и сразу согрел…

И снова наивкуснейшая еда и чудный кофе.

И снова в путь… Резо сказал, наше место назначения еще впереди…

Опять рассказы про его страну и про его детство. Он открывался мне, кажется… Искренним был, настоящим…

Я слушала и чувствовала, как внутри что-то оттаивает.

Но мысль не отпускала.

Навязчивая. Липкая.

Невеста.

Сейчас, когда гормоны утихомирились, когда бушующие ночью страсти отступили, я снова вернулась в разумное восприятие реальности… Статья. Я ведь читала ее… Я ведь все видела…

Я представляла ее. Красивую. Восточную. С кольцом. С историей, в которую я влезла, как случайная глава. Мысль возвращалась снова и снова, как плохая мелодия.

Он ради нее к ювелиру ездил. Уникальное кольцо…

Я же знала, что у всех вот таких мужчин с Кавказа всегда своя бывает…

Я терпела долго. Очень. Но дорога располагает к честности.

— Резо, — наконец сказала я. — А та девушка… из статьи… Там про вас все серьезно было написано…

Он повернул голову.

Замер на мне глазами.

Молчал…