Ева

После лекции я пулей вылетела из аудитории. Проект с Гринвудом? Это была злая шутка судьбы. Я так сильно сжимала лямку сумки, что не заметила, как на повороте в библиотеку врезалась в девушку с огромной папкой в руках.

— Осторожнее! Мои эксклюзивы сейчас разлетятся как сплетни по кампусу, — бодро воскликнула она, ловко подхватив падающий диктофон.

На ней были огромные очки в роговой оправе и футболка с надписью «Stop making stupid people famous». Она выглядела так, будто готова в любой момент выйти на митинг.

— Прости, я просто... не в себе из-за одного самоуверенного качка, — выдохнула я, помогая ей собрать листы.

Девушка замерла, её глаза за стеклами очков блеснули.

— Дай угадаю. Номер 16? Капитан «Святых»? Гринвуд — ходячая катастрофа для женской самооценки. Я Лина, с журналистики. И я уже тебя обожаю за то, что ты не смотришь на него как на святого мученика.

Через десять минут мы уже сидели в студенческом кафе. Оказалось, Лина — единственная, кто открыто критикует культ хоккеистов в академии.

— Послушай, Ева, — Лина отпила свой черный кофе. — Здесь все помешаны на льду. Но ты — другая. Твои танцы — это манифест. Не позволяй Гринвуду превратить твой проект в его личное шоу. Если он будет давить — скажи мне, я прожарю его в следующем подкасте.

Впервые с момента переезда я почувствовала, что я не одна. У меня появилась подруга, которая не собиралась обсуждать пресс Райана 24/7.

Я уже собиралась уходить, как к нашему столику подошел парень. Высокий, в стильном пальто, с аккуратно уложенными волосами и папкой для чертежей.

— Простите, — его голос был мягким, но уверенным. — Я случайно подслушал ваш разговор о «ледяных статуях» на лекции. Я Адриан, с архитектурного. Ева, я видел твое выступление в первый день в зале... Это было не просто движение. Это была геометрия страсти.

Он протянул мне визитку, на обороте которой был быстрый набросок — силуэт девушки в танце. Мой силуэт.

— Я готовлю проект по реновации старого театра. Мне нужен консультант, который понимает, как тело взаимодействует с пространством. Буду рад, если ты согласишься взглянуть на чертежи.

Я улыбнулась — впервые искренне за этот день.

— Спасибо, Адриан. Это звучит куда интереснее, чем анализ хоккейных силовых приемов.

Я краем глаза заметила, как у входа в кафе замер Гринвуд. Он стоял с друзьями, но его взгляд был прикован к нам. Точнее, к тому, как Адриан задержал мою руку, передавая визитку. Воздух в кафе мгновенно похолодал на несколько градусов.

— Посмотрите-ка на это, — протянул Маркус, кивая в сторону столиков. — Наша принцесса уже нашла себе рыцаря из «ботаников». Это же Адриан, золотой мальчик архитектурного.

Внутри меня что-то неприятно кольнуло. Какой-то холодный, липкий комок раздражения. Я видел, как этот парень улыбается Еве. И что еще хуже — я видел, как она улыбается ему в ответ. Мне она за все время ни разу не подарила даже тени такой теплой улыбки. Только колючки и лед.

— Он ей не пара, — бросил я, сжимая челюсти.

— Почему это? — удивился Тайлер. — Он умный, богатый, приличный. Не то что мы, «стадо бизонов».

Я не ответил. Я просто смотрел, как Адриан что-то шепчет ей, а она кивает, убирая его визитку в карман. В мой карман, — хотелось крикнуть мне, хотя это было полным бредом. Она не была моей. Она вообще ничьей не была.

Но мы в паре по проекту. И это мой единственный козырь.

Я намеренно громко хлопнул дверью кафе, привлекая внимание, и направился прямо к их столику. Мои друзья остались у входа, понимая, что сейчас будет «территориальный спор».

— Ева, — я проигнорировал Лину и Адриана, глядя только на неё. — Мы договорились обсудить проект после лекции. Ты ушла, не дождавшись меня.

— Я не обязана тебя ждать, Райан, — она даже не обернулась. — У нас есть общая группа в мессенджере. Пиши туда.

— Группа — это для формальностей. Нам нужно встретиться лично. Сегодня вечером. В библиотеке. — Я перевел взгляд на Адриана. — И я уверен, что будущие архитекторы понимают важность дедлайнов. Не так ли, приятель?

Адриан спокойно поднял взгляд. В его глазах не было страха, только легкая ирония.

— Безусловно, Гринвуд. Но Ева сейчас занята более важными делами, чем обсуждение твоей статистики на льду.

— Мы обсуждаем не статистику, а искусство, — отрезал я, чувствуя, как закипаю. — Ева, в восемь. Не опаздывай.

Я развернулся и ушел, кожей чувствуя её возмущенный взгляд. Я вел себя как последний придурок, я знал это. Но мысль о том, что она будет обсуждать «геометрию страсти» с этим парнем в пальто, выводила меня из себя.

«Запрещенный прием, Райан? Нет, это уже похоже на игру без правил», — подумал я, выходя на парковку.