На презентацию я прибыл по-королевски.

Создал внутри Бродяги обзорную гостиную со всеми удобствами и пригласил к себе потенциальных клиентов. По совместительству многие из них были инвесторами. На Урал по моему приглашению отправились эмир Асад, герцогиня Воронова, Соломон Абрамович Каменка, один из генералов Трубецкого, отвечающий за комплектование механизированных частей, Апраксин, Мещерский, Строганов, Назар Курт и… неожиданно приехавшая по указанию отца Кара.

Гости разместились в уютном пространстве с мягкими креслами, потрескивающим камином и журнальными столиками. Пока мы перемещались через многомерность, стены оставались непрозрачными. Слуги подавали кофе, чай и лёгкие закуски. На специальной стойке были выложены буклеты «УралМеха» с фотографиями и техническими характеристиками нашего пилотного проекта. Первым буклет схватил генерал Эфы. Его звали Виктором Драгуновым, и это был матёрый вояка, перебравшийся в штаб на склоне лет. Судя по ощущениям, мета.

Поначалу гости вели себя сдержанно, но потом оживились.

Бродяга перебросил нас прямиком на заводской полигон, окружённый сосновым лесом. На востоке виднелись плоские горные вершины.

Дальняя стена исчезла.

— Не боишься, что мы проникнем в твои секреты? — обратилась ко мне Наталья Андреевна. — Это же святая святых Рода Ивановых!

Герцогиня обвела комнату рукой, подразумевая домоморф.

— А чего бояться, — хмыкнул я. — Защита давно предусмотрена.

И это действительно так.

Бродяга регулярно «форматирует» себя, очищая с доступных поверхностей личную историю. Теперь не нужно заморачиваться перчатками, артефактами и прочей ерундой. Всё происходит в автоматическом режиме.

— Господа, вы только посмотрите на это! — воскликнул Каменка.

На полигоне выстроилась дюжина мехов.

Шеститонные красавцы ростом в три с половиной метра. Приземистые, чуть сгорбленные, напоминающие приготовившегося к прыжку хищника. При этом мы тщательно скруглили все выступающие части и отшлифовали их чуть ли не до зеркального блеска. В первую очередь это было сделано для улучшения аэродинамики при турбировании, во вторую — для соскальзывания вражеского оружия. Кабина представляла собой герметичный колпак из композитного стекла с усиленными запирающими механизмами. Пилоты получали максимальный обзор. Но главное в том, что колпак был оснащён вплавленными в структуру каббалистическими цепочками, обеспечивающими дополнительную защиту от ударов, жаростойкость и морозоустойчивость.

— Дамы и господа! — прозвучал голос Бродяги, который взял на себя роль ведущего презентации. — Разрешите представить вам проект «Арес». Многофункциональные штурмовые механикусы нового поколения!

Почти никто из собравшихся не удивился.

Эти люди уже были знакомы с Бродягой.

Или наслышаны о нём.

Шагатели приблизились к усадьбе. Из панорамного окна открывался отличный вид на весь полигон, а также на дюжину машин, которые в скором времени перевернут существующие доктрины боя. На груди каждой модели красовался логотип «УралМеха» — буквы «УМ» в круге и треугольнике.

— Красиво двигаются, — отметил генерал.

— А почему звуков не слышно? — удивился Соломон Абрамович. — У нас включена шумоизоляция?

Я улыбнулся.

Поднял указательный палец, призывая к тишине.

До слуха гостей донёсся однообразный вой осеннего ветра. В конце октября на Урале уже довольно холодно. О чём свидетельствовала и рыжая трава, устилавшая полигон.

— Хороший вопрос, — ответил Бродяга. — Модель «Арес» оснащена турбированным дизельным мотором, который в обычном режиме практически не издаёт звуков. У нас есть и бесшумная гидравлика. Бронзовые червячные пары сервоприводов.

Гости начали переглядываться, обмениваясь удивлёнными репликами.

— А теперь я хочу пригласить к нам Василия Пупкина, — торжественно провозгласил домоморф. — Директора завода, возглавлявшего конструкторское бюро и принимавшего непосредственное участие в разработке «Ареса-1».

Дверь в гостиную открылась.

Вошёл Пупкин в дорогом костюме, сшитом для него на заказ в одном из лучших ателье Фазиса. К роли директора большого предприятия каббалист ещё не привык и выглядел немного скованным.

Аристократы и финансисты встретили мастера аплодисментами.

Вася смущённо поздоровался с будущими заказчиками.

— Они в самом деле не издают шума? — наперебой спрашивали Пупкина. — А что ещё там есть? Какая броня? Это же совсем компактные машины…

Я поднял руку, восстанавливая тишину.

Бродяга продолжил:

— Давайте понаблюдаем за этими агрегатами в режиме бега, а также проведём стандартные тесты на силу и ловкость.

Никто не успел понять, когда домоморф оторвался от земли. Только я был в курсе, что мы приняли форму дисколёта и парим в метре от полигона, едва не задевая жухлые травяные стебли.

В камине по-прежнему потрескивал огонь.

Полигон у меня оборудован по последнему слову техники. И военной мысли, ага. Огромная площадь, разбитая на ландшафтные зоны. Пустыня, степь, сохранившийся кусочек леса, небольшая речушка и даже нагромождения камней, имитирующие горы. Есть холм. Воссозданные руины города, всего один квартал. И всевозможные полосы препятствий, включая фрагмент крепостной стены. По моему телепатическому приказу пилоты начали демонстрацию с лёгкой пробежки, затем добавились прыжки, перекаты, уклонения, быстрая перестройка боевого порядка. Всякий раз при очередном успешном тесте раздавались громкие восклицания мужчин. Кара и Воронова реагировали сдержаннее. Впрочем, я видел, что дочь халифа под впечатлением.

Мехи разбились на пары и продемонстрировали несколько ударных связок с выключенным оружием. Работали пилоты в треть своих возможностей, но даже это наглядно продемонстрировало гибкость наших машин и превосходное время отклика. Дальше началась работа с брёвнами, камнями, металлическими трубами, кусками брони, арматурой, противомеховыми ежами.

— А как вы добились снижения звукового порога для дисковых пил? — заинтересовался генерал Драгунов. — Новые приводы?

— Они не используют обычное топливо, — объяснил Пупкин.

— А что же они используют? — изумился генерал. — Присадки?

— Энергию ки, — последовал спокойный ответ.

— Да ладно! — вырвалось у Апраксина.

Я отдал мысленный приказ. Демон, управлявший одним из мехов, подошёл к торчащему из земли рельсу, усилием воли форсировал диск — и тот практически стал невидимым от скорости. Трение при обычных обстоятельствах сожгло бы приводы и перегрело механизм, но у нас там имелся интересный узел из мира снов, снабжённый навороченной каббалистической цепочкой. Резкий взмах, сноп искр — и половину рельса срезало невидимой плоскостью. Бешеное вращение прекратилось.

— Форсаж, — пояснил я. — Доступно лучшим одарённым.

Дальше началась демонстрация слаженной работы отряда.

Пилоты под руководством Демона огибали препятствия, форсировали реку, пробирались через завалы мёртвого города, забегали на холм, меняли строй, делились на автономные двойки и тройки. Изюминкой стал бег по специально проложенному асфальтированному полотну.

— Обратите внимание, — комментировал происходящее Бродяга, — что дорога не повреждается. Прорезиненные стопы, плавающие подшипники опорных пальцев, равномерное распределение массы.

— Теперь вы можете прогонять этих ребят маршем по городу, — добавил я. — И не вызывать после них бригаду дорожных рабочих.

Аристократы одобрительно загудели.

Раздались довольные смешки.

— А теперь самое интересное, — сообщил Бродяга. — Давайте выясним, могут ли наши изделия противостоять стихийным атакам.

— Шутишь, — не выдержал Курт.

Разумеется, тесть подыгрывал. Через Джан он ещё несколько месяцев назад выяснил, над чем мы работаем. И возможности наших «Аресов» знал прекрасно. Но знать — это одно. А видеть — другое.

— Бродяга, — попросил я. — Давай поднимемся метров на десять. Предоставь максимально удобный обзор.

— Конечно, — ответил домоморф.

В комнату вошли два моих гвардейца. Криокинетик и пиромант второго ранга. Что интересно, пироса я заполучил нынешней весной, забрав из гимназии Эфы по старой договорённости.

— Господа, как вы определите силу этих бойцов? — задал я вопрос собравшимся.

— Продвинутые, — уверенно заявил Асад. — Оба.

— Вы не ошиблись, эмир, — согласно кивнул я. — Давайте посмотрим, сможет ли выдержать мех сильную заморозку. Госпожа Воронова, выберите цель.

Герцогиня указала на крайнего слева меха.

Я отдал мысленный приказ.

Пилот вывел машину, и тут же попал под удар. Мой криокинетик атаковал без предупреждения, не шелохнувшись и не поднимая рук. Он просто смотрел на машину и обрушивал на неё ледяную стужу. Все видели, как участок земли диаметром около пяти метров покрылся льдом и посинел, как в небе закружились снежинки, а на корпусе механикуса образовался иней.

Машина сделала шаг вперёд, с хрустом вдавив в землю заледеневшую траву.

— Он работает в полную силу? — уточнил Каменка.

— В полную, — заверил Асад. — Я чувствую.

Да, мой человек выложился на максималках.

Пилот спокойно продвигался вперёд, системы работали в штатном режиме, ничто не ломалось и не отваливалось. А затем он поднял руку и включил дисковую пилу.

— Специальное каббалистическое покрытие, — объяснил Пупкин. — Все узлы защищены. Подошвы не примерзают к земле. Броня не крошится. В кабине поддерживается стандартный микроклимат.

Между тем, криос отступил, и его место занял пиромант.

На многострадального меха обрушился шквал огня.

Я постоянно наблюдаю работу огневиков, и вот что заметил: у них реально разные техники. Этих техник не то чтобы овердофига, но с десяток можно выделить, не напрягаясь. Нестерпимый жар при нагревании воздуха, когда в ограниченном пространстве резко поднимается температура. Ничего не горит, но человеку не выжить. Это раз. Два — шар огня, который при подпитке извне может расширяться. Три — удар по площади, когда в определённых границах пылает вообще всё. Четыре — банальный пожар, когда поджигаются предметы. Пять — направленные огненные столбы, иногда их называют стрелами. Шесть — так называемые «болиды», когда плотно сбитая субстанция, смахивающая на метеор, летит по настильной траектории и падает на головы врагам. Сложная штука, потому что процесс не ограничивается воспламенением, получившейся субстанцией надо управлять.

В данном случае был шар.

Белый налёт как корова языком слизнула.

«Арес» утонул в оранжевом пламени, которое мгновенно выжгло широкий круг в жухлой траве. Сфера расширилась, не давая меху быстро вырваться наружу. И тем не менее, машина продолжала идти к нам, равномерно переставляя ноги, а на броне не было заметно признаков плавления или горения. Колпак тоже держал удар, несмотря на полимерную структуру. Ну, как полимерную? Там около пяти-шести слоёв, между прочим. А главная заслуга — у Знаков, скомпонованных Михалычем. Знаков, которые имелись исключительно в нашей библиотеке. Знаков, которые при грамотном сочетании и правильной геометрии давали просто чумовой эффект.

Гости разразились аплодисментами.

— К сожалению, атака мастера высшего ранга сметёт и наши изделия, — остудил энтузиазм собравшихся Пупкин. — Кроме того, у нас нет защиты от электричества. Вообще никакой. Но мы над этим работаем.

— Сынок, назови мне хоть одного производителя, вытворяющего ТАКОЕ! — громогласно провозгласил Апраксин. — Универсальная защиты от двух стихий! Да ещё по второму рангу!

— А как вам форсирование реки, князь? — воскликнул генерал Драгунов.

— Сергей, ты амфибию спроектировал? — ухватился за эту мысль Строганов.

— Это не амфибии, — покачал я головой. — Строго говоря, «Арес» может форсировать неширокую реку, находясь под водой некоторое время, но запас кислорода скудный. У нас нет баллонов или чего-то подобного. Нет системы вывода углекислого газа в водной среде. Так что по дну моря эта машинка разгуливать не сможет.

— Пока, — вставил Пупкин. — В будущем возможны модификации. Или принципиально новые серии мехов.

— Господа! — я повысил голос. — Сейчас будет очередная демонстрация силы. Внимание на экран.

Мои гвардейцы покинули комнату.

Бродяга приблизился к меху, оторвавшемуся от остальных. Машина приблизилась к одинокой бетонной стене. Пилот запустил дисковую пилу, вычертил пару линий на бетоне… ничего примечательного. А затем врубил форсаж. Внутри сидел мощный кинетик, и я это знал. Диск разогнался до сумасшедшей скорости, вгрызся в стену, полетела пыль. Через полминуты стало ясно, что пилот спокойно крошит препятствие, вырезая большие куски и помогая себе коловратом.

Раздался голос Бродяги:

— Вы можете нанимать любых пилотов. Но только одарённые высокой пробы смогут выжать из «Ареса» максимум. А максимум — это уничтожение тяжёлого «Голиафа» фланговым ударом. При этом топливо расходуется минимально, так как энергия черпается из пилота.

— Погодите, — уточнил Каменка. — Выходит, такие фокусы не смогут вытворять обычные пилоты?

— Нет, — покачал головой Пупкин. — Вам придётся найти одарённого третьего ранга. Но мы предоставили функционал. А кого нанимать — это уже политика командира гвардии.

— Теперь мы готовы ответить на ваши вопросы, — перевёл я беседу на следующий уровень.

Пилоты по моему мысленному распоряжению выстроились полукругом и замерли по стойке «смирно».

— А что насчёт цены и обслуживания? — поинтересовался Асад. — Война — дело дорогое.

— Запчасти стандартизированы, — ответил Пупкин. — Мы делаем ставку на массовость. «Арес» — это доступный мех с ресурсом в десять лет активной эксплуатации. И да, мы гарантируем поставки деталей через нашу службу доставки «Стриж». Даже в условиях эмбарго.

— Это хорошо против пехоты, — высказался генерал Драгунов. — А что против «Бастиона»?

— Запускайте стаю, — пожал я плечами. — Работайте в тройках. Если в таком звене есть высший одарённый, он без труда вскроет самую мощную броню, пока двое других отвлекают. Мы планируем укомплектовывать боевые наборы своим обвесом. Форсаж будет работать и на коловратах. Кроме того, у нас есть планки-переходники, так что можно перейти на любой стандарт, хоть оружие Наска или Небесного Края.

— Мы максимально удешевили комплектующие, — добавил Пупкин. — И планируем развернуть сервис-центры по всей стране.

— А что в Халифате? — вмешалась Кара.

— Будет, — пообещал я.

Аристократы уже листали буклеты, обменивались впечатлениями и обсуждали увиденное.

— А теперь, — провозгласил я. — Поговорим о цене.

— Вы шутите, — Каменка первым дошёл до нужной страницы. — Сколько?

— Я же говорил, — наслаждаюсь моментом. — Это бюджетное решение. Можно сказать, народное.

Один из моих юристов внёс пачку контрактов.