Дом Коневых.

Некоторое время назад.

— Ненавижу! Ублюдки! Твари! — кричал Антон, круша и громя всё в гостиной. Тут уже был настоящий погром, а несколько мужчин стояли в сторонке и смотрели на это с презрением, усмешкой, да и простым недоумением.

Конев же был худым и бледным, вены вздулись, а глаза были полны безумия. И голова лысая. Приведи сюда Михаила до излечения, многие бы подумали, что они оба больны. Причём одним и тем же.

— Ты это… Остынь, что ли? — сказал мужчина с мощным лицом. Таким только медведей пугать…

— Ну и плати! — добавил второй, с лицом, похожим на крысиное. А любой Одарённый и вовсе увидел бы крысу — не обычную, а рогатую. Впрочем, все здесь были далеки от звания «нормальный человек». Даже девушка, мирно сидевшая в кресле.

— Да я лучше пристрелю вас! — прорычал Антон, зло уставившись на троицу. А те продемонстрировали свои пистолеты.

— Стрелялка не выросла, Антоша, — ответил ему крыса. — Плати, или все узнают, скольких людей заказал твой папка. Сколько конкурентов мы отп****ли, сколько баб вы****, скольких детей оставили сиротами. По указу твоего папочки.

— Это отец, я тут при чём⁈ — выкрикнул Антон.

— А при том, что ты — наследник. Ты или отвечай, или плати, — ответил крыса.

— Я выйду сухим из воды, а вы сгниёте на нарах, — хмыкнул Антон.

— Не выйдешь. У тебя отберут всё, что ещё не отобрали, Антоша. Так что плати, и мы разойдёмся. Не хочу иметь дел с таким, как ты.

— ГДЕ ВЕТРОВ⁈ — прокричал парень. — Я приказал поймать его и привести ко мне!

— Где-где? В *****! — выматерился третий. Он был самым низким и самым злым с виду. — Пропали наши мужики. Были — и нет их! Ты на кого нас натравил, ушлёпок сраный? Где мой, ***, брат⁈

— Откуда мне знать? Я вам дал бабки, чтобы вы притащили ко мне этого урода! Я хочу, чтобы он страдал. Хочу, чтобы он сдох… — почти кричал Антон, а его глаза пылали красным. Вот только это видела лишь Жанна, мирно сидевшая на диване с телефоном в руках. Она делала вид, что чем-то увлечена, но на деле всё снимала на камеру.

— Ты понимаешь, Антоша, что шесть человек не могут вот так просто пропасть? Их замочили и хорошо так позаботились о трупах. Не хотим мы связываться с ребятами, которым замочить шестерых — раз плюнуть. Так что плати, и мы свалим отсюда как можно дальше. Ну а не заплатишь… Нам-то терять нечего, а вот ты потеряешь всё, — спокойным голосом сказал крыс, а Антон едва не зарычал.

Парень выдохнул и рухнул на диван рядом с Жанной, а рука потянулась под подушку для спины, где лежал телефон. Однако ладонь Жанны легла ему на плечо.

— Лучше заплати. Ведь если начнётся перестрелка, вдруг меня убьют? — прошептала она ему на ухо, и глаза парня налились кровью от злости. Его сокровище — да убьют⁈ Но Антон выдохнул и успокоился.

— Будут вам деньги, — прорычал Конев. — Но я так понимаю, вам нужен нал?

— Нал или крипта.

Конев фыркнул и поспешил в кабинет отца. Бывший кабинет… Теперь это был кабинет Антона, и он многое тут переделал. Сделал так, как хотелось ему самому: добавил диван-кровать, убрал лишнюю мебель, все грамоты, награды, фотографии с достижениями и значимыми эпизодами жизни мужчины, а также коллекционные предметы отца.

Вместо этого Антон повесил свои школьные и институтские грамоты и награды. А ещё фотографии. Много фотографий… Многие девушки на них были обнажены или запечатлены в постыдном виде: одноклассницы, одногруппницы, учителя и преподаватели…

Вот Кристина Сергеевна, молодая учительница истории. Работала она за копейки, едва могла прокормить себя и маленького сына. А ещё на ней висел долг, который муженёк оформил на жену по её паспорту, а потом бросил ту с ребёнком и сбежал.

И на этой фотографии она лежала голая на школьной парте, со слезами стыда и унижения… А после уволилась и переехала. Без долгов, но с позором…

Вот фотография Ирины, но в купальнике. Телефон на Итурупе вышел из строя, а облако уже давно было забито под завязку, так что все трофеи с Итурупа оказались утеряны.

Антон завидовал отцу и ненавидел его, ведь тот постоянно сравнивал сына с собой. «А вот я в твои годы…», «Ты идиот, я бы сделал так, а не вот так!», «А ты точно мой сын? Может, тебя подбросили в роддоме? Почему у тебя вечно всё через жопу⁈»…

Молодой Конев помнил каждую фразу отца, каждый его упрёк, каждый взгляд, наполненный стыдом за то, что Антон — его сын… Посмотрев на фотографии, парень почувствовал себя лучше. Как минимум по части женщин он уже превзошёл отца. Пусть не удалось «испробовать» всех одноклассниц, зато в институте — полный список. А отец в институте не учился…

Хмыкнув, парень полез в сейф и, грустно вздохнув, взял три из четырёх пачек денег, после чего поспешил вниз.

— Эт чё, всё, что ли? — опешил крыс, получая деньги.

— А ты считаешь, что у меня сейчас горы налички? Если ты не заметил, у меня много проблем, которые я решал в том числе с вашей помощью, — ответил Антон.

— Чёрт с тобой. Остальное криптой переведёшь. А если нет, сам знаешь, что будет.

— Идите уже на ***, бесполезный мусор.

— Ты за словами-то следи, щенок, а то я твой язык вырву и засуну тебе в жопу! — разозлился крыс, да и его дружки зарычали.

— А что, нет? Ни одного поручения толком не выполнили!

— Я уже говорил… — начал крыс, но был перебит.

— Деньги взял? Взял! Задание выполнил? Нет! Обосрался? Да! — рычал на него Антон. — Так что мусор вы и есть. А теперь шантажируете меня и бежите, поджав хвост. Неудачники и биомусор. Других найду: они и Ветрова приведут, и его мать.

— Кхм! — кашлянула Жанна.

— Не для меня. Так, просто *** на его глазах. А потом всех закопаем. Или в подвал посадим… Подумаю. А вы… Проваливайте уже, — приказал Антон, глядя на троицу.

— Ты е*****ый, ты в курсе? — спросил крыс.

— Иди *** уже! — прорычал Антон, как вдруг вышибли дверь в дом и разбили окно.

— Лежать, суки! На пол всем! — раздались крики бойцов полиции, бравших дом Коневых штурмом.

Не успели люди опомниться, как их уложили на пол…

— Жанну не трогайте, суки! — кричал Антон, но… Девушки нигде не было! Точнее, она была, но теперь это не девушка, а женщина-змея…

— Где она? Где⁈ Куда вы её дели⁈ — закричал парень.

— Какой же ты шумный, — простонала Жанна и наклонилась к Антону. Но тот её не видел.

Рука девушки подобрала с пола синий кристалл, и Жанна довольно кивнула. Там же лежали монетки.

— Хоть награда нормальная, а вот с Очками Кармы всё грустно… Пережестила?..

Внимание!

Контракт на Одурманивание завершён, итоговый результат: получено 58 Очков Кармы и награда.

— Похоже, что и правда пережестила… Надеюсь, Чистильщик не будет меня ругать. Сказал бы он прибить этого дурака — и всё… Хотя…

Жанна с грацией змеи отползла в сторону к троице, которую сейчас «упаковывали».

— Столько бандюганов словили или попереубивали. Столько коррупционных схем раскрыто. Столько всего… Хотя стоп! — поняла она и отползла к своему телефону, лежавшему на полу. — Ещё ведь ничего не расследовано… Может, и перепадёт потом! Да, после того как все получат наказания. Так что я молодец, да, Мир?

Девушка поспешила открыть награду и…

— Розовенькие… трусики?.. Мир… У меня нет ног… Какие, блин, трусики⁈

* * *

Пляж Михаила.

— Девушки, вы мне навык качать мешаете, — проворчал я, не открывая глаз. А кто ещё мог загородить мне солнце?

— Сам ты девушка, — услышал я мужской голос и всё же открыл глаза. А тут два мужика.

— Удивлён… — сказал я, увидев бурята и русоволосого мужчину. Обоим лет по тридцать пять.

— Ага, сами искали, где можно спокойно искупаться. На общем пляже жесть что творится. В прошлый раз бабы не были такими дикими, — сказал русоволосый.

— Да. Что-то совсем с ума посходили, — добавил бурят, и оба шустро разделись да пошли в воду. — Здесь баб обычно нет.

— Кхм! — кашлянула Чикки, и оба обернулись с побледневшими лицами.

— Тьфу ты, я уж подумал — баба! — воскликнул бурят.

— Эй! Я девушка!

— Ты «безобидная», — ответил русоволосый. — А мы про «баб», которые совсем одичали.

— Ага. Жёсткие полгода были, — согласился бурят и продолжил идти в воду. — Столько сражаться… У самого уже мозги закипели.

Мужчины разговорились и рассказали про прошлый «Призыв». В целом всё совпадало с тем, что говорили сёстры Алия и Ания, за исключением одной детали: после первых фаз сражений начнётся вакханалия. Куча энергии, адреналина, ранения, лечение, алкоголь, море, пляж…

— И ведь вроде целуешься с одной, а очнулся уже в окружении трёх, а порой и пяти баб! — возмущался русоволосый. — Эти заразы сговорились и «делятся». А в темноте фиг разберёшься. Материшься про себя, мол, когда она уже всё. А там просто пять разных баб!

— Хуже всего — это доска позора, — бурят покачал головой и погрузился в воду.

— Ага-ага. Козы такие, знают, как гордость задеть.

— Что за доска позора?.. — опешил я.

— Что-то из серии: «Такой-то и такой-то — позорище минутки!». Это самое мягкое. Они ещё и рейтинги делали, мол, в самом низу — самый отстойный «самец». Не мужчина, не мужик, а именно самец…

— Звучит всё очень странно… — ужасался я.

— Это же бабы. Они долбанутые, а Одарённые бабы — долбанутее в разы.

— Не все, — возразил бурят.

— Я про сильных. Пока они низкоуровневые, ещё адекватные. Некоторые… А потом лютая жесть начинается!

Я слушал и наматывал на ус. Выходит, чем выше уровень у Одарённой, тем «хуже у неё с мозгами». Мол, физиология влияет на женщин куда сильнее, чем на мужчин, и лучше всего с этим справляются магички. Но их мало: подавляющее большинство женщин идёт в воины. А парни, включая этих двух, чаще всего идут в маги.

В итоге имеем вот такую абсурдную ситуацию: толпы сильных и очень похотливых женщин и мужчины, которые прячутся от них… А ещё женщины хитры и коварны, каждый раз умудряются придумать что-то новенькое. Но мне кажется, эта парочка лишь ради приличия жалуется. Ну или я ошибаюсь.

А пока они купались, я сгорал на солнце. Очки опыта навыку постепенно капали и…

Поздравляю!

Ты повысил уровень навыка «Накопитель» до 4/100.

Лишнюю энергию я сливал в навык, и до чего же тяжело его качать! Хотя нет, не так. Будь у меня куча свободной энергии, навык качался бы быстро. Но где её взять? Я каждый день качаю кучу разных навыков. К вечеру едва крупицы энергии остаются…

— Жарко… — услышав голос, увидел я Чикки, которая парила рядом. От её крылышек шёл ветерок, а вот вне Арены ветер не ощущается. Там она более «материальна», чем в реальности.

Интересно, а раньше духи были материальны? Мне почему-то кажется, что Мир разделил духов и смертных.

— Иди к деревьям или лети домой.

— Нет, я на твоей ох-х-х-х… — Чикки отвернулась и раскраснелась.

— Что-что? — заулыбался я.

— Охране твоей! Вот что! — выкрикнула она и пулей улетела в лес.

Раз нет Юки, сам буду троллить Чикки.

Раскинув руки и ноги в стороны, продолжил загорать и обгорать. Но вскоре рядом рухнули два тела.

— Хорошо здесь, тепло! Не то что дома: у нас в Новосибирске уже снег выпал, — заявил русоволосый.

— Хах, у нас в Улан-Удэ ещё в октябре он выпал, — ответил бурят. — А ты откуда?

— Сахалин.

— У-у-у-у! Икра, рыба, газ, нефтедоллары.

— Если бы…

Мужики разговорились, и было очень полезно узнать, как там в других городах. В Новосибирске всё как у нас, только масштабы другие и нет кицунэ. А вот в Бурятии жесть. У них свои духи, и далеко не безобидные.

— Да это капец! — ворчал бурят. — Ладно, у вас есть леший, домовой и всякие лесные девы. А у нас есть Муу шубуун! Эта тварь соблазняет парней, чтобы съесть их души и, проклевав череп, выпить мозги! А ещё есть духи-оборотни, которые охотятся на детей, насылают на них болезни. Даже убить могут! Мы, Шаманы, стережём людей по ночам. И это капец как жёстко. Мне однажды руку оторвали. Едва целители пришили…

Чем дольше я слушал, тем сильнее понимал, как мне повезло родиться на Сахалине. У бурят не Одарённые, а Шаманы. И правила немного другие. Даже навыки есть свои.

— А эти навыки другие могут изучить? — поинтересовался я.

— Не, другим они не подходят. Переучиваться нужно, ибо там другой способ использования энергии, — отвечал бурят.

— Понятно.

Я продолжил расспрашивать, а потом рассказал про войну с ёкаями и всё такое. До Новосибирска и Бурятии они не добрались, осев на Дальнем Востоке. Так что мужчины слушали меня с удивлением и интересом.

— Черепаха с лысиной и клювом! — хохотал бурят после того, как я описал каппу.

— Это ладно, у них есть тапочек с руками и ногами.

— Да ну!

— А ещё зонтик на человеческой ноге… А про ёкая с глазом в жопе, в прямом смысле слова, я вообще молчу, — рассказывал я про смешных ёкаев, а эти двое ухохатывались.

— А кто у нас тут такой сладенький смеётся? — услышали мы голос и застыли, а миг спустя из леса вышли четыре девушки, одна из которых держала Чикки в руках. Вот же! Поймали дозорную!

— Ты слишком громко смеялся… — вздыхал Игнат, а бурят Аюр вжал голову в плечи.

— Я в домике. У меня там целая толпа женщин на пляже, которая за меня побьёт кого угодно, — сходу заявил я и не врал. — И Чикки отпустите.

— Хулиганки! — выкрикнула фея, которую отпустили, и подлетела ко мне.

— Нас тоже нельзя трогать! Мы только пришли и хотим отдыхать и загорать, — заявил Игнат.

— Так мы и не собираемся вас трогать, да, девчат?

— Да-да, — закивали те, и среди них я приметил волшебницу. Худенькая, стройная, круглолицая и просто милая девушка. Волшебницы редко качают Живучесть — так, по минимуму, — поэтому и не становятся суперкрасотками.

Правда, всему есть свой предел. Если сильно не повезло с генетикой, то и Живучесть не поможет.

Девушки тем временем остались без одежды и начали резвиться в воде, причём делали это максимально эротично, а стоны… У них тут словно оргия… Хорошие актрисы!

И нет, мужики не поддались на провокации. Они загорали, болтали и так далее. Я тоже загорал, а на моей груди лежала Чикки. Это она так меня охраняла…

А потом я перевернулся на живот, и Чикки легла рядом, тоже на живот. Фея махала крыльями, охлаждая себя, и балдела. Но…

— Эх, Зин, ты такая красивая, какая грудь волшебная. Жаль, что никто не видит. Мужиков-то рядом нет. Так, всякие импотенты…

— Да ладно, Нин, у тебя такая интимная стрижка крутая… А мужики… Не осталось нынче мужиков. Нормальный мужик от красоток не убегает.

— А может, у них совсем крохотные? Сантиметра по два? И боятся опозориться?..

Женщины били ниже пояса. Подло, мерзко и беспощадно. Но я-то ладно, с детства привык к насмешкам. А вот Игнат и Аюр — горделивые. Так что пришло мне время уходить…

Я оделся, усадил смущённую Чикки на плечо и пошёл в город, надеясь, что меня не перехватят «охотницы». И плевать, если меня добавят в какой-то там рейтинг и будут позорить.

В городе стало ещё оживлённее, а на пляже царила вакханалия. Кучи голых красоток; один олень, причём в прямом смысле слова, готовил и продавал шашлык; одного мужика утащили подальше и «любили» вшестером. В общем, «весело» тут у них, и нафиг такое веселье…

Поэтому я поспешил домой, ведь мамы с ребятами нигде не было. И пока шёл, появилось подозрение. Нет, не так. Интуиция взвыла, словно происходит что-то ужасное. Аж по спине мурашки пронеслись!

Я ускорился, а народу, как назло, было ещё больше. Включая женщин, которые так и норовили прицепиться… Но я был слишком серьёзен, поэтому люди, как правило, не лезли ко мне или сразу же отставали.

Впереди показался мой дом, и, уже подходя к нему, я услышал очень странные звуки… Женские… стоны?.. В руке невольно оказалась катана. Ладно, вру: сам вытащил её из Инвентаря. Схватил ручку двери, дёрнул на себя, влетел в дом и… выругался.

— Миша… опусти катану… — сказала Катя.

— Да, Мих… Зачем сразу насилие? — добавил Лёха.

А эти… Вообще всё сожрали! Полный дом народа, а кастрюли и сковородки совершенно пустые… Теперь стонут и наглаживают животы. Сволочи!