Найноа, Кимокео и другие проводники гавайской культуры любят повторять одну фразу: «He moku he wa’a, he wa’a he moku», что значит: «Каноэ – это остров, а остров – это каноэ». Для любого жителя маленького острова, затерянного среди необозримого Тихого океана, это ясно как дважды два. Если стремишься к гармонии, разумнее всего жить в мире и дружбе с соседями, активно с ними контактировать, приходить на выручку и избегать конфликтов (на небольшом острове вы все равно будете часто сталкиваться, так что лучше не сжигать мосты). От нарушения взаимосвязей никто не выиграет, все только пострадают. То же самое и с каноэ. Чтобы плавание прошло успешно, нужен позитивный настрой всех членов команды, дух товарищества и сплоченности. Все в одной лодке, и если даже возникли проблемы, убежать от них некуда: нужно попытаться их решить, сохраняя трезвость ума и взаимное уважение. Чтобы каноэ могло благополучно достичь пункта назначения, требуется вклад каждого.

Так вышло, что несколько лет назад я читала «Руководство астронавта по жизни на Земле» Криса Хэдфилда[255] одновременно с книгой Сэма Лоу «Воскресение Гаваики», посвященной истории «Хокулеа». Помню, меня тогда поразило, что в обоих случаях – хоть на борту каноэ, совершающего длительный морской переход, хоть на МКС – для гармонии в коллективе требуется, по сути, одно и то же. Авторы, не сговариваясь, пишут о важности диалога, слаженного взаимодействия и командного духа. Технологии развиваются, но человеческая природа неизменна. Любому коллективу, оказавшемуся в тесном, замкнутом пространстве среди враждебной стихии, не обойтись без сотрудничества и взаимопонимания. Только так возможно конструктивное преодоление трудностей. Этот принципиальный момент заложен даже в самых современных высокотехнологичных системах, ведь в кризисных ситуациях нет ничего важнее, чем сплоченная команда.

Если продолжить вышеприведенное сравнение, станет ясно, что вся Земля есть наше общее каноэ – хрупкий оазис жизни, странствующий сквозь пустоту Вселенной с массой людей на борту. Именно так о нашей планете говорят астронавты, которым довелось побывать в открытом космосе и взглянуть на мир со стороны – увидеть оставшийся внизу одинокий голубой шар и его красоту из звездных далей. Очень метко это впечатление выразил Расти Швайкарт, участник полета на «Аполлоне-9»: «Мы не пассажиры на космическом корабле под названием Земля. Мы – экипаж». Итак, наша планета есть крупнейшая система жизнеобеспечения, а мы ее команда. Все мы в одной космической лодке, нравится нам это или нет, и все, что с ней происходит, влияет на каждого члена экипажа.

Таково должно быть наше отношение к Земле. А что же важнейшая черта ее лика – океан? Мне кажется, для настройки правильной «оптики» исключительно важны те знаменитые исторические фотографии: «Восход Земли», снятая во время экспедиции «Аполлона-8» (1968), и «The Blue Marble», сделанная с борта корабля «Аполлон-17» (1972). Они наглядно показывают наше место во Вселенной и намечают контекст, необходимый для самоопределения человечества. Думаю, нам стоит как можно чаще смотреть именно на сферические изображения земного шара, а не двумерные карты. Кроме того, нужно время от времени поворачивать глобус так, чтобы всю видимую часть занимал Тихий океан: полезно лишний раз напомнить себе о его масштабах. Глядя на синюю бесконечность во всех этих ракурсах, мы должны представлять себе океан как живое бьющееся сердце планеты – вызывать в воображении его неугомонный характер, прихотливое внутреннее устройство и пронизывающие его нити органической жизни. Таковы сущностные факторы, определяющие облик нашего мира. Допустим, мы сформировали эту мысленную картину. Что дальше?