Внутри было просторно: белоснежные фигурные своды и массивные колонны уходили под самый потолок, повсюду стояли стеллажи с книгами и свитками. Я сделала шаг, и звон туфель раздался эхом по библиотеке, оповещая о посетителе. Возле многоэтажных ярусов стояли длинные подвижные лестницы, которые крепились за металлические балки, позволяя легко перемещаться из одной стороны в другую и иметь доступ к любому уровню, хоть под куполом.

Я озиралась по сторонам и шла вперёд. У большого стола, заваленного горой книг в форме мегаполисов, сидел склизкий водный ящер: ярко-голубого цвета, с вытянутой острой мордой и гладкой чешуйчатой кожей, белоснежными зубчиками вдоль спины до кончика широченного хвоста и серебряными чешуйками на пузе.

Дракон взгромоздился на большом кресле, закинул лапу на лапу с острыми когтями и положил их на стол, нацепил огромные очки на драконью морду. На его столе стояло около двадцати кружек с напитками, некоторые даже были под столом, потому что не умещались. Он чаёвничал и почитывал книгу. Дракон опустил очки важным, значимым жестом и впился в меня вертикальными серебряными глазами.

— Так-так, кто это тут? Неужели, лирая Анриэль, собственной персоной? — он не счёл нужным вставать или кланяться, а так и сидел, развалившись в кресле. — Чем обязан, маленькая?

— Где я могу увидеть полноценную карту нашего мира, лиар?

Змий махнул хвостом и указал на стену позади, чуть скрытую в тени.

— С тобой всё хорошо, малая?

Я скупо улыбнулась не отвечая. Неужели принцесса знала этого дракона? Как же быть?

— Слышал, свадебка планируется, — он отложил чарку. — Как тебе новый суженый? Сильно ряженый?

— Виделись лишь раз.

— И не понравился? — послышался драконий смешок.

— Считаешь, хороший выбор?

Внезапно змей оказался за моей спиной, сел на задние лапы и выпрямился в полный рост, доставая чуть ли не до второго этажа стеллажей.

— А ты хорошо его знаешь, чтобы делать выводы?

— А ты? — парировала я и хмуро добавила. — Он же отца убил.

— Нет, поэтому судить не берусь, но сдаётся мне, никто просто так не пойдёт войной на другие государства.

— Говорят, что сошёл с ума, — я пожала плечами.

— Брешут, — уверенно сказал мужчина. — Вчера видал его и был твой ряженый вполне себе адекватный, только хмурый слишком и озабоченный.

Отчего-то сердце ёкнуло, да и с чего бы? Виделись лишь раз.

— Почему ты защищаешь его?

Змей не ответил, отошёл куда-то и стал что-то искать, а я увидела на стене карту и с удивлением рассматривала мир, в котором очутилась. Много воды в самом центре, а по периметру земля. Границы государств определены чёткими линиями. Не было ни одного неразделенного клочка земли, однако вдали возле границ Файердора виднелась область, сокрытая серой дымкой.

— Вот, держи, — он протянул мне несколько вшитых свитков.

— Что это?

— Летописи того, что случилось десять лет назад. Тут зафиксирована смерть твоего отца, арест Дар Драггона, а тут..., — он протянул другие бумаги. — ...политика его брата в отношении других стран. Может, здесь ты найдёшь ответы на свои вопросы.

Я аккуратно взяла серебристые свитки с королевскими печатями.

— Мы знакомы? — решила уточнить я и пояснила. — У меня провалы в памяти после покушения...

— Что!? Малая, покушение?! — он закричал.

— Тс-с-с, тихо, — я сжала его драконий палец и попыталась закрыть его пасть рукой, но не дотянулась.

— Кто ж посмел?

Я указала глазами на свитки, не называя имени. Голубой ящер скептически хмыкнул, но ничего не сказал по этому поводу.

— Мы знакомы с детства, Анриэль. Меня зовут Клай. Раньше я жил в столице, но год назад меня перевели на работу вот в это книгохранилище.

— Так мы друзья?

— Я бы поспорил, — он поиграл загадочно бровями. — С тобой трудно дружить, Анри.

— Почему? — удивилась я.

— Как бы это тактичнее выразиться..., — он почесал подбородок. — Ты позволяла мне говорить с тобой, лирая, — тут он услужливо поклонился, изображая верного подданного.

— Почему ты зовёшь меня — малая?

Он улыбнулся.

— Потому что ты младше меня, малая. На целый месяц!

— Так я была плохим человеком?

— Скорее несчастным. Груба и высокомерна, чуть избалована.

— Ясно.

— А что ты тут забыла, малая? Книги ты не любила читать, в политику не лезла.

— Да вот, Вайя, заставила, — решила, что так будет правдоподобнее. — Говорит, истинная королева должна знать истоки.

— Готов составить компанию.

— А давай, — я согласилась и решила обзавестись другом. Мне понадобится свой человек в этом мире. Жаль, Владки нет рядом.

— Чай будешь? — он протянул мне кружку с уже ледяным содержимым. Я покосилась на замёрзший чай, который едва не затянулся льдом, но смеяться не стала. — Полезно для нашей сути, малая.

— Не поняла?

— Вода, знаешь ли, благоприятно воздействует на водного зверя. Драконы не могут жить без воды, не забывай.

— Ах, вот оно что! — я приняла кружку и сделала глоток. — Вкусно. Был бы лёд — настоящий «айс-ти» получился бы.

— Айс, что?

— Ледяной чай.

Мы посмотрели друг на друга и засмеялись.

— Почему ты не превращаешься в человека?

— Так я кажусь весомее, — как-то зажато ответил он, и уточнять подробности я не стала.

Вайя

Женщина вошла в местную таверну, села в дальнем углу и принялась ждать долгожданного гостя. Она обратилась в сову, скрылась из виду и могла наблюдать и подслушивать.

Чёрные воины Файердора распивали напитки и болтали за соседним столом, но ничего дельного не знали, лишь передающиеся из уст в уста новости, что Драггон негласно уже является королём Лиалондора, а местная принцесса не может ничего ему сделать, и, так или иначе, станет его женой.

— Когда свадьба-то планируется? — поинтересовался кто-то.

— Говорят, до двадцатиоднолетия принцессы, то бишь до её коронации.

— Не лучше ли жениться сразу на Королеве?

— Э нет, месяц ждать — долго, да и войско надо кормить.

— Да-а-а, задерживаться дольше в Эльлаброне смысла нет. Нужно двигать в столицу.

— Слухи идут, что на принцессу покушение было, вот Драггон и торопится жениться, дабы стать законным правителем при живой принцессе, а если — деваха умрёт, то наследников больше нет. Другие тоже захотят оттяпать кусочек.

— Да у неё отбоя от претендентов не было, но Фрейгон выиграл всех, вот лирая ему и досталась.

— Не нужна ему принцесса, у него фаворитка была.

— У кого?

— Да у Фрейгона!

— А у Драггона меньше баб, что ли? — мужики загоготали.

— Да нет! — возразил кто-то. — Ту, поговаривали, старший любил...

Сова чуть слышно ухнула и отвернулась. «Дурачьё», - подумала она. Дверь таверны отварилась, и путник вошёл бесшумной поступью. Оглядел таверну, всматриваясь в лица людей, ища нужный столик. Вайя обратилась в человека, и гость заметил её. Прошёл к женщине, степенно и плавно огибая столы, не задевая никого и не привлекая внимания.

Путник сел спиной к залу и лицом к ведунье. Женщина бросила быстрый взгляд на хозяина заведения, тот услужливо кивнул, подошёл к их столику и повёл за собой, приоткрыв дверь в кладовую, а потом ушёл, не задавая лишних вопросов.

— Опустим приветствия, — начала старая женщина. — Что решил король?

— Мы согласны.

— Добро, — кивнула она. — Я подготовлю принцессу.

— До полнолуния меньше месяца. Вы должны успеть появиться в Дуаре в срок.

— Нельзя ли ускорить коронацию? — спросила женщина. — И нам, и вам это выйдет на руку.

— Наш Повелитель не против, но вы должны заручиться поддержкой Айердора.

Вайя кивнула и подумала про себя, что король воздушного королевства никогда не согласится изменить правилам, а без его согласия – придётся ждать до конца месяца.

— Но наш договор в силе, как и план, — мужчина говорил со спокойной уверенностью в голосе.

— Мы будем в Дуаре, — женщина сильнее сжала трость.

— Будем ждать, — путник открыл дверь и галантно уступил женщине ход, но Вайе не было дело до его манер. Она выпорхнула и, не прощаясь, покинула таверну.

Анриэль

Клай разложил на столе свитки и карты, помогал мне осваиваться на политической арене. Рассказывал, какие отношения у нас с другими государствами, как осуществляется товарообмен, и кто что производит. Я слушала, но в какой-то момент замечталась и начала клевать носом.

— Сделаем перерыв? — предложил водный змий. — Скукота смертная, да?

Я кивнула и приняла очередную кружку с холодным чаем.

— Сколько мы тут сидим?

— Около трёх часов, а что?

— Вайя запропастилась где-то.

Но стоило мне вспомнить о лучике — солнце появилось само собой. Выглядела Вайя хмуро, но эту женщину не берёт ни возраст, ни усталость. Она влетела фурией в библиотеку и с ходу начала командовать. Я распрощалась с новоиспечённым знакомым и побежала за ведуньей.

— Голодная?

— Очень.

— Идём, — она свернула куда-то в переулок, а вышла к просторной мощёной набережной. Тут в нос ударили запахи. Необычные, но и те, что уже вдыхала ранее, напоминающие выпечку и хлеб.

— А что это? — я увидела в воде отражение, вздрогнула от испуга и обернулась. И не ожидала увидеть, скрытую за крепостью и скалами, гигантскую статую дракона. Она возвышалась над городом и была высотой в восемьдесят этажей не меньше. Размеры фигуры поражали могучим размахом, детальностью скульптуры и проработкой ящера.

— Изваяния прародителей. Древние жители и первые драконы создали для своих создателей эти скульптуры, обозначив стороны света. Наш указывает на север, как ты смогла догадаться, — она чуть сощурила глаза, прикрывая рукой глаза. — Эти изваяния были вырезаны из цельного камня.

— Туда можно взобраться?

— Можно долететь.

— Я ещё не умею управлять драконом и не знаю, как вызвать его.

Вайя коснулась моей груди между ключицами.

— Посмотри внутрь себя, почувствуй рвущуюся наружу силу. Отпусти её на волю, расправь крылья.

— А можно?

— Попробуй, если получится — слетай посмотреть, но возвращайся.

Я закрыла глаза, успокоилась и почувствовала то, что гнала от себя с утра - желание, порыв лететь, но не знала как. Дракон вырвался из тела неуверенно, покачнулся. Я почувствовала дух ящера, что негодовал и хотел резвиться, поиграть с воздухом, расправить крылья, сожрать овечку. Так. Стоп. Никаких овечек, дорогая. Я прямо-таки почувствовала разочарование милой драконихи, но она подчинилась. Взмах крыльями, и я неловко взмыла в небо. Прохожие провожали меня аплодисментами и зачарованными взглядами, да я сама от себя сейчас была в восторге.

С потоком воздуха мне ещё предстоит научиться бороться, но чувство полёта я не забуду никогда. До статуи я долетела быстро, но и устала от непривычки. Зацепилась за поручни, попыталась вернуться в человека и чуть не рухнула в пропасть, но подалась вперёд и упала на ступени. Юбка платья помогла мягкой посадке, и я лишь отряхнула испачканные в пыли руки. Встала на ноги и пошла по лестнице, ведущей на самый верх. Подъём до пика занял у меня пару минут и хорошо, что долетела до верхних ступеней в облике драконицы. Теперь ясно, почему обычные люди предпочитают не забираться так высоко. Это ж немыслимо!

У самой вершины я услышала чьи-то голоса. Мужской с отличительной ноткой властности и женский томный и вяжущий. Замерла и прислушалась. Голоса смолкли.

Я выглянула и замерла от увиденного: мужчина ласкал девушку, гладил её груди руками, целовал шею и вбивался в её тело, а та извивалась и стонала. Он грубо развернул её, уткнув грудью в пол, разворачивая ко мне лицом, и я видела, отражающиеся на её лице гримасы счастья. Видела затуманенный взгляд, раскрасневшиеся щёки и распухшие губы. Незнакомка молила мужчину не останавливаться, тёрлась бёдрами, изгибалась, а я смотрела на неё и горела от стыда и чего-то ещё. Перевела взгляд на мужчину, и следовало бы уйти, давно уйти, но я смотрела на него, не в силах отвести взгляд, на мгновение желая оказаться на месте девушки и прикоснуться к нему, ощутить тот же восторг, ведь никто и никогда не трогал меня так жарко, не прикасался. Никогда я не ощущала столь очевидное желание, но при взгляде на незнакомца тело отозвалось истомой, сердце отчего-то запорхало в танце, а жар внутри усилился. Мужчина поднял взгляд и заметил меня, а я узнала его и тут же вжалась в камень и понеслась прочь. Прочь от его глаз. Вниз по лестнице. Лишь бы не видеть, потому что этот мужчина был порочен и ужасен, но и притягательно-желанен, что уж греха таить. Он был необычайно красив и опасен, а мне Вайя дала чёткие указания избегать этого хмыря. Но надо же было так нарваться? Что ж за наказание?

За мной никто не гнался, и я сбавила темп. Дракон отчего-то рвался наружу, как-то выл по-особенному, чувствовал мои метания и не мог успокоиться. Я настроилась на внутреннюю волну, выпустила зверя на волю и полетела назад к тому месту, где оставила Вайю, но на меня налетел чёрный ящер и сбил с воздуха. Я рухнула вниз, но не упала, удержалась, однако пришлось приземлиться где-то в лесу.

— Понравилось? — меня жёстко схватила чья-то ладонь за шею и развернула к себе. Я встретилась взглядом с мужчиной. Его растрёпанный вид, напоминал о том, чем он занимался пару минут назад, и я сглотнула.

— Понравилось, я спрашиваю?

— Что? — И тут его рука сжала мою грудь жёстко и без предупреждения. Я охнула от такой наглости и смелости. — Это! Ты смотрела на нас.

— Я случайно, извините, — попыталась отстраниться и немного ошалело смотрела на наглеца.

— Врать нехорошо, лирая, я видел тебя, — рычание дракона. — Ты стояла довольно долго и смотрела.

— Впервые видела, чтобы кто-то занимался сексом в общественном месте. Это удивило, вот и всё.

— Сексом? — переспросил он. — Что это ещё за слово такое занимательное?

— А чем вы только что занимались, лиар?

Мужчина задумался и как-то озадачился.

— Спаривался с милой исаи.

Исаи? Это было новое для меня слово. Может, так обозначают легкодоступных женщин?

— Поздравляю, это и есть — секс.

— Ты смеёшься надо мной, Анри?

— Отпустите меня, лиар. Вы забываетесь!

А лиар лишь крепче обхватил, и я растеряла весь запал и решительность. Его губы нежно коснулись моих. Так нежно, что я испугалась. Заморгала и не поняла, что он - целует, пытается поцеловать, но я совсем не умею этого делать.

— Ты напряжена, лирая, — отстранился. — Словно…, — тут он внимательнее осмотрел меня. — Удивительно!

— Наглец, — опомнилась я и влепила ему пощёчину, а он - засмеялся.

— Ничего, это не последний наш поцелуй, но самый неловкий и самый запоминающийся. Впредь ты будешь думать только обо мне.

— Мечтай, индюк. Хорошо бы подпалить твоё зазнавшееся самомнение.

— Как ты меня назвала?

— Как слышал!

— А тебе палец в рот не клади, лирая, — сказал он и отошёл. — Почему не явилась, когда я звал тебя, Анри?

— А по какому праву ты отдаёшь мне распоряжения в моём королевстве? Ты чужак!

Мужчина не опроверг мои слова.

— В следующий раз, если не явишься, когда я зову — буду убивать по одному человеку в минуту. Ты поняла меня?

Я сглотнула и вынужденно кивнула.

— Вот и славно. А теперь подойди.

— Зачем?

— Хочу снова поцеловать, научу тебя этому незамысловатому искусству.

Я показала ему средний палец, а он засмеялся. Снова. А я ощутила двойственные эмоции. Вроде и враг он, но улыбается так, что хочется смеяться, и в животе поднимается вихрь из бабочек.

— Что ж, это будет весело, — словно для себя, сказал он.

— Не будет. Я не собираюсь выходить за тебя замуж.

— И не надо, — легко согласился лиар и протянул мне руку. — Давай заключим сделку. Полюбишь меня в течение двадцати дней — согласишься на свадьбу и станешь моей женой, нет — уйду с миром.

—Но..., — я смотрела на его протянутую ладонь и мешкала. — А если ты не полюбишь меня? Тебе неважно, с кем спать, на ком жениться, а я не хочу выходить за того, кто не будет меня любить.

Драггон нахмурился. Свёл брови и как-то резко отвернулся, настроение его изменилось.

— Твоё условие?

— Ты не будешь позорить меня, и спать со всеми подряд, к тому же не притронешься ко мне без моего согласия.

— Без согласия? — переспросил он, явно забавляясь. — Сделка вполне разумна.

Он снова протянул мне руку.

—И...ты скажешь, если не сможешь полюбить меня, — прежде, чем заключить соглашение, выдала последнее условие. — Правду.

— Хорошо, — чуть помедлив, он всё же согласился, а я осторожно коснулась его ладони, будто могла вспыхнуть от прикосновения. Драггон сжал мою руку, чуть погладил костяшки пальцев и отпустил.

— Могу я спросить?

— Спрашивай, лирая. Отвечу на один вопрос, — он пялился на мои груди, точнее, на груди принцессы и лыбился.

— Ты и, правда, убил своего брата?

Его губы резко поползли вниз, а выражение лица изменилось на мрачное, словно тень пробежала над нами.

— Да, — ответил он и вдруг задал встречный вопрос грубым недовольным голосом. — Вот что интересно, почему спросила о нём? Могла ведь узнать об отце, а выбрала Фрейгона. Или отец менее важная фигура? Или сомнений нет в том, кто это сделал?

Я застыла, как изваяние, понимая, что сглупила.

— Или любила братца? — он оказался совсем рядом со мной, но не трогал, лишь смотрел. Его глаза стали меняться, приобретая нечеловеческие черты, как и тело. Он обратился в чёрного ящера и взмыл в небо, не прощаясь, а я смотрела ему вслед.

Моя драконица изголодалась и требовала пищу, молила подцепить по дороге оленя или съесть целого быка, поэтому я летела к Вайе на всех порах и сидела оставшийся день в задумчивости. «Всё-таки убил», повторяла про себя, как мантру, но почему? Не был он похож на социопата и убийцу или был? Прав был Клай, я его совсем не знаю. Выводы делать слишком рано.

Вайя смотрела на меня и хмурилась. Обругала за опоздание, но вопросов не задавала. Ели мы в тишине.

В крепость вернулись ближе к вечеру, и я с порога свалилась на постель. День выдался насыщенный и эмоционально-сложный. Драггон занимал мои мысли, пугал и в то же время притягивал. В памяти всплывали предостережения Вайи касательно людей Файердора, но разум отказывался верить.