Глава 43

– Прости, я испортила наше свидание, – произнесла я негромким, напрочь охрипшим после истерики голосом.

Встретиться с Рейнаром взглядом было стыдно. Я позорно ревела у него на руках несколько часов, просто не в силах успокоиться.

– Я рад, что ты поплакала, – серьёзно сказал он, придерживая шатающуюся меня на пороге моего дома. – Надеюсь, теперь тебе станет легче.

Я шмыгнула носом, не поднимая головы.

– Поешь и ложись спать, – распорядился он, – тебе нужно восстановить силы.

Я не ответила. Стыд не отпускал.

Но когда не дождавшийся ответа Рейнар попытался уйти, я поймала его за рукав мундира. Мужчина остановился, с высоты своего роста глядя на меня. Мне не нужно было поднимать голову, чтобы понять, что его взгляд полон нежности и искренних переживаний обо мне.

– Рейнар, – позвала я с тяжёлым вздохом.

Столько всего хотелось ему сказать. Столько всего было необходимо произнести.

– Всё в порядке, – он мягко перевернул ладонь, высвободил свой рукав из моих слабых непослушных пальцев, взял мою руку в свою и успокаивающе сжал. – Скажешь, когда будешь готова.

Я всё же посмотрела на него. Слабо улыбнулась в ответ на его подбадривающую улыбку.

– Я хочу сказать сейчас, – призналась тихо, невольно сильнее сжав его руку. – Честно говоря, я уже давно хочу рассказать тебе об этом. Но... мне не хватает сил и смелости.

Я сглотнула и отвела взгляд, смущаясь собственной слабости.

– Ты боишься моей реакции? – помолчав немного, уточнил Рейнар таким тоном, будто мы не обсуждали ничего серьёзного, а беззаботно болтали о погоде.

Я кивнула и тут же сказала:

– Не только. Не знаю. Я боюсь, что ты разочаруешься или... разозлишься. Скажешь, что я жалкая и ужасная. Что тебе стыдно быть со мной знакомым...

– Думаешь, я могу такое сказать? – мягко прервал он, чуть склонив голову к плечу в попытках поймать мой взгляд.

Я со смесью страха и отчаяния посмотрела в его глаза. Горящая в них мягкая нежность и нерушимая уверенность успокаивали. А от его лёгкой ласковой улыбки сердце билось спокойнее.

Действительно, что это я? Рейнар никогда не скажет ничего подобного. Он слишком воспитан и благороден для того, чтобы даже подумать подобное. Особенно в отношении женщины.

Особенно в отношении меня.

Но ведь и мой секрет был не из рядовых. Это не пустяк. Это то, что навсегда перевернёт мою жизнь. И жизнь тех, кто будет рядом.

Могу ли я сказать об этом вот так, на пороге дома? Просто вывалить на него правду посреди дня. Не лучше ли подождать более подходящего момента?

Но ведь в ожидании можно провести всю жизнь, а момента так и не дождаться. Можно просто не успеть сказать о чём-то важном.

Но как же тяжело решиться. Сделать шаг. Набраться храбрости и сделать то, что делать так невыносимо страшно.

Я до крови закусила нижнюю губу, с отчаянием посмотрела в глаза Рейнара.

Самый понимающий мужчина в моей жизни. Самый благородный, заботливый, проницательный и внимательный. Он всегда понимает больше, чем я говорю вслух, и никогда не лезет в душу. Тактичен до невозможности. Вежлив до безумия.

Будет ли он осуждать? Нет. Кто угодно, но только не он.

Я боялась другого. Боялась, что он не сможет остаться со мной, когда узнает правду. Что он просто не вынесет этого и уйдёт.

Если это действительно произойдёт... не знаю, что я буду делать. Не знаю, как смогу дальше жить без него. Он стал для меня крепкой опорой и надёжным тылом, советником, другом. Если он уйдёт и оставит меня одну...

Но я в любом случае не могу молчать. Не могу скрывать от него правду вечно. Уже скоро изменения в моём теле сделают правду очевидной. Уж лучше я расскажу ему об этом сама.

Я должна сказать.

Я смогу. Мне хватит сил.

Тяжёлый вздох во весь объём лёгких. Я замерла на секунду, ощущая, как вместе со мной застыл весь мир.

Удар сердца. Последняя вспышка паники.

И признание, с трудом слетевшее с моих губ невнятным шорохом:

– Я беременна...

И вот теперь мир действительно замер. Стих ветер, смолкли птицы, затаились травы. Напряжение повисло в уплотнившемся воздухе.

Я ожидала всякого. Шока Рейнара, того, что он отшатнётся, обзовёт меня, попросит времени на размышления. Что убежит, не оглядываясь, или скажет, что не ожидал от меня такого.

Я всего ждала... но не того, что он сделал.

На лице ноктарха не дрогнул ни единый мускул. На нём не появилось выражения изумления, ужаса, неверия или чего-то такого. Его взгляд оставался нежным и понимающим, а лицо умиротворённым и успокаивающим.

И единственным, что он сказал мне, было лишь спокойное:

– Я знаю.

– Знаешь?! – ахнула я, подавилась воздухом и закашлялась, во все глаза потрясённо глядя на мужчину. – И... как давно?!

Он глянул на наши переплетённые пальцы, успокаивающе погладил мою ладонь, сжал чуть сильнее и снова заглянул в мои глаза.

– Примерно с того момента, как прибыл в Краенхолл, – обозначил он максимально прямо.

Я пошатнулась и чуть не упала. Рейнар придержал второй рукой, мгновенно шагнул ближе, привлёк к себе, позволяя опереться на своё надёжное крепкое тело и не бояться упасть.

Моё потрясение с каждой секундой становилось всё сильнее.

– Я лишь подозревал, – счёл своим долгом объяснить ноктарх. – Убедился после того, как ты попала к лекарям. Твоё поведение изменилось. Полагаю, в тот момент ты узнала обо всём сама?

Сиплый смешок вырвался из моей груди. Я с трудом подняла голову, сильно снизу вверх посмотрела на Рейнара и просто не смогла осознать мысль о том, что он узнал о моей беременности раньше, чем я сама.

– Но как? – выдохнула я, с трудом держась на ногах.