Глава 39

Первым моим порывом было подойти и взять ленту.

Алый лоскут на заборе так и манил.

Я решительно ушла в дом, пришла в свою комнату, открыла сумочку, достала подаренный Рейнаром браслет и осторожно сжала его в руке.

Секунда, вторая...

Вспышка!

Лорд Грейвхарт решительно шагнул из портала, быстро цепко огляделся, за секунду оценивая обстановку, и вопросительно посмотрел на меня.

Я в этот момент тоже невольно внимательно его оглядела, искренне порадовавшись тому, что Рейнар выглядел целым и невредимым.

Ничего не говоря, я взяла его за руку и вывела из дома. На вытянувшиеся лица притихших рабочих в кухне даже внимания не обратила.

Почему-то Рейнар вообще без вопросов и сомнений последовал за мной. Меня искренне удивило его абсолютное доверие.

Спустившись по лестнице, я повернулась к лесу и указала ноктарху на ленту на заборе.

Он стоял очень близко, так что я ощутила, как он подобрался и напрягся, дёрнувшись в ту сторону. Но почему-то Рейнар помедлил.

Следующие его действия очень сильно меня удивили.

Повернувшись ко мне всем телом, он поднял свободную руку, положил ладонь на мой затылок, притянул к себе и поцеловал меня в лоб. Отпустил почти мгновенно и решительно направился к границе и ленте, перед этим тихо и серьёзно сказав:

– Моя умница.

Я так и стояла, глядя на его широкую спину.

Лоб покалывало теплом после этого поцелуя, а под рёбрами происходило что-то странное. Всё стягивалось и одновременно необъяснимо трепетало от этих двух слов «моя умница».

И уже не казалось глупым, что я отвлекла Рейнара всего лишь из-за ленты. И мысль рассказать ему о письме Дамиана начала казаться мне очень здравой и разумной.

Вот о письме я и размышляла, когда по земле прокатилась дрожь, а в воздухе полыхнуло горячей сухой энергией. Как перед взрывом!

Но самого взрыва не последовало.

Энергия всколыхнулась и успокоилась. Точнее, была решительно подавлена воздействием одного запредельно сильного ноктарха.

Я всё вглядывалась в его напряжённую спину, когда из леса вышли сразу три керна. Ещё двое появились из воздуха на соседнем участке, который не принадлежал Рейнару. Эти двое легко и ловко перепрыгнули мой забор и подошли к своему главному.

Интересно, связана ли установленная Грейвхартом на моём участке защита с тем, что его люди не смогли открыть тут порталы? Что он вообще здесь поставил?

Керны исчезли в лесу и в воздухе, а сам Рейнар направился ко мне. Издали было видно, как он зол и мрачен. Чтобы не усугублять, я не стала ни о чём спрашивать, даже когда аркант встал в шаге от меня и некоторое время мрачно смотрел.

В итоге он сказал сам:

– Расчёт был на то, что ты пойдёшь смотреть сама, а не позовёшь меня.

Вот как...

– Я примерно так и поняла, – призналась негромко, всё ещё помня тот взрыв энергии, который в зародыше погасил Рейнар. – Меня должно было разметать на кусочки?

Его лицо потемнело сильнее прежнего, послышался скрежет зубов, но он всё же коротко кивнул, подтверждая.

– А как это... пересекло границу? – вот этого я действительно не понимала.

И куда сама лента делась? Неужели не пережила встречи с ноктархом и уничтожилась?

– Границу твоего участка лента не пересекла, – сухо сказал Рейнар и тут же спросил: – Что ты вплела в защиту своей территории?

– Я?! – удивилась невероятно. – Я не ставила никакой защиты. Здесь только то, что сделал ты.

Мужчина посмотрел на меня с удивлением и сомнением.

Резкое движение рукой снизу вверх, пространство вокруг дома полыхнуло синим и в воздухе перед нами засверкали голубыми письменами многочисленные сложные схемы, символы, запредельное количество цифр...

Лорд Грейвхарт встал рядом, и теперь мы оба смотрели на вычисления, которые лично я вообще не понимала. Нет, какие-то отдельные части смутно напоминали защитные заклинания, но общая схема была ужасно сложной.

– Так, вот это моё, – часть символов сменила цвет на красный, – и это, это тоже...

Рейнар делал быстрые движения рукой, и всё большая часть схемы окрашивалась в красный. В итоге почти половина осталась голубой, и мне уверенно сказали:

– Вот это устанавливал не я.

– И не я, – заверила тут же, даже головой покачала и всмотрелась повнимательнее. – Какие-то очень странные схемы. Эти заклинания как будто частично выходят из твоих, смотри.

Он смотрел и даже сказал:

– На таком глубоком уровне перекроить мои заклинания могла только ты, потому что я привязывал защиту к тебе и к дому.

Я вздрогнула и повернулась к Рейнару.

Мне вдруг всё стало ясно.

Но ноктарх моего понимания не разделял и почти потребовал:

– Что?

Я задумчиво куснула нижнюю губу, проигнорировала тот факт, что Рейнар тут же опустил на неё взгляд и у него заметно потемнели глаза, и медленно проговорила:

– Я фонарики в саду магией заряжала только в первый вечер, но они горят каждую ночь.

Надо было раньше обратить на это внимание. Я не привязывала фонарики к дому и не зацикливала в систему. Я не делала ничего, чтобы они горели каждую ночь, но они... горели.

Рейнар очень, очень напряжённо смотрел на меня.

Я знала, что он скажет, ещё до того, как услышала:

– Мне нужна твоя кровь и доступ к твоей магии.

Он сделал самый логичный вывод – решил, что защита всё-таки моя, только я почему-то не помнила, как накладывала её. Поэтому он и попросил кровь и доступ, потому что сама я не могла колдовать ещё два дня, а проверить теорию следовало.

Но я уже сейчас знала, что она неверная.

Причина в другом.

Отрицательно покачав головой, я кивком попросила Рейнара следовать за мной и направилась обратно в дом. Я не оборачивалась и не слышала его шагов, но знала, что он идёт следом.

У входа в подвал я поколебалась, но всё же впустила лорда Грейвхарта в святая святых. В сердце этого дома. Фактически, в своё сердце.