Антон снял ремень и наклонился над упавшим мужчиной. Грузное тело лежало вниз лицом, неловко подвернув под себя левую руку.

– Давайте свяжем его.

Марат подошел поближе:

– А… как?

– Вытащи его руку и заведи за спину.

Антон ловко вставил в пряжку петлю ремня, потянул правую руку водителя за спину. Примерился, чтобы вставить обвисшую кисть в получившееся двойное кожаное кольцо, – и в этот момент Настя крикнула:

– Парни!

Водитель с удивительной для его комплекции скоростью развернулся, схватил Марата за горло и повалил на пол. Прижал к полу, не поднимаясь с колен.

– Не двигаться! – рявкнул он. – Или я вырву ему глотку!

Марат хрипел. Настя замерла. Антон выпустил из пальцев ремень, он звякнул где-то за спиной у водителя.

Мужик тряхнул Марата за горло:

– Дай сюда эту дрянь! Живо!

Марат слабо дернулся.

– Вы его ду́шите! – закричала Настя. – Он не может двигаться!

Похоже, водитель чуть ослабил хватку. Марат перестал хрипеть.

Водитель злобно прошипел:

– Быстро давай сюда то, чем ты меня парализовал!

Марат неловкими движениями полез в карман на колене. Вытащил шокер. Чуть приподнял и снова дернулся. Шокер выскользнул у него из пальцев, со стеклянным стуком упал на каменный пол и откатился в сторону.

Водитель зарычал и снова встряхнул Марата, как куклу. Настя подумала: вот и конец гениальному плану. Не могло же все идти так, как они задумали…

А водитель посмотрел на Настю, потом на Антона, потом снова на Настю.

– Ты! – сквозь зубы приказал он. – Подняла быстро эту штуку и принесла сюда!

В этот момент, когда Настя уже мысленно похоронила всю компанию, когда план рассы́пался на мелкие кусочки, когда Марат оказался в злых руках взрослого человека, – Настя испытала дикую радость. Она быстро опустила голову, чтобы враг не прочел у нее на лице никаких чувств.

Он посчитал ее более безопасной, чем Антона. Он не знает. И не ждет. Значит, есть шанс.

Ссутулившись, чтобы казаться еще беззащитнее, Настя маленькими шажками подошла к шокеру, подняла его и бочком приблизилась к водителю. Опасливо, с дистанции, протянула мужчине прибор.

Водитель качнулся к ней – и в этот момент Настя ударила его ногой прямо в перекошенное от ярости лицо. Мужик отлетел назад, выпустив Марата. Раздался звонкий стук, как будто на пол упала большая тыква. Антон подскочил к Насте, выдернул из ее пальцев шокер и воткнул его в шею упавшему. У водителя дернулись ноги, и он затих.

Марат, кашляя и держась за горло, поднялся. Хрипло сказал:

– В шею нельзя бить…

– Молчи, умник! – рассердился Антон. Он снова держал в руках свой ремень. – Ты ему еще «скорую» вызови. Чтобы он пришел в себя и точно всех нас угробил… Давай, вяжем.

Антон и Марат вместе вставили руки лежащего без чувств мужчины в ременную петлю. Антон ловко закрутил кожаное кольцо. Настя мельком отметила, что Тоха так не сумел бы, и тут же рассердилась на себя за это.

– Что теперь? – спросил Антон.

– Теперь… есть одна идея, – отозвался Марат. – Ты бери шокер и следи за этим. Шевельнется – бей снова. А я кое-что посмотрю.

Антон кивнул и сел на пол, внимательно глядя на поверженного врага.

Марат подошел к светящемуся прямоугольнику.

– Так-так-так… – пробормотал он и нажал на один из ярких символов пальцем.

Стекло на капсуле с легким шелестом встало на свое место.

– Понятно… – Марат нажал на другой символ.

Стена напротив, казавшаяся сплошной, вдруг отъехала в сторону. В открывшемся пространстве в пазах расположились пробирки. Их доверху заполняла светло-зеленая светящаяся субстанция.

– Что это? – спросила Настя.

– Иди посмотри, – отозвался Марат. – Судя по знакам, эти штуки имеют отношение к памяти.

– С чего ты взял? – удивилась Настя, но пошла к пробиркам.

Марат негромко сказал:

– У них тут чудовищно примитивное управление. Все на пиктограммах. Дебил разобрался бы.

Настя успела сделать два шага и услышала за спиной крик Антона:

– Марат!!!

Настя резко обернулась. Антон уже стоял. Тело, лежащее на полу, теряло форму. Оно оплывало, как мороженое, оставленное на столе в жаркий день. Три секунды – и оно снова затвердело. Только теперь вместо тучного водителя на полу лежал невысокий темноволосый мужчина.

– Опа!.. – ошарашенно пробормотал Марат.

Тело снова вздрогнуло и поменяло очертания еще раз. Теперь связанным оказался круглолицый светловолосый человек. Антон удивленно уставился на него. А дальше тело стало меняться очень быстро: другой мужчина, женщина со светлыми волосами, снова мужчина, рыжая кучерявая женщина, опять мужчина. Длинноволосый мужчина с очень красивым лицом и… заостренными ушами. Он превратился в странного зеленолицего гуманоида с большими круглыми глазами.

После гуманоида тело подернулось дымкой и исчезло.

– Офигеть! – сказала Настя.

– Удрал… – сказал Марат.

Антон молча поднял свой ремень, раскрутил и начал вставлять в петли штанов.

Настя оглянулась на Марата:

– Ты что-нибудь понимаешь?

– Да. Но объяснять нет времени. Посмотрите эти пробирки в шкафу. А я пока закончу здесь.

– А что ты делаешь?

– Хочу запустить программу самоликвидации станции. Тогда этим… существам некуда будет возвращаться с подмогой.

Настя кивнула и отошла к шкафу. Пробирок было двенадцать – три ряда по четыре штуки в каждом. Настя тронула одну из них – и отдернула руку: над пробиркой всплыло лицо почти в натуральную величину. Изображение было четким и объемным, как голограмма. Из воздуха на Настю смотрела какая-то незнакомая девчонка. Как только Настя убрала руку, лицо исчезло.

– Ух ты! – пробормотал Антон и дотронулся до другой пробирки.

Появилось другое лицо. Тоже девчонка. Это лицо показалось Насте знакомым. Вместе с Антоном она начала трогать все пробирки подряд.

Вдруг Антон сказал:

– Ой!

Настя посмотрела – над пробиркой висело Тохино лицо.

Лицо настоящего Тохи – с отросшими волосами, упавшими на глаза, с прямым взглядом и улыбкой, от которой образуется ямочка на щеке.

Антон схватил пробирку и сжал в кулаке.

– Это мое.

– Убери в карман, – подсказала Настя.

Антон сунул пробирку во внутренний карман джинсовки.

Свет на потолке начал равномерно мигать.

– Готово, – довольным тоном сказал Марат. – У нас две минуты. Валим отсюда.

– Погоди! – вдруг сказал Антон и начал лихорадочно выдергивать пробирки из стойки.

В воздухе закружились полупрозрачные лица.

– Зачем ты это? – не понял Марат.

– Это наше! – резко ответил Антон. – Оно не должно исчезнуть.

Марат метнулся к лестнице и вернулся с рюкзаком. Дернул молнию.

– Клади сюда. Быстро.

Антон сгрузил пробирки в открытый карман. Свет замигал чаще.

– Быстрее! – крикнула Настя. Получилось жалобно.

– Ходу! – крикнул Марат, схватил незастегнутый рюкзак и рванул к лестнице.

Антон и Настя побежали за ним. Свет мигнул последний раз и погас. Настю подняла неизвестная сила, закружила и аккуратно положила на землю.

Настя открыла глаза. Через листья деревьев светило яркое солнце. Прямо из воздуха на траву рядом с ней шлепнулись Антон и Марат. А потом появились еще трое. Незнакомая рыжая девчонка, высокий худой парень и… Геральт.

* * *

Настя пришла в себя первой:

– Геральт, привет! Ты тоже мир спасаешь?

– В смысле?.. – растерянно отозвался Геральт. – Вы здесь откуда? Марат?

Антон уставился на Настю:

– Вы знакомы?

– Да, в лагере вместе были.

– А этих тоже знаешь?

– Нет…

Настя встала и огляделась. Холм по-прежнему возвышался посреди поляны. А вот дверь в нем исчезла. Высокая трава выглядела совсем нетронутой – кроме того места, куда приземлились ребята. Девчонка вскочила и принялась отряхиваться, ни на кого не глядя. Последним поднялся высокий парень.

Марат спокойно сказал:

– Я думаю, мы все попали сюда одним и тем же образом. Некто привез вас на эту базу, копировать матрицу таланта. Вы забрались в устройство, пробыли там какое-то время, а потом стало темно, и вы оказались здесь. Я прав?

Незнакомый парень кивнул.

Геральт сказал:

– Ага.

Девчонка только хмыкнула.

– Меня зовут Марат. Это Антон. Это Настя. Геральта мы знаем. А как зовут вас?

– Стас, – отозвался высокий парень.

– Я Алиса, – словно делая одолжение, назвала себя девчонка. – Что за имя такое – Геральт? Это из игрушки?

– Это из книги, – доброжелательно отозвался Геральт. – Но меня и по жизни похоже зовут: Гера, Герман.

– Я включил на станции программу самоликвидации, – сообщил Марат. – Вряд ли эти существа смогут быстро вернуться. Но на всякий случай я все-таки предлагаю отойти отсюда, хотя бы к поселку. Сомневаюсь, что они нападут на нас на глазах у людей. Там я вам все объясню.

– Что ты мелешь? – небрежно бросила Алиса. – Какие существа? Это мы сами из будущего!

Марат хотел что-то сказать, но Геральт решительно встрял:

– Можете оставаться, но я ему верю и пойду, куда он говорит.

Марат надел рюкзак и пошел к лесной дороге. Настя и Антон молча зашагали за ним. Стас, не говоря ни слова, двинулся следом. Алиса постояла, убедилась в том, что ребята действительно уходят не оборачиваясь. И, возмущенно сунув руки в карманы, побрела за ними.

До ворот поселка дошли быстро, минут за десять. Марат пересек шоссе, чтобы видеть ворота и шлагбаум. Махнул рукой: встаньте ближе. Ребята обступили его плотным кольцом.

– Слушайте…

Марат изложил события четко и коротко, не вдаваясь в подробности. Когда он рассказывал историю Антона, Стас, Алиса и Геральт в упор смотрели на него. Антон явно не радовался всеобщему вниманию, хмурился, но не комментировал. Потом Марат рассказал, как менял облики водитель. Закончил он своими выводами о том, зачем этим существам нужны подростки и их способности.

Настя сказала:

– Я как раз думала: зачем это все?..

– Видимо, выгодно, – пожал плечами Марат. – Все всегда делается за деньги. Или за то, что у них там вместо денег. В будущем или я не знаю где.

Алиса заявила:

– Ну и бред! Дешевый фантастический сериал про пропавших подростков.

– Аргументируй, – отозвался Марат. Он не рассердился. Кажется, он слегка улыбался.

– Я просто в это не верю!

Марат покачал головой:

– Я бы хотел услышать серьезные возражения. Возможно, в моих рассуждениях где-то есть недочеты. Но в вопросах веры я бессилен. Это не ко мне, это в церковь.

Настя смотрела на Алису с глухим раздражением. Некоторые люди начинают бесить сразу, при первой же встрече. Настя терпеть не могла таких – вздорных, нахальных, считающих себя особенными.

Алиса открыла рот и набрала воздуха, чтобы что-то ответить, но Геральт перебил ее:

– Марат, как думаешь, что теперь делать?

Марат почесал лоб и решительно сказал:

– Надо идти в лагерь.

– Зачем? – удивился Геральт.

– Они по ночам стирают память, забыл? Хочешь заснуть в своей кровати, а проснуться в другом городе и ничего не помнить?

– Но ты же вырубил станцию, – напомнил Геральт.

– А ты думаешь, она у них одна?

– А ты думаешь, нет?

– Конечно, нет. Вряд ли они возят сюда детей из Томска или Краснодара. Я думаю, в каждом крупном городе такая станция есть. И проект у них продолжает работать. Так что нам надо сегодняшнюю ночь пережить. А потом уезжать из Москвы куда-нибудь подальше.

Геральт спросил:

– Ты уверен, что они не копируют дар, а забирают его? Я в себе никаких изменений не чувствую.

Марат не успел ответить. Стас, который до сих пор молчал, негромко сказал:

– Я чувствую.

Все посмотрели на него.

Стас так же тихо продолжил:

– Я не слышу музыки.

– Чего?.. – переспросил Геральт.

– Я всегда слышал музыку у себя в голове. Как будто играет симфонический оркестр. Я учился, чтобы суметь ее записать. И уже стало получаться. А сейчас я ее не слышу. У меня в голове тихо.

Марат нахмурился:

– А на чем ты играешь?

– Скрипка. Но когда я ее представляю себе… я не знаю, что с ней делать. Я все забыл. Даже ноты. Нет, я помню, что их семь. Но я не знаю, как их извлечь. Как будто мне снова пять лет и я вижу скрипку впервые.

Марат кивнул:

– Но ты помнишь, что раньше это умел. Значит, память они все-таки переписывают не сразу…

И добавил громче, для всех:

– Надо идти в лагерь, люди. Там густые заросли, засядем где-нибудь и дождемся утра. Главное, чтобы нас там не застукали и не выперли до рассвета.

Алиса скривила губки:

– Я считаю, что в этом нет смысла!

Настя не выдержала:

– Ну и не ходи с нами, елки-моталки! Тебя никто уговаривать не будет! Катись домой, ложись в кроватку и завтра нас не вспомнишь. А мы тебя уже сегодня забудем, нужна-то ты, хос-с-спади…

– Тебя никто не спрашивал! – взвизгнула Алиса.

– Это тебя здесь никто не спрашивает, детка, – снисходительно отозвалась Настя. – А я здесь со своими друзьями решаю, что мы будем делать. Когда решим, можем взять тебя с собой. Если, конечно, ты будешь хорошо себя вести.

– Ах ты!.. – Алиса выругалась и угрожающе качнулась к Насте. Похоже, собиралась вцепиться в волосы.

Настя лениво подставила ей ногу и толкнула в плечо. Алиса взмахнула руками и шлепнулась в траву.

– Не лезь ко мне, овца! – угрюмо посоветовала Настя. – Я тебе ручки-ножки повыдергиваю.

Геральт встал между ними:

– Девочки, не ссорьтесь.

Алиса поднялась, захлюпала носом и, опустив голову, пошла в сторону шоссе. Медленно-медленно побрела по обочине.

Геральт вздохнул, оглядел компанию и пошел за Алисой.

Марат осторожно сказал:

– Нам все-таки лучше держаться вместе.

– Ой, да не парься ты! – раздраженно отозвалась Настя. – Сейчас этот миротворец уговорит несчастную принцессу вернуться обратно. Таким, как она, вечно внимание нужно.

Антон сказал:

– А я на Настиной стороне. Тоже не люблю таких. Нашлась тут умная.

– А ты считаешь себя умнее ее? – поинтересовался Марат.

Антон мрачно ответил:

– Я считаю тебя умнее ее. И если ты говоришь, что ночевать надо в лагере, то, значит, нам надо попасть в лагерь. Правда, мне за это влетит.

– Всем влетит, – пробурчала Настя.

– Это точно, – флегматично согласился Стас. Он засунул руки в карманы и рассматривал небо. – Осталось только найти этот лагерь. Кто-нибудь название помнит? Нагуглим.

– Не надо гуглить, – вступил в разговор подошедший Геральт. – У меня координаты есть, мне отец присылал. Сейчас…

У него за спиной маячила Алиса. Кажется, она боялась близко подходить к Насте.

Марат и Геральт достали смартфоны. Марат загрузил карту. Геральт продиктовал координаты.

Марат сказал:

– Наша геолокация определяется без проблем, лагерь найден… Ага… Часть дороги можно проехать по трассе на такси… Тогда по лесу придется пройти… Девять километров. Четыре до трассы сейчас – и пять потом до лагеря.

Геральт деловито спросил:

– Может, подъехать на машине поближе, к спуску?

– А если кто-нибудь в лагере заметит машину? Лучше не рисковать. Да и по дороге я бы не пошел. Я бы вышел вот здесь, на заправке… – Марат ткнул пальцем в карту.

– Но тогда вместо пяти километров придется сделать восемь, – с высоты своего роста сообщил Стас. Оказывается, он тоже смотрел на экран смартфона Марата.

– Сделаем, – пожал плечами Марат.

Настя обвела глазами команду.

Марат в рубашке и длинных штанах, на ногах кроссовки.

Антон в шортах по колено. Плохо. Но он хотя бы в джинсовой куртке.

Стас в толстовке, длинных бесформенных штанах и кедах.

Геральт в темно-серых штанах и куртке со множеством карманов. Обут в кроссовки.

Сама Настя, как всегда, в джинсах (сегодня по случаю «выхода в гости» даже не очень рваных), футболке и легкой куртке. Шапку она сегодня не надела, и, похоже, зря. Зато на ногах кеды.

Слабое звено, конечно, Алиса. Узенькие джинсы, не достающие до щиколоток. Тонкая трикотажная кофточка с капюшоном. Выглядит красиво, и цвет приятный, малиновый. Но толку от такой одежды мало, поэтому к вечеру на ней будет куртка одного из парней. Ну и самое главное – обута она в балетки на босу ногу. А это совсем нехорошо.

Парни, кажется, не думали об этом. Им восьмикилометровая прогулка по лесу кажется удовольствием. Интересно, что они будут делать, когда капризная принцесса натрет ноги.

Марат сказал:

– Я сейчас по дороге не пошел бы. На всякий случай.

Настя кивнула. Ей тоже становилось не по себе при мысли, что на дороге они будут как на ладони. Можно было, конечно, вызвать такси прямо сюда. Но машина, скорее всего, придет нескоро. А лично ей хотелось убраться от этого места как можно быстрее.

Марат махнул рукой в сторону леса – туда уходила натоптанная тропинка. Вся компания двинулась в лес. Впереди шел Марат с навигатором. Рядом с ним пристроился Геральт. Они о чем-то негромко заговорили. За Геральтом семенила Алиса. С другой стороны от Марата, прямо по высокой траве, шел Стас. Он больше слушал, чем говорил.

Настя и Антон отстали метров на пять. Ребята впереди снова обсуждали подробности всей этой истории: задавали Марату вопросы, тот обстоятельно отвечал. Настя все эти ответы отлично знала и не чувствовала желания присоединяться к разговору.

Антон молча шагал рядом, засунув руки в карманы. Он хмурился – кажется, это его постоянное выражение лица. Между бровей у него залегла маленькая, но глубокая складка. У Тохи такой не было.

Настя негромко спросила:

– А как ты в Москву вырвался?

Антон, не переставая хмуриться, усмехнулся:

– Сказал родителям, что мне надо в Третьяковскую галерею. Типа, нам учительница по литературе рекомендовала для повышения культурного уровня. Отец удивился, но отпустил…

– А если он проверит? В школу позвонит или как-то еще?

– А она правда рекомендовала, в этом и прикол. Пусть проверяет.

Настя фыркнула.

Антон добавил:

– Да вообще надо было раньше догадаться. Он и рад меня спихнуть куда подальше. Только инициативу не хочет в этом вопросе проявлять…

Антон говорил негромко, но вроде бы охотно.

Настя осторожно спросила:

– А у тебя есть друзья в Васильевске?

Антон ответил не сразу.

– Есть в классе парни, мы можем затусить вместе. Но это не друзья.

Настя кивнула.

Антон спросил:

– А у тебя?

Настя грустно улыбнулась:

– Был у меня один друг… Но он об этом ничего не помнит.

Антон, кажется, немного смутился и пробормотал:

– А кроме?

– Нет… В школе все как-то сами по себе… А в детдоме наоборот. Там мы друг у друга круглосуточно на глазах, не тянет в этой компании время проводить. Хочется сменить обстановку.

– Так что, у вас никто ни с кем не дружит? – удивился Антон.

– Да нет… Многие дружат, особенно девчонки. Есть у нас одна парочка, Катька с Олесей, вон, парни с ними тоже знакомы… Все время вместе. Если взгляды на жизнь одинаковые, почему бы не дружить…

– А у тебя, выходит, взгляды ни с кем не сошлись?

– Типа того…

– И что, ты… не общаешься там ни с кем? Вообще? – с легким испугом спросил Антон.

– Ну почему же не общаюсь? – Настя вдруг улыбнулась. – Шла вот сегодня с вами встречаться после завтрака. Столкнулась в дверях с Фёдором. Это парень из нашей группы. Он мне в карман что-то сунул, бормотнул: «Спрячь» – и отскочил. А тут Катерина – это воспиталка наша – его схватила и давай вопить: «Курить ходил, признавайся!» А он в ответ: «Что пристали, уже воздухом нельзя подышать!» Ага, воздухом… От него табачищем за три метра тащит… Ну, Катерина его обыскала, сигарет не нашла. Я быстренько свалила. Он мне сигареты в карман переложил.

Антон коротко улыбнулся:

– А ты что?

– Да первый раз, что ли? Отнесла за территорию, где все курят, там у нас специальная коробка в кустах… Не знаю, зачем он курево в детдом потащил. Может, машинально в карман положил и спохватился, только когда Катерину увидел…

– А что будет, если застукают с сигаретами?

– У нас запрещено курить до восемнадцати лет. Поэтому, если поймают, накажут.

– А… как?

– В интернате, где я была раньше, могли заставить туалет мыть. Или если телефон хороший, с игрушками и соцсетями, то могли на время отобрать. Еще в темной комнате запирали без обеда. А тут другая система. Здесь не заставляют делать то, что по закону нельзя, и не отбирают то, что от государства положено или твоя собственность, вроде мобильника. Но у нас очень много… дополнительных опций. Их и лишат. Прогулок, спонсорских подарков, экскурсий. Друзей могут не пустить на территорию. Будешь сидеть как арестант.

– Сурово у вас, – посочувствовал Антон.

Настя пожала плечами. В этом детском доме как раз было совсем не сурово. Но сочувствие оказалось неожиданно приятным, и Настя не стала спорить.

Тропинка разделилась на две: та, что уходила влево, к дороге, оставалась такой же, хорошо натоптанной. А вправо вела более тонкая тропа.

Марат повернул направо.

– Почему сюда? – капризно спросила Алиса.

«Тебя забыли спросить», – мысленно ответила Настя.

Марат отозвался спокойно:

– Судя по навигатору, таким образом мы выйдем к шоссе, а там какой-то магазин. К нему и вызовем такси.

Никто не спорил. Довольно быстро заросли обступили тропинку настолько плотно, что пришлось идти по одному, в затылок друг другу. Разговаривать стало сложно. Теперь впереди размашисто шагал Геральт и отводил в сторону низко висящие ветки. За ним – Алиса, потом Марат, потом Стас. Антон шел последним, Настя слышала за спиной его дыхание.

Тропинка нырнула под уклон и почти совсем пропала.

«Ох, не туда мы идем», – подумала Настя, но вслух ничего не сказала – не хотела подрывать авторитет Марата. И уже через пару минут вся компания оказалась в густых зарослях на склоне оврага. Внизу шумела вода – то ли ручей, то ли небольшая речушка.

– Приехали! – весело сказал Геральт. – Что говорит навигатор?

Марат недоуменно отозвался:

– Тропинку показывает, а никакой речки на карте нет…

– Я так и знала! – обиженным тоном заявила Алиса.

Стас негромко спросил:

– Но нам же в любом случае на ту сторону?

– Да, – не отрывая взгляда от экрана смартфона, подтвердил Марат.

– Ну так давайте искать переправу, – предложил Стас. – Что паниковать-то. Мы в километре от шоссе. По-любому выберемся.

В итоге Настя и Антон пошли вправо, а Геральт и Стас – влево. Марат остался на месте ждать их возвращения. Алиса осталась тоже, она почти сразу плюхнулась в траву и вытянула ноги.

Довольно быстро заросли кончились и обнаружилась тропинка, ведущая вниз. Вильнув несколько раз, она привела к мостику из тонких жердей, опирающихся на камни. На другой стороне оврага тропинка продолжалась.

– Отлично, – пробормотала Настя. – Идем обратно.

Когда они вернулись, остальная компания уже была в сборе.

– Мы нашли мост! – издалека крикнула Настя.

– Мы тоже, – отозвался Геральт. – Что у вас?

– Жерди на камнях. А у вас?

– Ствол дерева.

Марат предложил:

– Давайте посмотрим оба моста и вместе решим, что удобнее.

Сначала отправились к мосту Геральта и Стаса. Увидев его, Настя присвистнула: поваленное дерево с обломанными ветками пересекало овраг в самом верху. Ствол, конечно, толстый, но держаться совершенно не за что, а до земли в самом глубоком месте метра три. Свалишься и наденешься на торчащие внизу кусты.

Настя, конечно, пробежала бы по нему за пять секунд.

А остальные?

Марат сказал:

– Ясно. Давайте второй.

Мост из жердей всем понравился больше.

Геральт прошел по нему первым. Настя посмотрела, как под его ногами пляшут ничем не закрепленные тонкие жерди, и засомневалась, что переправа так уж хороша. Вторым пошел Стас. Он двигался медленно, осторожно, тщательно выбирая, куда наступить. Но все равно под его ногой жердь провернулась, слетела с камня, и он еле успел перепрыгнуть на соседний участок мостков. Теперь посередине вместо трех жердей лежало две.

– Девчонки, давайте вы, – распорядился Марат.

Настя не двинулась, и вперед побежала Алиса. Она проскочила мостик, не пошевелив ни одной жерди. Так же аккуратно, только быстрее, пробежала Настя.

– Кто теперь? – Марат оглянулся на Антона.

– Давай ты, – сказал Антон. – Ты легче.

Марат кивнул. Убрал мобильник в карман, поправил рюкзак. И двинулся по мостику. Кажется, он хотел пробежать так же быстро, как девчонки. Но, видимо, камень, на котором лежали жерди средней части, был не очень подходящим. Жерди подпрыгнули и разъехались в разные стороны. Марат взмахнул руками и чуть не полетел в воду. Настя прыгнула на мостик, поймала парня за плечо и дернула на себя. Они вместе упали в траву на другой стороне оврага.

Мост в средней части оказался разрушен.

Антон громко сказал:

– Я разуюсь и перейду вброд.

– Не надо! – крикнул Марат, поднимаясь. – Здесь ил, неизвестно, что в нем. Да и перемажешься как черт. Давайте лучше починим.

Геральт с одной стороны, Антон с другой подобрали две жерди и положили обратно на камни. Третья отлетела слишком далеко. Насте этот «ремонт» совершенно не понравился: вымазанные в иле, палки выглядели еще более скользкими и ненадежными.

Антон ополоснул руки в ручье и ступил на среднюю часть моста. Осторожно шагнул вперед… и предательские жерди разъехались. На этот раз еще быстрее, чем раньше.

Настя не успела даже вскрикнуть. Антон сделал то же, что и другие парни до него: он прыгнул вперед. Теперь разъехались жерди в самом конце. Антон прыгнул еще раз – и со всего разгона врезался в не успевшего отскочить Геральта. Что-то хрустнуло, Антона окутало зеленоватое свечение. Настю как током ударило: пробирка!

Антон вскрикнул и закрыл лицо руками. Геральт схватил его за плечо.

Настя подскочила к ним:

– Стекло? В глаз?

Антон что-то промычал. Настя распахнула на нем куртку. Осколки даже карман не прорезали. Вряд ли они поранили Антона. Тогда в чем дело?

Антон медленно убрал руки от лица. Посмотрел на Настю прямо и слегка удивленно. Складка между бровями разошлась. Антон выпрямился. Его шея больше не торчала вперед, и вся поза не казалась такой острой.

– Настя! – с радостным удивлением, словно они давно не виделись, произнес Антон.

– Тоха?! – не веря сама себе, прошептала Настя. – Тоха, это ты? Правда, ты?

Губы Антона разошлись в знакомой улыбке. На щеке появилась ямочка.

– Тоха! – закричала Настя. Схватила потерянного друга за отвороты куртки, встряхнула, а потом вдруг обняла за плечи и крепко прижала к себе.