Спросил у меня хлопец имя улицы,

по которой мы шли навстречу друг другу.

«Игнатэнко», – ответила я на украинский лад,

с «э» оборотным.

Есть у меня в родне Дудченко, Скороходы,

но никогда я не знала украинской мовы.

Почему я подумала «хлопец»?

Не сгодилось ни «юноша», ни «парень».

Была это первая ялтинская улица, получившая имя.

Но не могла она носить имя Игнатенко.

Когда император ехал в приход Иоанна Златоуста,

спросил имя улицы, по которой ехал.

«Елисаветинская» – раздался услужливый голос.

«Кто таков?» – «Из людей графа Воронцова».

Имя этого подхалима история не сохранила.

И за улицей не сохранила имя супруги графа.

В бессмертных стихах влюбленного поэта

имя героини спрятано, но ненадежно.

Что же с хлопчиком, что с Игнатенко?

Всё как в песне: «Вы жертвою пали…»