Глава 34. Николь.

Увлечённая созерцанием портрета Винсента и погружённая в атмосферу зала, я совершенно утратила ощущение времени. Лишь когда пыльные портьеры, отдёрнутые от окон, впустили внутрь последние лучи уходящего дня, я осознала, что солнце уже клонится к закату. Залитый багрянцем зал предстал передо мной в своём полном великолепии и торжественности.

«И почему он пустовал?» - задала я себе вопрос, всё ещё погружённая в размышления о том, как это место могло стать заброшенным. Выйдя из зала, я аккуратно закрыла двери и начала искать выход из этого коридора. Побродив немного, я нашла нужный проход и оказалась в главном холле.

Стоя посреди него, я посмотрела на входные двери, и в моей голове пробежала мысль о том, что, может быть, мне всё же стоит уйти и дать Винсенту возможность жить так, как он хочет? Мотнув головой, я решила, что лучше отправлюсь к себе.

- Госпожа? Это Вы? - раздался напряженный голос позади.

Обернувшись, я заметила Элли - она выглядела встревоженной.

- Элли, что-то случилось? - спросила я, в очередной раз ощущая её искреннюю заботу.

- Его Светлость искал Вас! Мы все искали! Где же Вы были?

- Герцог искал меня? - повторила я, пытаясь понять, чем это может обернуться.

- Да.

- А где он сейчас? - мой голос звучал уже менее уверенно.

- Не могу знать, госпожа. Но за пределы замка он не выходил.

- Ладно, спасибо. И не обращай внимания, мне просто нужно было побыть одной, - сказала я ей и попыталась улыбнуться, хотя в душе всё ещё бурлили противоречивые эмоции.

«Винсент искал меня? Зачем? Хотел оправдаться? Не знаю...» - эти мысли терзали меня, когда я направилась к своим покоям. Мне хотелось принять ванну, чтобы смыть с себя всё, что произошло за этот день.

Зайдя в комнату, я закрыла за собой дверь и выдохнула, как будто за ней оставались все мои тревоги и испытания. Я прошла к кровати и коснулась пальцами белых лепестков, которые находились вокруг. Их нежность словно возвращала мне веру.

Внезапно я услышала суровый голос сзади.

- Где ты была?

Я обернулась и увидела Винсента. В его глазах смешивались гнев, тревога и смятение. Чувствуя, как моё сердце бьётся быстрее, я всё равно попыталась сохранить спокойствие.

- А какая разница? По-моему, ты уже сделал свой выбор, - произнесла я, стараясь говорить уверенно, несмотря на дрожь внутри.

Его глаза сверкнули, и он часто задышал, было заметно, что он едва сдерживается.

- Николь, где ты была? - спросил он ещё раз, и теперь в его голосе звучала не только злость, но и умоляющая нота, словно он был на грани отчаяния.

- Гуляла, - ответила я, стараясь избежать его взгляда.

- Гуляла, значит... - повторил он, запуская пальцы в волосы, что подтверждало его нервозность.

Пробежав глазами по помещению, я увидела стакан с недопитым спиртным, сиротливо стоящий на столе. И тут меня пронзило: он ждал. Ждал именно меня. Тут. Сердце болезненно сжалось от этой горькой истины.

- Ты пил?

- Да, Николь, я пил! Взрослый мужчина иногда может себе это позволить, ты представляешь? - его реакция показалась мне странной, будто он не понимал и сам, что происходит.

- Винсент... - произнесла я и решилась подойти к нему.

- Не нужно, - произнёс он, сжимая руки в кулаки. - Через месяц принц Леонард организует бал в честь представления своей возлюбленной, и мы с тобой приглашены.

- Мы с тобой? - переспросила я, не веря своим ушам.

- Да, - подтвердил он, и было заметно, что это решение не даётся ему легко.

- А почему же не ты и Анаста́сия? Или, например, Эмилия? - я пыталась понять, какова его истинная мотивация.

Он вздохнул, и на его лице появилась тень раздражения.

- Николь, прошу... Как ты сказала? Эмилия? Откуда ты знаешь это имя? - его голос опять стал напряжённым, а взгляд резко потерянным.

Слова застряли в горле, и я лишь молча смотрела, как будто прикованная. Внутри меня разрывалось сердце от обиды, но одновременно тянуло к нему, чтобы понять. Я чувствовала его страдания, но моя обида была стеной, и я выбрала молчание.

- Никогда больше не смей произносить это имя! Ты поняла меня?! - его голос, пропитанный яростью и дрожащий от скрытого страха, оборвался, когда он вцепился в мои плечи. От его тряски по моему телу прокатилась волна боли, нарастая с каждой секундой.

- Отпусти меня! Мне больно! - крикнула я, и в этот момент он словно осознал, что сделал.

На моем лице проступил страх, и слёзы начали наворачиваться на глаза. Он отпустил меня и отошел назад, как будто поражённый собственным поведением, смотря на свои руки, будто искал с них исчезнувшую нежность.

- Прости... Прости меня... - произнес он тихо, и в его голосе слышалась искренняя печаль.

Винсент развернулся и выбежал из моей комнаты. Я осталась одна, тяжело дыша и чувствуя, как комок в горле мешает мне говорить.

«Почему всё так сложно?» - думала я, утирая слёзы. Боль от его слов и действий всё ещё сжимала моё сердце, и я понимала, что это не просто конфликты. Это больше, чем просто разногласия, между нами. Это были глубинные раны, которые влияли на наше взаимопонимание.

Я села на край кровати и попыталась привести мысли в порядок. Воспоминания о его нежных словах и моментах, когда он прикасался ко мне, смешивались с тем, что произошло сейчас. Это оставляло меня в смятении.

«Мне нужно время...» - подумала я. Но в то же время, мне хотелось, чтобы он мог прийти и объяснить, хотя бы попытаться исправить то, что было порвано.

Я взглянула в сторону двери, надеясь, что он вернётся, но понимала, что, возможно, сейчас ему нужно побыть одному. В этом хаосе важнее всего было понять себя и, если позволить, разобраться в этих чувствах.

Я осталась сидеть в тишине, прося себя о силе, чтобы противостоять тому, что пролегло, между нами.