Все произошло очень быстро. Межмировой переход открылся прямо перед носом субмарины, и избыточное давление воды в две атмосферы (разница уровней воды в двадцатом веке и мире Прогрессоров - около двадцати пяти метров) буквально втолкнула ее на ту сторону. Потом переход закрылся, и на глубине в мире Великой Отечественной Войны не осталось больше никого и ничего.

Команда М-34 ощутила сильный толчок, стрелка глубинометра скакнула с сорока пяти метров на двадцать; лодка продолжила погружение, и спустя небольшое время, пока никто еще не успел прийти в себя, мягко легла на илистое дно.

- Глубина тридцать метров, товарищ командир, - обескураженно заявил старший помощник лейтенант Чеч-кин. - Мы на грунте... Наверное, врет глубиномер.

Капитан-лейтенант Голованов повернулся к акустику и спросил:

- Что там у тебя, Афанасий?

- Тишина, тащ командир, - ответил тот, стягивая с головы наушники. - Только шумы моря, и больше ничего. Румынский эсминец будто черти побрали... Вот, послушайте сами.

Приложив к уху один наушник, командир убедился, что так и есть: охотившийся на них румынский эсминец или и в самом деле делся неизвестно куда, или... затаился, ожидая момента, когда доверчивая субмарина пойдет на всплытие. А потому следовало сохранять тишину в отсеках и ждать, когда враг сам обнаружит свое присутствие.