Помню, в 2015 году посещал Бурятию и Якутию. Только всё началось на украйнах. Летел на восток прямиком из Донбасса.

Ещё не было до конца понятно, как на происходящее реагируют широкие народные массы, тем более далеко за Уралом. Где Улан-Удэ – и где Донецк! Сколько от Якутска до Киева!

Но повсюду я видел полные залы местного народа, пришедшего всерьёз поговорить про Донбасс, про Новороссию, про огромную беду, обрушившуюся на братьев наших, в 1991 году отделённых злой волей от единой страны.

Вопросы были просты как божий день. «Как мы будем давить это зло? – спрашивали люди. – Как нам загнать обратно в ад новоявленных наследников Бандеры? Будем ли мы вводить войска?» – «Не знаю, – говорю, – но надо бы ввести». А мне в ответ: «Конечно, надо».

Но главное, сколько я ни вглядывался в зал, ни в Улан-Удэ, ни в Якутске я не заметил ни одного славянина среди пришедших ко мне на встречи. Исключительно местные были! В Улан-Удэ – буряты. В Якутске – якуты.

Когда всё закончилось и мы завершили вечер в небольшой компании за удивительным столом, я спросил: «Слушайте, а объясните мне, отчего у вас, раскосые братья мои, так болит душа за Донбасс? Ну я понимаю в Ростове, Воронеже, Белгороде – там близко всё, там по большей части русские живут. А вы?» – «А мы, – говорят мне в ответ, – Орда. Мы до Киева ходили. Мы империя Чингисхана. И Россия – наследница империи Чингисхана по прямой. Если вы не управитесь, нам опять придётся до Киева идти».

Причём, что удивительно, не только буряты и тувинцы, но и якуты уверены были в том, что они – в самом широком смысле – дети Чингисхановы. Что правда лишь отчасти. Но они так думают, и они в своём праве.

В разгар русско-украинской войны мы увидели страшный рукопашный бой великого якута Андрея Григорьева с несчастным украинским славянином, забывшим имя своё и проклявшим наше родство. Многие говорили тогда, что по воздействию на сознание нации это, кажется, было сопоставимо с поединком Пересвета и Челубея. Быть может, и так. Только знаете, в чём загадка и загвоздка? Разница ведь не только в том, что Пересвет, удержавшись на коне, тогда, в 1380 году, погиб, а наш якут в 2024 году – выжил.

На самом деле перед нами немыслимый изгиб истории. Только вообразите! А что, если предки якута Григорьева стояли на поле Куликовом – на другой стороне, под Мамаевыми стягами? А что, если предки погибшего украинца стояли на стороне князя Дмитрия? Того самого, что вскоре получил великое имя Донской, а затем стал одним из самых почитаемых русских святых, как и монах Пересвет. И не знали не гадали те наши славные предки, что прапраправнук их станет вырусью и политическим хохлом. Равно как не знали и те, что стояли напротив русского воинства, что потомки их перейдут под знамёна русских святых. Под свои русские знамёна. И перешли ведь! И ходили с тех пор на Киев не раз. С русскими знамёнами в руках. И возвращали России Киев-град.

Великое счастье – жить посреди Евразии и верить в её общий, единый, русский путь. Вижу в том бою великий знак. Торжество того, что у нас иной раз не слишком разумными людьми именуется «многонационалочкой».

Слава цветущей сложности Евразии!

Слава якуту Григорьеву!

Слава русским святым!