— Кристина Леонидовна?..

— А?..

Отрываю взгляд от экрана компьютера. В голове манная каша. Густая и вязкая, как клей.

Секретарь Агния стоит в дверях и недоуменно хлопает ресницами, выразительно выпучив

глаза.

— Что случилось? — потерянно переспрашиваю, громко клацая мышкой и создавая

видимость, что я ответственно занимаюсь рабочими вопросами, а не витаю в облаках,

перебирая в голове воспоминания о Боге Похоти, который вылизывал мои соски позавчера

ночью.

— Там потенциальные клиенты… ждут…

Девушка стесняется, переминается с ноги на ногу, прикусывает щеку. Судя по ее

пунцовому лицу, она уже несколько минут пытается достучаться до моего сознания. А

я?.. А я в параллельном мире. Если быть точнее, в том мире, где я все еще

наслаждаюсь касаниями Бога Похоти, сидя на кожаной качели с раздвинутыми ногами.

Агнии едва исполнилось восемнадцать, когда она попала к нам на практику. Всего

несколько месяцев назад. Дочь друзей Андрея… Девочка очень просилась к нам в

агентство. Пришлось ее взять. Несмотря на то, что пришла она по знакомству, работает

и правда замечательно. Пунктуальная. Ответственная. Все делает вовремя. Не сетует ни

на какие трудности. А отсутствие жалоб и нытья являются чуть ли не самыми главными

факторами в профессии маркетолога.

— Пусть проходят, я как раз их жду.

Вру, вру и еще раз вру. Без зазрения совести.

Конечно же я забыла, что на час дня у меня запланирована долгожданная встреча с

представителями компании, к сотрудничеству с которой мы стремились уже давно. Я

мягко улыбаюсь Агнии уголками губ. А как только за выдохнувшей с облегчением

секретаршей закрывается дверь, откидываюсь на спинку удобного кожаного кресла и

прикрываю глаза.

Идиотизм.

«Кристина, ты взрослая женщина, а потеряла голову как… как восемнадцатилетняя

девочка-подросток. А ведь даже в таком юном возрасте тебя и близко не клинило так ни

на одном парне! Неужели измена мужа и качественный секс в ночном клубе действительно

так вышибают мозг, что даже имя собственное забыла?»

Похоже, что да…

Пальцы тянутся к изгибу шеи, где под тонкой тканью черной водолазки тщательно

замаскирован засос сливового цвета. Одно из множества шальных напоминаний о том, что

я вытворяла позапрошлой ночью в теперь уже точно запретном для меня месте под

названием «Лед и Лайм». Надавливаю пальцами на ямочку над ключицей и вздрагиваю от

резко сковавшей меня приятной боли.

Воспоминания о страстной ночи разливаются внутри горячей тягучей патокой. Низ живота

очередной раз скручивает спазмами. Я поднимаю руки и тянусь вверх, напрягаю мышцы

живота, будто подтягиваюсь. Выдыхаю коротко несколько раз подряд. Такие движения

помогают избавиться от судорог, которые так некстати теперь накатывают каждый раз,

когда я вспоминаю о НЕМ. Проклятие какое-то…

Негромкий стук в дверь.

Я выпрямляю спину, надеваю очки с фильтром синего цвета для придания моему имиджу

строгости и серьезности. Бросаю мимолетный одобрительный кивок своему отражению в

настенном зеркале.

Три… два… один.

— Добрый день, Кристина Леонидовна!

* * *

— Итак, как я понимаю, вечер удался? — летит в меня колкий

вопрос-который-на-самом-деле-утверждение.

После плодотворной встречи с клиентами и удачно подписанного договора Карина без

предупреждения врывается ураганом в мой кабинет и нагло усаживается в кресло,

ожидая, по всей видимости, подробностей, которых не будет.

— Да, — отвечаю с неохотой, ощущая, как лицо стягивает непривычным напряжением.

Хищные янтарные глаза искрятся издевкой. Она без особых преград пробирается в мое

нутро и находит самое уязвимое место, хотя и так прекрасно знает ответ на свой

вопрос.

Неприкрытое смущение явно вспыхивает в моем взгляде, отсвечивая неоновыми буквами

туманно-бирюзового цвета, что символизируют мою распущенность.

— Не хочешь говорить об этом? — Карина проводит языком по верхней губе, провоцирует

на откровение.

— Карина! — внутренний дискомфорт выбивает из меня тихий шепот. Моя защитная маска

невозмутимости идет трещинами. Я слегка подаюсь вперед, опираясь грудью о край

стола. — Можно не так громко спрашивать об ЭТОМ?!

— Кому из нас тридцать семь? — фыркает она, самодовольно щурясь. — Тебе или мне?

Девушка откидывает назад копну волос цвета темного шоколада и приподнимает

подбородок, продолжая целенаправленно стрелять в меня хитрым кошачьим взглядом.

Длинные ноги в черном капроне скрещены, небрежная поза подчеркивает рельефную кожу

черных глянцевых полусапожек Philipp Plein на высокой шпильке, а новенькие

элегантные RADO из белого золота блестят на ее изящном запястье. Как ни крути, эту

девушку никто не сможет превзойти в царских манерах. Единственное, чего я так и не

смогла понять, — зачем она продолжает работать в моем скромном агентстве? С

возможностями Карины, которые включают в себя армию богатых поклонников, она могла

бы позволить себе буквально все, о чем мечтает любая женщина.

— Ты еще молода и свободна в своих действиях и поступках. Я же… — выдыхаю с щекочущей

тяжестью в груди.

Не успеваю договорить заготовленную фразу, как она смело перехватывает мою мысль:

— Ты бы никогда не пошла на этот шаг, если бы твой муж держал свой детородный орган в

штанах!

— Я виновата не меньше Андрея! — какое-то нелепое оправдание вдруг вылетает из моего

рта.

Брови Карины в изумлении взлетают вверх. Красивые очерченные перманентом губы

вытягиваются в тонкую линию. Ее лицо искажается легким раздражением.

Проблема заключается в том, что я не понимаю, как после всего произошедшего вести

себя с Андреем. Какую тактику выбрать? И стоит ли вообще предпринимать какие-либо

действия?

Что я на самом деле знаю о его измене? Если хорошенько вдуматься, то по большому

счету ничего. Конкретных доказательств его измены нет. А мой спонтанный секс

случился на фоне чистого эмоционального взрыва после прослушанного аудиосообщения и

присланной фотографии. Является ли это стопроцентным доказательством того, что

Андрей в действительности изменяет мне уже долгие годы?

По сути… нет, не является.

Но одно я знаю точно… Уступив наваждению, я позволила себе слабость и отдалась

незнакомцу в клубе, даже не позаботившись о защите. И если я — просто безмозглая

великовозрастная идиотка, у которой снесло голову от новизны ощущений и

обрушившегося на меня безумного влечения, то парень?.. Чем он вообще

руководствовался?! Его отточенные и умелые движения… то, как безошибочно он подвел

меня к нужной двери… то, что он будто наизусть знал убранство комнаты и каждый

предмет, «разложенный» на кровати… все это кричало о том, что подобные ночи для него

далеко не в новинку. И проводил он такие «сессии», или как там это называется, с

другими девушками много раз… Соответственно, тут и вопрос напрашивается сам собой:

чем он думал, когда непредусмотрительно поддался порыву страсти с одной из?..

В голове не укладывается. Настоящее безумие!

— Только не говори, что вернешься к мужу! — шипит Карина, взрываясь возмущением.

Высокие и язвительные вибрации в ее голосе отвлекают меня от раздумий.

— Я… я не знаю… — бормочу, опуская глаза на вспыхнувший экран телефона.

Андрей.

«Милая, я поменял билеты. Прилетаю сегодня ночью. Сильно скучаю».

Сердце сжимается, предчувствуя приближение необратимых событий… Никогда, еще ни разу

в жизни, муж не возвращался домой из Германии раньше установленного командировкой

срока.

Крупные капли дождя барабанят по корпусу машины, пока я судорожно сжимаю руль и

пытаюсь разобраться в себе, выстраивая в голове предстоящий разговор с Андреем.

Его самолет должен вот-вот приземлиться в аэропорту, а я и думать боюсь о том, что

менее чем через два часа мне придется смотреть ему в глаза и о чем-то говорить…

Как-то нужно будет начать откровенную беседу…

О нашем браке.

О разводе.

А начинать ли этот разговор вообще?..

Потребовать от него объяснений, когда сама успела окунуться в чан грехопадения по

самую макушку?

Идея, безусловно, хорошая, но я слишком порядочная жена… уж точно была такой все годы

нашего брака. До одного единственного момента…

Господи, о какой порядочности я говорю? Очнись, Кристина!

Все тело пробивает ледяным ознобом, липкая капля пота скатывается по позвоночнику

вниз. Неразумная и бесчестная мысль вообще не говорить об этом размножается в голове

подобно вирусной инфекции.

Очень просто сделать вид, что ничего не произошло, и продолжать играть в безупречную

семью. Тысячи людей скрывают от своих половинок другую сторону своей жизни.

Запретную. Врут годами, притворяются идеальными семьянинами, убеждая себя, что

измены — это нормально, это не грех, а вполне естественно. Что так и должно быть.

А теперь я и сама застряла в этой дыре.

Только на сколько у меня хватит духу быть молчаливой? Как долго я смогу притворяться?

Скрывать свою грязную правду, делать вид, что не получала никаких сообщений с

неизвестного номера и не стонала от подаренных первым встречным оргазмов?

В ту роковую ночь я сбежала из клуба тем же путем, что и пришла. Выскользнула через

черную матовую дверь и растворилась в темноте ночных улиц. Я так спешила, будто за

мной гналась толпа разъяренных и особо опасных сумасшедших.

Я бежала от страха. От удовольствия… Дикого. Внезапного. С НИМ. Это было что-то

неземное. Неповторимое.

Я убегала прочь от противоречивых ощущений, потому что безумно желала продолжения.

Жаждала чувствовать его в себе.

Его кожа. Запах. Касания. Боже мой, как же это возбуждало!

И эта плеть, что сводила с ума и заставляла содрогаться наслаждением не только мое

тело, но и разум. В тот момент я вся принадлежала ему. Без остатка.

Я уже преодолела несколько кварталов, но совершенно не осознавала этого. Отстукивая

острыми шпильками по мощенному камню, я добежала до мостовой и, лишь уперевшись в

кованый бортик, осознала, что бежать дальше некуда. Тупик. Сердце выскакивало из

груди, а горло сипло пропускало воздух.

«Телефон… Господи, я же совсем забыла о своем телефоне, который отдала Карине…»

Охваченная паникой от одной только мысли о возвращении в клуб, я схватилась за

голову.

Нет! Только не это! Я предпочла бы ковылять домой на своих двоих в четыре часа утра,

чем вернуться назад в неоновое логово разврата!

Раскрыв сумочку, я ахнула и отшатнулась, не поверив своим глазам. Телефон был на

месте.

Но как? Каким образом он оказался в сумочке? Мысли скакали с одной на другую как

назойливые мошки. Никаких идей, кроме той, что незнакомец сам положил его туда, в

голову не приходило.

Только зачем ему это было нужно? Я ничего не понимала…

Ночь была длинная и невероятно бесстыдная. Развратная, как в самых пошлых кинофильмах

для взрослых.

Он не собирался выпускать меня из своих порочных лапищ. Бог Похоти ласкал каждый

сантиметр моей кожи и брал мое тело всевозможными способами. Глубоко. Быстро.

Медленно. В разных позах, и не только на качелях… Казалось, его желания были

неутолимы, а силы — безграничны. Я же позволяла ему вытворять со мной такие вещи,

что теперь мне хочется сгореть от стыда и зарыться головой в подушку, накрывшись

толстым одеялом.

С тех пор, после той ночи, я постоянно ловлю себя на крамольной мысли: как ложиться в

постель с мужем? Будто ничего не произошло?.. Словно не было измен?..

В нашей интимной жизни Андрей всегда оставался приверженцем классики. Он старше меня

на восемь лет, и в его семье дети всегда воспитывались в строгости. Он и Алиса — не

исключение. Поэтому, будучи немного старомодным из-за воспитания, Андрей скорее

избегал экспериментов в постели, чем проявлял к ним интерес. Любые попытки с моей

стороны завести разговор на волнующую меня тему всегда наталкивались на стену

непонимания, а все мои стремления разнообразить нашу ночную жизнь сводились к

безобидной шутке.

За все эти годы нам так и не удалось поговорить о личных отношениях открыто. В

остальном муж был идеальным партнером: заботливым, любящим, надежным, щедрым.

Проблемы рядом с ним решались сами собой. Да их и не было вовсе.

Но… возможно, я ошибаюсь, оправдывая поведение мужа… Если хорошенько подумать,

сложить два и два, можно понять, с чем связано его нежелание… Не потому ли, что в

Германии у него есть отдушина? Другая женщина. Любимая, с которой он готов

«пробовать», с которой делает это с бо́льшим удовольствием, чем с неугодной женой.

Или кем я была ему все время, пока он мне изменял?

Почему же он не расстался со мной, если там у него любовь?

Неужели из-за ребенка? Из-за того, что ему стало жалко меня?

Прожигающий звук клаксона вытаскивает меня на поверхность горькой реальности.

Водитель Range Rover позади меня остервенело сигналит, вопит, раздражаясь из-за

того, что я задерживаю другие машины.

Черт возьми… После той ночи я будто сама себе не принадлежу…