Кристина

— Агния, не стоит паниковать раньше времени!

— Кристина Леонидовна, я не справлюсь! Как же я без вас тут одна? Как мне быть с

новыми клиентами? А с Кариной как общаться один на один? — моя помощница пыхтит на

грани паники.

— Прекрасно справишься! — успокаиваю ее после того, как сообщила о своем

незапланированном недельном отпуске. — С клиентами я помогу. Карина не кусается.

Наоборот, она с удовольствием посодействует в проекте. Просто не стоит дергать ее по

пустякам. Что касается самого проекта, мы с тобой на прошлой неделе разговаривали на

тему продвижения «Бостон Драйв». Ты помнишь свои предложения?

— Д-ддаа… конечно помню! — выдыхает со всхлипом.

— Перечисли еще раз.

Знаю, Агния помнит каждую идею, озвученную на последнем собрании, но сейчас важно

отвлечь ее от паники, переключив внимание на вектор концепции.

— Видеоконтент, цветовая гамма, — перечисляет, — не слишком броская, но

притягательная… и коллаборации с блогерами.

— Отлично, молодец! — хвалю. — Давай остановимся на этих трех пунктах. Пришли мне на

почту список идей по видеороликам. Свяжись с Кариной…

В трубке — едва слышный вздох.

— Агния, ты, кажется, хотела больше ответственности?

— Хотела, да… и хочу. Кристина Леонидовна… я все сделаю, что от меня требуется… –

скромно лепечет помощница.

— В таком случае лишние страхи в сторону! И вперед, к цели! Поговори с Кариной,

можешь отправить ей письмо по электронной почте, раз уж так страшно общаться с ней

лицом к лицу. В письме детально опиши свою идею по графике. Обозначь четкое

техническое задание, чтобы она приступила к работе как можно скорее. Так, и по

поводу блогеров… — даю себе секунду на размышления, — у тебя есть предложения, с кем

действительно стоит поработать?

— Да! — намного бодрее откликается Агния. — Я подготовила список известных в соцсетях

персон… с кем можно рассмотреть сотрудничество. Возможно, кто-то согласится на

бартер.

— Прекрасно. Даже если без бартера, нам подходит. «Бостон Драйв» готовы вложиться в

рекламу. Главное — это приемлемый результат от коллаборации, который удовлетворит

запрос клиента. Собери всю нужную информацию в течение двух-трех дней и вышли мне на

электронку. Хорошо?

— Будет сделано, Кристина Леонидовна…

Каждый раз, когда она называет меня по имени-отчеству, я будто старею лет на десять.

— Хорошего отпуска вам! И не переживайте, я все подготовлю на высшем уровне!

— Спасибо, Агния. Я в тебе нисколько не сомневаюсь… — отвечаю с улыбкой, поражаясь ее

готовности брать на себя ответственность.

Очередной раз я невольно вспоминаю себя в ее возрасте. Какой же я была тогда

пугливой. Как тяжело и неуверенно давался мне каждый шаг. Несколько лет, проведенных

в детдоме, не наделили меня наглостью, озлобленностью и бесстрашием — качествами,

которые часто помогают идти напролом по головам. Даже тот случай с кружкой ничему

плохому меня не научил. Точнее сказать, Олеся Воронова не стала для меня тем самым

спусковым крючком, после которого я могла возненавидеть весь окружающий мир.

У Агнии совсем другая история. Девочка из очень обеспеченной семьи, и ее отец может

позволить себе открыть для дочери несколько таких маркетинговых агентств, как мое,

но она предпочла начать с низов, что не может не вызывать восхищение.

— Не стесняйся звонить, если что-то пойдет не так, особенно если в чем-то понадобится

помощь.

— Обязательно! До свидания!

— Пока.

Завершив звонок, я сразу открываю список сообщений. Со вчерашнего вечера я намеренно

игнорирую все, что приходит на мой телефон. Но дальше тянуть просто некуда.

На экране — с десяток пропущенных. Все от Андрея, включая пару-тройку смс. И два

сообщения от Яна. Я вижу их, и мое сердце начинает мурлыкать нежной кошечкой.

Но сначала я открываю те, что предпочла бы стереть, так и не прочитав.

«Кристина, где ты вчера была? Я неоднократно пытался дозвониться тебе вечером!

Неужели так сложно было ответить мне хотя бы на один звонок? Я переживаю!»

Не то чтобы сложно… Возможность, конечно, у меня была. После возвращения на виллу я

сразу поднялась в свою комнату. Желания просто не было и нет. Вообще никакого.

«Я устала. Только проснулась. Извини…» — печатаю коротко и откидываюсь на подушку.

Тяжело и глубоко вздыхаю. Прикрыв веки, большим и указательным пальцами тру уголки

глаз, растирая напряжение.

Пора заканчивать весь этот бред с изменами и враньем.

Через секунду телефон ожидаемо начинает вибрировать.

Вот что мне теперь делать?

Спонтанный секс в машине спутал все карты. Я не планировала объявлять о разводе по

телефону, но и продолжать спать с Яном за спиной пока еще законного супруга будет

подло по отношению ко всем нам.

Сообщения от Андрея кажутся не столько тревожными, сколько нелепыми. Я перестала

чувствовать супружескую связь между нами уже давно. После последнего неудачного ЭКО.

И сейчас я стою на перепутье. Через три недели у нас запланирована новая попытка

подсадить эмбрион. Чтобы успеть к процедуре, я должна вот-вот приступать к

гормональной стимуляции. Но я тут, в Марбелье, а не в кресле у гинеколога. Я

дезориентирована и — правда! — не знаю, как мне быть, в какую сторону и на какой

скорости двигаться.

— Да, Андрей… — отвечаю сухо.

— Кристина, мать твою! Ты где вчера была? — рычит муж в динамик, и голос его сам на

себя не похож.

Чтобы Воронцов позволил себе повысить голос?! Да никогда в жизни! А тут…

— Я не могу понять, что конкретно тебя смущает?

Между нами, на расстоянии в тысячи километров, повисает уродливое молчание.

— Саша сказал…

— Да Саша что угодно мог тебе сказать! — резко перебиваю.

— Что с тобой? Какая муха тебя укусила?

— Андрей… честно, я пыталась потерпеть и дождаться нашей личной встречи, но,

наверное, не получится. Я знаю, что у тебя кто-то есть.

— С чего ты?..

— Я ничего не решала самостоятельно, если ты об этом. Не хочу вдаваться в

подробности. Просто у меня есть прямые доказательства твоих измен. И давай,

пожалуйста, обойдемся без оправданий… — наконец-то признаюсь, чувствуя, как дышать

становится легче.

— Кристина, — его голос приобретает оттенок мягкости, осторожности, — все не так, как

кажется…

— Ой, да ты что? — иронизирую. — А как должно казаться?

— Я готов приехать и все тебе объяснить…

— Ты, может, и готов, Андрей, а вот я определенно не готова к встрече с тобой. Я

подаю на развод… — последние слова звучат отчужденно. Голос подрагивает, несмотря на

всю мою решительность.

— Нет-нет! Я не дам тебе развод! Все совсем не так! — в интонации мужа вспыхивает

такая искренняя паника, что я сама теряюсь на мгновение.

— Не отнекивайся, что другой женщины нет.

— Там все сложно… Я клянусь, все не так! Прошу, не делай выводов раньше времени!

— Свое решение я обозначила. Поверь, ты и сам не захочешь продолжать тот фарс,

который мы называем браком.

Особенно после того, как узнаешь всю правду о своей жене…

Но вслух я эту фразу не произношу.

Андрей что-то пытается сбивчиво говорить в трубку, но мой мозг упрямо отказывается

хоть как-то интерпретировать эти нелепые звуки. Я заканчиваю разговор, оборвав его

на полуслове.

Не могу больше! Не выдерживаю!

Почему я должна выслушивать его запоздалые оправдания? Абсолютное пустословие,

вызванное предательством, в котором по итогу виноваты мы оба.

Воронцов неоднократно мог во всем признаться. Если не после командировки в Мюнхен, то

хотя бы на свадьбе Саши и Веры.

Будь мужчиной, расскажи правду! Лживый ты козлина!

Либо не подчеркивай своим демонстративным отъездом, что где-то там, далеко, есть

кто-то ценнее жены. Ценнее женщины, с которой ты прожил половину жизни.

Признайся той, что разлюбил! Признайся, что полюбил другую!

Не терзай душу ничего не стоящими признаниями в любви. Красивыми, но пустыми, как

фантики от конфет.

В тот самый первый вечер, когда узнала о существовании другой женщины, я была

настолько ошеломлена и сломлена, что позволила себе упасть в смелые руки того, кто

подхватил. Пусть с Яном у нас не будет будущего, но он смелее всех, кого я

когда-либо встречала. И гораздо смелее Андрея. Молодому парню хватило мужества

признаться, тогда как второй, которому доверяла как себе столько лет, предпочел

прикрыться ложью и молчанием. Ян мог бы сделать вид, что той ночи не существовало,

но вместо этого сыграл открыто, раскрыв все козыри, чем буквально притянул меня к

себе. Хотя бы ненадолго… на короткое время, на несколько мгновений… которые я

никогда не забуду.

Я не привыкла пускать пыль в глаза, разбрасываться женскими манипуляциями и угрозами.

Не ставлю свои условия острым ребром, если не готова подкрепить их какими-то

действиями. Да, в подростковом возрасте я была мягкотелой девчонкой, которую легко

было прижать и запугать, но всегда, сколько себя помню, могла нащупать и крепко

удержаться за грани дозволенного.

Я часто сомневаюсь в своих решениях, но если принимаю, то, как правило, безвозвратно.

Я директор, управляющая. Прежде всего — женщина, на плечах которой лежит

ответственность за весь штат сотрудников. Да, небольшой. Да, порой Карина ведет себя

так, будто я нахожусь у нее в подчинении, а не наоборот. Но каждый день я разгребаю

горы задач, в том числе не самых приятных.

С виду я, может, и похожа на хрупкую женщину, но внутри давно выкован стальной,

несгибаемый стержень. Я знаю, что смогу отстоять себя и свою волю. Андрей это

прекрасно понимает. И… возможно, именно по этой причине его так сильно задели мои

слова о разводе.

Каково это… одним импульсивным диалогом перечеркнуть брак длиною в пятнадцать лет?..

Нелегко. И это чистая правда. Я бы слукавила, если бы сказала, что Ян никак не

повлиял на мое решение. Его упорство, энергия, неоспоримая решительность в каждом

действии и слове невольно заразили меня убежденностью, что пора прекратить молчать.

Сама того не ведая, я впустила в себя частичку его самоуверенности и стойкости, и

все это отразилось в разговоре с Андреем.

По сути, я не дала ему вставить ни слова. Не позволила ничего сказать в свое

оправдание. Но достаточно и того, что он успел вымолвить…

«Там все сложно».

Фраза тарабанит в голове отбойным молотком.

И как мне это признание воспринимать? Как он сам воспринял бы такие слова, если бы он

был на моем месте и обвинял в измене меня?

Значит, есть в чем покаяться.

Значит, есть за что оправдываться.

Но самое странное во всем этом другое. Он не удосужился даже спросить, о каких

доказательствах идет речь. И есть ли они вообще у меня. Будто абсолютно был уверен,

что есть.

Уставившись в экран телефона, я открываю те сообщения, от прочтения которых сердце

бьется быстрее, совсем не слушая разум.

«Думаю о тебе…» — прислано в полночь.

«Доброе утро, Корица. Как насчет завтрака?» — совсем недавно.

С Яном мне хорошо. Безумно хорошо. Настолько, что становится страшно. Он создает

вокруг меня идеальный мир, который, кажется, сам же и готов положить к моим ногам.

Но это лишь иллюзия. Пройдет время, месяц или два, — и он воспылает страстью к

другой девчонке, которая обязательно будет моложе меня. А лучше всего — ровесницей.

И это закономерно. Так будет естественно. Честно… ну и все сопутствующее. Люди с

такой разницей в возрасте, как у нас, не могут быть вместе. Когда мне стукнет

пятьдесят, Ян будет в расцвете сил блистать природной красотой. А кем буду я?

Депрессивной и закомплексованной милфой?

Это ненормально.

Я твержу себе со вчерашнего вечера, что перспектива наших отношений — это самый

настоящий бред! Но чем больше я уговариваю себя отступить, тем сильнее меня тянет к

нему.

Я встаю с кровати и направляюсь в ванную комнату. Контрастный душ помогает собраться

с мыслями. Стоя под струями воды и намыливая волосы шампунем с запахом лимона, я

мысленно выбираю, что же мне надеть. На улице пекло, как и вчера. Может, льняной

костюм, в котором я была в тот вечер, когда Ян познакомил Алекс с родителями?

Пожалуй, его и надену.

Яну пока не писала, но обязательно отвечу.

Вчера я попросила его остаться у себя.

И, слава богу, он меня послушал.

Еще не хватало, чтобы Вера и Саша заподозрили что-то.

Не хочу влезать в его странные отношения с родителями. Я знаю, да и Андрей не раз

рассказывал, с каким скандалом Вера и Саша расходились в первый раз. Они были вместе

со студенческой скамьи. Насколько я помню, Александр добивался ее внимания еще со

школы. Если не ошибаюсь, то вообще с первого класса. Он был безумно рад, когда она

согласилась стать его девушкой. Но ей все время было мало. Больше денег, больше

роскоши и напускного пафоса. Всего этого она требовала от молодого врача. А потом…

потом родился Ян. Затем развод и новый брак с Мануэлем…

Выглянув на балкон, я вижу супругов на шезлонгах у бассейна. Первой меня замечает

Вера.

— Давай к нам! Позагораем, поплаваем! — приглашает она, весело размахивая руками.

Мне нравится эта пара. Они живые и искренние. Пусть со своими ссорами и скандалами,

зато честные друг с другом.

И меньше всего на свете я хочу портить с ними отношения. Но сейчас я обязана

спуститься к ним и сделать это… Я приняла решение еще вчера.

Да, я обязана… даже если после разговора мы перестанем быть друзьями.