— Да, — с готовностью отвечаю, чувствуя, как ладони слегка подрагивают от волнения. –

Ты с самого начала знал, кто я?

— Нет… — Ян качает головой, скользя большим и указательным пальцем по подбородку. — Я

не имел ни малейшего представления о том, кто ты такая. Я просто увидел тебя, как ты

подошла к барной стойке, и уже не мог отвести глаз.

— Почему? Чем я тебя зацепила? — Я подаюсь немного вперед, будто от его ответа

зависит буквально вся моя жизнь.

— Маленькая, скромная, с длинными каштановыми волосами, на которые я залип… А ты

боялась сделать шаг… хрупкая… стояла в своем розовом коротком платье с блестками…

— Оно, кстати, не мое! — хихикаю, прикусывая уголок нижней губы.

— Но в нем ты выглядела богиней. Тоненькая, как девочка.

— Как?..

Мои глаза округляются. Я нуждаюсь в его комплиментах! Сейчас, сегодня! Пока у нас

есть время…

— Ты и есть девочка, — говорит он с ласковой усмешкой.

— Не льсти, тебе уж точно это не идет.

Тянусь к стакану с безалкогольным «Мохито», который мастерски приготовил Ян, и

втягиваю коктейль через трубочку.

— Я говорю как есть… — И снова эта сексуальная ямочка на щеке, которая сводит с

ума. — Большие искристые глаза смотрели прямо на меня через толпу. Так пронзительно,

так соблазнительно, что у меня встало все, что могло встать. Ты была так озабочена

тем, что происходит вокруг, а я не мог тебя не заметить. Ты будто светилась… как фея

из «Питера Пэна»… как же ее?

— Фея Динь-Динь, блондиночка в зеленом платье.

Неистово заливаюсь краской. До сих пор неловко возвращаться в ту ночь, особенно когда

вскрываю запретный сундук воспоминаний с красочными картинками.

— Точно! И еще я заметил, что ты очень мило общалась с Лайе, — добавляет он,

прищурившись.

— Ты знаешь Карину? — едва не давлюсь коктейлем, когда нотки ревности проскальзывают

в моем голосе.

— Между нами никогда ничего не было и быть не может, если ты об этом. — Ян

подмигивает, явно довольный моей реакцией.

— Тогда откуда ты ее знаешь?

— Она… как бы так сказать… Карина является важной персоной в нашем клубе.

— «В нашем клубе»? — срывается с моих губ.

— Да, в тот день, когда мы с тобой… встретились, — зарывается рукой в волосы, — мы

выкупили долю у прежнего владельца «Лед и Лайм». Теперь не только этот легендарный

закрытый клуб, но и несколько других заведений в Петербурге и других городах России

являются частью нашего концерна.

— Случайно не Berillo Group? — уточняю, пораженная внезапной догадкой.

— Именно. Откуда ты знаешь?

— Мы ходили в «Череп» с твоими родителями через несколько дней после нашего

знакомства. И Вера рассказала о ресторане.

— Я понял…

Его густые брови сходятся в одной точке. Романовски не умеет скрывать свои эмоции…

или он только со мной такой ревнивый?

— Не ревнуй меня к моему же мужу. Андрей… он… фух! — вздыхаю и несколько раз хлопаю

ресницами, сглатывая подкативший к горлу ком. — С ним все очень сложно.

— Он тебе изменил, да? — Ян наклоняется ближе. — Иначе бы ты не пришла в клуб? Верно?

— Да. В тот вечер я получила анонимное аудиосообщение от какой-то женщины по имени

Сабина, в котором был записан ее диалог с Андреем, обличающий суть их отношений. Я

была не в себе… пыталась ему дозвониться, но… в общем, результат ты и сам знаешь.

Ян с пренебрежением поджимает губы, а желваки натягиваются как стальные прутья.

Взгляд становится суровым.

— И ты все еще хочешь сохранить брак с этим козлом? — голос звучит холодно, в

тональности отражается неприязнь.

— Но я ведь ему тоже изменила… с тобой. — Я виновато опускаю глаза. — И в ту ночь, и

сегодня.

— Крис, что ты собираешься спасать? — выдыхает с раздражением.

— Я и сама не знаю… — Кусаю щеку изнутри. — Мы пятнадцать лет женаты, Ян. Ты еще не

понимаешь. Чужая жизнь — потемки, особенно семейная.

— Мне ли не знать с моей сумасшедшей семейкой… — Ян иронично наклоняет голову вбок.

— Тем более! Ян, в таком случае ты должен понимать меня как никто другой. Ты так

молод, у тебя еще все впереди… — тараторю совсем не то, что вертится на языке. Но не

могу я иначе, не могу!

— Пожалуйста, прекрати меня считать тупой малолеткой, — произносит он серьезно,

сталкиваясь со мной непримиримым взглядом. — Я с пятнадцати лет работал на Мануэля,

а в восемнадцать с друзьями открыл первый ночной клуб в Марбелье. Ты думаешь, я по

приколу завис на тебе? Ничего подобного, Корица. Вторую неделю не могу выкинуть тебя

из головы.

— Тебе всего двадцать три! О каких отношениях может идти речь? У тебя гормоны еще

бурлят, и это вполне нормально для мальчиков твоего возраста!

— Нет. Ты меня, похоже, совсем плохо знаешь.

Его упрямая реакция ясно говорит о том, что он не слышит меня и не собирается

воспринимать мои слова всерьез. Ян уверен, что его чувства ко мне настоящие, но по

итогу с разбитым сердцем останусь только я. Он быстро охладеет, моментально забудет

и пойдет дальше. А я? Что будет со мной? От меня и так уже ничего не осталось, одни

осколки, а впереди еще сложный развод с Воронцовым. У меня всего одно сердце, и то

уже надтреснутое. Я не выдержу еще одного предательства.

— Мы слишком разные, пойми… — твержу как мантру.

— Нет, это ты не понимаешь. Мы друг друга слышим с полуслова. Всегда так было. Ты же

помнишь?

«Помню!» — хочется ответить, но я молчу.

— Мы идеально подходим друг другу!

Ну вот что мне ему ответить? Какой же он непреклонный и самоуверенный! Напирает без

тормозов.

Да, меня безумно тянет прыгнуть в этот романтический омут с головой, но что, если

глубина окажется недостаточной, а я разобьюсь о камни? Я, никому не нужная, останусь

лежать на дне.

— И да, это я положил телефон в твою сумочку.

— Я уже поняла… — улыбаюсь.

— И сообщение написал тебе тоже я. Только ответа так и не получил… — Ян разочарованно

разводит руками.

— Как ты достал мой телефон? Взял у охраны?

— Естественно, — кивает, удовлетворенный своей выходкой. — Охрана не может отказать

хозяину заведения.

— Ну конечно же… — бурчу себе под нос. — Так… погоди! — меня вдруг осеняет. — То есть

ты пробил мой номер позже? И когда отправлял сообщение, прекрасно знал, кто я такая?

— Бинго! — Прищурившись, он стреляет в меня пальцами, сложенными в пистолет.

Я поднимаюсь с удобного плетеного ротангового кресла и, обняв себя руками, начинаю

расхаживать вдоль берега, прокручивая в голове наш разговор. Несколько минут Ян меня

не трогает, позволяя переварить все, что я только что услышала и сама ему сказала.

— Отвези меня назад на виллу, — прошу я, когда возвращаюсь к столу.

Я обвиваю его за шею сзади и крепко прижимаюсь к спине. В первое мгновение он

замирает, но затем расслабляется и нежно касается моих пальцев.

— Крис?

— Мне нужно время подумать над твоими словами.

— Сколько?

Повернув голову, он прикасается губами к моему виску, затем мягко целует в щеку.

— До завтра, обещаю.