ЛЕРА

Не понимаю, как это происходит, но не хочу вырываться из объятий Артура. Знаю, что не имею право, но ничего не могу с собой сделать.

Он опаляет моим губы горячим дыханием и осторожно пробует их поцелуем. Уверенно, но не подгоняет меня. Языком проводит по моей нижней губе и вталкивается в рот, не встречая сопротивления.

Сопротивляться этому мужчине я не могу.

И не хочу.

На мгновенье разрываем поцелуй. Артур смотрит мне прямо в глаза, считывает реакцию.

И снова ныряем в поцелуи. Все глубже и откровенней. На миг забываю как дышать и пытаюсь привыкнуть к новому опыту. Так меня еще не целовали. У меня ни разу не было еще такого поцелуя.

Настоящего. Взрослого.

Прижимаюсь к Артуру и он притягивает меня к себе, подхватывая ладонями под попу. Обхватываю его бедрами и в этот момент по швам трещит атласное платье, подаренное Лисицким.

Шальной гранатой в голове разрывается мысль о том, что это — неправильно. Запретно. Нельзя нам. У меня свадьба через несколько дней.

Что — то выстанываю или выскуливаю ему в губы. Прошу остановиться и боюсь, что он выполнит мою просьбу.

— Не нравится, слишком тороплюсь? Извини…

Горячий взгляд окончательно топит мои жалкие попытки сопротивляться. Не напору Артура. Но самой себе и идиотским страхам насчет гнева Лисицкого.

— Нет… мне нравится, очень, — шепотом выдыхаю я и опускаю взгляд.

Делаю попытку высвободиться из объятий Артура и готова расплакаться. Я впервые чувствую то, чего ни разу не испытывала. Безумное желание, наваждение, одержимость.

Жажду новых ощущений, которые жаркими волнами проходят по моему телу.

Хочу снова всех этих бабочек в животе. Вот как сейчас.

— Что тогда?

— Я не могу, свадьба…

Черт бы ее побрал, эту свадьбу.

Если бы не Мишка, я бы порвала с Лисом.

Но мой брат сейчас сидит в изоляторе и один звонок — его переведут в общую камеру. Никто не будет разбираться в том, что он невиновен. На Рэмбо мой брат-ботаник совершенно не тянет, так что вряд ли сможет отбиться от уголовников, если они решат к нему прикопаться.

— Ты не любишь своего жениха.

Это не вопрос, но я должна что-то ответить. Правду? Нет. Не смогу. Слишком дорогой окажется цена, которую заплачу не я. Мстительность Лиса может обернуться бедой для Мишки.

— Люблю.

— И врать не умеешь.

Артур негромко, но хлестко бьет ответом. Наотмашь.

— Умею, — машинально бросаю ему и вспыхиваю от смущения.

Господи, какую ерунду сморозила.

— Вот я как раз об этом. Так что происходит, Лера? Что у тебя с Лисом? Про любовь будешь рассказывать другим. Со мной твое вранье не прокатит.

Поднимаю взгляд на Артура. Перед глазами все плывет и туманится от слез. И необходимости молчать.

— Прости, был слишком резок. Тебе надо домой.

Сердце мгновенно заходится в испуге.

Домой… Надо домой. И там меня будет ждать Лис. Моя карма. Долг, который придется отрабатывать.

И мысленно я готова. Через несколько дней моя жизнь будет расписана по минутам. И по чужим правилам. Но сейчас… еще есть время и оно мое.

— Не хочу домой.

Упрямо буркаю и опускаю взгляд. По щекам текут слезы.

Артур вытаскивает носовой платок из кармана брюк и осторожно вытирает мои слезы. Замирает дыхание от него нежных прикосновений. Краешком взгляда вижу, как на белой ткани платка остаются бурые разводы от потекшей косметики.

— Ой, — мгновенно тушуюсь и делаю неловкую попытку отступить назад.

— Ты очень красивая, Лера. А потекший макияж… дело поправимое, — улыбается Артур и продолжает вытирать слезы.

Вместе с бурой смесью туши для ресниц, консилера и румян.

Зябко веду плечами от налетевшего порыва ветра. Артур мгновенно реагирует. Сбрасывает пиджак и накидывает его на мои плечи. От удивления теряю дар речи. Под пиджаком — кобура с торчащей из нее рукоятью пистолета.

Ловит мой взгляд и не дает ответа. Просто смотрит мне в глаза. Долгим, пристальным взором.

Перевожу взгляд на кобуру и непроизвольно прикусываю нижнюю губу. Сейчас с особой, почти неконтролируемой силой, хочется забыться и почувствовать себя защищенной. Как в тот момент, когда я села в его «Хаммер», сбегая от Лиса.

Артур снова накрывает мои губы поцелуем. И на этот раз в его губах нет нежности, лишь одержимость и откровенное желание. Вталкивается языком в мой рот и подчиняет мое дыхание безумной жажде наслаждения.

Физически не могу разорвать этот поцелуй. На это просто нет сил.

Хочу и дальше тонуть в его требовательных, одержимых и страстных поцелуях.

— Надо возвращаться.

Звучит, словно приговор. Я не хочу выбираться из сладкого плена нашей с ним сказки. Где-то в горах, под самыми звездами. Только мы вдвоем. И нет никакого Лиса. Как нет и изолятора, в котором сидит мой брат.

Надо возвращаться.

— Да, мне пора домой.

Послушно киваю и опускаю голову.

— Ты едешь ко мне.

Тон, не принимающий возражений. Но я не могу. Лисицкий будет в бешенстве.

— Нет. Мне надо к себе.

— Думаешь, я не в курсе, как Лис отреагирует на то, что ты сбежала с мероприятия? Ты ведь должна была вместе с ним присутствовать и на сцене, и на самом вечере. В качестве официальной невесты. Так?

— Черт, нет. Все не так. Но это мое личное дело.

— Нет. Сколько ты еще будешь притворяться и разыгрывать любовь, которой и близко не пахнет? Ради чего ты с ним? Деньги?

— Да, — машинально вру я.

— Ложь.

— А хоть бы и так. Он в постели мне нравится.

Голос предательски дрожит. Понимаю, что сейчас бью очень больно. И надеюсь, Артур меня отпустит. Это ведь заденет его самолюбие?

— Снова вранье. У тебя с ним ничего не было.

— С чего такие выводы?

Злюсь сама на себя. Не умею врать. Не могу и не хочу.

Вместо ответа, Артур выдыхает и снова притягивает меня к себе. Сталь в его взгляде сменяется теплым, шквальным ветром.

— Сейчас мы едем к тебе. Ты собираешь вещи, которые тебе могут понадобиться и едешь со мной.

— Куда?

— Туда, где Лисицкий не сможет тебе навредить. И это не обсуждается.

— Привык командовать?

Разозлись же! Давай, оттолкни меня. Пожалуйста!

— Привык ликвидировать проблемы.

Ответ ломает все мои шаблоны. Как и что мне сказать, чтоб Артур просто отвез меня к себе домой. И навсегда вычеркнул из своей жизни?

— А если я не подчинюсь. Если нет у меня проблем? Если все хорошо?

Поверь мне. Оттолкни. Оставь, брось, забудь. Какое тебе дело до моей беды?

— Вот и убеди меня в этом, Лера.

Подхватывает на руки, словно пушинку и возвращается обратно к «Хаммеру». Утыкаюсь мокрым носом в его грудь и жадно впитываю в себя запах этого мужчины. Дурманящий, сводящий с ума.

Вызывающий неконтролируемое желание принадлежать только ему.

Возле «Хаммера» он снова помогает мне встать на ноги. И наши губы вновь соприкасаются. Вдобавок, захлестывает жгучее чувство стыда. Я катастрофически не умею целоваться.

Это мой первый настоящий поцелуй.

Насколько Артур это понимает? И почему ему не противно целовать такого холодного лягушонка, как я?

Сминает мои губы в горячем и влажном поцелуе. Требовательном и одновременно, очень нежном.

— Сейчас забираешь вещи и едем ко мне. Это не обсуждается.

Хочу бросить ему что — то обидное, зацепить так, чтоб он меня оттолкнул. Но он снова целует меня.

Ненавижу себя.

С каких пор поцелуи для меня стали важнее воздуха, которым я дышу?

Горячие и умелые губы подчиняют, забирают остатки моей воли.

На секунду разорвав поцелуй, Артур открывает пассажирскую дверь «Хаммера». С моих плеч соскальзывает его пиджак, увлекая вниз соскальзывающее атласное платьице.

— Ой, — смущенно выдыхаю и пытаюсь поймать невесомую ткань.

Предательски оголяется грудь. Всего на миг. Артур перехватывает платье и не дает ему соскользнуть. Вздрагиваю от горячей и сладостной волны, разливающейся по моему телу.

— Поймал, — хриплый шепот обволакивает мое воспаленное сознание.

Его ладонь на моей груди вызывает незнакомые мне, но такие волнующие впечатления. Артур придерживает платье, все еще норовящее соскользнуть вниз. А я получаю невероятные ощущения, от которых чуть подкруживается голова.

Бьет по мне возбужденным взглядом и я отчетливо понимаю простую истину.

Мне не удастся убедить Артура в том, что у меня все хорошо с Лисом.

Лгать я и в самом деле не умею.