Глава 16

Надо будет в выходные переварить эту конструкцию с Погодиным, пусть он у нас будет главным конструктором. Хотя чего ждать? У него каждый вечер свободный — пусть работает. И я переслал ему на нейросеть наш с Айком проект воздушного судна для мегаполисов с просьбой внести свои идеи в него. В ответ получил сообщение с благодарностью — скучает без работы.

Но через час он мне позвонил в расстроенных чувствах.

— Привет Костя! У вас натуральный вертолет получился, а не летающий автомобиль, который вы хотели сделать — прикололся Погодин. — Сравните с «Колибри» и сами увидите!

— Хорош критиковать Погодин — давай сам рисуй свой вариант вместе с Айком. Только требования по надежности и безопасности остаются — ответил я ему.

— Хорошо, сейчас займусь — сказал он и отключился.

Я сам смотрел на наш проект вертолета или точнее автожира, но, честно говоря, не видел других вариантов. Высоко поднятые вертикальные винты — это безопасность пассажиров и окружающих людей, удобство доступа в кабину. Их достаточно большой диаметр — это меньше оборотов и шума. Просторная кабина — это комфорт пассажиров. Но может прижать вертикальные винты поближе к фюзеляжу? Вот пусть Погодин этим и занимается — решил я и закрыл проект.

Через месяц мы втроем, нет даже впятером — подключились и наши девушки, вносили свою лепту в это дело, у нас созрел проект, который был очень похож на наш «Шмель», но был раза в два меньше. Ходовой винт имел возможность поворота по горизонтали на девяносто градусов для маневрирования при посадке на парковку.

Нам всем он понравился, и нарекли мы его «Пчела», «Honey» на английском. Двери пассажирского салона у него поднимались вверх, как крылья, заодно делая навес от дождя и снега. Айк предложил использовать для его производства углепластики или даже фуллерены, которые обеспечивали прочность стали и легкость пластмассы. Но их производство нам придется налаживать самим. Поэтому мы пока отказались от этой экзотики, согласились на стеклопластики, они имеют прочность не хуже алюминия и легче его. Ну а несущие балки будем делать из высокопрочной стали, каркас корпуса из алюминиевых сплавов. Машина получилась весом полторы тонны, поднимала четырех человек и двести килограммов груза. Крейсерская скорость у него должна была быть триста семьдесят километров в час, что более чем достаточно для этого класса машин.

По типажу этот летательный аппарат был ближе к автожирам, поскольку при высокой скорости полета подъемные лопасти крутились на авторотации, обеспечивая подъемную силу. А при низкой скорости подъемные винты начинали крутить электродвигатели, обеспечивая необходимую подъемную силу.

Я дал задание Айку подготовить чертежи технологической линии для производства углепластика и фуллеренов — их я передам в СССР, они смогут быстро наладить их производство для собственных нужд, а за предоставленную лицензию я буду получать десять процентов продукции из этих полимеров. Возможно, что через год-два у нас будут в достатке углепластики и мы сделаем новый проект «Пчелы», более компактный и легкий.

Момент истины

Перед тем, как собрать вместе русскую и американскую части миссии на Кору, мне пришлось откровенно поговорить с Брежневым, и я набрал его номер.

— Леонид Ильич, я хотел бы подробно рассказать вам о деталях нашей эпопеи с обнаружением корабля. Я не искал в этом свою выгоду, просто страховался — мне трудно было предположить поведение властей СССР, они часто достаточно грубо себя ведут со своими гражданами. Я обнаружил корабль два года назад, один. Дальше все было как я и рассказывал — обнаружил, что у меня установлена нейросеть, и далее все произошло точно, как я и описывал — мне было предложено стать капитаном корабля и я им стал. Но раскрываться это сразу властям я посчитал преждевременно, мне было всего шестнадцать лет, и меня бы явно постарались оттеснить от корабля, давя через моих родственников — через мать, отец умер семь лет назад. Поэтому я поставил себе задачу создать запасной плацдарм вне СССР, и я его создал. К работе над этим я привлек своего одноклассника Погодина. Мы легализовались с ним в США, с помощью установки нейросети привлекли к себе местного жителя, он выдал нас за своих сыновей, а мою мать за свою подругу. Нам сделали оригинальные свидетельства о рождении, ну а моей матери после регистрации брака со Смитом выдали новые документы. У нас там имеется свой дом и прибыльный бизнес по добыче золота. Перемещаться по всей планете мы можем незаметно для всех радаров, вы это знаете.

Мы ждали окончания школы, чтобы выйти на власти нашей страны, ну чтобы хотя бы официальное полное среднее образование у нас было. За это время с помощью Айка мы с Погодиным получили по три высших образования, общеинженерное, специализация по микроэлектронике у меня и по авиастроению у Погодина, плюс к этому медицинское, и управление корпорациями, экзамены мы сдавали Айку без всяких поблажек. Сдав выпускные экзамены, мы без промедления вышли на власти СССР. Дальше все вам известно.

— Ну это все неожиданно… Два года ты молчал! Мы бы за это время многое бы успели сделать! — возмутился Брежнев притворно. Они об этом уже не раз говорили с Андроповым и предполагали такое развитие событий.

— А куда спешить Леонид Ильич? Планета Кора от нас никуда не денется, я же все это время без дела не сидел, как раз занимался программой содействия СССР в развитии техники. Программа сотрудничества у нас будет на десятки лет вперед. Два года абсолютно ничего не решают. Зато мы с вами теперь спокойно взаимодействуем, у меня нет никаких опасений относительно ваших намерений. Мама пристроена, родители Погодина тоже. Мы с вами без опаски работаем — я на корабле, Погодин непосредственно в СССР — ответил я.

— Мы бы на Луну слетали бы раньше… Хотя американцы там с 1969 года… Ну вот как я теперь своим товарищам по Политбюро расскажу, что нас мальчишка надул? — пробурчал Брежнев.

— А в чем я кого-то надул? Назвал неточную дату находки корабля? Да просто я не всё рассказал подробно, только в общих чертах. А вот сейчас выдал подробности. Больше ведь ничего не изменилось — ответил я. — Могу добавить, что это Айк запретил мне выходить на власти СССР, да и любой другой страны, пока я не обеспечу безопасность своих близких. Он и правда предлагал всех перевезти на свой корабль, но я сделал менее радикальный вариант — запасной аэродром в США.

— Ну этот вариант описания событий более подходящий, а Айк подтвердит это? — спросил Брежнев.

— Все так и было Леонид Ильич! — тут же подтвердил Айк, его лицо появилось на небольшом экране коммуникатора. — Был совет от меня обезопасить родных и близких, перевезти их на корабль, и запрет на контакты с властями, пока не обеспечим себе безопасные плацдармы на Земле.

— Ну это совсем меняет дело — улыбнулся Брежнев. — Против Айка не попрешь!

— Да, я считаю, что это был самый разумный выход. И результаты показывают, что я был на правильном пути — сказал я.

— И как там дела у твоей мамы? — спросил Брежнев.

— В настоящим момент времени формальный брак у мамы со Смитом превратился в настоящий, у них успешно идут дела в золотодобыче — у Смита свой прииск. Они вместе подобрали специалистов для миссии на Кору, но надо прииск надо на кого-то оставить, и это будут родители Погодина, у них тоже стоят нейросети — выдал я.

— Откровенность на откровенность. Мне КГБ докладывало, что не смогли найти твою мать и родителей Погодина, которые отдыхают на югах — усмехнулся Брежнев. — Ты верно предположил, насчет своих близких — у спецслужб свои методы работы. Будем считать, что мы квиты. Что от меня требуется, точнее от СССР, чтобы укрепить доверие?

— Выдать загранпаспорта Погодиным, мы получим для них рабочие визы в США, и они будут легально управлять прииском Смитов, пока те будут летать на Кору — сказал я.

— Без проблем, завтра передадим их Погодину — пообещал Брежнев. — А как они попадут в США легально?

— Обсудим этот вопрос с американским адвокатом, специализирующимся на иммигрантах, он подскажет, как это сделать. Скорее всего через третью страну, через Финляндию, например. Но с другой стороны, после миссии на Коре нам придется всем открыть правду о существовании корабля и доступ к инопланетной технологии. Тогда уже и не потребуется никакой легализации в США, они как служащие корпорации «Звездный путь» получат любые визы. Кстати, мы этот вопрос с вами еще не обсуждали, а он очень важный. Я хочу обеспечить доступ всех стран к инопланетным технологиям, с преимуществом СССР разумеется. То, что может применяться в военной технике, будет поставляться только СССР — пообещал я.

— Ну да, служащим вашей корпорации будут открыты любые границы — согласился Брежнев. — Но загранпаспорта мы Погодиным сделаем, они им пригодятся. Можем даже поставить штампа выбытия, например на финской границе.

— Время покажет, что нам потребуется. Может даже отправим их самолетом Аэрофлота из Шереметьева в Нью-Йорк, чтобы все по-настоящему было. Теперь об открытии тайны инопланетного корабля. Хочу услышать ваши пожелания по открытию этой информации о корабле и планете Кора, до этого события еще примерно девять месяцев у нас есть — высказал я свое пожелание.

— Над этим надо хорошо подумать. И насчет применения инопланетных технологий в военной области тоже. С одной стороны хорошо бы получить явное преимущество перед США, а с другой стороны мы подписали с ними договор об ограничении стратегических наступательных вооружений и систем противоракетной обороны. Стратегические бомбардировщики, летающие через космос, может и не попадут под ограничения по бумаге, но по духу мы нарушим договор и потеряем их доверие. Так что тут палка о двух концах, я думаю, что мы, возможно, построим несколько таких бомбардировщиков и этим ограничимся — сказал Брежнев.

— Мы с Погодиным рассуждали, чем мы сможем помочь нашей стране, в том числе и постройкой такого бомбардировщика, способного летать через космос. Но Айк нас разгромил, показав, что баллистические ракеты гораздо эффективнее. Так что в этом плане мы поможем выбрать с помощью Айка оптимальный вариант использования новых технологий в военной сфере — пообещал я.

— О, у нас уже авиаконструкторы ждут гравилит, чтобы сделать супер-самолеты, которые будут летать через ближний космос — усмехнулся Брежнев. — А я вот сомневаюсь в их необходимости — свои аргументы я вам сообщил. Но вот чтобы оснастить таким приводом наши бомбардировщики, чтобы они без дозаправки могли весь свет облететь — это стоит сделать. Те же Ту-22М, у них дальность полета шесть с половиной тысяч километров, а боевой радиус полторы тысячи километров. Для морской авиации этого очень мало, системы дозаправки в воздухе требуют баз по всему миру. А с движителем на гравилите этот самолет сможет патрулировать весь мировой океан.

— Ну вы забываете про пилотов — им же отдыхать требуется — усмехнулся я. — Мы вместе с вашими конструкторами поработаем над проектом такого бомбардировщика, когда придет время.

— Хорошо, придет время — займемся ими. Я обсужу со своими товарищами вопрос об открытии информации о инопланетном корабле и цивилизации на Коре. Опасаюсь я, как бы у нас не вспыхнула очередная гонка вооружений, с использованием новых технологий — вздохнул Брежнев. — Я сообщу результаты обсуждения этого вопроса на Политбюро, примерно через неделю.

Мы попрощались, я спросил у Айка — Ну что скажешь?

— Все прошло отлично, информация пролетела как надо и результат доказывает твою и мою правоту — ответил Айк.

— А что скажешь по поводу открытия информации о корабле и планете Кора для всех? — спросил я.

— Тут сложно дать однозначный ответ. Но я тебе сразу скажу, что даже бесконтрольная торговля сверхпроводниками и супераккумуляторами тут же приведет к использованию их в военной сфере. Это электромагнитные пушки, миниатюрные боевые дроны большого радиуса действия. А когда в их распоряжение поступит гравилит, то разработка таких дронов возрастет на порядок. И не исключены варианты ядерных бомб с таким приводом. Ядерное оружие имеется уже официально у пяти стран, скорее всего оно имеется у Израиля и ЮАР. Его разработкой занимаются Индия и Пакистан. Поэтому с этим надо быть осторожным — высказался Айк.

— Ну гравилит мы можем применять на гражданских самолетах, а сами самолеты давать только в аренду вместе с пилотами с нейросетями. И управлять самолетами только через нейросети — предложил я.

— У нас не так много этих систем управления, а сами мы научимся их делать лет через двадцать — ответил Айк. — Пока мы можем делать обычные приборы управления, вскрыв которые ученые быстро разберутся с управлением гравилитом.

— Так, гравилит пока отпадает… — пробормотал я. — Ну супераккумуляторы и сверхпроводники остаются — только мы их может производить.

— С ними да, проще. Но кто мешает их использовать не по назначению? Снять с гражданского дрона и переставить на военный? Или просто гражданский дрон начинить взрывчаткой? — возразил Айк.

— По-твоему тогда надо оставить все как есть и не внедрять эти технологии — спросил я.

— Пока я вижу внедрение сверхпроводников в готовых изделиях — в тех самолетах, что вы разрабатываете. Вытаскивать из них сверхпроводники и супераккумуляторы будет слишком дорого. И то и тут будет проблема обслуживания и ремонта — поставки запчастей ты не сможешь запретить, а из них можно легко собрать боевой дрон — ответил Айк.

— Ремонт только в сертифицированных дилерских центрах, и даже только в наших мастерских, которыми будут управлять люди с нейросетью — предложил я.

— Ну такой вариант более рабочий, неплохо бы еще и правительства к этому привлечь, потому что они тоже не будут заинтересованы в нелегальном распространении этой технологии — ответил Айк.

— Цену на супераккумуляторы надо будет назначить очень высокую, чтобы не думали применять их не по назначению — предложил я. — Но тогда кто будет покупать наши самолеты? Мы же хотели продавать «Колибри» по девять тысяч долларов, по цене «Цесны-172».

— В этом плане будут полезны выводы, которые сделают власти СССР. Они уж умеют страховаться и запрещать! — усмехнулся Айк.

— Ну тогда будет безопасно развивать эти технологии в СССР, тут строгий контроль — вздохнул я. — Самолеты с гравилитом, принадлежащие СССР могут летать по всему миру под защитой военно-воздушных сил, которые мы оснастим такими же самолетами. Все страны, которые будут готовы принимать эти самолеты, должны подписать договор с СССР об открытии границ для наших ВВС для предотвращения захвата гражданских самолетов.

— Вообще-то ты и сам можешь сдавать движители на гравилите в аренду с правом изъятия в случае нарушения правил использования. Сил у нас поболее, чем у СССР или США, и это не приведет к войне между ними — предложил Айк. — Право для ВВС СССР летать где угодно никто не предоставит.

— Хорошее предложение. Действительно, если мы проведем боевую операцию изъятия движителя, используемого не по назначению, претензий к нам не будет — пусть попробуют возмутиться, лишим поставок наших плюшек. Да, это рабочий вариант, я полностью согласен с тобой. Но это будет чисто наша продукция — с радостью согласился я.

— Мы поставим на челноки электромагнитные пушки, и это будет наш боевой космический флот — усмехнулся Айк. — Проведем учения, купим старый крейсер и из космоса превратим его в пар! Чтобы все знали наши возможности.

— Хорошая идея Айк! Обязательно так поступим. На Земле появится третья сила, с которой шутки плохи. Нас никак им не достать, а мы достанем любого! — усмехнулся я. — Надо бы подумать, как нам базу сделать в недоступном месте на Земле.