Несколько дней спустя

Утро начинается с суеты. Мама мечется по комнате, её подружки-визажистки колдуют над её лицом, а я сижу на краю кровати и смотрю на неё в белом платье, которое сидит на ней безупречно. Карина, ты чего застыла? — мама ловит мой взгляд в зеркале. — Иди, оденься уже. Через час выезжаем. — Иду, — киваю.

За эти дни после той ночи мы с Ашером стали ближе. Он живёт напротив, но каждое утро я просыпаюсь от его звонка в дверь, приносит завтрак, провожает до универа и ждёт после пар. Мы целуемся в лифте, держимся за руки в столовой, а Элер только ухмыляется и говорит: «Я же говорила». Мэтью теперь общается с нами настороженно, но Ашер больше не бросается на него. Только сжимает мою ладонь крепче, когда тот подходит слишком близко Я вижу, как он старается.

Но мама... Боюсь ей говорить о том, что мы вместе. Не знаю даже, как ей сказать об этом. Карина! — её голос вырывает меня из мыслей.

Иду-иду!

Надеваю своё розовое платье с пышной юбкой, которое мы купили тогда в магазине. Волосы распускаю по плечам, на губы наношу лёгкий блеск.

Церемония проходит в небольшой уютной часовне. Давид выглядит непривычно взволнованным, никогда не видела его таким. Он поправляет галстук, смотрит на входную дверь, и когда мама появляется на пороге в белом платье, его лицо становится ещё взволнованнее.

Я стою рядом, держу букет, и у меня начинают щипать глаза. Не думала, что настолько сентиментальна. Но я так счастлива за маму..

После церемонии начинается фуршет. Мама сияет, Давид не отпускает её руку. Я стою у столика с закусками, ковыряю вилкой оливку, и вдруг чувствую горячую ладонь на своей талии. Поворачиваюсь к нему. Он в чёрном костюме, белой рубашке, без галстука. Кудрявые волосы уложены.

— Ты чего так вырядился? — шепчу, сама не зная, зачем спрашиваю. Хотел понравиться твоей маме, — усмехается.

Не получится.

Знаю, но попытаться стоит.

Его рука скользит с талии ниже, на поясницу, притягивает ближе. Я упираюсь ладонями в его грудь, чувствую, как бьётся сердце часто.

— Карина, — слышу мамин голос.

Чёрт, она увидела...

Ашер медленно убирает руку, но не отходит. Мама стоит в двух метрах. Её лицо побледнело, губы сжаты. Давид рядом кладёт руку ей на плечо, что-то шепчет, но она его не слушает. Мам, я..

Простите меня, — говорит Ашер. — Я виноват перед вами

Идём на террасу, — она хмурится. — Поговорит с тобой.

Мам, да всё.

А ты стой тут, — произносит серьёзно.

На этих словах она разворачивается и идёт на выход. Ашер наклоняется ко мне и быстро шепчет:- Я заслужил. Не переживай, справлюсь и приму всё, что скажет твоя мама. Ашер идёт к террасе, а я и Давид остаемся их ждать. Переминаюсь с ноги на ногу, переживая и за маму и за моего ненормального хищника. Мама его недолюбливает, боюсь, как бы чего не случилось Проходит минут пять, прежде чем возвращаются в зал мама. Лицо у родительницы спокойное, даже какое-то довольное что ли.

Что он сказал? — спрашиваю маму.

Достаточно, — мама подходит, берёт меня за руку. — Он сказал, что готов умереть, если сделает тебе больно. Что уже выбрал для тебя кольцо. Я не знаю, правда, это или нет. Но в его глазах я не увидела лжи. Мы истинные. Он никогда не причинит мне вред, — говорю я.

Знаю, просто... Понимаешь ведь, когда я увидела тебя всю в крови тогда... Боже, она качает головой. — Просто если он сделает тебе больно..

Не сделает.

Улыбаюсь и обнимаю маму.

Дальше вечер проходит гладко. Ашер подходит ко мне, когда играет медленная музыка. Протягивает руку. Я вкладываю свою ладонь в его, и мы выходим в центр зала.

Твоя мама меня ненавидит, — шепчет он, прижимая меня к себе. Пока да, — отвечаю, положив голову ему на плечо. — Но ты заслужил. Буду стараться заслужить её прощение, и твоё.

Я уже простила, — шепчу.

Он замирает на секунду, отстраняется, смотрит мне в глаза. В его зелёной радужке вспыхивают жёлтые искры. — Спасибо, Карина, — говорит хрипло.

Целует прямо при всех. Я чувствую, как щёки заливаются краской, но не отстраняюсь. Я люблю тебя, — шепчет он, отстраняясь от меня.

И я тебя…

Эпилог

Шесть месяцев спустя

Просыпаюсь от того, что кто-то целует мою шею.

Ты опять влез без стука, — бормочу, не открывая глаз.

Ты опять забыла запереть дверь, — отвечает хриплый голос.

Я запирала, — бурчу я.

Конечно, Ашер. Кто ещё будет вламываться ко мне в шесть утра? Мы живём отдельно, каждый в своей квартире. Хоть мы и ходим на свидания и вечера проводим вместе, но я решила, что нам рано съезжаться. Да, это странно, мы ведь истинные. Но я жду, когда Ашер полностью пройдёт реабилитацию. Он уже полгода посещает клинику, которая помогает ему справляться с яростью внутри него. Я тоже её посещала, чтобы облегчить пробуждение ДНК хищника. Но месяц назад врачи сказали, что моя ДНК никогда не пробудится. Процесс остановился на полпути. Но главное, что все симптомы прошли. Да и Ашер стал спокойнее после того, как начал посещать терапию. Возможно, ещё сказалось то, что наша истинная связь повлияла на его сознание. Он говорит, что зверь внутри него утих, и уже давно не появлялся. Надеется, что больше никогда не вернётся.

Открываю глаза. Ашер стоит на коленях на краю кровати, его кудрявые волосы спутаны после душа, пахнет гелем и свежестью

Не спится? — тру глаза. Соскучился, — улыбается. — Ты вчера уснула рано, я не успел... Не успел что?

Вместо ответа он наклоняется и целует меня медленно. Я таю в его руках, пальцы сами тянутся к его затылку, путаются в кудрях.

Доброе утро, — шепчет он мне в губы.

Доброе, — выдыхаю. — Но вообще-то шесть утра. Я так рано не просыпаюсь. Прости, — шепчет он. — Тогда спи в моих объятьях.

Забирается ко мне на кровать, сгребает в охапку и прижимает к себе. И я уже досыпаю в его объятьях оставшееся время.

Вечером мы идём на крышу дома. Ашер любит смотреть на звёзды, говорит, что так легче дышать. Сижу на старом диване, закутавшись в плед. Он стоит у парапета спиной ко мне, смотрит в небо. Карина, — зовёт.

M-M-м?

Помнишь, я говорил, что купил кольцо?

Замираю, а сердце начинает биться с удвоенной силой.

— Помню.

Он поворачивается. И в его руке я замечаю маленькую бархатную коробочку. Подходит, садится на корточки передо мной.

Я не прошу прощения за прошлое, — говорит он тихо. -

Я знаю, что не

заслужил его. Прошу будущее, Карина.

— Ты серьёзно? — спрашиваю.

Да. Если не согласишься сейчас, я буду каждый день тебя спрашивать. Тебе это надо? — приподнимает одну бровь и нагло так смотрит.

Наглец... - шепчу я, а у самой улыбка до ушей появляется. — Куда я денусь от тебя…..

Жду ответа, Карина.

В зелёных глазах начинают кружить жёлтые искры. Смотрю на милое колечко в бархатной коробочке и не могу поверить в то, что буквально полгода назад этот хищник, что сейчас стоит передо мной на коленях, был просто настоящим чудовищем. Конечно, ласковым зверем он стал не сразу. Сначала травил меня своим ядом, заставлял дрожать от одного взгляда, а сейчас...

Да, — тихо произношу.

Ты согласна? — переспрашивает.

Согласна, — киваю.

Ашер берёт меня за руку и надевает колечко на палец. Подносит её к губа и целует каждый палец, поднимаясь выше по кисти поцелуями. Отрывается, когда добирается до плеча и шепчет:- Я рад. Теперь хочу тебя целовать везде. Можно?

Смотрю на его хитрые глаза и наглую улыбку и киваю.

Как я могу отказать моему любимому ненормальному хищнику?