Первый шквал ударил по Кайрну прежде, чем мы успели вернуться в гостиницу.

Ветер пришел с севера, хотя еще минуту назад тянуло с востока. Он прижал одежду к телу, сорвал с причала пустую корзину и покатил ее по мокрым доскам. Один из королевских флагов лопнул по шву. Полотнище взвилось над бухтой и исчезло между кораблями.

Люди пригнулись.

Море не успело поднять высокую волну, но вся вода в бухте одновременно сдвинулась к южному берегу. Канаты застонали. Большой караванный корабль развернуло на якоре так резко, что его корма едва не ударила стоявший рядом «Вестовой».

— Второй якорь! — крикнул Торен.

На корабле услышали. В воду ушла тяжелая цепь.

Лоркан стоял на краю причала, вытянув руку к бухте. По воде расходились неровные светлые линии. Он не пытался остановить весь поток. Только отводил его от двух судов, которые уже начали сближаться.

Его лицо стало напряженным.

— Долго не удержит, — сказал Риан.

Он следил не за Лорканом, а за небом. Облака двигались несколькими слоями в разных направлениях. Нижние бежали к югу, верхние тянулись с запада, а над самым горизонтом росла черная полоса без видимого движения.

— Сколько у нас времени? — спросила я.

— До основной стены дождя — меньше часа. До самой сильной части шторма не знаю.

— В погодном сообщении было полтора дня.

— Шторм пришел быстрее.

— Или кто-то ошибся в расчете.

— Давление падало необычно. Предсказать точную скорость невозможно.

Он не стал связывать природный шторм с диверсией.

Ордран не создал бурю. Не мог создать.

Но подготовил поврежденную сеть, отключил внешние узлы и собрал вокруг Кайрна десятки кораблей именно тогда, когда море становилось опаснее всего.

Магистрат Ревард Сенн вышел на ступени гостиницы. В руке он держал судебный акт, который должен был ограничить передвижение Ордрана.

Теперь бумага почти потеряла значение.

— Слушание приостанавливается, — громко сказал он. — До отмены морской тревоги все присутствующие подчиняются порядку спасательной операции. Юридические решения, не связанные с непосредственной безопасностью, откладываются.

Маэр Вестор попытался возразить:

— Господин магистрат, вопрос передачи Камня…

— Если Камень будет уничтожен, передавать окажется нечего. Если погибнут люди, обсуждать ваше ходатайство будет некому.

Он повернулся к капитану Тейру.

— Кто способен руководить защитой бухты?

Тейр посмотрел на корабли.

Потом на Риана.

Ответ ему не нравился.

— Керрест знает местные воды и систему сигналов лучше моих офицеров.

— Тогда временно восстановите его оперативные полномочия.

— Его отстранил глава комиссии.

Лоркан услышал.

Он прекратил воздействовать на воду только после того, как первое судно закрепило второй якорь. Подошел к нам медленно, скрывая усталость.

— Восстанавливаю Риана Керреста в должности командующего восточной операцией до окончания морской тревоги, — сказал он. — Служебное разбирательство продолжится после.

Маэр Вестор резко повернулся к нему.

— Ваше высочество, конфликт интересов никуда не исчез.

— Шторм тоже.

Лоркан снял с пояса временный знак комиссии и передал капитану Тейру.

— Оформите.

Риан не протянул руку за своим серебряным знаком.

— Сейчас не нужно тратить время на церемонию.

— Приказ должен быть зафиксирован, — сказал магистрат.

Тейр достал блокнот, быстро записал формулировку и поставил подпись. Магистрат добавил свою. Лоркан подписал последним.

— Полномочия восстановлены, — произнес Тейр. — До отмены тревоги.

Риан кивнул.

Никакого торжества.

Он не победил Лоркана и не получил назад то, что считал своим.

Просто снова оказался человеком, который должен был удержать десятки кораблей возле поврежденного острова.

— Капитан Тейр, — сказал он, — королевская охрана берет гостиницу, склады и задержанных. Две группы на берегу, одна у источника, одна у подземного входа. Оставшихся людей отправьте на причал и башню.

Тейр не напомнил, что еще недавно запрещал ему командовать.

— Выполнять.

— Торен отвечает за лодки и проводников. Капитан Восс — за поврежденные суда каравана. Все капитаны получают единый приказ: паруса убрать, мачты освободить от лишнего веса, якоря удвоить. Никто не меняет стоянку без сигнала с башни.

— Наружные корабли? — спросил Восс.

— Крупные остаются в глубокой воде. В бухту не ведем, если корпус и управление целы. Малые суда у внешнего рифа переводим южнее Кайрна, под прикрытие скалы.

— Там нет маяка.

— Будут обычные фонари на лодках.

Он повернулся к Лоркану.

Несколько секунд мужчины смотрели друг на друга без прежней враждебности. Сейчас им было не из-за чего бороться.

— Сможете удерживать течение у входа короткими промежутками? — спросил Риан.

— Да.

— Только во время прохода судов и переноса якорей. Не пытайтесь стабилизировать всю бухту.

Лоркан холодно произнес:

— Я знаю пределы морской магии.

— Тогда не забывайте их, когда начнут кричать люди.

Наследник не ответил.

Вероятно, именно потому, что совет был нужен.

— Я возьму внутренний поток и причал, — сказал он. — Но внешние корабли останутся без помощи.

— Там работаю я и команды. Ваша задача — не позволить судам внутри разбить друг друга.

Риан повернулся ко мне.

— Камень.

— Внешние линии обрываются одна за другой.

— Можно сохранить внутреннюю бухту?

— Распределитель поврежден. Не знаю.

— Узнайте. Но ничего не включайте в одиночку.

Он не приказал мне оставаться в стороне.

Не сказал, что сам решит, какой риск допустим.

— Эрден, технические мастера и Тея идут со мной, — сказала я. — Два стражника у входа. Связь с башней через колокол и посыльных.

— Сигналы согласуем сейчас.

Мы сделали это прямо на причале.

Один длинный удар из подземного коридора — внутренний поток удерживается.

Два — линия нестабильна, прекращаем ввод судов.

Три — Камень необходимо полностью отключить, бухта остается без поддержки.

С башни:

один короткий и один длинный — нужен свет южного знака;

два коротких — требуется стабилизация внутренней стоянки;

три быстрых — немедленный сброс энергии из внешней сети;

непрерывный колокол — людям покинуть причал и прибрежные постройки.

Простые сигналы.

В шторм никто не станет читать сложную последовательность.

— Если связь оборвется? — спросила я.

— Действуете по состоянию Камня, — ответил Риан. — Не по предположению о том, что происходит наверху.

— Если потребуется выбрать между сетью и людьми?

— Сеть можно восстановить.

— Я знаю.

Он задержал взгляд на моем лице.

— Айрина.

— Что?

— Если станет опасно, уходите.

— Так же, как вы уйдете с башни, когда станет опасно?

— Башня не требует, чтобы я держал руку в поврежденном магическом контуре.

— А море не требует, чтобы вы удерживали ветер до остановки сердца?

Он сжал губы.

— Значит, оба говорим сразу, когда приближаемся к пределу.

— Согласна.

— И оба слушаем.

— Со второго сигнала?

На мгновение он улыбнулся.

— С первого.

Со стороны восточного горизонта вспыхнул зеленый огонь.

Не маяк.

Сигнал с корабля Ордрана.

Ему ответили две точки на внешних скалах.

Риан сразу перестал улыбаться.

— Они продолжают отключать сеть.

Селеста стояла рядом с папкой финансовых документов, прижимая ее к груди под плащом.

— Это внутренний код Торгового союза, — сказала она. — Зеленый, два коротких перерыва, снова зеленый.

— Значение? — спросил Риан.

— «Подтвердить получение груза».

— Какого груза?

— На складах так сообщают, что партия доставлена и можно начинать обработку.

— Значит, люди на станциях получили зажимы заранее.

Селеста кивнула.

— Следующий сигнал обычно означает завершение работы.

— Можно ответить от имени станции? — спросила я.

Она посмотрела на башню.

— Если у нас есть зеленое стекло и человек, способный выдержать ритм.

— Есть.

— Тогда можно передать: «Обработка задержана. Повторить приказ».

— Что это даст?

— Несколько минут. Возможно, они не активируют последние устройства, пока не получат подтверждение.

Риан кивнул.

— На башню. Вместе с Брамом. Ничего не меняете без моего сигнала.

Лоркан шагнул вперед.

— Она останется в гостинице.

Селеста повернулась к нему.

— Почему?

— На башне опасно.

— В гостинице под Камнем тоже.

— Ты не умеешь работать с морскими сигналами.

— Зато знаю код моего отца.

Он посмотрел на нее так, как когда-то смотрел на меня перед спором: уже выбрав правильное решение за другого человека.

Селеста выдержала взгляд.

— Лоркан, если сейчас ты снова скажешь, где мне безопаснее, я всё равно поднимусь. Только потеряем время.

Он отступил.

— Возьми двух стражников.

— Возьму одного. Второй нужен на причале.

Она ушла к башне.

Лоркан проводил ее взглядом.

Возможно, впервые не потому, что она была частью политического договора.

Потому что понял: Селеста больше не собирается ждать разрешения.

— Все по местам, — сказал Риан.

Мы разошлись.

Подземный зал встретил нас слабым голубым светом.

Камень приливов не был активирован полностью, но по прожилкам пробегали короткие импульсы. Карта внешней сети мерцала. Северная и восточная линии почти погасли. Южный контур оставался целым, хотя два узла отвечали с задержкой.

Внутренняя бухта пульсировала неровно.

Возле треснувшего распределителя уже работали двое технических мастеров Совета. Один удерживал металлическую скобу на стеклянном канале, второй проверял аварийный рычаг.

Эрден подошел к карте.

— Что изменилось?

— Поток растет с приливом, — ответил старший мастер. — Внешние линии отрезаны не полностью. Они то замыкаются, то снова открываются.

— Зажимы, — сказала я. — Люди Ордрана активируют их по очереди.

— Если все замкнутся одновременно, обратный удар пойдет сюда.

— Можно отсечь внешнюю сеть механически?

Мастер покачал головой.

— Только отдельные ветви. Общий размыкатель расположен в центральной панели и требует хранителя.

— Что останется после отсечения?

— Внутренняя бухта, южный знак и один резервный канал к западной стороне. Если поврежденный распределитель выдержит.

— А если нет?

— Потеряем внутреннюю линию. Камень может сохраниться, если успеем сбросить накопленную энергию.

— Куда?

— В любой исправный внешний узел.

— Они отключаются.

— Поэтому лучше решить заранее, какой пожертвуем.

Он говорил о древней системе так же, как Дален говорил о досках и канатах.

Не с благоговением.

Как о конструкции, в которой каждая деталь имела предел.

— Южный знак, — сказал Эрден. — Стоит на пустой скале. Поблизости нет судов.

— Если сброс пройдет через него, что произойдет?

— Металлическая пластина перегорит. Возможно, треснет основание. Южный вход останется без магического света.

— Но Камень сохранится.

— Если канал выдержит.

Тея поставила на стол воду, соль и лекарства.

— Сколько времени Айрине придется держать контакт?

Старший мастер посмотрел на пульсирующие прожилки.

— Пока меняется поток, хранитель должен направлять его вручную. Иногда секунды. Иногда несколько минут.

— Несколько минут уже привели к потере сознания, — сказала она.

— Тогда работаем короткими включениями, — ответила я. — Только по сигналу сверху.

— Если обратный удар придет между сигналами?

— Почувствую раньше индикатора.

Тея посмотрела на мою ладонь.

— И цена?

— Холод. Онемение. Жажда.

— При первом онемении выше запястья прекращаем.

— Если прекращение в этот момент отправит поток в поврежденную линию?

— Тогда решат мастера.

— Они не чувствуют сеть.

— А вы не почувствуете ничего, если потеряете сознание.

Эрден вмешался:

— Можно разделить работу. Айрина определяет направление и открывает нужный канал. Мастер удерживает рычаг, я слежу за показаниями. Ей не нужно постоянно оставаться в контакте, пока поток идет ровно.

— Именно так и делаем, — сказала Тея.

Она не спросила, согласна ли я.

В этом случае была права.

На верхнем уровне ударил колокол.

Один короткий, один длинный.

Южный знак.

— Первый корабль требует ориентира, — сказал Эрден.

Я положила руку на пластину.

Камень ответил быстрее, чем раньше.

Ощущение пришло не картой, а множеством натянутых нитей. Большая часть дрожала или обрывалась. Южный канал оставался целым.

— Открываю только световой контур.

Мастер поднял рычаг.

Я направила небольшой поток.

На карте загорелась одна точка.

Холод коснулся кончиков пальцев и исчез, когда я убрала ладонь.

— Свет держится, — сказал Эрден.

Наверху колокол ответил одним длинным ударом.

Сигнал принят.

Первое судно получило ориентир.

Через несколько минут пришли два коротких удара.

Стабилизация внутренней стоянки.

Я снова коснулась панели.

Поврежденный канал отозвался болью, хотя физически меня ничто не ранило. Поток из Камня пытался пройти через треснувший распределитель к бухте и одновременно утекал в восточную линию.

— Внешняя ветвь снова открылась, — сказала я.

— Закрываю восток, — ответил мастер.

Рычаг пошел вниз.

Не до конца.

— Зажим удерживает контакт.

— Тогда закрывайте север.

— Закрыт.

— Остаток направляем во внутреннюю бухту коротко. Десять ударов.

Эрден начал считать.

Я удерживала направление.

Не воду в море.

Только энергию в существующем канале, которая должна была помочь старым пластинам ослабить внутренний толчок течения.

На шестом счете холод дошел до ладони.

На девятом — до запястья.

— Десять.

Я убрала руку.

Камень продолжал светиться несколько секунд и погас.

Сверху один длинный удар.

Сработало.

Тея дала мне воду.

— Пальцы?

— Двигаются.

— Голова?

— Нормально.

— Вкус соли?

— Пока нет.

Она не выглядела убежденной, но разрешила продолжать.

Первый час шторма состоял не из одной большой катастрофы.

Из десятков маленьких.

Лопнула цепь на грузовом судне.

Затопило лодку у северного берега.

Сорвало часть крыши старого склада.

У «Северной звезды» снова заклинило временный рулевой механизм.

Один из кораблей Совета попытался самостоятельно сменить якорную точку и едва не оказался на линии другого судна.

Каждый раз сверху приходил сигнал.

Мы открывали южный свет.

Коротко поддерживали внутреннюю бухту.

Перекрывали внешнюю ветвь, когда она начинала возвращать энергию.

Марта присылала воду и сухие полотенца.

Нисса носила записки между кухней, лечебной комнатой и подземным коридором. Я запретила ей подниматься на башню и выходить на причал. Она спорила ровно один раз, затем увидела, как в гостиницу внесли моряка с раздробленной рукой, и перестала.

Тея устроила лечебный пункт в главном зале.

Селеста работала на башне с Рианом и Брамом, отвечая на сигналы Ордрана.

Первое ложное подтверждение сработало.

Внешние узлы перестали гаснуть на несколько минут.

Потом корабль Ордрана передал другой код.

На этот раз Селеста не знала точного значения. Только сказала через посыльного, что последовательность использовали для экстренного приказа управляющим складов.

После нее восточная линия исчезла полностью.

На карте погасли сразу три точки.

Я почувствовала пустоту, словно часть сети вырвали из тела.

— Восток отрезан, — сказала я.

Эрден проверил механические указатели.

— Полностью.

— Обратный поток?

— Пока нет.

— Значит, зажимы замкнули линию на самой станции.

— Или разрушили контакты.

Сверху пришли три быстрых удара.

Немедленный сброс внешней энергии.

— Откуда? — спросил мастер.

Я положила ладонь.

Ответ пришел сразу.

Северная ветвь.

Она не погасла. Наоборот, в нее входило слишком много силы. Кто-то установил несколько зажимов последовательно, заставляя поток возвращаться к центру.

— Север перегружен.

— Закрываю.

Мастер потянул рычаг.

Он сдвинулся наполовину и остановился.

— Смола на контактах.

— Другой способ?

— Разрушить соединительную пластину вручную.

— Тогда северная линия будет потеряна.

— Иначе удар придет в Камень.

— Ломайте.

Мастер взял тяжелый изолированный молот.

Ударил по тонкой металлической перемычке.

Первый раз пластина выдержала.

Второй оставил вмятину.

На третьем она треснула.

Северная линия погасла.

В ту же секунду по центральному залу прошла дрожь. Камень вспыхнул, затем свет стал ровнее.

— Отсекли, — сказал Эрден.

Наверху продолжал звонить колокол.

Риан не знал, что именно произошло.

Я отправила посыльного с сообщением: северная и восточная линии потеряны, работают только южный знак и внутренняя бухта.

Через несколько минут он вернулся мокрый до кожи.

— Командующий сказал беречь южный контур. Внешние суда будут вести обычными ракетами.

— Что в бухте?

— Один корабль сорвало с заднего якоря. Лоркан удерживает течение, лодки тянут нос.

— Люди?

— Пока без погибших.

— Ордран?

— Его судно ушло за восточную скалу. За ним пошли два корабля Совета, но потеряли из виду в дожде.

— Риан не преследует?

— Сказал, что не оставит башню и суда.

Он выбрал людей.

Не месть.

Не Ордрана.

Даже после записи о брате и двенадцати лет поиска.

Я закрыла глаза на мгновение.

— Передай, что внутренний канал выдержит только короткие включения.

Посыльный ушел.

Старший мастер заменил треснувшую перемычку временной керамической вставкой, чтобы остаточное напряжение не прыгнуло через разрыв. Эрден проверял показатели. Тея заставила меня съесть кусок соленого хлеба.

— Не лезет.

— Это не просьба.

— У меня во рту и так соль.

Она замерла.

— Уже?

Я поняла, что проговорилась.

Привкус появился после отсечения северной линии. Слабый, но отчетливый.

— Немного.

— Онемение?

— Только пальцы.

— Перерыв.

— Пока нет сигнала.

— Именно поэтому перерыв сейчас.

Я села на каменную ступень и выпила раствор. Серебряная линия на ладони потускнела, но не исчезла.

Сверху доносились приглушенные удары шторма.

Под землей они звучали не как ветер.

Как огромные тяжелые предметы, которые перекатывали по скале.

Вода ударяла в основание острова, проходила по старым каналам, давила на плиты.

Кайрн был камнем посреди моря.

Но камень тоже имел трещины.

В коридоре появилась Марта.

На ней был мужской непромокаемый плащ, слишком большой и завязанный веревкой.

— В главном зале двадцать три раненых. Трое тяжелых, но живы. Кухня работает. Запас воды пока есть.

— Нисса?

— Со мной была.

Марта обернулась.

Девочки не оказалось.

— Только что несла список от Селесты, — сказала она.

— Куда?

— На кухню.

Из коридора прибежал Брам.

— Леди Вальмер, наверх нужно срочно.

— Что произошло?

— Нисса заметила сигнал.

Марта побледнела.

— Где она?

— На втором этаже. Не на башне. Смотрела из окна.

— Какой сигнал?

— Зеленый огонь с корабля Аркеля опустился к воде.

Я не сразу поняла.

— Опустился?

— Девочка сказала, что раньше был высоко, над кормой. Потом оказался почти у волн и начал двигаться отдельно от корабля.

— Ордран пересел в лодку, — сказал Эрден.

Брам кивнул.

— Селеста считает, он везет один из ящиков к восточной станции.

— Корабль отвлекает преследователей, — сказала я. — А он идет к узлу сам.

— Капитан Тейр готовит две лодки.

— В такой шторм?

— Восточная станция находится с подветренной стороны Кайрна. До нее можно дойти вдоль берега.

Риан не мог оставить башню.

Лоркан — внутреннюю бухту.

Тейр и Торен могли перехватить Ордрана.

— Передайте Тейру: Дален знает восточную станцию и может указать вход.

Марта резко повернулась.

— Вы хотите выпустить его?

— Нет. Пусть объясняет по карте под охраной.

— А если соврет?

— Торен знает берег.

Брам побежал обратно.

— Ниссу ко мне, — сказала я Марте.

— Она помогла.

— И всё равно не должна стоять у окна, которое может выбить ветром.

Марта ушла.

Через несколько минут привела Ниссу за руку.

Девочка была испугана, но пыталась выглядеть серьезно.

— Я не поднималась на башню.

— Знаю.

— Просто смотрела из коридора. Большой зеленый огонь стал маленьким. Я подумала, фонарь упал, но он начал двигаться.

— Ты правильно сказала Браму.

— Это важно?

— Очень.

Она немного выпрямилась.

— Что теперь делать?

— Сидеть в главном зале рядом с Мартой и записывать раненых.

— Но я могу смотреть другие окна.

— Нет.

— Почему, если один раз получилось?

— Потому что один полезный поступок не делает разбитое стекло безопасным.

Она хотела спорить.

Тея посмотрела на нее.

— В главном зале мальчику с «Морского пути» нужно держать шину, пока я не вернусь.

Нисса сразу перестала возражать.

— Я умею?

— Научу за минуту.

Они ушли.

Сверху раздались два коротких удара.

Внутренняя стоянка.

Я вернулась к панели.

На этот раз сеть отозвалась больнее.

Поврежденная линия бухты дрожала. Один из узлов показывал резкий скачок, будто корабль или якорь задел подводную пластину.

— Что там? — спросил мастер.

— Левый внутренний знак. Возможно, сорвало защитный кожух.

— Если открыть поток, может замкнуть на воду.

— Но наверху просят стабилизацию.

— Открываем на пять ударов, не больше.

Я положила ладонь.

Мастер поднял рычаг.

Энергия пошла к внутренней бухте.

На втором счете пальцы онемели.

На третьем холод дошел до локтя.

— Закрывайте.

— Еще два, — сказал Эрден.

— Нет, — ответила Тея из коридора.

Она вернулась как раз вовремя.

— Закрывайте сейчас.

Я чувствовала, что наверху судно еще не успело выровняться.

— Один удар.

— Айрина.

— Один.

Эрден произнес:

— Четыре.

Я удержала.

— Пять.

Убрала ладонь.

Колени подогнулись.

Тея поймала меня за плечи.

— Я предупреждала.

— Пять ударов.

— Вы не чувствуете левую руку.

Она была права.

От пальцев до локтя не осталось ни боли, ни холода.

Ничего.

— Отойдет.

— А если нет?

— Раньше отходило.

— Раньше не было треснувшего распределителя, двух отрезанных линий и обратной перегрузки.

Сверху один длинный удар подтвердил успех.

Судно удержалось.

Но следующий сигнал мог прийти в любую минуту.

— Нужен другой способ стабилизировать бухту, — сказала я.

Старший мастер посмотрел на карту.

— Можно оставить слабый постоянный поток через внутренний канал. Тогда не придется включать вручную каждый раз.

— И зажим в треснувшем блоке?

— Его сняли. Но канал поврежден.

— Риск?

— Если трещина расширится, поток уйдет в металлическую раму и разрушит распределитель.

— Можно поставить изолирующую перемычку?

— На час или два.

— Делайте.

— Для запуска всё равно нужен хранитель.

— Запущу и отпущу, если пойдет ровно.

Мастера работали почти двадцать минут.

Использовали керамические пластины, серебряную проволоку и металлическую скобу, которую затянули вокруг треснувшего стекла. Это не было ремонтом.

Только временной шиной.

Как Тея накладывала на сломанную кость.

Пока они работали, наверху усилился ветер.

Из коридора прибежал новый посыльный.

— «Северную звезду» тянет к южным сваям. Лоркан держит течение, но не может сразу два корабля.

— Где Риан?

— На башне. Сбивает боковой ветер с большого судна Совета. Молния ударила в верхнюю раму.

— Он ранен?

— Не знаю.

Я посмотрела на Теею.

Она знала, что сейчас не сможет заставить меня ждать.

— Сколько нужно для запуска постоянного потока? — спросила я.

Мастер установил последнюю пластину.

— Десять ударов, затем можно убрать руку. Если показатели останутся ровными.

— А если нет?

— Немедленно закрываем.

Я подошла к панели.

Левая рука почти не слушалась. Пришлось прижать ладонь к углублению правой рукой.

— Это уже предел, — сказала Тея.

— Не предел. Предупреждение.

— Разница будет важна, когда остановится сердце?

— Сердце работает нормально.

Она схватила меня за запястье и посчитала пульс.

— Пока.

— Тея.

— Десять ударов. Не одиннадцать.

— Согласна.

Я коснулась пластины.

В этот раз Камень не открыл сеть постепенно.

Он втянул меня в нее сразу.

Южный знак горел.

Внутренняя линия была тонкой, поврежденной и перегруженной.

Восток и север превратились в глухие обрывы.

За ними оставалась энергия, которой некуда было уходить.

Я направила поток в бухту.

Эрден считал.

На четвертом ударе изолирующая скоба задрожала.

На шестом свет в Камне стал ярче.

На восьмом внутренний канал выровнялся.

— Девять.

Вдалеке, за отрезанной восточной линией, что-то открылось.

Не связь.

Удар.

Ордран или его люди активировали последний зажим.

Внешняя энергия пошла назад к центру.

— Обратный поток! — крикнула я.

— Закрываю восточный контур!

— Он уже закрыт. Давление идет через общий накопитель.

Камень вспыхнул.

Холод охватил обе руки.

— Южный сброс, — сказал мастер. — Сейчас.

Эрден схватил рычаг.

— Если открыть, знак сгорит.

— Открывайте!

Я направила поток на юг.

Он был слишком сильным.

Канал дрожал, но держал.

— Больше, — сказал мастер. — Иначе центральная рама не выдержит.

Я чувствовала южный знак далеко в море.

Маленькую металлическую пластину на пустой скале.

Световой механизм.

Старую проводящую линию.

Ничего живого.

Никакой воли.

Только путь, по которому можно было отправить накопленную силу.

Я открыла его полностью.

Боль пришла мгновенно.

Не как ожог.

Как будто всю влагу вытянули из тела.

Во рту стало сухо. Соль обожгла язык. Серебряная линия поднялась по запястью и предплечью.

— Достаточно! — крикнула Тея.

— Еще нет.

На карте южный знак горел белым.

Потом синим.

Потом почти бесцветным.

Энергия уходила.

Камень перестал трястись.

— Закрывайте! — сказал мастер.

Я попыталась убрать руку.

Не смогла.

Пальцы не слушались.

Тея и Эрден оторвали меня от панели вместе.

Контакт разорвался.

Свет в южной точке исчез.

Где-то наверху раздался удар, сильнее грома.

Платформа южного знака не взорвалась, но ее металлическая пластина перегорела и расколола каменное основание.

Камень погас.

Не умер.

Просто вернулся в темноту.

На карте осталась одна слабая точка внутренней бухты.

— Центральная рама? — спросила я.

Голос звучал чужим.

— Цела, — ответил мастер. — Южный канал уничтожен. Обратный поток ушел.

— Внутренняя линия?

— Держится на слабом постоянном режиме.

— Сколько?

— Пока скоба не сдвинется.

Тея опустила меня на пол.

— Лежите.

— Нужно сообщить Риану.

— Сообщат без вас.

— Южного света больше нет.

— Он увидит.

Я закрыла глаза только на мгновение.

Когда открыла, рядом сидела Нисса.

Я не слышала, как она вошла.

— Марта сказала не мешать, — прошептала девочка. — Я не мешаю.

— Ты должна быть наверху.

— Там упало окно. Нас спустили ниже.

— Раненые?

— Никого не задело.

Она протянула мне кружку.

Я попыталась взять.

Пальцы не удержали.

Нисса поднесла воду к губам сама.

— Маленькими глотками, — сказала она голосом Теи.

Я выпила.

В коридоре появился новый посыльный.

На его лице была кровь, но двигался он сам.

— Командующий спрашивает состояние Камня.

Старший мастер ответил:

— Центральный накопитель цел. Север, восток и южный знак потеряны. Внутренняя бухта держится на временном контуре. Запускать больше нельзя.

— Леди Вальмер?

Тея встала между нами.

— Жива. Больше к Камню не подойдет.

Посыльный посмотрел на меня.

— Командующий просил передать лично: Ордрана нашли у восточной станции. Капитан Тейр и Торен идут на перехват.

— Риан где?

— На северной башне. После удара молнии часть верхней площадки разрушена, но он остался.

— Ранен?

— Обожжена левая рука. Сказал, не опасно.

Тея тихо выругалась.

— Передайте ему уйти с башни, если несущая стена повреждена.

— Он не уйдет, пока не сменится направление ветра.

— Тогда передайте, что Айрина больше не сможет поддерживать систему, — сказала я. — Теперь у него только обычные огни и люди.

Посыльный кивнул.

— Еще одно. Судно господина Аркеля потеряло мачту. Его блокируют два корабля Совета. Команда подала сигнал бедствия.

Ордран оставил собственный корабль.

Люди на нем теперь нуждались в спасении.

— Риан отправит лодки? — спросила я.

— Уже отправил.

Конечно.

Он не стал наказывать экипаж за преступление хозяина.

Посыльный ушел.

Тея заставила меня пить еще.

Левая рука оставалась полностью онемевшей. Правая постепенно возвращалась.

— Сердце? — спросила я.

— Частое, но ровное.

— Голова?

— Это я должна спрашивать.

— Шумит.

— Тошнота?

— Нет.

— Зрение?

Я посмотрела на Камень.

Края предметов слегка размывались.

— Немного двоится.

— Больше не вставать.

— Наверху люди.

— Наверху есть Риан, Лоркан, Тейр, Торен, Марта и половина Совета. Вы сделали свою часть.

Именно это было труднее всего принять.

Я привыкла считать, что ответственность требует оставаться до конца.

Но конец не всегда принадлежал одному человеку.

Моя часть закончилась, когда Камень перестал принимать безопасный поток.

Дальше я могла только мешать.

Шторм достиг полной силы ближе к полудню.

Мы не видели небо из подземного зала, но слышали, как остров принимает удары.

Иногда стены дрожали.

С потолка сыпалась каменная пыль.

Один раз в коридоре появилась вода. Не поток из моря, а дождь, который нашел трещины в верхних помещениях и стекал по лестнице.

Королевские стражники перенесли часть документов выше от пола.

Марта спустилась и объявила, что главный зал еще стоит, крыша потеряла несколько участков, восточное крыло пришлось полностью закрыть, а старый склад у причала лишился стены.

— Людей?

— Двое ушибов. Один моряк с рассеченной спиной. Все живы.

— Лоркан?

— В воде.

— В человеческом виде?

— Уже нет.

Она сказала это так, будто морской дракон в бухте был обычной хозяйственной проблемой.

Позже Торен рассказал, что Лоркан принял драконью форму, когда первое большое судно сорвало сразу с двух якорей.

Белое с голубым тело прошло между кораблями под водой. Он не толкал судно целиком. Цеплял буксировочные канаты за подводные каменные кольца, которые люди не могли достать в шторм. Затем менял течение на несколько секунд, пока моряки затягивали цепи.

После третьего захода он перестал чувствовать одну из лап.

После четвертого Тея приказала людям вытащить его на причал.

Он вернулся в человеческий облик и через несколько минут снова пошел к воде.

На этот раз капитан Восс не позволил.

Риан работал с ветром с башни.

Не удерживал бурю.

Только создавал короткие окна, в которые лодки могли пройти между кораблями, поднять людей из воды или закрепить сорванный канат.

Один порыв он отвел от гостиницы, и тот ударил в пустой каменный склад, окончательно разрушив крышу.

Одну молнию увел в металлическую раму башни.

За это получил ожог от запястья до плеча.

После второй попытки воздух перестал слушаться его точно. Ветер дробился на мелкие обратные потоки, и Риан прекратил использовать силу, чтобы не направить порыв на людей.

Он тоже остановился до полного разрушения.

Не потому, что хотел.

Потому что обещал слушать предел.

Около двух часов дня внутренний контур дрогнул.

Скоба на распределителе сдвинулась.

Мастер успел вернуть ее на место без моего участия. Камень оставался темным, но слабый поток в бухту продолжал идти механически.

Потом сверху ударили три коротких колокола.

Не наш условленный сигнал.

Судебный код захвата.

— Ордран, — сказал Эрден.

Мы ждали.

Через несколько минут в коридоре послышались шаги.

Сначала появились королевские стражники.

Между ними шел Ордран Аркель.

Без плаща.

С мокрыми седыми волосами.

С разбитой губой и связанными руками.

Он не выглядел побежденным.

Только очень злым.

За ним вели двух личных охранников и человека в одежде смотрителя ложного маяка.

Капитан Тейр вошел последним. На его лице была глубокая царапина.

— Задержанные помещаются в каменную кладовую и северную комнату, — приказал он. — Раздельно. Никаких разговоров.

Ордран увидел меня возле Камня.

— Вы разрушили сеть, — сказал он.

Голос оставался спокойным.

— Ваши зажимы разрушили линии.

— Вы активировали накопитель без квалификации.

— Чтобы сбросить обратный поток, который вы направили сюда.

— Это еще придется доказать.

Магистрат появился в коридоре.

— Доказывать будете после шторма. Сейчас вы задержаны за нарушение судебного ограничения, попытку покинуть Кайрн, сокрытие оборудования и вмешательство в стратегическую сеть.

— Ограничение вступило в силу после моего отхода.

— А приказ внешним станциям?

Ордран посмотрел на человека в одежде смотрителя.

Тот отвел глаза.

Тейр поднял металлический цилиндр.

— Найден у господина Аркеля возле восточной станции. Внутри сигнальные диски, коды Торгового союза и ключ дистанционного замыкания зажимов.

— Чужая вещь, — сказал Ордран.

— На футляре личная печать вашего дома.

— Печать можно украсть.

Селеста спустилась по лестнице.

На ее платье были пятна дождя и крови. Не ее.

Она посмотрела на цилиндр.

— Этот футляр хранился в отцовском кабинете. Я видела его с детства.

Ордран повернулся к ней.

— Ты не знаешь назначения каждой вещи в моем доме.

— Не знаю. Но знаю резьбу на крышке. Ее делали на заказ к двадцатилетию союза.

— Достаточно, — сказал магистрат. — Показания позже.

Ордрана увели.

Он прошел мимо меня и задержал взгляд на Камне.

— Без внешней сети ваш остров снова бесполезен.

— Люди живы.

— Пока.

— Именно это вы никогда не умели считать правильно.

Он ничего не ответил.

Когда шаги стихли, я спросила Тейра:

— Как задержали?

— Девочка была права. Аркель пересел в малую лодку и шел к восточной станции. Мы обошли с южной стороны. Торен перекрыл полку. Аркель попытался активировать устройство до высадки.

— Успел?

— Частично. Поэтому пришел обратный поток.

— Его охрана сопротивлялась?

— Один человек выстрелил. Второй сдался. Сам Аркель пытался бросить цилиндр в море.

— Нашли?

— Торен прыгнул за ним на привязи.

Я закрыла глаза.

— В такую воду?

— Он тоже умеет принимать плохие решения.

— Где он?

— Тея уже ругает на причале.

Это означало, что Торен жив.

К трем часам ветер начал менять направление.

Не ослабевать.

Просто поворачивать с северного на западный. Риан предсказывал это с утра. Для кораблей в глубокой воде изменение было опаснее прежнего направления, но бухта Кайрна получила скалу между собой и основным ударом.

Волны внутри стали ниже.

Канаты перестали натягиваться одновременно.

Первый корабль Совета смог выйти из опасной точки и встать носом к ветру.

Риан передал приказ прекратить магическую работу.

Лоркан больше не входил в воду.

Лодки продолжали спасение обычными силами.

К вечеру основная стена шторма ушла южнее.

Дождь не прекратился. Ветер оставался сильным. Но море перестало пытаться разорвать каждый корабль сразу.

Только тогда Тея позволила перенести меня наверх.

Главный зал выглядел хуже, чем после любого боя.

Окна закрывали доски и паруса.

По полу текла вода.

Один стол был сломан.

На стенах висели мокрые плащи, бинты и сигнальные флаги.

Повсюду лежали люди.

Моряки.

Стражники.

Работники.

Советники.

Никто не занимал место по титулу.

Марта нашла для меня койку возле камина. Нисса принесла сухое одеяло. Тея снова проверила пульс, зрение и чувствительность руки.

— Пальцы?

Я попыталась согнуть.

Два шевельнулись.

— Лучше.

— До утра не встанете.

— Мне нужно увидеть Риана.

— Ему тоже нужно лежать.

— Значит, положите рядом.

— Вы оба невыносимы.

Но через несколько минут Риан вошел сам.

Левая рука была перевязана от кисти до плеча. Волосы обгорели возле виска. Он хромал, хотя ноги, кажется, не были ранены — просто тело больше не хотело держать вес.

Тея указала на свободную койку рядом.

— Ложитесь.

— Сначала доклад.

— Ложитесь и докладывайте.

Он подчинился.

Сел на край, но не лег.

— Все корабли на учете, — сказал он. — Два потеряли мачты. Четыре получили повреждения корпуса. Один караванный корабль сел на мягкую отмель у южного берега, но не пробит. Пропавших людей ищут.

— Сколько?

— Семеро числились пропавшими час назад. Четверых уже нашли на лодках и обломках.

— Трое?

— Поиск продолжается.

Он не сказал, что все обязательно будут живы.

— Погибшие?

— Один моряк с корабля Аркеля. Сорвался с мачты до того, как команда подала сигнал бедствия. Еще один человек умер от травмы, полученной ночью при нападении на караван.

Двое.

Не десятки.

Это не было полной победой.

Но без наших действий погибших было бы гораздо больше.

— Ордран?

— Под охраной. Цилиндр изъят. На восточной станции нашли два активированных зажима, сигнальные журналы и списки выплат.

— Остальные станции?

— До утра не доберемся. Но после захвата устройства новые сигналы прекратились.

— Его корабль?

— Экипаж снят. Судно удерживают два корабля Совета. В трюме нашли еще восемь зажимов и короб с архивными документами.

— Те металлические ящики.

— Да.

— Что внутри?

— Пока не вскрывали. Печати зафиксированы.

Он посмотрел на мою руку.

— Камень?

— Цел. Внешние линии потеряны или отключены. Южный знак сгорел. Внутренняя бухта держится на временной скобе.

— Вы?

— Жива.

— Это не полный ответ.

— Левая рука почти не чувствует. Зрение уже лучше. Сердце работает.

— Тея?

— Считает меня упрямой.

— Точный диагноз.

Я посмотрела на его перевязку.

— Ваша рука?

— Поверхностный ожог.

Тея из другого конца зала крикнула:

— Неправда! Ожог глубокий на двух участках, но мышцы целы.

— Спасибо, — сказала я.

Риан закрыл глаза.

— Она слышит всё.

— Полезное качество лекаря.

Несколько секунд мы просто сидели рядом.

Не касаясь друг друга.

Вокруг были люди, шум, боль, мокрая одежда и запах лекарств.

Но я чувствовала его присутствие так ясно, будто зал опустел.

— Вы могли пойти за Ордраном, — сказала я.

— Мог.

— Не пошли.

— На башне были корабли.

— Эвар…

Риан посмотрел на огонь.

— Арест Ордрана не вернет брата. Если бы я оставил башню и погибли люди, получил бы только еще один список мертвых.

Он сделал выбор.

И не потребовал, чтобы я назвала его правильным.

— Капитан Тейр справился, — добавил он.

— Вместе с Тореном и сигналом Ниссы.

— Да.

— Вы снова говорите так, будто вас там не было совсем.

— В этот раз действительно не было.

— Но вы распределили людей.

— Потому что это была моя задача.

Я протянула правую руку.

Он взял ее осторожно, чтобы не задеть ожоги и серебряную линию.

— Мы удержали, — сказала я.

— Люди удержали.

— Это и имела в виду.

Риан сжал пальцы.

— Я думал, что потерял вас, когда южный знак погас.

— А я думала, башня рухнет после молнии.

— Почти.

— Очень успокаивает.

— Вы первая начали.

Марта принесла две кружки горячего отвара.

— Пейте и не разговаривайте хотя бы минуту.

— Мы обсуждаем состояние гавани, — сказал Риан.

— Гавань переживет минуту без вашего обсуждения.

Она поставила кружки и ушла.

Мы послушались.

Вечером магистрат собрал только тех, кто мог стоять.

Не для продолжения суда.

Для фиксации положения после шторма.

Ордран оставался под стражей.

Маэр Вестор тоже не мог покидать гостиницу.

Капитан Тейр получил постоянное руководство охраной задержанных, но оперативное командование морской частью сохранялось за Рианом до полной отмены тревоги.

Лоркан лежал в комнате Теи с истощением и нарушением чувствительности правой руки. Он несколько раз пытался выйти, пока она не приказала поставить стражника у двери.

Селеста сохранила финансовые документы и передала магистрату заверенную копию.

Дален оставался в кладовой. Его показания о внешних станциях подтвердились.

Эрден помогал мастерам следить за временной скобой и впервые за двенадцать лет не пытался скрыть ни одной неприятной детали.

К полуночи дождь стал тише.

Над морем еще гремело, но гроза уходила.

Марта погасила часть ламп.

В главном зале люди начали засыпать там, где находились.

Я лежала возле камина и смотрела на темные окна.

Штормовой приют потерял крышу над восточным крылом, стену склада, часть причала и почти всю внешнюю систему.

Но в окнах оставался свет.

Корабли стояли в бухте.

Люди дышали.

Ордран был жив и находился под стражей, где не мог уничтожить документы или отдать новый приказ.

Риан спал на соседней койке, все еще удерживая мою руку.

Его ожог требовал лечения.

Моя левая ладонь не чувствовала тепла.

Утром нам предстояло подсчитать ущерб, искать пропавших, вскрывать ящики Ордрана и закончить судебное слушание.

Нужно было решить судьбу Камня.

Гавани.

Далена.

Эрдена.

Лоркана и Селесты.

Риана.

И мою собственную.

Но впервые за все время на Кайрне утро зависело не от того, выдержим ли мы следующую атаку.

Главный удар уже прошел.

Мы не победили море.

Не подчинили древнюю систему.

Не спасли остров чудом.

Мы просто не позволили человеку использовать шторм, чтобы уничтожить всех, кто стоял между ним и властью.

Этого оказалось достаточно, чтобы дожить до суда.