В самолёте Миша меня удивил – по приложению в телефоне он изучал китайский язык.

– Китайцы хитрые. Надо понимать, о чём балакают, чтобы не подсунули какую-нибудь негодную ерунду. Английским там владеют плохо. На завод мой человек приедет доверенный, будет переводить.

– А что были случаи?

– Да, много раз. У одного товарища партия электроники пришла с браком и не с того завода, с которого он ждал. Местный переводчик, конечно, работает в сторону своих. Поэтому надо держать ухо в остро.

– И как? – я кивнула на его айфон. – Получается?

– Пока плохо, – Миша рассмеялся. – У них важна интонация. А я себя пока идиотом чувствую, когда начинаю пропевать эти звуки.

Миша всё-таки удивительный. Ни на минуту не перестаёт развиваться, интересоваться, жить эту жизнь. Рядом с ним я ощущала подъём, энергию и волю к достижениям. Я не затухала, а только разгоралась сильнее. Такими и должны быть отношения, когда один поддерживает пламя другого, а не пытается его затушить.

Когда мы взлетали, я держала его за руку и любовалась видом из иллюминатора: лентами взлётных полос, дорог, несекомых-автомобилей, а потом облаками, пластами зелени и блестящими пятнами и полосами рек и озёр. Я так давно не летала, и как будто сегодня впервые села в самолёт. Я была в полном восторге, только напрочь заложенные уши вызывали забавный дискомфорт.

Мы приземлились в аэропорту Гуанчжоу.

Первое, что меня поразило – китайские иероглифы. Они были везде! Будь я одна, я бы точно запаниковала и не даже не заметила бы дублирующие надписи на английском. И потом только увидела, что есть ещё и интуитивно понятная инфографика. Миша вполне хорошо владел английским, поэтому всю социализацию в новой для меня стране я целиком и полностью доверила ему.

В Гуанчжоу нам предстояло провести два дня и две встречи. По прилёту мы сразу пошли в небольшое кафе, и там я изумилась во второй раз. НИЧЕГО знакомого в меню не было, и опять же, всё меня состояло из китайских иероглифов. А есть хотелось ужасно.

– Миша, тут вся надежда на тебя, – я отодвинула от себя меню. Вот действительно попробую что-то новое. Это не тебе не урок зумбы. Тут не просто новое, а что-то инопланетное.

– Так, – Миша скользнул опытным взглядом по пластиковой картонке с картинками. – Вот это блюдо точно надо попробовать, это Бей Джин Хао, знаменитая утка по-пекински. Приехать в Китай и не попробовать утку по-пекински, считай, зря ездила.

Мы рассмеялись. Потом Миша выбрал овощи, запеченные в каком-то необычайном сочетании соусов и специй. «Когти феникса» – куриные лапы, обжаренные во фритюре с бобовым соусом – которые Миша выбрал себе, уверяя, что это очень вкусно, я пробовать не стала. Один только их внешний вид меня «впечатлил» чуть ли не до потери аппетита. Сытный обед мы закрепили вкусным зелёным чаем. Я такой чай не люблю, но дома я ничего подобного и не пробовала даже близко. А здесь мне очень понравилось.

По дороге на завод Миша угостил меня мороженым с чёрным кунжутом. Чёрный кунжут, по словам Миши, использовался в сладостях повсеместно. Да, это было необычно, но очень вкусно.

Сейчас всё было необычно. И невероятно интересно.

Я уже ощущала усталость от перелёта и перемещений, когда мы, встретившись с товарищем Миши – переводчиком, отправились на первый завод.

Меня поразили чистота и порядок от ворот до самых конвейеров. И удивительная слаженность и скорость работников. Здесь Миша договаривался на производство и поставку автокомпонентов для своих магазинов на Вайлдберис и Озон. Автозапчасти для топливной системы, системы охлаждения, трансмиссии, ходовой части, тормозной системы и кучи всего. Всего того, о чём мне предстояло иметь понимание, чтобы потом с этим работать. Я читала и изучала договора, составленные на двух языках. Внимательно ознакомилась с условиями. Мне нужно было понимание процессов.

Приехали мы уже поздно вечером в простой отель. Нам не были важны звёзды, нужно было просто упасть и переночевать до следующего перелёта. Для нас было забронировано Мишиным офис-менеджером два раздельных номера. Я даже была рада, что смогу побыть одна, спокойно принять душ и грохнуться в постель. Я действительно чудовищно устала, еле доползла до подушки и завела будильник. День был невероятно насыщен перемещениями, событиями, эмоциями. Я заснула, даже не открыв ни одного сообщения, только Вале написала, что долетела и всё хорошо. Потом тут же отрубилась.

Утром мы уже с чемоданами встретились в фойе и отправились на последний по плану завод. Там изготавливали шины. Миша решил "немного расшириться". Немного, это конечно, было мягко сказано. От ассортиментного разнообразия шин у меня закружилась голова. Ширина, диаметр, индекс нагрузки, высота профиля, рисунок протектора, сезонность… Это всё мне тоже предстоит изучить.

А потом мы уже наконец-то сели на рейс Гуанчжоу-Санья, и спустя два часа перелёта нас ждал остров Хайнань и долгожданное море.

Сойдя с трапа, я ощутила его. Морской воздух. Влажный, солёный. Воздух, который сразу же окутывает тело лёгкой испариной. Запах отдыха и счастья.

Китай удивлял. Здесь даже аэропорт оказался весьма необычным, колоритным и со своими техническими прибамбахами. На крыше аэропорта красовался ананас – чтобы сразу было понятно, что мы прилетели на тропический остров. Аэропорт маленький, невысокий, народу немного. Снаружи отделан натуральным деревом, внутри тоже деревянная крыша. Под потолком висели колоритные и китайские фонарики. Смотрелось очень красиво. На выходе из аэропорта нас сразу же встретили пальмы и горы. Просто рай на земле.

– Ещё полчасика на такси и мы будет в Дадунхае, одном из лучших курортов острова Хайнань. Я очень его люблю, – сказал Миша. – Я уверен, ты тоже в него влюбишься.

Я уже влюбилась! Только не в остров! Я повернулась и порывисто обняла его. Точнее, попыталась. Миша необъятный. Очень большой. Наверное, впервые я позволила себе настолько тесные и пылкие объятия, что даже ощутила, казалось, каждый мускул его груди, живота и того, что ниже. Интересно, он везде такой же большой?

Так, Александра! А ну, успокоилась и собралась!

Скоро мы оказались в глубине райского острова. И первое, что мне хотелось сделать, это побросать вещи и побежать к морю.