ил-был мужик; у него был кот, только такой шкодливый, что беда. Надоел он мужику. Вот мужик думал-думал, взял кота, посадил в мешок, завязал и понес в лес. Принес и бросил его в лесу: пускай пропадает. Кот ходил-ходил и набрел на избушку, в которой лесник жил. Залез на чердак и полеживает себе, а захочет есть — пойдет по лесу птичек да мышей ловить, наестся досыта и опять на чердак, и горя ему мало.

Вот однажды пошел кот гулять, а навстречу ему лиса. Увидала кота и дивится:

«Сколько лет живу в лесу, а такого зверя не видала».

Поклонилась коту и спрашивает:

— Скажись, добрый молодец, кто ты таков, каким случаем сюда зашел и как тебя по имени величать?

А кот вскинул шерсть свою и говорит:

— Я из сибирских лесов прислан к вам бурмистром, а зовут меня Котофей Иванович.

— Ах, Котофей Иванович, — говорит лиса, — не знала про тебя, не ведала; ну, пойдем же ко мне в гости.

Кот пошел к лисице; она привела его в свою нору и стала потчевать разной дичью, а сама выспрашивает:

— Что, Котофей Иванович, женат ты или холостой?

— Холостой, — говорит кот.

— И я, лисица, — девица, возьми меня замуж.

Кот согласился, и начался у них пир да веселье.

На другой день отправилась лиса добывать припасов, чтобы было чем с молодым мужем жить, а кот остался дома. Бежит лиса, а навстречу ей попадается волк, и начал с ней заигрывать:

— Где ты, кума, пропадала, мы все норы обыскали, а тебя не видали.

— Пусти, дурак, что заигрываешь, я прежде была лисица-девица, а теперь замужняя жена.

— За кого ты вышла, Елизавета Ивановна?

— Разве ты не слыхал, что к нам из сибирских лесов прислан бурмистр Котофей Иванович? Я теперь бурмистрова жена.

— Нет, не слыхал, Елизавета Ивановна. Как бы на него посмотреть?

— У, Котофей Иванович у меня такой сердитый: коли кто не по нем, сейчас съест. Ты смотри, приготовь барана да принеси к нему на поклон: барана-то положи, а сам схоронись, чтобы он тебя не увидел, а то, брат, туго придется.

Волк побежал за бараном.

Идет лиса, а навстречу ей медведь и стал с ней заигрывать.

— Что ты, дурак, косолапый Мишка, трогаешь меня? Я прежде была лисица-девица, а теперь замужняя жена.

— За кого же ты, Елизавета Ивановна, вышла?

— А который прислан к нам из сибирских лесов бурмистром, зовут Котофей Иванович, — за него и вышла.

— Нельзя ли посмотреть его, Елизавета Ивановна?

— У, Котофей Иванович у меня такой сердитый: коли кто не по нем, сейчас съест. Ты ступай, приготовь быка да принеси ему на поклон; волк барана хочет принести. Да смотри, быка-то положи, а сам схоронись, чтобы Котофей Иванович тебя не увидел, а то, брат, туго придется.

Медведь потащился за быком.

Принес волк барана, ободрал шкуру и стоит в раздумье. Смотрит — медведь лезет с быком.

— Здравствуй, брат Михаил Иванович!

— Здравствуй, брат Левон. Что, не видал лисицы с мужем?

— Нет, брат, давно дожидаю.

— Ступай, зови.

— Нет, не пойду, Михаил Иванович. Сам иди, ты посмелей меня.

— Нет, брат Левон, и я не пойду.

Вдруг откуда ни возьмись бежит заяц. Медведь как крикнет на него:

— Поди-ка сюда, косой черт!

Заяц испугался, прибежал.

— Ну, что, косой пострел, знаешь, где живет лисица?

— Знаю, Михаил Иванович.

— Ступай же скорее да скажи ей, что Михаил Иванович с братом — Левоном Ивановичем давно уж готовы, ждут тебя-де с мужем, хотят поклониться бараном да быком.

Заяц пустился к лисе во всю свою прыть. А медведь и волк стали думать, где бы спрятаться. Медведь говорит:

— Я полезу на сосну.

— А мне что же делать, я куда денусь? — спрашивает волк. — Ведь я на дерево ни за что не взберусь. Михаил Иванович, схорони, пожалуйста, куда-нибудь, помоги горю.

Медведь положил его в кусты и завалил сухими листьями, а сам залез на сосну, на самую макушку, и поглядывает, не идет ли Котофей с лисою. Заяц между тем прибежал к Лисицыной норе, постучался и говорит:

— Михаил Иванович с братом Левоном Ивановичем прислали сказать, что они давно готовы, ждут тебя с мужем, хотят поклониться вам — быком да бараном.

— Ступай, косой. Сейчас будем.

Вот идет кот с лисою. Медведь увидел их и говорит волку:

— Ну, брат Левон Иванович, идет лиса с мужем; какой же он маленький!

Пришел кот и сейчас же бросился на быка; шерсть на нем взъерошилась, и начал он рвать мясо и зубами и лапами, а сам мурчит, будто сердится:

— Мало, мало!

А медведь говорит:

— Невелик, да прожорист. Нам четверым не съесть, а ему одному мало; пожалуй, и до нас доберется.

Захотелось волку посмотреть на Котофея Ивановича, да сквозь листья не видать. И начал он прокапывать над глазами листья, а кот услыхал, что лист шевелится, подумал, что это мышь, да как кинется — и прямо волку в морду вцепился когтями.

Волк вскочил, да давай бог ноги. И был таков. А кот сам испугался и бросился прямо на дерево, где медведь сидел.

«Ну, — думает медведь, — увидал меня».

Слезть-то некогда, вот он положился на божью волю да как шмякнется с дерева о землю, все печенки отбил, вскочил — да бежать.

А лисица вслед кричит:

— Вот он вам задаст! Погодите!

С той поры все звери стали кота бояться. А кот с лисой запаслись на целую зиму мясом и стали себе жить да поживать, и теперь живут, хлеб жуют.

Рисунки художника Н. Кузанян.