София Люкшина

Пришлось так и оставить машину на дороге, в надежде, что в ближайшие пять минут во двор никто не заедет и я не перегорожу никому путь. Чуть подальше от меня остановился Вадим, погасил ходовые огни, но не выключил двигатель. Его присутствие придавало мне уверенности. Я ощущала себя под защитой.

Я подошла к машине Кости.

Как же всё-таки мало нужно времени, чтобы когда-то родные люди стали чужими.

– В чём срочность? – сходу спросила я, не тратя время на приличия. В последнее время Костя не озадачивал себя даже поздороваться, так почему ж я должна?

Мой бывший, когда-то такой щеголеватый и самоуверенный, сейчас выглядел как побитая собака, которую выгнали из дома под дождь. Щеки небритые, впалые, словно он давно нормально не ел, а волосы, которые он так тщательно укладывал гелем, теперь торчали во все стороны, потеряв всякий лоск. Весь какой-то нервный, дёрганый, виноватенький. Он даже не смотрел мне в глаза, взгляд его метался по сторонам, избегая встречи. Бумажный пакет из «Рив Гош» мотался у него в руках по ветру. Надеюсь, это действительно не подарок. Потому что если да, то я ему этот пакет на голову надену.

– Что, сильно отвлёк? – он попытался придать себе свой излюбленный игриво-хамоватый образ, но смотрелось это, мягко говоря, комично. Будто это я его тут умоляла приехать, а не он.

– Кость. У меня нет времени и желания с тобой разговаривать. Я перегородила проезд. Говори или уезжай уже с моего места.

– В общем вот, ты забыла в стиралке, – он протянул мне пакет. Я заглянула внутрь, увидела свою пижаму.

– Ради этого стоило ехать?! Мог бы выбросить или почтой отправить. Я и забыла про неё вообще.

– Вообще-то я тебе дарил… – он попытался сделать обиженное лицо. Я ощущала, что разговор затягивается и меня это раздражало.

– Сколько тебе перевести за неё? Если это всё, я пойду.

– Соф, – Костя тяжело сглотнул, шмыгнул, взгляд его заметался по парковке. – Короче, Соф, проверься на ЗППП. У меня нашли.

Мир вокруг меня замер. Звуки двора, шум мотора Вадима, даже собственное дыхание – всё исчезло. В уши словно ваты напихали. Внутри липкими щупальцами расползался страх за своё здоровье. Я-то точно ни с кем не гуляла эти шесть лет, тогда как он развлекался на полную катушку и при этом даже не волнуясь о том, что может что-то подцепить и ещё и мне принести!

– Что? ВИЧ?! – у меня от ужаса голос сел.

– Нет, Слава Богу. Но неприятненькие. Если не лечить, могут к бесплодию привести.

Бесплодие. Это слово ударило меня сильнее, чем любое ругательство. Моё тело, моё будущее, моя жизнь – всё оказалось под угрозой из-за этого… этого… Кота бродячего, которого вовремя не кастрировали!

– И когда ж ты их успел подцепить?! – ярость вскипела во мне, обжигая горло. Сколько он изменял мне? Та брюнетка, может, не первая и не единственная?!

– Да не знаю я, блин! – Костя наконец поднял на меня взгляд, и в нём читалась паника, смешанная с обидой.

– Ну и помойка же ты!

Я бросила пакет с пижамой ему в лицо. Мало ли какая там зараза налипла на ней, а он ещё догадался привезти её мне! Придётся всё бельё в кипятке стирать или вообще лучше выбросить и купить новое! Слёзы душили меня, ярость и тревога взлетели до небес. Вот так, несколько фраз выбили у меня почву из-под ног. А ведь какой прекрасный был день!

– Да пошла ты! Без тебя тошно, ещё орешь тут!

– Мне может ещё пожалеть тебя, ублюдок! – взвилась я. – Надо было давно от тебя уходить! Ты не меня не уважал, ни себя! Ведро с отходами ты, а не человек!

– София. Всё нормально? – голос Вадима прозвучал спокойно, но твёрдо. Он спрыгнул с подножки своего внедорожника и подошёл ко мне со спины, его рука легла на моё плечо. Прикосновение было лёгким, но таким надёжным. У Кости вытянулось лицо, когда он увидел, что я не одна.

– О, побогаче нашла? – он оценил машину Вадима, его взгляд скользнул по мне, а затем по Вадиму, полный яда и изумления. Он не ожидал. Не ожидал, что я не размазываю сопли по подушке и не оплакиваю такого выдающегося мужчину, как он. Который на самом деле ногтя моего не стоит. Меня чуть не вырвало, когда я вспоминал о том, что когда-то делила с ним постель. В моём дворе под лавкой и то чище, чем с ним рядом!

– Не смей повышать на неё голос. Она больше не твоя женщина. – Вадим сделал шаг вперёд, закрывая меня собой. Его голос был низким, угрожающим, и Костя инстинктивно попятился.

– Значит, твоя? Ну ладно. В больничку не забудьте сходить, – хмыкнул Костя, пятясь к своей машине. Он быстро сел за руль, завёл двигатель и, не глядя на нас, выехал с моего парковочного места, а затем и со двора.

Вот же пёс паршивый. Навалил кучу и трусливо сбежал.

– София? – Вадим повернул меня к себе, его руки легли на мои плечи. Он посмотрел внимательно в глаза. Наверное, увидел там много-много ужаса, стыда, отвращения к себе и к миру, и жгучей боли. Как же мне ему теперь сказать о таком?! Зря я позволила ему ехать сюда со мной! Как он теперь будет ком не относится после этого?! Спокойно бы сдала анализы, без свидетелей, и он не узнал бы ничего. А теперь…

Лиходеев казался почти идеальным по сравнению с Костей. И я сейчас точно ему не соответствую.

– Вадим…

– Что случилось? – его голос был мягким, полным участия и заботы.

– Он сказал… Боже, как стыдно… В общем, надо мне провериться на болячки. Понимаешь, какие…

Я хотела соврать, но не придумала ничего, кроме правды. Будь что будет. Это и моя вина тоже. Моя вина, что я столько лет потратила на это ничтожество.

Вадим обнял меня и прижал к себе. Крепко, надёжно, словно пытаясь собрать меня по кусочкам. Ни тени отвращения на его лице я не увидела, когда подняла глаза. Только глубокая тревога и нежность. Его тепло, его сила были сейчас единственным, что удерживало меня от полного распада.

– Давай завтра вместе съездим? – прошептал он, поглаживая меня по волосам. – Я тоже сдам. Чтобы ты не волновалась. Я сам хотел предложить, но позже, – он улыбнулся. – Если мы настроены серьёзно, то это обязательно нужно сделать.

Я посмотрела на него, не веря своим ушам. Единственный в моей жизни мужчина, который перед началом близких отношений предложил сдать анализы. Не стыдливо замалчивая этот вопрос, а прямо и открыто обсуждая его! Какой же небывалый уровень осознанности и ответственности перед собой и близкими!

Я поняла, что нахожусь в надёжных руках.