Тот, кто, желая своему ближнему добра, возьмётся за дело, в котором ничего не смыслит, пользы не принесёт, а сам пострадает.

Жил в Варанасе один человек, по имени Карпурапата, и были у него Осёл и Собака.

Случилось так, что однажды ночью забрался к Карпурапате в дом вор. Увидел Осёл вора и говорит Собаке:

— Друг, почему ты не лаешь? Разве не видишь, что в наш дом вор забрался? Ведь твоя обязанность в том и состоит, чтобы охранять хозяйское добро.

— Отстань, — огрызнулась Собака, — я сама знаю, что мне надо делать! Этот дом именно потому никто не обворовал до сих пор, что я день и ночь охраняла его. А сегодня хозяин забыл о том, что я для него делаю, и даже не накормил меня.

— Дура! — рассердившись, сказал Осёл. — Какой толк от такого слуги, который, вместо того чтобы работать, когда для этого приходит пора, начинает вспоминать обиды и требовать от своего хозяина платы?

— А какой толк от такого хозяина, — возразила Собака, — который не заботится о своём слуге?

— Ты самая презренная негодяйка, если отлыниваешь от работы, — сказал Осёл, — а я хозяину верный слуга. И если ты не хочешь делать своё дело, я сам разбужу хозяина.

Сказав это, Осёл заревел что было мочи.

Проснулся Карпурапата, разбуженный рёвом осла, и выскочил во двор. Однако вор успел уже убежать, и хозяин, решив, что Осёл кричал сдуру, схватил палку и так отдубасил его, что Осёл чуть жив остался.

— Поэтому-то я и говорю, — продолжал Каратак, — что не следует нам браться не за своё дело. Мы ведь получаем остатки пищи, которую не доел Пингалак, о чём же ещё нам тревожиться?

— Ты только и думаешь о том, как бы поесть, — в этом единственная цель твоей жизни! — сердито возразил Даманак. — Тебя совершенно не тревожит, что случилось с хозяином, за чьим столом ты ешь. Неужели ты служишь радже только потому, что он тебя кормит? Не к лицу слуге вести себя так по отношению к хозяину. В наших древних священных книгах сказано: «Только тот приносит пользу, кто живёт для других, а не ради своего желудка».

— Мы с тобой оба слуги, — сказал Каратак, — так что же мы, по-твоему, должны делать?

— Много надо затратить усилий, чтобы поднять на гору камень, спустить же его вниз не стоит никакого труда. Точно так же трудно стать добродетельным, а впасть в порок легко, — молвил Даманак.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Каратак.

— Ты видел, как испугался раджа Пингалак? — спросил, в свою очередь, Даманак. — Он даже хвост от страха поджал.

— Ну и что из этого? — возразил Каратак.

— Какой же ты, однако, непонятливый! — с досадой сказал Даманак. — То, что хорошо выражено словами, поймёт даже глупец, умному же достаточно одного намёка… Ну ладно, так и быть, я тебе всё объясню. Пользуясь тем, что раджа так испуган, я пойду к нему и хитростью заставлю его делать всё, что захочу.

— Брат, — сказал Каратак, — опять ты берёшься не за своё дело. Как бы раджа не рассердился на тебя.

— Не беспокойся, — ответил Даманак, — всё будет как надо.

— Ну что ж, иди, — согласился Каратак. — И пусть сопутствует тебе удача!

Заручившись согласием Каратака, хитрый Даманак отправился ко Льву Пингалаку. А Пингалак уже собрал на совет всех своих министров: были тут и Медведь, и Пантера, и Слон, и разные другие звери. Увидел раджа Даманака и милостиво разрешил ему присутствовать на совете. Почтительно подполз Даманак к своему повелителю, лизнул ему лапы и смиренно стал в сторонке.

— О сын министра, — сказал Пингалак, — давно что-то не видел я тебя на совете.

— Великий махараджа, — сказал Даманак, — я боялся приходить к тебе, ибо сказали мне, что ты почему-то мной недоволен. Но слуга всегда должен быть поблизости от своего повелителя, поэтому я и пришёл сюда, чтобы служить тебе верой и правдой. Ведь и маленькая соломинка может иногда пригодиться, а я всё же живое существо с четырьмя лапами. Что из того, что я презренный шакал?

— Достойный Даманак, — возразил Пингалак, — в чём дело? Ты сын моего первого министра. Кто запрещал тебе приходить сюда? Я ценю твою службу. Говори, что тебя тревожит?

Увидев, что раджа действительно рад его приходу, Даманак распростёрся перед ним и сказал:

— О мой повелитель, соблаговоли выслушать меня и ответить на один вопрос, иначе я не смогу найти себе покоя!

Отойдя с Даманаком в сторону, Пингалак сказал:

— Ну, спрашивай. Что ты хочешь знать?

— О махараджа, скажи мне, почему ты вернулся с реки, так и не утолив жажды?

— Ты ошибаешься, сын министра, — хмуро возразил Пингалак. — Я не помню такого случая.

— Повелитель, я твой верный слуга, и ты смело можешь довериться мне. Если ты скажешь мне, я, может быть, смогу доказать тебе свою верность и чем-нибудь помочь. Конечно, если я недостоин твоего доверия, тогда другое дело…

Задумался Пингалак.

— Ты прав, — сказал он наконец. — Тебе я, пожалуй, могу довериться. Но ты должен поклясться, что сохранишь это в тайне.

— Клянусь своей жизнью, о мой повелитель! — почтительно склонившись, воскликнул Даманак.

— Ну ладно, слушай… В наш лес пришёл какой-то могущественный и сильный зверь. Сегодня утром я слышал его рёв — он подобен грому. Каким же должен быть он сам, если у него такой грозный рёв? Весь день я сегодня думал, что мне делать, и решил как можно скорей оставить этот лес и перебраться в какой-нибудь другой.

— О махараджа, — сказал Даманак, — мы с Каратаком тоже слышали этот ужасный рёв. Тут есть над чем подумать. Но стоит ли так поспешно принимать решение? Что ты будешь делать, когда покинешь лес?

— Я поселюсь в соседнем лесу и начну готовиться к войне, — ответил Пингалак. — Придёт время, и я уничтожу этого зверя. Пока он жив, я не могу быть спокоен.

— О махараджа, — возразил Даманак, — кто мог дать тебе такой совет? Как можно уйти из родного леса?

— Дорогой друг, — сказал Лев Пингалак, — от страха я совсем не знаю, что делать. Не поможешь ли ты мне чем-нибудь?

«Не будь он так испуган, — подумал про себя Даманак, — разве сказал бы он мне о том, что хочет уйти из этого леса?»

— Если ты прикажешь, махараджа, — сказал он, — я постараюсь всё уладить и заставлю этого зверя заключить с тобой мир.

— Если ты сделаешь это, я назначу тебя своим первым министром, — пообещал обрадованный Пингалак.

— Мой повелитель, пока я жив, тебе не о чем беспокоиться, — сказал Даманак, — но позволь мне взять в помощь Каратака.

Пингалак щедро наградил обоих братьев, и они ушли, пообещав уладить всё дело.

Когда они остались одни, Каратак сказал Даманаку:

— Брат, нехорошо мы поступили, взяв такой богатый подарок за одно лишь обещание! Сможем ли мы его выполнить?

— Уж лучше помолчи, брат, если ничего не понимаешь, — смеясь, ответил Даманак. — Я знаю, кого испугался раджа. Ведь это ревел буйвол, а буйволы — наша пища. Что же его бояться?

— Как, ты знал о том, что это буйвол, и ничего не сказал нашему повелителю?! — воскликнул Каратак.

— О брат, ты слишком наивен, — снова засмеявшись, возразил Даманак. — Разве получили бы мы такие подарки, если бы я сразу же рассеял страх нашего повелителя? Слуга должен держать своего господина в постоянной тревоге, иначе он окажется в таком же положении, в какое попал один Кот.

— А что случилось с Котом? — спросил Каратак.

— А вот послушай… — сказал Даманак.