ГОРЯЧИЙ ДУШ после смены не помог мне смыть раздражение. Как и яростное расчесывание спутанных волос – явно сильнее, чем требовалось.

Зато, надев теннисную юбку, нанеся блеск для губ и сделав пару взмахов щеточкой туши перед тем, как написать Уэсу, что уже в пути, я сразу же почувствовала себя гораздо лучше.

По и Ноа заметили, как я выхожу из вращающихся дверей фитнес-центра. Парни все это время сидели на кромке чаши фонтана, что стоял у подъездной дорожки.

– Эви, ты пойдешь с нами в Vibe Club? – спросил По.

Я указала пальцем на небольшую тропинку, которая вела к HEAT Health and Fitness, – он располагался на вершине скалы, с которой открывался потрясающий вид на океан и принадлежащий HEAT прибрежный курорт.

– Я иду к Уэсу, так что…

– Видишь, бро. Все идут к Уэсу. Давай тоже пойдем.

Ноа пихнул друга плечом.

– Черт, – проворчал По, запустив большую ладонь в копну волнистых волос. Его прическа выглядела так, будто он укладывал ее несколько часов. Хотя я точно знала – этим двоим парням плевать на внешний вид. Большую часть дня они проводили в фитнес-центре: поднимали тяжести, бегали, ходили на йогу, а несколько раз в неделю еще и тренировались на льду. Их жизнь даже в межсезонье крутилась вокруг хоккея.

Ноа продолжал уговаривать друга:

– Ты же знаешь, что «хоккейные зайки» тоже будут у Уэса. Пошли уже. К тому же там будет Эви.

По схватил мою спортивную сумку и забросил ее себе на плечо.

– Черт с ним, – сказал он. – Мы с тобой прогуляемся.

Я рассмеялась, и мы двинулись по песку вдоль берега, на который мягко накатывали волны.

– Вы оба идете туда только для того, чтобы потрахаться, да?

– Если я скажу «да», твое мнение обо мне изменится в худшую сторону? – спросил По.

С глубоким вздохом я остановилась, чтобы поднять белую ракушку, и сунула ее в карман сумки.

– Нет, потому что я и так о тебе не лучшего мнения из-за твоей любви к случайным половым связям.

По посмотрел на меня в тот момент, когда я поднимала еще одну ракушку.

– Ты в курсе, что в сувенирной лавке можно купить намного симпатичнее?

Я пожала плечами. Люди обычно не обращали внимания на закопанные в песке ракушки, будто они не так хороши для того, чтобы стать частью домашней коллекции, но я не видела смысла их покупать, потому что зачем, если можно найти такую себе самостоятельно?

Чайка приземлилась рядом, но отскочила, как только мы подошли ближе. Я помахала птицам и постаралась обойти ее и всю стаю так, чтобы не спугнуть их. Всегда так делала во время утренней пробежки до работы.

– Эви, – сказал По невозмутимо, веселье плескалось в его темных глазах. – Просто пройди через этих чаек. Они улетят и тут же вернутся.

Я вздохнула и пошла рядом с ними.

– Они не похожи на сиалий и красных кардиналов, которые живут в моем родном Висконсине. Если их напугать, они улетят кормиться в другое место до следующего сезона.

– Во Флориде полно чаек, которые не улетают. Ты скоро привыкнешь, – сказал Ноа, подталкивая меня к дому Уэса, который располагался на берегу океана.

Привыкнуть к тусовкам с людьми, чьи дома в пять раз больше моей квартиры, как, например, у Уэса, было сложно.

А свыкнуться со всем, что было частью HEAT Health and Fitness, – практически невозможно. Мы с мамой владели захудалой йога-студией, в которой брали пять долларов за занятие. А здесь люди платили сотни тысяч годовых взносов. Они получали доступ к закрытым клубам, спа, отелям и мероприятиям с красными дорожками, как у настоящих звезд.

Когда я появилась на пороге дома Уэса, осознала, что многие члены HEAT – настоящие знаменитости. Спортсмены. Магнаты. Миллионеры, причем каждый из них. Это такие люди, которые надевают свои лучшие наряды только для того, чтобы выйти в свет и поговорить с друзьями.

Уэс встретил нас у входа и познакомил меня с некоторыми парнями из своей команды. По и Ноа в то же мгновение прижали к себе каких-то девушек, – я назвала бы это впечатляющим, не будь это настолько отвратительно. Тем не менее, когда Уэс в который раз отлучился, Ноа появился рядом со мной в тот момент, когда я уже начала нервно заламывать пальцы.

– Понял тебя, Эви. Хочешь посидеть у бассейна?

В первый час вечеринки Ноа и По показали, что воспринимают меня не просто как инструктора по йоге, но и как подругу. Они были рядом, пока Уэс выполнял долг хозяина вечеринки, и в целом не сводили с меня глаз.

Вокруг ходили девушки и парни в бикини и плавках, которые, несмотря на это, умудрялись выглядеть уверенно и безупречно.

– Наверное, мне стоило забежать домой и переодеться, – сказала я Уэсу, когда он вернулся, но парень лишь покачал головой.

– О-о-о, – пропел он, окинув меня взглядом, а затем хмыкнул. – Людям всегда хочется нарядиться ради подобного дерьма. Не беспокойся. Одну секунду. Я принесу тебе что-нибудь.

По посмотрел на Ноа и закатил глаза.

– Держу пари, он принесет одну из своих чертовых джерси.

Через несколько секунд они оба рассмеялись, когда увидели Уэса, спускающегося по «парящей» лестнице с джерси «Кобр» небольшого размера и пивом в руках. Уэс протянул мне одежду, а Ноа, не выдержав, начал его подкалывать.

– Сколько таких у тебя наверху? В наличии все размеры?

– Закройся, – фыркнул Уэс. – У нас есть пара коробок с ними, чтобы раздавать фанатам, придурок.

В ответ По хохотнул себе под нос:

– Скорее, ты купил несколько коробок.

Мне не хотелось показаться грубой, поэтому я надела джерси и улыбнулась.

– Спасибо.

Я покачала головой, когда Уэс протянул мне пиво.

– Лучше воду.

Он кивнул и, обойдя кухонный остров из белого мрамора, наполнил стакан льдом и водой. Прошло немного времени – и мне начало казаться, что я вытянула счастливый билет. Девушки пытались завязать со мной разговор, парни старались быть любезными: предлагали напитки и уступали места. Джерси, казалось, придало мне значимости.

– Эви? – я вздрогнула, услышав за спиной тонкий голос. Всеми силами я старалась избегать его с того самого момента, как только познакомилась со своей сводной сестрой Анастасией. Она шагала со стороны бассейна, который находился на заднем дворе. Ее светлые волосы подпрыгивали при ходьбе, а из-под чересчур свободного пастельно-розового платья виднелось бикини. По пути она нашла в толпе другую мою сводную сестру и, взяв ее под руку, пошла в мою сторону.

Разница в возрасте Клары и Анастасии была всего два года, и это было их единственное отличие. Клара была одета в яркое цветочное платье, а на лице сияла улыбка – ее вечная спутница. Девушка выдавила мелодичное «Привет, Эви» прежде, чем сестра толкнула ее локтем в бок.

Взгляд Ноа скользнул по нам троим. Должно быть, парень заметил мой дискомфорт, поэтому обнял меня за плечи и сказал:

– Здорово, что сегодня вечером у меня есть шанс потусить со всеми девочками из семьи Милтон.

Наверное, ему казалось, что эта фраза снимет напряжение, но Анастасия чуть не сломала свой розовый каблук.

– Она не Милтон, Ноа.

– Моя мама сменила фамилию на девичью, когда они с отцом развелись, – объяснила я сконфуженному Ноа. Лицо Клары порозовело, а я не считала себя обязанной стыдиться за то, что другой человек повел себя бестактно. Выпрямив спину и сделав глоток воды, продолжила: – В любом случае было очень мило со стороны Карла позволить мне пожить в гостевом доме неделю. Но наши семьи действительно не общались с того момента, как он уехал. Мне было шесть, а вам обеим?..

– Мне было десять, а Кларе восемь, когда Карл появился в нашей жизни, – объявила Анастасия с таким видом, будто все должны были это знать. – Он прекрасный отчим.

Я кивнула и закусила губу, стараясь отогнать все уныние прочь. Анастасия ясно дала понять, что нам никогда не стать сестрами. И она совершенно не хотела сближаться со мной.

Всегда сдержанный Ноа сжал мое плечо и поднял свой напиток.

– Тогда за Карла, который собрал нас всех вместе.

Анастасия обвела нас двоих взглядом и сморщила нос, оценив мой внешний вид.

– Где ты это взяла?

– Уэс одолжил мне ее, – я пожала плечами, потому что, честно говоря, мне было все равно.

– Обязательно верни ее перед уходом. Мы не носим форму «Кобр», – выдавила она и, задев меня плечом, протиснулась между мной и Ноа. Не знаю, из-за чего она злилась больше: из-за моей одежды или того, что меня приняли в ее круг.

Я взглянула на Клару, которая закатила глаза и пробормотала:

– Прости за нее. Она не в настроении.

Она сморщила нос, и из-под слоя тональника выглянули веснушки. Клара смотрела на сестру так, будто ей тоже было неприятно ее поведение. Я махнула рукой в ответ.

– Все в порядке. Я пришла на вечеринку с работы и была недостаточно хорошо одета.

Она дважды взмахнула идеально обрамляющими ее глаза накладными ресницами. Клара унаследовала точеные скулы и высокий рост от матери. Ее внешность притягивала взгляды, хотя она этого, наверное, не замечала.

– Значит, джерси защитника достаточно для того, чтобы выглядеть хорошо. Вы двое встречаетесь?

– Не совсем. Просто плывем по течению, но он знает, что это все несерьезно. – Я стала перебирать браслеты, висящие на запястье, а Клара хмыкнула, будто была не согласна с моими словами.

– Карл переживет, если у вас все станет серьезно. Он всегда сначала рвет и мечет, а потом понемногу успокаивается. В любом случае я снова прошу прощения за Анастасию. Она просто не хочет узнать тебя. – Она указала на мягкий диван, куда мы обе сели, и помахала Ноа.

– За что тебе извиняться? – Я подернула плечами и покрутила стакан со льдом в руке, мои глаза искали Уэса. Он быстро нашелся: пил шот с друзьями, в то время как какая-то девушка льнула к его руке. Это был еще один признак того, что все происходящее между нами, – несерьезная интрижка.

Клара вздохнула.

– Потому что она моя сестра и она повела себя грубо. Так что, наверное, мне стоит поучить ее хорошим манерам.

– Она достаточно взрослая, чтобы знать, как себя вести. – Я откинула волосы с лица и улыбнулась. – Я научилась этому, когда впервые послушала «Бэмби».

– Послушала? – Клара наклонила голову, ее темно-рыжие кудри упали на плечи.

Я не могла не порадоваться тому факту, что Клара разговаривала со мной, несмотря на то что прекрасно понимала: сестре это не понравится.

– У моей мамы было странное отношение к телевидению и фильмам. Поэтому мне приходилось их слушать.

Она бросила на меня беглый взгляд.

– Теперь я понимаю. – Я застыла, ожидая, что она сейчас все объяснит.

– Ты делаешь это, – она помахала руками перед собой, – часто.

Я все еще сидела, не двигаясь, потому что не понимала, о чем она говорит.

– Ты не теряешься, когда воцаряется неловкое молчание. Будто лучше нас умеешь концентрировать внимание.

Услышав это, я рассмеялась.

– Я просто жду, когда все закончится.

– Нет-нет. Не отрицай – то, о чем я говорю, правда.

Я взглянула в сторону смеющейся у бассейна женщины – кажется, она не хотела лезть в воду.

– Я долгое время училась на дому и не так часто общалась с другими людьми. Как мне кажется, это сделало меня неловкой, – сейчас мне не было стыдно говорить об этом. – Весь мой круг общения ограничивался мамой и несколькими друзьями, которые приходили в нашу йога-студию.

– Тебе было одиноко? – прошептала Клара с осторожностью, будто посчитала, что не стоило спрашивать это.

– Конечно. Я хотела… – я вздохнула. Карл присылал фотографии своей новой семьи: жены и ее детей от первого брака. Я мечтала о совместном праздновании Рождества, о сестрах, о том, что наши мамы станут подругами. Но все разрушилось, когда я подслушала разговор мамы и Карла: она соглашалась с ним, что, возможно, это не такая уж хорошая идея.

Я заметила, что Анастасия посмотрела в нашу сторону и закатила глаза.

– Единственным детям в семье бывает одиноко, но зато я поняла, что никто не может составить мне лучшую компанию, чем я сама.

– Клара, иди сюда! – крикнула Анастасия, помахав сестре наманикюренной рукой.

– Понятно, – Клара наклонилась и прошептала: – Иногда и мне бывает одиноко, несмотря на то что у меня есть сестра.

Я не успела вникнуть в смысл ее слов – она тут же слегка толкнула меня плечом.

– О, не начинай вникать в это, Эви. Поговорим позже. Приходи в пекарню на следующей неделе.

Я улыбнулась, услышав ее предложение, но тут она застыла и ахнула. Я проследила за ее взглядом.

– Что?

– Похоже, позже мы не поговорим, потому что он идет сюда.

Я услышала шепот, почувствовала, как воздух вокруг наэлектризовался, и толпа расступилась перед ним.

Он возвышался над всеми и шел прямо ко мне, не сводя глаз. Анастасия что-то шепнула ему, но самонаводящийся фокус его глаз все равно был направлен на меня.

– Эверли, – мрачно выдохнул Деклан, как только оказался рядом.

Ну почему я не переоделась? Сидеть в рабочей спортивной форме и одной из джерси Уэса теперь было немного нелепо – особенно когда Деклан смерил меня таким взглядом.

– Да?

– Вставай. Я отвезу тебя домой.

Приказ человека, у которого нет никакой власти надо мной. Никогда не поверю, что он не осознавал, что люди вокруг слышат, смотрят и прекрасно понимают, что он мне никто.

Он уже сделал так один раз: заявился к Уэсу и сказал мне уйти с ним. Но тогда было гораздо меньше свидетелей. Ужасно неуважительно. И я ясно дала ему это понять. Настолько ясно, что для него это должно было быть чертовски очевидно. Он – деловой партнер моего отца, но не мой отец. Мы даже не друзья. Нас едва даже коллегами можно назвать.

– Харди, мужик, ты перепутал команды, с которыми тусишь? – крикнул Уэс из-за стойки. Он достаточно выпил и, кажется, готов был забыть об их соперничестве.

– Нет. Я пришел забрать Эверли домой, – прорычал он.

Час. Я ушла из спортзала час назад. Значит, он узнал и пришел прямо сюда. Без колебаний и размышлений о последствиях. Даже не придал значения тому, насколько для меня это может быть неловко.

Я встала, и Деклан окинул меня быстрым взглядом. Его глаза расширились, и он, скривившись, помассировал переносицу. Его щеки раздулись, словно ему нужно было сделать пару глубоких вдохов.

– Его джерси, Эверли? О боже, мать его.

– Мистер Харди, – выдавила я. – Спасибо, что зашли, но я закажу такси домой, если буду уходить. Ваше присутствие здесь совершенно необязательно, – прошипела я, пытаясь успокоить его так, чтобы никто не услышал.

– Твое нахождение здесь, несмотря на запрет отца, еще более необязательное, – он скрестил руки на груди.

Я схватила его за локоть и повела к углу дома, беспокоясь о том, что на нас смотрит слишком много людей. Поравнявшись с ним, я начала говорить:

– Запретил дочери, которую он бросил, ходить в дом к парню, с которым она встречается? Вы вообще себя слышите? Я здесь, как Клара и Анастасия. – Я ткнула его в плечо, потому что все и так смотрели на нас.

– Клара и Анастасия знают, что не стоит встречаться с Уэсом. – Его глаза сверкнули. – Почему ты просто не можешь послушать?

– Послушать вас, как все остальные? – Я вскинула руки. – И почему? Потому что вы владелец HEAT?

Несколько человек ахнули, и Анастасия выбрала именно этот момент, чтобы подойти к Деклану и взять его за руку. На ее лице расплылась приторная снисходительная улыбка.

– Знаю, ты тут живешь недолго, Эви, но Деклан много делает для всех нас, – многозначительно сказала она.

– Не для меня, – усмехнулся Уэс, всплеснув напиток в руке. – Деклан, успокойся. Я могу принести тебе стакан виски, если ты…

– Я не останусь. – Он уставился на меня, в его глазах горел огонь решимости. – Мы уходим.

– А если я не пойду?

– О, тогда я понесу тебя, Капелька. Не испытывай мое терпение, – предостерегающим тоном сказал он, использовав прозвище, которое придумал в нашу первую встречу. Я изо всех сил старалась не закатить глаза. Он знал, что я ненавижу все прозвища, кроме Эви. А это появилось потому, что, по его мнению, я такая же маленькая, как и капля дождя.

Все это было просто ужасно несерьезно, не было даже смысла спорить.

– Уэс, ты не проводишь меня?

– Серьезно? – Уэс внезапно протрезвел, словно не мог поверить в то, что я просто так уйду с его вечеринки. – То есть… да. Конечно. Идем.

Я взяла его под руку и проскользнула мимо Деклана. Пробираться сквозь людей, все еще наблюдавших за происходящим, было само по себе плохой идеей, но моей точкой невозврата стал мелодичный голос Деклана и его «ты можешь вернуть ему его джерси», когда Уэс вывел меня на улицу.

Я не стала устраивать еще одну сцену и послушно схватилась за ее края. Не было смысла спорить. Но Уэс широко улыбнулся и, словно желая разозлить Деклана, объявил:

– Оставь себе, Эви. У меня есть еще.

Затем он притянул меня к себе и поцеловал. Прямо на глазах у Деклана. Это был наш первый раз. До этого мы вели себя как друзья.

На моих губах осел горький привкус пива. Все это было неправильно. Будто мы играли в игру, и Уэс просто хотел победить. Я отступила на шаг и сказала, что позвоню ему, хотя на самом деле даже не думала об этом.

Деклан открыл дверь черного внедорожника, стоявшего на подъездной дорожке.

Я дала себе лишь одну возможность выразить гнев: сев в машину, с силой захлопнула за собой дверь. Деклан обогнул машину и скользнул на соседнее сиденье, тут же объявив водителю:

– Питер, Эверли живет у Карла.

– Уже нет, – вставила я. – Я переехала.

– Переехала? – спросил он удивленно, но тут же отмахнулся. – Скажи Питеру свой адрес, чтобы мы могли отвезти тебя домой.

Я перевела на него взгляд, ожидая, что он хотя бы извинится. Он тоже ждал, словно изучая меня, пока я изучала его.

– Ты нарушаешь границы, Эверли.

– За пределами работы у меня не должно быть границ с боссом, – заметила я.

– Ты была на работе, когда решила пойти в дом этого ублюдка, – процедил он, его челюсть ходила в раздражении.

Он злился? «Отлично», – подумала я. Я тоже.

– Вы собираетесь извиняться?

– За что? – Его ноздри раздулись при выдохе.

– За ту сцену, что вы устроили, – почти взвизгнула я, мое самообладание немного пошатнулось, когда указала на дом Уэса. – За то, что снова меня опозорили.

– Мне на самом деле наплевать на то, что произошло там. Если не хочешь позора, не ходи в дом этого идиота, тогда мне не придется приходить за тобой. А я буду приходить каждый чертов раз, Капелька. – Он сжал кулаки, словно, как и я, сдерживая свою ярость.

Я хотела сказать ему перестать меня так называть, но чувствовала, что мы движемся к точке кипения – кто-то из нас должен был поступить по-взрослому. Я проигнорировала его комментарий и сказала водителю свой адрес.

Глаза Деклана расширились.

– Но ты же прибегаешь на работу.

– Да, – я пожала плечами и потеребила край джерси.

– Но ведь это пробежка длиной в шесть километров, а некоторые места – не самые лучшие районы. О чем ты думаешь?

– Простите, что наслаждаюсь утренним и вечерним бризом.

– Чертов бриз… – проворчал он. – А если я попрошу тебя поработать сверхурочно…

– Я могу вызвать такси. Я с умом подхожу к бегу, хотя не должна была бы. К сожалению, женщин, занимающихся бегом, нередко обвиняют в том, что совершают другие. Исследования показывают, что шестьдесят процентов из нас подвергались преследованиям во время пробежек, поэтому мы знаем, где можно бегать, что нужно бегать группами, что… – я замолчала, поняв, что несу чушь, а затем махнула рукой. – Это все пустяк.

– Господи, что для тебя не пустяк?

– Встречный вопрос: что для вас пустяк? Вы всегда ведете себя так, будто все имеет значение. Например, врываетесь на вечеринку, требуя, чтобы я ушла. – Я откинула волосы назад, подняла высоко в хвост, чтобы собрать в пучок, и только потянувшись к запястью, поняла, что забыла резинку для волос.

– Тебе не стоит ходить на вечеринки Уэса.

– О господи. Только не это снова, – выдохнула я. Как же я устала от него и моего отца. – Я просто пытаюсь понять, подходим ли мы друг другу.

– Не подходите. Он не твой типаж, – сделал вывод за меня Деклан.

– Это не ваше дело. – Я моргнула и попыталась скрыть свое разочарование. – Я веду себя разумно, мистер Харди.

Он шумно выдохнул, будто разъяренный бык.

– Быть разумным утомляет, – парировал он.

Чего он добивается, ведя себя так?

– Неужели это так сложно?

– Да, черт возьми, – рявкнул он. А затем на мгновение закрыл глаза. – Твой отец заботится о тебе, а я забочусь о… – он замолк. Если бы хотел признаться в чем-то большем, сейчас у него были все шансы. – О нашем бренде. О желаниях твоего отца. Он много сделал для меня. Поэтому он ожидает, что во время твоей работы в спортзале, которым я управляю, о тебе позаботятся.

Мое сердце будто раскололось на части, когда я услышала эти слова. Хотя и не понимала, почему именно такие чувства вызывает его речь. Деклан и я были коллегами, не более того.

– Вы завелись без причины. Мы оказались в такой ситуации, потому что вы – вспыльчивы, и никто не может вас успокоить.

– Что это значит?

– Сегодняшний вечер – прекрасный пример. У вас нет надо мной власти, и вы не можете указывать, куда мне ходить или не ходить. Вы – король элитной империи, которую сами же и построили. – Я отвернулась к окну и посмотрела на огни, мимо которых мы проносились.

– Верно, – он кивнул. – Значит, ты должна меня слушать.

– О, мистер Харди. Я не часть вашей империи. Я гость, просто попутчик. И в моих планах в кратчайшие сроки перестать мозолить вам глаза.

Я действительно об этом думала.

Он сощурился, когда внедорожник остановился перед моей многоэтажкой.

– Эверли, сделай мне одолжение. Пока ты в моей империи, пожалуйста, не надевай эту чертову джерси и перестань к нему ходить.

Я вздохнула.

– Вам следует научиться не переживать так о пустяках.

Он наклонился.

– А о чем переживаешь ты? Потому что я бы очень хотел, чтобы ты чувствовала то же самое, что и я.