— Как бы там ни было, тебе не стоит сближаться с этим Егором, — произносит мама по дороге домой. — Ты ведь видела его дом? Совершенно очевидно, что он типичный золотой мальчик. Если влюбишься в такого, он разобьёт тебе сердце.

Грудь сдавливает от тревоги и волнения. Мне хочется верить, что мама не права, и у нас с Егором всё будет по-особенному. Но страх заставляет меня сомневаться в себе. Ведь я совершенно точно не самая красивая омега в нашем университете. К тому же я постоянно доставляю Егору проблемы. Даже сегодня я просто отрубилась прямо в процессе. Боже, как же стыдно...

— Даже если сейчас вы нравитесь друг другу, со временем он поймёт, что ты ему не подходишь, — продолжает мама. — И потом, его родители тебя вряд ли одобрят.

Как ни посмотри, а мы с тобой живём небогато.

Мне хочется уползти с заднего сиденья в багажник. Возможно, так я бы перестала слышать то, что она говорит мне. Родители Егора..

Вообще-то, его родители погибли, произношу я припоминая. — И кажется, довольно давно. — Значит, не родители, а другие родственники, — добавляет мама невозмутимо. Потом сворачивает к аптеке недалеко от нашего дома. — Посиди тут, я куплю тебе новые подавители. Она выходит из машины, и на секунду у меня возникает мысль сбежать. Но я вспоминаю о том, что случилось в прошлом, и останавливаю себя. Мама хоть и строгая, но она всегда думает обо мне. Я должна успокоиться и постараться понять её.

Мам, прости, что заставила тебя волноваться, говорю я, когда мы возвращаемся домой. Я всё ещё ощущаю на себе запах Егора, и мне очень неловко.

Мама некоторое время смотрит на меня, а после смиренно вздыхает. Я не сержусь на тебя, — отвечает она с грустной улыбкой. — Просто очень сильно беспокоилась, когда не застала тебя в университете. Представь, что бы ты почувствовала на моём месте? Опускаю глаза виновато. Мама подходит ко мне и приобнимает. — Если с тобой случится беда, я умру от горя, — произносит она с тяжёлым ВЗДоХОМ. Я ухожу к себе и устало растягиваюсь на кровати. Нужно сходить в душ, но я хочу ещё немного побыть в этом облаке феромонов. Чувствую приятное напряжение внизу живота. Вспоминаю поцелуи Егора и касаюсь своих губ. Рука тянется к ширинке. На секунду я представляю себе, чем бы продолжились его ласки. Как он от сосков спустился бы к животу и ниже. Эта фантазия столь соблазнительна, что я не могу устоять и запускаю руку себе в трусики. Там всё ещё мокро. Возбуждение охватывает меня с новой силой. Я неловко касаюсь себя, представляя, как это делает Егор. По телу проходит дрожь. Другой рукой сжимаю свою грудь под рубашкой. Ласкаю себя неспешно. Лицо снова вспыхивает, а дыхание становится тяжёлым...

Хочешь, закажем что-нибудь вкусненькое на ужин? — мама резко открывает дверь, и меня будто обдаёт ледяным ветром.

Я пытаюсь скорее прикрыться.

— Ох, чёрт... Прости, — она смотрит растерянно, а потом быстро разворачивается и уходит. Возбуждение стремительно угасает, вытесняемое жгучим стыдом. Никогда за все мои девятнадцать лет меня не палили за мастурбацией. Боже, как неловко!

Кажется, я готова провалиться сквозь землю.

После приступа самобичевания я кое-как собираюсь и иду в душ. Пытаюсь успокоиться. Тру кожу мочалкой изо всех сил, чтобы смыть с себя запах Егора.

Кажется, иначе я не смогу перестать думать о нём. После душа я переодеваюсь и падаю обратно в кровать. Мама деликатно стучит в дверь, потом приоткрывает, но не входит.

— Юль, я принесла таблетки.

Она просовывает в приоткрытую дверь серебристую пластинку и стакан воды. Я поднимаюсь и принимаю их. Если голодна, на столе запеканка. Поешь без меня, мне нужно доделать работу удалённо, — говорит она и уходит.

Очевидно, что мама меня избегает. Она злится на меня? Стыдится? Но ведь я не сделала ничего плохого. Это же всё последствия феромоновой реакции.

Неудивительно, что я так возбуждена. Хотя, наверное, ей это не объяснить. Я грустно вздыхаю и закрываю дверь. Есть не хочется. Вообще ничего не хочется. Я принимаю таблетку и ложусь спать. Следующее утро тоже проходит в неловком молчании.

Чувствую себя одновременно и преступницей, и несправедливо обвинённой. Я решаю всё-таки поговорить с мамой по дороге в университет.

Мам, я знаю, что тебе, возможно, было неприятно застать меня за таким неприглядным делом, — набравшись смелости, произношу я. — Но ты должна была постучать, прежде чем войти... — Я знаю, — обрывает она меня.

— И я прошу прощения, что вломилась.

Смотрю на неё растерянно. Не ожидала, что она так быстро признает свою неправоту. Тогда в чём дело? — спрашиваю я. — Почему ты злишься?

Мама тяжело вздыхает.

Я злюсь не на тебя, а на себя, — отвечает она с сожалением. — До сих пор я воспринимала тебя, как ребёнка. Носилась с тобой и опекала. Но вчера я поняла, что ты, в общем-то, взрослая девушка. И мне стало очень стыдно, что я могла проявлять себя неуважительно по отношению к тебе. Значит, всё хорошо? — спрашиваю недоверчиво.

— Я по-прежнему о тебе волнуюсь и не хочу, чтобы ты общалась с тем парнем, отвечает мама паркуясь у универа. — Но я поняла, что не вправе решать за тебя.

Просто будь осторожна и продумывай последствия своих поступков. Мама протягивает руку и убирает чёлку с моего лица. Я сначала напрягаюсь, но после смущённо улыбаюсь. Сердце в груди бьётся взволнованно. Получается, она больше не запрещает мне видеться с Егором? Чувствуя, как меня буквально распирает от радости, я выхожу из машины. Только на полпути к корпусу понимаю, что не надела очки. Оглядываюсь на мамину машину, отъезжающую с парковки. Рядом кто-то сигналит, и я вздрагиваю. Смотрю прямо перед собой и вижу автомобиль Егора. Он взмахивает рукой и кивает. Сердце делает кульбит. Я невольно расплываюсь в улыбке.

Ты сегодня без очков? — спрашивает Егор, подходя ко мне.

Д-да, — отвечаю, запинаясь. Смотрю на него, и лицо начинает пылать. Это может сыграть нам на руку, — произносит он загадочно. — Есть повод сесть со мной за первую парту. Мы поднимаемся вместе по ступеням лестницы, и он открывает мне дверь. Это так смущает, но в то же время делает счастливой.

Тебе не сильно попало от мамы вчера? — спрашивает Егор. Я вспоминаю вчерашний вечер и снова испытываю дикое чувство стыда. Впрочем, кажется, этот инцидент помог мне установить границы с мамой. — Вчера много всего случилось, — отвечаю я уклончиво. — Но, думаю, теперь всё будет в порядке Егор улыбается, и мне кажется, что я вот-вот воспарю над полом. Взгляд Саши, нашей одногруппницы, возвращает с небес на землю. Она смотрит на меня нескрываемой ненавистью. По спине пробегают неприятные мурашки. В перерыве между парами Саша с подружками подходит ко мне в коридоре. Они хоть и омеги, но выглядят угрожающе. Стараюсь сохранять внешнее спокойствие.

Едва ли кто-то из них готов драться со мной по-настоящему. Тем более, в стенах универа Всё-таки я была права! — бросает Саша. — Ты омега, притворяющаяся человеком. Теперь понятно, как тебе удаётся получать всегда такие высокие баллы за тесты. Видимо, отрабатываешь самым древним способом. Очень жалкая провокация, — отвечаю я равнодушно. — Если хочешь вывести меня из себя, придумай что-то получше. Если, конечно, мозгов на это хватит.

Гадина самонадеянная! Ты что вообще возомнила о себе?! — вступает одна из подружек Саши с параллельного потока.

Считаешь, раз сняла очки и космы

распустила, то стала вдруг красавицей?

Нет, не считаю. А что такое впечатление складывается? — театрально удивляюсь я. — Клоунесса хренова! Отвали от Егора!

Саша сжимает кулаки и делает угрожающий шаг в мою сторону. Однако осознав, что такая тактика не работает, она пускает в ход другой аргумент.

— Иначе все узнают о том, что ты на самом деле омега.

Внутри всё холодеет. В целом, после встречи с Егором я поняла, что быть омегой не так страшно. И всё-таки я хотела бы, чтобы меня в первую очередь воспринимали как личность и будущего специалиста. — Ну, что ж, ты можешь пойти и рассказать всем, — произносит Егор, подходя ко мне сзади. — Если все узнают, что Юля омега, нам не придётся больше скрывать, что мы встречаемся. Он кладёт руку мне на плечо, и приятная волна дрожи пробегает по телу. Омеги глядят на него недоверчиво. Я и сама смотрю удивлённо. Да, мы едва не переспали, но часто для таких популярных парней, как Егор это ничего не значит.

Впрочем, я уже убедилась, что Егор необычный альфа. Он лучший из всех, кого я знаю. Вы встречаетесь? — недоверчиво спрашивает Саша. — Как? С каких пор? Не думаю, что должен отчитываться перед тобой, — отвечает Егор сурово. — Но хочу тебя предупредить, если ты продолжишь сплетничать и злословить о моей девушке или, не дай бог, выкинешь что похуже, я этого так не оставлю.

Саша бледнеет, её глаза начинают поблёскивать.

— Идём? — Егор заглядывает мне в лицо, и я киваю. Чувствую себя очень странно. Только что Егор был очень крут и заступился за меня. Но меня одолевают сомнения- достойна ли я такого классного и крутого парня?

Мы устраиваемся за столиком в кафе, и Егор заказывает нам напитки. Лекцию отменили, так что у нас неожиданно появилось немного свободного времени. Мне всё ещё немного неловко наедине с Егором. Кажется, что ему скучно со мной.

— Прикольный у тебя чехол на телефоне, — замечает он с улыбкой. Я невольно краснею. Это Тисэ — персонаж моего любимого аниме, уверена, что эта тема ему интересна.

поясняю с неловкостью. Не

Я ничего не понимаю в этом, но это должно быть весело, — произносит Егор, наваливаясь на столешницу и тем самым сокращая расстояние между нами.

Пульс начинает отдаваться в висках. Я сразу вспоминаю то, что между нами было, и невольно возбуждаюсь. У меня есть с собой первый том манги. Могу дать почитать, если интересно, — произношу я, чтобы хоть как-то разрядить наэлектризованную атмосферу между нами.

— Мне интересно, — кивает он, глядя на меня ласково.

Мне отчего-то кажется, что манга и аниме — это совсем не про Егора. И он притворяется специально, чтобы мне понравится. Но даже если так, я всё равно очень сильно благодарна ему. Прежде никто никогда не делал подобного для меня.

— Ты не против, если я одолжу его на время, — спрашивает он, немного повертев томик в руках. — Непривычно читать

справа налево. Мне бы приноровиться.

Бери, конечно, — отвечаю я радостно. Егор сжимает под столом мою руку, и меня снова бросает в жар.