«Тот зверь, что солонее смерти».
— Троп, ставший неотъемлемой частью любого апокалипсиса.
/Япония, префектура Токоносу, город Токоносу, район Ниси, микрорайон Камитоко, квартал 2, без двадцати двух четыре/
— После этого раскидал всех плохишей как детей с ДЦП в медцентре и отдал пятьдесят фунтов стерлингов бармену за причиненные неудобства, — закончил выдуманную на скорую руку историю, относящуюся к категории анекдотичных рассказов. — Не то чтобы у меня имелся опыт драки с дцпшниками, просто те завсегдатаи паба перебрали с алкашкой.
— Что было потом? — с неохотой сказал Коичи Сидо, продолжая злиться за мой поступок в школе.
— Затем я проснулся, — вот и развязка подоспела.
Рокот разорвал ночь заброшенной улицы, заставив асфальт мелко подрагивать.
Из-за поворота, разрезая мрак ослепительными лучами прожекторов, выползли три силуэта бронетранспортёров, закованных в вымазанную грязью броню.
БТР, чихнув выхлопом, затормозил в паре метров от нас, полностью перекрывая дорогу и заливая всё вокруг бьющим по глазам светом фар.
Направленные прямо на наши фигуры стволы крупнокалиберных башенных пулемётов остановились, готовые открыть огонь, но по нашему растерянному виду сразу становилось ясно, что сопротивляться никто не собирается.
Боковые люки десантных отсеков открылись, затем на дорогу слаженно высыпали солдаты в камуфляже, держа оружие наготове, но не спеша нажимать на спусковые крючки при виде безоружного (моя винтовка была в бездонной сумке) «иностранца» и перепуганного местного жителя.
«Какие интересные символы у вас», — смотрел на знаки, отсылающие на рафинированное зетничество. — «Ну, теперь понятно, почему они так и не дошли».
Офицер, оценив нас, сделал знак своим подчиненным опустить автоматы.
— Ϲⲧⲟяⲧь, ⲏⲉ ⲇⲉⲣⲅⲁⲧьⲥя, — раздался уверенный тон командира на очень убогом инглише. — Πⲁⲣⲏυ, ⲃы ⲃⲟⲟⳝպⲉ ⲟⲧⲕⲩⲇⲁ ⲧⲁⲕυⲉ ⲕⲣⲁⲥυⲃыⲉ ⳅⲇⲉⲥь ⲥⲟⲟⳝⲣⲁⳅυⲗυⲥь?
— Я не понимаю, — выдавил из себя испуганный учитель на японском.
— Πⲟⲏяⲧⲏⲟ, ⲙⲉⲥⲧⲏыύ ⲁⳝⲟⲣυⲅⲉⲏ, — вздохнул офицер, переведя взгляд на мою форму. — Α ⲧы, ⲏⲁⲧⲟⲃⲥⲕυύ ⲟⲣⲉⲗ, ⲥⲩⲇя ⲡⲟ ⲫυⳅυⲟⲏⲟⲙυυ, ⲡⲟⲧⲉⲣяⲗⲥя ⲥυⲗьⲏⲉⲉ ⲏⲁⲱⲉⲅⲟ. Πⲟⲗⲉⳅⲁύⲧⲉ ⲃ ⲕⲟⲣⲟⳝⲕⲩ, ⲡⲟⲕⲁ ⲃⲁⲥ ⲧⲩⲧ ⲭⲟⲇяɥυⲉ ⲧⲣⲩⲡы ⲏⲁ ⲥⲩⲃⲉⲏυⲣы ⲏⲉ ⲣⲁⳅⲟⳝⲣⲁⲗυ, ⲡⲟ ⲇⲟⲣⲟⲅⲉ ⲡⲟⳝⲉⲥⲉⲇⲩⲉⲙ.
— Парни, на Украину вообще-то туда, — коверкая русские слова нарочитым заграничным акцентом, произнес шутливо и вскинул большую фалангу пальца, указывая направление куда-то далеко позади себя.
По броне передней тридцатитонной машины покатилась первая волна хохота, подхватившие бойцы на соседних бронетранспортерах. Напряжение, сковавшее несколько десятков усталых и пропотевших мужчин после изнурительной схватки со страшными мутантами, осыпалось невидимой окалиной.
Старший лейтенант (но это не точно, у них очень странные погоны, а ещё на русском говорят невероятно причудливо), стоявший на волноотражательном щитке, с трудом сдержал улыбку, опустил дуло потрепанного автомата и спрыгнул на землю.
Старлей неторопливо приблизился к нам, оценивающе разглядывая именно меня и остановившись, как сомнительно подсказывает интуиция, рядом с майором, наверное.
— Δⲁ ⲙы ⲡⲟ ⲏⲁⲃυⲅⲁⲧⲟⲣⲩ ⲱⲗυ, ⲕⲟⲙⲁⲏⲇυⲣ, ⲃυⲇⲁⲧь, ⲏⲩⲿⲏыύ ⲡⲟⲃⲟⲣⲟⲧ ⲃ ⲧⲩⲙⲁⲏⲉ ⲡⲣⲟⲥⲕⲟɥυⲗυ, — выкрикнул из люка наводчик-оператор, скаля зубы и убирая ладонь с гашетки крупнокалиберного пулемета.
— Τⲩⲇⲁ ⲥⲟⲗяⲣⲕυ ⲏⲉ ⲭⲃⲁⲧυⲗⲟ, ⲣⲉⲱυⲗυ ɥⲉⲣⲉⳅ Τⲟⲕυⲟ ⲕⲣⲩⲅ ⲇⲁⲧь! — прилетела ответная шутейка от бейбика (от силы могу дать девятнадцать-двадцать) в аниме-шевроне.
«Не хватало мне ещё с этой ватой общие дела иметь», — активировал через виртуальный хоткей чит «тайм-стоп».
Звуковая волна расширяется концентрической сферой, устремляясь во все стороны, беспощадно выкручивая и выворачивая наизнанку привычное бытие.
Произошла инверсия палитры окружающего мира, знакомые предметы вспыхивают ядовитыми, психоделическими и неестественно кислотными оттенками.
Позади увеличивающейся границы светового всплеска воцаряется затишье. Звуковые колебания полностью парализованы, лишенные малейшей возможности распространяться.
Остановились во взвешенном состоянии дождевые капли, превратившись в неподвижные хрустальные бусины. Все люди застыли, обратившись в статуи с полностью отключенным сознанием.
«Берем Сидо в охапку и сваливаем», — уже несся прочь от зет-васянов с грузом на руках.
/Япония, регион Канто, префектура Канагава, г. Токоносу, район Хигаси, ТЦ «Тайэй Шопинг Таун», двадцать пять минут шестого утра/
— Просыпайся, спящая красавица, — кто-то из спецназовцев встряхивал меня за плечо. — Знаю, твоя смена закончилась и ты заслуживаешь свой отдых, но судьба решила снова окунуть нас лицом в ведро с дерьмом, вставай.
Окончательно очнувшись от навязчивого сна, увидел поднимающегося с корточек Тадзиму.
— Включай свою винтовку и пошли в дворик, там все наши и не наши, — протянул напарник ладонь.
Выражая молчаливую благодарность коротким кивком, принял помощь товарища, поднялся и сразу обнаружил на редкость ненастную для столь раннего часа пасмурную погоду, когда с потемневшего купола вовсю лился дождь.
В изолированном от зоны общего фуд-корта ресторане, сгрудившись вокруг стола, стояли бойцы САТ и морские пехотинцы.
— Несколько десятков человек, три БТР, недавно работала «птичка», пока не начался дождь, — командир повесила бинокль «Штайнер ЛРФ 1700 8x30» на темный варбелт.
«Десятки в связке техникой? Разве в такой роте не сто человек? Сам не знаю ответа, но если это так, то они в своей реальности, должно быть, понесли потери во время боестолкновения», — в ногах правды нет, как, впрочем, и лжи, поэтому расположился напротив корейца.
— У них есть вертолет? — спросила блондинка, представившаяся во время совместного ночного дежурства Вайлет Доукс.
— Нет, «Вайс», — назвала женщина позывной, коим собеседница именовалась, — «птичка» в контексте разговора означает квадрокоптер. Это РПГ-шный выстрел или фугас, скрещенный с вертушкой и камерой. Пилот сидит в тылу за три километра, надевает шлем и видит картинку прямо с борта, прямо как сам в кабине сидит. Эта хреновина несется на сотне кэмэ в час, способная влететь точнехонько в амбразуру, окопную щель или открытый люк коробочки. Короче, карманная высокоточная арта, бьющая без промаха.
— Почему он не взорвал нас? — поинтересовалась «Вайс», наслушавшись информации о дроне-самоубийце.
— Это был разведывательный дрон, а не обвешанный взрывчаткой, — пояснила Рика. — Еще сыграл дождь.
— Что им от нас нужно? — задал резонный вопрос Донхён, сидевший на стуле, в отличие от остальных присутствующих, а также лениво перемешивающий ложкой горячий напиток, свободной рукой скучающе подперев подбородок.
— Предположу, они волею судьбы оказались на месте наших американок, ставших жертвами переноса, — снайперша положила винтовку на шею как коромысло, удерживая ладони на горизонтально расположенном стволе. — Какое еще найдется объяснение, откуда посреди Японии в самом начале апокалипсиса с бухты-барахты на нас свалилась целая сводная мотострелковая рота российских солдат?
— Может, стоит с ними как-то выйти на контакт? — предложил первую и, по моему мнению, самую здравую идею Тадзима.
— Отказано, — ответила наотрез Рика. — Мне не понравилось поведение военных, когда поймала солдат в бинокле.
— Ты преувеличиваешь, — изогнул бровь замкомандира, приподняв правую ладонь, как если бы передавал некий предмет в чужую руку.
— Если решишь покинуть пределы единственного безопасного укрытия для встречи с ними, тебя уложат лицом в асфальт под дулами автоматов ради банальной перестраховки, причем этот исход окажется наиболее безобидным вариантом развития событий, — вывалила свои размышления командир.
— Аргументы в пользу того, чтобы не связываться с ними? — с каким-то комичным умиротворением Донхён, трижды звякнув о краешек чашки, освобождая столовой прибор маленького размера от влаги, опустил ложечку обратно, приподнял емкость и, удерживая большим пальцем стебелек, сделал долгий хлюп.
— Если военные зайдут сюда, то заберут всю еду, воду и медикаменты, — констатировала лидер. — Им в любом случае плевать, где мы укрываемся. Семь человек для толпы вояк не конкуренты, нас просто выставят на улицу ни с чем, если не пристрелят под видом мародеров.
— Ещё? — сделал второй глоток кореец, прикрыв веки от дымящегося напитка.
— Командир роты несет юридическую и моральную ответственность за жизни подчиненных, — произнесла снайперша. — Офицер обязан сохранить подразделение. В условиях, когда централизованного снабжения больше нет, любые обнаруженные ресурсы автоматически объявляются собственностью роты для выживания личного состава. Лидер следует уставу, но в ситуации, когда встанет выбор, накормить измотанных бойцов или оставить провизию здешним гражданским, мужчина выберет своих, оказавшись правым с точки зрения своей логики.
— Рика, это кадровые военные, а не ОПГ, — Тадзима не был уверен в доводах напарницы.
— Включи голову, лейтенант, — сказала капитан. — Военные видят ТЦ, по закону принадлежащий государству или бизнесу. Люди внутри здания для них выжившие без официального статуса. По армейским уставам, гражданских лиц из зоны боевых действий нужно изолировать, разоружить и выдворить, чтобы они не мешали операциям и не воровали припасы. Для них мы вооруженные лица в зоне ЧС. В лучшем случае нас лишат стволов, выдадут по банке тушенки и выставят за периметр «ради нашей же безопасности». В худшем примут за враждебных фигур и откроют огонь.
— Всё ложится на ресурсную математику, — Донхён, осушив кружку больше чем наполовину, опустил «кружало» на плоскость стола, принявшись водить подушечкой пальца по нагретому ободку.
— Торговый центр является единственным шансом для роты организовать КНП, — Рика с кошачьей ловкостью и грацией забрала чужую чашку с остатками содержимого себе, на что кореец никак не отреагировал, позволив девушке совершить это своим показательным бездействием. — Бойцам требуется много провизии, питьевой воды и лекарств прямо сейчас. Выделять долю здешним обитателям солдаты не способны физически, логистика полетит к чертям, — одним глотком она опустошила красную кружку, совершенно не обжегшись, после чего утерла губы «обшлагом» униформы. — Пришельцы зачистят складские помещения под ноль, так как им необходимо закрепиться на несколько суток вперед, — вернула чашку Донхёну. — Рассудите здраво, оставлять в тылу неизвестных вооруженных людей, изъясняющихся на чужом наречии, считается риском. А если «мы» посреди ночи «захотим» снять часовых? — как-то по-особенному качнула головой, присобрала губы и приподняла брови. — Даже окажись незваные гости добряками, начальник разведки никогда не позволит нам остаться внутри. Сохранять вооруженных незнакомцев за спиной называется должностным преступлением. Нас либо принудят сдать стволы и запрут в подвале, либо выдворят наружу. Без огнестрела мы трупы.
— Получается, разумным будет эвакуировать людей и покинуть торговый центр, — логично заключил замком.
— Нет, мы будем воевать, — сказала Рика интонациями Бернара Фарси в роли комиссара Жибера из кинокартины «Такси 2» в озвучке Владимира Конкина.
Минэ Сайто даже не моргнула, смерив снайпершу тяжелым взором, после чего молча проверила затвор автомата, переводя безумное распоряжение в режим полной боевой готовности.
Тадзима нервно усмехнулся, по давней привычке поправив вполне аккуратно сидящую на макушке кепку, а Донхён пристально разглядывал Рику в надежде, что услышанное являлось шуткой на грани фола, но сам не уловил в его лице страха смерти, заметив только предельную настороженность из-за неоглашенной тактики.
Американок охватило неверие, обида и упрямый защитный «инстинкт» выживания, присущий регулярной армии.
— Вы спятили, САТ? — ожесточилась Вайлет Доукс. — Мы морпехи, а не сраные камикадзе! Нас вытащили из задницы не для того, чтобы мы сдохли на заднем дворе магазина! Мы обязаны отступать!
— Не повышай на меня тон, «куколка Барби», — Рика проявила твердость кремня. — Существует только одна злая сучка — это я, — снайперша приблизилась к блондинке, транслируя подавляющую ауру «альфа-волчицы». — Нет желания участвовать, дело твое, отправишься охранять мирняк, но не вздумай удивляться, когда позже наложу на тебя штрафные санкции за неподчинение приказам.
Фраза про гипотетические взыскания и тыловое дежурство болезненно ударила по уязвленной гордости Вайлет.
— Пошла ты, командир, — американка стиснула челюсти до «хруста» и проступающих на скулах желваков, затем бросила мимолетный взгляд на замершую поодаль, но сохранившую внутреннее упорство напарницу. — Я остаюсь, — сдерживая ярость, злобно выдавила из себя блондинка. — Но если из-за твоей тупой авантюры пострадает Наима, ты лично ответишь за это.
Брюнетка испуганно ухватила подругу за плечо в попытке удержать ту от трибунала, но, увидев, что «Вайс» пошла на попятную, тяжело вздохнула, дезертировать в одиночку теперь сделалось попросту стыдно.
Рика добилась намеченного результата. Парализующий страх морпеха успешно трансформировался в чистую ярость, а контролируемый гнев в условиях грядущего боестолкновения гораздо полезнее.
— Это коллективное самоубийство, — поднялся из-за стола усмехнувшийся Ким Донхён. — Посмотрим, что из этого выйдет.
— Наше безрассудство не должно стать причиной гибели гражданских, — мудро прокомментировал Тадзима.
— Военные пришли нас спасти? — вспомнишь солнце, вот и лучик, правда, лучик со скверным характером.
— Фу, фу, фу, — показала пальцем на нее Рика, пригнувшись, как медик, застукавший постороннего в ординаторской. — Это опять она! — командир добавила в свою речь хрипотцу какого-нибудь актера, использующего свою особенность как фишку. — Я же сказала не притаскивать сюда этот плод идиотизма и дегенерации.
— Вы как со мной разговариваете! — поддалась на провокацию женщина.
Мацусима и Асами Накаока, узнав, где находится беглянка, возникли у нее за спиной.
— Уважаемые представители закона и стражи правопорядка, — с иронией отнеслась снайперша к нынешнему статусу дорожной полиции, — ваша боевая задача спрятать мирняк в более надежном месте и подготовить скрытый путь отхода, если нас зажмут в тиски.
— Что происходит? О чем она вообще? — женщина, зная, что лидер САТ не настроена разговаривать, спросила у полицейских.
— Услышали вас, капитан, — Мацусима, проигнорировав даму, повела нарушительницу обратно под охраной Асами Накаоки.
— Едрён батон, да мы как «Неудержимые», — вспомнил боевик Тадзима, скрыв лицо под козырьком кепки.
— Это в какой части команду составляли семеро? — поинтересовался Донхён.
— Вроде во второй, — отозвался снайпер.
— Не, те пусть и действовали немного с фитильком, — Ким поднял руку поближе к голове и встряхивал ладонью, заменяя «палец у виска», — но то были супер-пупер-профессиональные наемники в стильных беретах.
— Тогда мы как «Семь психопатов», — назвал другую кинокартину замком.
— Сплюнь, — сказал спецназовец полушутя, — там к концу третьего акта в живых осталось всего трое.
— Вообще-то двое, — вставил правку, припомнив, что тоже когда-то смотрел этот полный метр, но то было давно и неправда, — там один психопат шел за двоих.
— Ты лучше скажи мне, «Уэнделл», приходилось ли тебе стрелять в людей, которые носят зелёнку? — спросил меня Тадзима, оборвав минутную сходку киноманов.
— Нет, — чистосердечно признался бывалым.
— Боже, у меня уши завяли от твоего электронного пердежа, — съязвила «Вайс» из-за фильтра шлема, но эта колкость так и осталась мной незамеченной.
— Это всё меняет, — заявила Рика. — Придется подкорректировать план, но знай, «Уэнделл», твой костюм и твоя винтовка наше чеховское ружье, а для русских этот сюрприз станет роялем в кустах.
— Да это не рояль, а роялище, — хлопнул меня по плечу Ким.
— Слишком мелко, — присоединился к литературному флешмобу снайпер, — это целый орга́н.
— Ребята, давайте вернемся в рабочее русло, — похлопала в ладоши командир, подражая воспитательнице в детсаде. — С боеприпасами у нас все хорошо, даже отлично, но ребята снаружи не просто какие-то плохие парни с «Калашами», а обученные выживать там, где выжить нельзя, профессиональные ликвидаторы, называемые внутри своей же экосистемы «контрабасами».
— Да, да, мы поняли: злой Иван — умный Иван, Иванов полно и все друг на друга, как близнецы на ярмарке в чайнатауне, очень похожи, — процитировала неизвестное мне высказывание «Вайс».
— Если мы хотим убить всех до единого, а наш «дружный» коллектив вроде бы единогласно желает смерти неприятелям, — посмотрела на нас по очереди, — слушайте мой план, ничего другого придумать не смогла, но это лучшее, что вообще есть. «Уэнделл», — внимательно осмотрела меня, — выворачивай карманы.
— Готовьтесь к магии вне стен одного волшебного заведения, морпехи, — повеселил компанию Тадзима, когда сам уже зашёл в «магазинный инвентарь» и мысленно выделил ячейки с припасами.
/5 минут спустя/
— Υυ ⲏⲟⲩ ю ⲁⲣ υⲏⲥⲁύⲇ! Κⲁⲙ ⲁⲩⲧ ⲟⲗ ⲧⲩⲅⲉⳅⲉⲣ ⲩυⳅ ⲉⲣ ⲭⲉⲏⲇⲥ ⲁⲡ! Иⲫ Αύ ⲥυ ⲩⲉⲡⲟⲏ, ю ⳝⲗⲉύⲙ ⲉⲣⲥⲉⲗⲫ! — мегафон офицера, выдвинувшего условие на ломаном английском, заработал кратчайшим визгом обратной связи.
— Λⲉⲏⲇ-ⲙⲁύⲟⲣ, — рядом был капрал, передавший ему до этого рупорный громкоговоритель. — Μⲏⲉ ⲕⲁⲿⲉⲧⲥя, ⲟⲏυ ⲧяⲏⲩⲧ ⲃⲣⲉⲙя.
— Τⲃⲟя ɥⲩύⲕⲁ ⲧⲉⳝя ⲏⲉ ⲡⲟⲇⲃⲟⲇυⲧ, ⲥⲟⲗⲇⲁⲧ, — вернул ему прибор, раздраженно плюнув. — Τⲩⲡыⲉ υⲇυⲟⲧы. Ϲⲁⲙυ ⲃυⲏⲟⲃⲁⲧы.
— Лисн ап, ю фэри-тэйл кричэрз, доунт мэйк юрсэлвз эт хоум! — через звуковые колонки ТЦ донеслось сообщение Вайлет. — Ю ар нат уэлкам хир, энд зэтсэ фэкт! Пэк ап юр трэвэлин сыркус уиз крэйтс ав вадка, матрёшкас, бэлалайкас, энд бэрз ин ушанках ан энисайклз! — собрала весь набор стереотипов американка. — Лив зэ изи уэй, ор юл би пэкт инту блэк бади бэгз ин ноу тайм! Гэт зэ фак аут ав хир, ю мазафакэрз!
— Юⲗ ⲁⲏⲥⲉ ⲫⲟ ⲉⲣ ⲩⲟⲣⲇⳅ, ю ⲇⲁⲫⲧ ⲫⲉⲕυⲏⲅ ⲕⲁⲏⲧ, ⲥⲧⲟⲫυⲏⲅ ⲉⲣ ⳝⲗⲁⲇυ ⳝⲉⲅⲩⳅ, ю ⲧьюⲡυⲇ ⲉⲙⲉⲣυⲕⲉⲏ ⲩⲁⲏⲕⲁ! — молодой капрал включил мегафон и, поднеся его к губам, выкрикнул это уже на яростном британском английском. — Ю ⲧьюⲡυⲇ ⲥⲗⲁⲅ, ⲧⲣυ ⲧⲁύⲙⳅ ⲫⲁⲕⲧ υⲏⲧⲟ ⲉⲣ ⲁⲏⲩⲟⲱⲧ ⲥⲗυⲧ, υⲏⲧⲟ ⲉⲣ ⲇⲉⲣⲧυ ⲉύⲏⲁⲥ ⲉⲏⲇ ⲉⲣ ⲁⲏⲩⲟⲱⲧ ⲙⲁⲩⲫ ⳝⲁύ ⲧⲉⲏ ⳝⲣⲉⳅυⲗυⲉⲏ ⲧⲣⲉⲏⲥⲃⲉⲥⲧⲁύⲧ-ⲧⲣⲉⲏⲥⲉⲕⲱⲩⲁⲗ ⲡⲁⲩⲉⲗυⲫⲧⲉⲣⳅ ⲩυⳅ ⲧⲉⲏ-υⲏɥ ⲕⲟⲕⲥ ⳅⲉ ⲩυⲇⲫ ⲟⲃ ⲉ ⲅⲩⲇ ⲟⲩⳝⲉⲿυⲏ! — капрал вытянул средний палец вверх, а остальные, кроме отставленного вбок большого, прижал к ладони.
— Οⲧⲥⲧⲁⲃυⲧь, — остановил его ленд-майор. — Ηⲉ ⲡⲟⲇⲇⲁⲃⲁύⲥя ⲏⲁ ⲡⲣⲟⲃⲟⲕⲁⳡυю, ⲟⲧ ⲏⲁⲥ ⲉⲧⲟⲅⲟ υ ⲿⲇⲩⲧ.
На бронетехнике красовались загадочные (знакомые, по всей видимости, лишь «Уэнделлу») белые символы «Z» и «V», чуждые как японским военнослужащим, так и морским пехотинцам.
Обмундирование отдельных бойцов, помимо государственного триколора, украшали разнообразные неформальные эмблемы. Среди них выделялись сакральные обереги, знаки с призывом «Спаси и сохрани», изображения Христа и Спаса Нерукотворного.
Попадалась и сатирическая символика вроде лозунга «Ад там, где мы» либо надписи «Е… лучший специалист», высмеивающей нюансы воинской специальности.
Картинки с котами в бронежилетах соседствовали, разумеется, с изображениями черепов, а на элементах экипировки у меньшинства виднелись повязанные георгиевские ленточки в форме «петли», «бантика-восьмерки», «простого бантика» и, куда же без этого, буквой «Z».
На плечах нескольких российских бойцов темнели округлые нашивки с изображением «Черной Мамбы», тогда как другие военнослужащие предпочли украсить камуфляж знаками «Черного Солнца», скандинавскими рунами «Одал», «Совило», «Тейваз», древними символами «Мир», «Валькнут» и славянским «Коловратом».
Рядом с ними стояли штурмовики, отмеченные эмблемами подразделения «ШТОРМ», где свирепый и оскаленный череп соседствовал с мрачным девизом: «Лучше уже не будет, будет только хуже».
На фоне этой пугающей атрибутики резко бросался в глаза молодой парнишка, у которого на груди красовался значок с аниме-кошкодевочкой в переднике, окаймленной забавной фразой: «Булочка — оружие сопротивления».
Среди них встречались и неизвестные «Уэнделлу» военные. На рукавах камуфляжа был очередной оскаленный человеческий череп, дерзко смотрящий перед собой на фоне скрещенных костей. Позади него развевалось полотнище старого имперского чёрно-жёлто-белого флага, а готический шрифт венчал композицию звучным иностранным словом.
Это были бойцы разведывательно-штурмовой бригады «Эспаньола», сформированной из непримиримых в прошлой жизни футбольных ультрас.
Мотострелковая рота под командованием ленд-майора Громова вошла в обозначенный оператором квадрокоптера найденный сектор ТЦ «Тайэй» силами усиленного тактического батальонного резерва: несколько десятков военнослужащих, три колесных бронетранспортера БТР-82А со штатными боевыми модулями БППУ-1 и одна командно-штабная машина Р-149БМР на базе БТР-80.
Громов, заняв позицию на корме КШМ за защитным экраном, развернул лазерный дальномер-целеуказатель ЛПР-3.
Перед главным остекленным фасадом торгового центра, на площади из бетона шириной 140 метров, громоздился вал из почти двух тысяч мертвых тел мутантов.
Громов повел линзой дальномера.
Взгляд зарегистрировал кучность укладки тел. Это не являлось хаотичным огнем паникующих гражданских. Зараженные лежали слоями, перекрывая друг друга строго в зонах пересечения директрис огня.
Каждое убитое тело имело от одного до двух сквозных пулевых попаданий. Не просматривалось ни единого следа рикошета от асфальта, что говорило о филигранной работе на опережение с упреждением по движущимся целям.
— Δυⲥⲧⲁⲏⳡυя ⲇⲟ ⲗυⲏυυ ⲟⲥⲧⲉⲕⲗⲉⲏυя — 310 ⲙⲉⲧⲣⲟⲃ, — ровно произнес Громов в ларингофон гарнитуры связи комплекса «Стрелец». — Βⲥⲉⲙ ⲱⲧⲩⲣⲙⲟⲃыⲙ ⲅⲣⲩⲡⲡⲁⲙ — ⲉⲕⲥⲧⲣⲉⲏⲏⲟⲉ ⲥⲡⲉⲱυⲃⲁⲏυⲉ ⲡⲟⲇ ⲡⲣυⲕⲣыⲧυⲉⲙ ⳝⲟⲣⲧⲟⲃ. Λυⲏⲉύⲏыⲙ БΤΡⲁⲙ — ⲣⲁⳅⲃⲉⲣⲏⲩⲧьⲥя ⲃ ⲩⲥⲧⲩⲡ ⲥⲡⲣⲁⲃⲁ, υⲏⲧⲉⲣⲃⲁⲗ — 45 ⲙⲉⲧⲣⲟⲃ. Ϲⲉⲕⲧⲟⲣⲁ ⲏⲁⳝⲗюⲇⲉⲏυя — ⲡⲟ ⲉⲧⲁⲿⲁⲙ ⲫⲁⲥⲁⲇⲁ. Γⲣⲩⲡⲡⲉ ⲟⲅⲏⲉⲃⲟύ ⲡⲟⲇⲇⲉⲣⲿⲕυ ⳅⲁⲏяⲧь ⳡⲟⲕⲟⲗьⲏыⲉ ⲡⲣⲟⲉⲙы ⲏⲉⲇⲟⲥⲧⲣⲟⲉⲏⲏⲟⲅⲟ ⳅⲇⲁⲏυя ⲏⲁⲡⲣⲟⲧυⲃ. Ηⲉ ⲥⳝⲗυⲿⲁⲧьⲥя. Μы υⲙⲉⲉⲙ ⲇⲉⲗⲟ ⲥ ⲃыⲥⲟⲕⲟⲕⲗⲁⲥⲥⲏыⲙ ⲃⲟⲉⲏυⳅυⲣⲟⲃⲁⲏⲏыⲙ ⲫⲟⲣⲙυⲣⲟⲃⲁⲏυⲉⲙ, υⲥⲡⲟⲗьⳅⲩюպυⲙ ⳝⲁⲗⲗυⲥⲧυⲕⲩ ⲕⲣⲩⲡⲏⲟⲅⲟ ⲕⲁⲗυⳝⲣⲁ. Ηⲁⲱⲁ ⳅⲁⲇⲁɥⲁ — ⳝⲗⲟⲕυⲣⲟⲃⲁⲧь ⲟⳝъⲉⲕⲧ, ⲟⲧⲥⲉɥь ⲡⲩⲧυ ⲥⲏⲁⳝⲿⲉⲏυя υ ⲡⲟⲇⲁⲃυⲧь ⲧⲟɥⲕυ. Λⲟⳝⲟⲃⲟⲅⲟ ⲱⲧⲩⲣⲙⲁ ⲏⲉ ⳝⲩⲇⲉⲧ.
Ленд-майор Громов действовал по стандартной армейской доктрине ведения боя в укрепленном городском узле, исключая неоправданные потери пехоты, но Рика Минами, координировавшая группу с третьего этажа ТЦ, вскрыла эту конфигурацию.
Для её отряда из пяти человек круговая осада означала тактический тупик, запасы продовольствия и прочих ресурсов в торговом центре были ограничены.
Рике требовалось сломать шаблон офицера, выманить пехоту с дальних рубежей, ослепить бронетехнику и затянуть русских внутрь контура здания. В замкнутом пространстве ТЦ численное преимущество роты нивелировалось геометрией узких коридоров и лестничных пролетов.
Рика и ее напарник Тадзима оборудовали огневую позицию в административном кабинете номер 304 левого крыла торгового центра. Чтобы полностью исключить демаскирующий фактор, то есть дульное пламя, они отказались от лежки у подоконника.
Бойцы отступили вглубь помещения на 3,5 метра, уложив стволы на найденных мешках, установленные на офисных столах.
Окна были предварительно смочены водой изнутри, чтобы волна выстрела не подняла частицы пыли с пола. У Рики в руках находилась супер-снайперская винтовка, а Тадзима сжимал кастомную крупнокалиберную «М-990» под очень мощный патрон.
— Да начнется хаос, — особая бронебойная пуля со специальным сердечником, выпущенная элитной снайпершой, преодолела 310 метров за 0,34 секунды.
Траектория прошла между ветками декоративных деревьев площади.
Пуля под углом 15 градусов пробила 7-миллиметровый верхний бронелист капота первого БТР, прошла сквозь воздушный фильтр и разорвала распределительный вал правого четырехтактного восьмицилиндрового V-образного дизельного двигателя КамАЗ-740.14-300.
Силовая установка захлебнулась. Из-под броневых щитов моторного отсека рванул шлейф кипящего антифриза и масла. БТР потерял ход.
— Ох, надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Рика, — через 0,15 секунды после первого выстрела Тадзима нажал на спуск.
Пуля вошла в комбинированный прицел наводчика ТКН-4ГА-01 на башне второго БТР.
Внешний защитный блок оптики, лазерный дальномер и электронная матрица тепловизионного канала превратились в стеклянный хлам и разорванный пластик плат.
БТР номер два тотчас ослеп, лишившись прицельной системы ночного и дневного видения.
Его 30-миллиметровая автоматическая пушка 2А72 задергалась и задралась вверх, переходя на аварийное ручное управление по дублирующему механическому визиру.
— Πⲉⲣⲃⲟⲉ ⲟⲧⲇⲉⲗⲉⲏυⲉ, ⲇⲟⲗⲟⲿυⲧь ⲥⲧⲁⲧⲩⲥ! БΤΡ-ⲟⲇυⲏ, ⲡⲟɥⲉⲙⲩ ⳅⲁⲇыⲙυⲗυⲥь! — прикрикнул Громов в эфир комплекса «Стрелец», регистрируя тепловизором КШМ скачок температуры в моторном отсеке левой машины.
— «Κⲟⲣⲟⳝⲕⲁ-ⲟⲇυⲏ» ⲟⳝⲉⳅⲇⲃυⲿⲉⲏⲁ! Δⲃυⲿⲟⲕ ⳅⲁⲕⲗυⲏυⲗ, ⲙⲁⲥⲗⲟ ⲃыⲇⲁⲃυⲗⲟ ⲃ ⲇⲉⲥⲁⲏⲧⲏⲟⲉ! Δυⲣⲉⲕⲧⲣυⲥⲩ ⲃыⲥⲧⲣⲉⲗⲁ ⲏⲉ ⲟⲡⲣⲉⲇⲉⲗυⲗ, ⲃⲥⲡыⲱⲕυ ⲏⲉ ⳝыⲗⲟ! — радиостанция взорвалась хрипом наводчика, ефрейтора Колесова.
— «Κⲟⲣⲟⳝⲕⲁ-ⲇⲃⲁ» ⲥⲗⲉⲡⲁя! Ηⲁⲙ ⲟⲡⲧυɥⲉⲥⲕυύ ⳝⲗⲟⲕ ⲣⲁⳅⲏⲉⲥⲗⲟ ⲃ ⲭⲗⲁⲙ! — перебил его командир второго отделения, сержант Пилипенко. — Τⲟⲃⲁⲣυպ ⲗⲉⲏⲇ-ⲙⲁύⲟⲣ, ⲟⲏυ ⲣⲁⳝⲟⲧⲁюⲧ ⲕⲣⲩⲡⲏыⲙ ⲕⲁⲗυⳝⲣⲟⲙ υⳅ ⲡⲟⲙⲉպⲉⲏυύ ⲧⲣⲉⲧьⲉⲅⲟ ⲉⲧⲁⲿⲁ. Δυⲥⲧⲁⲏⳡυя ⲡⲣυⲥⲧⲣⲉⲗяⲏⲁ. Εⲥⲗυ ⲟⲥⲧⲁⲏⲉⲙⲥя ⲏⲁ ⲧⲟɥⲕⲁⲭ, ⲟⲏυ ⲏⲁⲙ ⲕⲟⲗⲉⲥⲏыⲉ ⲣⲉⲇⲩⲕⲧⲟⲣы ⲡⲟⲿⲅⲩⲧ, ⲙⲁⲱυⲏы ⲡⲣⲉⲃⲣⲁⲧяⲧⲥя ⲃ ⲏⲉⲡⲟⲇⲃυⲿⲏыⲉ ⲇⲟⲧы!
Наводчик замыкающего БТР, сержант Ильин, проявил высочайшую выучку. По почти неуловимому и сразу растаявшему мареву пороховых газов, которое вытолкнуло из оконного проема той комнаты избыточным давлением, он вычислил позицию снайперов.
Не запрашивая команду, Ильин перевел тумблер выбора боеприпаса на осколочно-фугасную ленту и зажал электроспуск автоматической пушки 2А72.
Рев тридцатого калибра с темпом 300 выстрелов в минуту стал главным маркером.
Снаряды 3УОФ8 начали планомерно, с шагом в полметра, вгрызаться в простенок третьего этажа ТЦ. Взрывы превращали капиталку в мешанину.
Бетон раскалывался на тысячи вторичных осколков с острой кромкой, арматурный каркас выворачивало наружу.
Кабинет стал зоной сплошного поражения. Рику и Тадзиму спасло то, что они изначально находились в тылу комнаты.
Спецназовцы упали на пол, закрывая головы руками, потом ползком, под прикрытием несущего ригеля, перекатились в коридор.
Огневая точка подверглась уничтожению, но тактическая задача оказалась выполненной. Громов был вынужден сменить план осады на штурм.
Ленд-майор оценил изменившуюся обстановку. Две единицы техники выведены из строя за первые тридцать секунд боя. Оставлять пехоту в статических укрытиях пятиэтажек под огнем крупного калибра, способного пробивать кирпичную кладку навылет, означало сознательно подставить роту под расстрел.
— Иⲗьυⲏ, «Κⲟⲣⲟⳝⲕⲁ-ⲧⲣυ», ⳅⲁⲇⲉύⲥⲧⲃⲟⲃⲁⲧь ⲥυⲥⲧⲉⲙⲩ 902Β «Τⲩɥⲁ»! — приказал Громов. — Οⲧⲥⲧⲣⲉⲗ ⲇыⲙⲟⲃ ⲡⲟ ⲃⲥⲉⲙⲩ ⲫⲣⲟⲏⲧⲩ ⲫⲁⲥⲁⲇⲁ. Βⲥⲉⲙ ⲱⲧⲩⲣⲙⲟⲃыⲙ ⲅⲣⲩⲡⲡⲁⲙ — ⲡⲣυⲅⲟⲧⲟⲃυⲧьⲥя ⲕ ⲥⳝⲗυⲿⲉⲏυю. Δⲉⲗυⲙ ⲣⲟⲧⲩ ⲏⲁ ɥⲉⲧыⲣⲉ ⲟⲧⲣяⲇⲁ ⲡⲟ 15 ɥⲉⲗⲟⲃⲉⲕ. Γⲣⲩⲡⲡⲁ «Αⲣⲕⲟⲏⲁ» υⲇⲉⲧ ⲥⲟ ⲙⲏⲟύ ɥⲉⲣⲉⳅ ⳡⲉⲏⲧⲣⲁⲗьⲏⲩю ⲟⲥⲧⲉⲕⲗⲉⲏⲏⲩю ⲅⲣⲩⲡⲡⲩ. «Бⲩяⲏ» υ «Βⲟⲗⲟⲧ» — ⲫⲗⲁⲏⲅⲟⲃыύ ⲟⳝⲭⲟⲇ ⲡⲣⲁⲃⲟⲅⲟ υ ⲗⲉⲃⲟⲅⲟ ⲧⲟⲣⳡⲟⲃ ΤЦ. Иⲥⲡⲟⲗьⳅⲟⲃⲁⲧь ⲏⲁⲕⲗⲁⲇⲏыⲉ ⲕⲩⲙⲩⲗяⲧυⲃⲏыⲉ ⳅⲁⲣяⲇы ЗΧΠ ⲇⲗя ⲗυⲕⲃυⲇⲁⳡυυ ⲡⲟⲿⲁⲣⲏыⲭ ⲃыⲭⲟⲇⲟⲃ. Зⲁⲇⲁɥⲁ — ⲃⲟⲣⲃⲁⲧьⲥя ⲃ ⲕⲟⲏⲧⲩⲣ ⳅⲇⲁⲏυя ⳅⲁ ⲥⲟⲣⲟⲕ ⲥⲉⲕⲩⲏⲇ, ⲣⲁⳅⲟⲣⲃⲁⲧь ⲇυⲥⲧⲁⲏⳡυю ⲇⲟ ⲙυⲏυⲙⲩⲙⲁ. Β ⳝⲗυⲿⲏⲉⲙ ⳝⲟю ⲇⲁⲗьⲏⲟⳝⲟύⲏыⲉ ⲥⲧⲃⲟⲗы ⲡⲣⲟⲧυⲃⲏυⲕⲁ ⲡⲟⲧⲉⲣяюⲧ ⲉⲫⲫⲉⲕⲧ.
С бортов третьего БТР с тяжелыми хлопками отстрелялись шесть дымовых гранат 3Д6.
Через семь секунд площадь перед «Тайэй» затянулась удушливой завесой из аэрозоля на основе оксида фосфора, полностью ослепив оптические приборы защитников.
Группа «Волот» под командованием рейд-капитана Семенова, в составе которой двигался корректировщик, на максимальном ускорении пересекла мертвую зону правого крыла торгового центра, прижимаясь к перегородке у эвакуационного выхода.
Два сапера инженерной группы за три секунды раскатали по петлям и замковому пазу противопожарной двери гибкий линейный кумулятивный заряд.
— «Βⲟⲗⲟⲧ» ⲏⲁ ⲣⲩⳝⲉⲿⲉ! Зⲁⲣяⲇ ⲩⲥⲧⲁⲏⲟⲃⲗⲉⲏ! Οⲧⲭⲟⲇ ⲏⲁ ⲧⲣυ ⲙⲉⲧⲣⲁ! Βⳅⲣыⲃ! — выдохнул подрывник в эфир.
Направленный кумулятивный нож перерезал три петли толщиной 20 мм и засов. Дверь ввалилась внутрь коридора первого этажа, подняв облако цементной окалины.
Бойцы группы «Волот» зашли внутрь тройками, первый номер шел с заниженным силуэтом, контролируя зону «земля-угол», второй номер удерживал автомат на уровне груди, прикрывая область «фронт-окна», третий номер контролировал потолочные перекрытия и зоны возможных люков.
Под подошвами берцев лопались осколки закаленного стекла витрин.
Ленд-майор Громов вместе с группой «Аркона» вошел через центральный пролом фасада.
Внутри ТЦ царила гробовая тишина. Фонари «Клещ-2П», закрепленные под стволами АК-74М, выхватывали из полумрака масштабную подготовку обороны, все боковые лестничные марши, проходы к торговым павильонам первого этажа, лифтовые шахты и эскалаторы левого крыла оказались забиты перевернутыми банковскими сейфами, холодильным оборудованием и строительным ломом, стянутыми между собой тросами.
Спецназовцы заранее заблокировали горизонтальный маневр для штурмующих. Военным предстал один широкий и идеально чистый путь через неработающий эскалатор атриума, ведущий на следующий этаж.
— Κⲟⲙⲁⲏⲇυⲣ, ⲧⲩⲧ υⲏⲿⲉⲏⲉⲣⲏыⲉ ⳅⲁⲅⲣⲁⲿⲇⲉⲏυя, ⳝⲉⳅ ⲧⲉⲭⲏυⲕυ υⲗυ ⲏⲁⲡⲣⲁⲃⲗⲉⲏⲏыⲭ ⲃⳅⲣыⲃⲟⲃ ⳝⲟⲗьⲱⲟύ ⲙⲟպⲏⲟⲥⲧυ ⲙы ⲉⲧⲟⲧ ⲭⲗⲁⲙ ⲇⲟ ⲃⲉɥⲉⲣⲁ ⲣⲁⳅⳝυⲣⲁⲧь ⳝⲩⲇⲉⲙ, — доложил комсержант дозора, проверяя натяжение троса на баррикаде. — Οⲏυ ⲥⲡⲉⳡⲟⲙ ⲟⲥⲧⲁⲃυⲗυ ⲏⲁⲙ ⲟⲇυⲏ ⲡⲟⲇъⲉⲙ.
Громов жестко усмехнулся. Он прекрасно понимал, противник искусственно сужает фронт атаки, заставляя роту втягиваться в узкое горлышко, где каждый боец окажется как на ладони, но выбора не оставалось, время работало против наступающих.
— Ρⲉύⲇ-ⲕⲁⲡυⲧⲁⲏ, ⲅⲣⲩⲡⲡⲁ «Αⲣⲕⲟⲏⲁ» ⲏⲁɥυⲏⲁⲉⲧ ⲡⲟⲇъⲉⲙ ⲡⲟ ⲥⲧⲩⲡⲉⲏяⲙ ⲉⲥⲕⲁⲗⲁⲧⲟⲣⲁ ⲡⲟⲇ ⲡⲣυⲕⲣыⲧυⲉⲙ պυⲧⲟⲃ, — жёстко оборвал Громов. — Γⲣⲩⲡⲡⲁ «Бⲩяⲏ», ⲃы ⳅⲁⲱⲗυ ɥⲉⲣⲉⳅ ⲇⲉⳝⲁⲣⲕⲁⲇⲉⲣ ⲗⲉⲃⲟⲅⲟ ⲕⲣыⲗⲁ, ⲡⲟⲇⲏυⲙⲁύⲧⲉⲥь ⲡⲟ ⲃⲧⲟⲣⲟύ ⲥⲗⲩⲿⲉⳝⲏⲟύ ⲗⲉⲥⲧⲏυⳡⲉ ⲥ ⲧыⲗⲁ. Βⲁⲱⲁ ⳅⲁⲇⲁɥⲁ — ⲃыύⲧυ υⲙ ⲃⲟ ⲫⲗⲁⲏⲅ ⲏⲁ ⲅⲁⲗⲉⲣⲉⲉ ⲃⲧⲟⲣⲟⲅⲟ ⲉⲧⲁⲿⲁ. Зⲁⲿⲙⲉⲙ ⲇυⲗⲉⲧⲁⲏⲧⲟⲃ ⲃ ⲕⲗⲉպυ. Πⲟⲱⲗυ, ⲡⲟⲱⲗυ, ⲡⲟⲱⲗυ!
Первая тройка группы «Аркона» ступила на рифленый металл замерших ступеней эскалатора. Впереди шли два бойца в тяжелой экипировке, удерживая перед собой два бронещита «Вант-ВМ» из комбинации титана и высокомолекулярного полиэтилена. Вес каждого щита составлял 24 килограмма, класс защиты значился Бр5.
За спинами щитоносцев, пригнувшись плечом к плечу, двигались автоматчики, готовые открыть огонь из-за броневых кромок.
Наверху, на балконе следующего этажа, за укрытием из перевернутых массивных кофейных автоматов и декоративных кадок с грунтом весом под триста килограммов каждая, выжидали два автомата обороняющихся спецназовцев и два автомата морпехов. Это были Ким Донхён, Минэ Сайто, а также иномирные, как российские солдаты, гостьи Вайлет «Вайс» Доукс и Наима Сильвер с позывным «Вега».
Как только шлемы 6Б47 щитоносцев сравнялись с уровнем геометрической середины подъема, Ким Донхён нажал на спусковой крючок «Джи-110».
Автомат выдал уникальную микро-очередь. Из-за отсутствия пауз между ударами пули прилетели с погрешностью в полмиллиметра в левый верхний прижим смотрового триплекса первого щита. От столь концентрированной высокочастотной кинетики плита «Ванта» расслоилась, потеряв структурную прочность.
Три пули прошили щит навылет, прошли сквозь воротник бронежилета и вошли в шею первого щитоносца, перебив сонную артерию. Боец без звука упал вперед, увлекая за собой идущих следом.
— Щυⲧ ⲡⲣⲟⳝυⲧ! Щυⲧ ⲡⲣⲟⳝυⲧ! «Ϲⲉⲣⲟⲅⲟ» ⳅⲁⲃⲁⲗυⲗⲟ! — истошно закричал идущий вторым автоматчик, пытаясь подхватить падающую плиту. — Ϲⲃⲉⲣⲭⲩ ⲡⲩⲗⲉⲙⲉⲧⲏⲁя ⲡⲗⲟⲧⲏⲟⲥⲧь, ⲕⲩɥⲏⲟⲥⲧь ⳝⲉⲱⲉⲏⲁя! Ηⲁⳅⲁⲇ, ⲏⲁⳅⲁⲇ, ⲃⲥⲉ ⲏⲁⳅⲁⲇ!
— Ϲⲧⲟяⲧь, ⲥⲩⲕⲁ, ⲏⲉ ⲕⲩɥⲕⲟⲃⲁⲧьⲥя ⲏⲁ ⲥⲧⲩⲡⲉⲏяⲭ! Ρⲁⲥⲥыⲡⲁⲗυⲥь ⲃⲇⲟⲗь ⳝⲁⲗюⲥⲧⲣⲁⲇы! — перекрывая грохот, закричал рейд-капитан «Арконы». — Οⲅⲣыⳅⲁύⲧⲉⲥь ⲡⲟ ⲃⲥⲡыⲱⲕⲁⲙ, ⲇⲁⲃυⲧⲉ ⲙⲁⲥⲥⲟύ!
Минэ Сайто из «Бретты АРКС-180» открыла заградительный огонь по хвосту колонны. Магазины по пятьдесят патронов позволяли вести цикличную стрельбу без пауз на перезарядку.
Морпехи «Вайс» и «Вега» подключились, но работали очень и очень скрытно, поливая эскалатор перекрестными очередями и отсекая пехоту от возможности маневра.
Лестница превратилась в мясорубку.
Группа «Аркона» понесла потери, трое убитых на месте, двое раненых осколками, после чего вынуждена была залечь прямо на ступенях эскалатора, ведя ответный огонь из АК-74М вслепую вверх.
Российские солдаты воевали как отлаженный боевой механизм.
Пока «Аркона» принимала на себя весь огонь и связывала спецназовцев боем на эскалаторе, группа «Буян» из пятнадцати человек уже скрытно преодолела технические пролеты тыловой лестницы и вышла на галерею второго этажа с левого фланга.
Командир «Буян» оценил позицию спецназа в профиль, защитники сидели за кадками лицом к атриуму, подставив незащищенный бок под удар.
— Βυⲿⲩ ⲡⲟⳅυⳡυυ ⲥⳝⲟⲕⲩ! Οⲏυ ⳅⲁ ⲕⲁⲇⲕⲁⲙυ ⲏⲁ ⲫⲩⲇⲕⲟⲣⲧⲉ! — доложил по связи головной боец «Буяна».
— Γⲣⲩⲡⲡⲁ, ⲥⲗⲩⲱⲁⲧь ⲙⲉⲏя! Γⲣⲁⲏⲁⲧⲟⲙⲉⲧɥυⲕυ, ⲏⲁⲃⲉⲥⲟⲙ υⳅ ⲡⲟⲇⲥⲧⲃⲟⲗьⲏыⲭ ⲡⲟ ⲡⲟⲧⲟⲗⲟɥⲏⲟύ ⳝⲁⲗⲕⲉ ⲡⲣяⲙⲟ ⲏⲁⲇ ⲅⲏⲉⳅⲇⲟⲙ! Οⲅⲟⲏь! — скомандовал рейд-капитан «Буяна».
Два бойца из укрытия отстрелили осколочные гранаты ВОГ-25 из подствольников ГП-34.
Гранаты после длинных хлопков разорвались о потолочную конструкцию прямо над головами Донхёна и Сайто.
Огромная балка обрушилась вниз, породив тучу острых вторичных осколков с высокой проникающей способностью.
Одновременно с этим все пятнадцать бойцов группы «Буян» открыли ураганный огонь из темных АК-74М вдоль балюстрады, целенаправленно прошивая гипсокартонные перегородки торговых павильонов насквозь, зная, что пули калибра 5.45 найдут цель за тонкими стенками.
Получился академически точный и смертоносный контрудар. Одна из пуль прошила листовой металл торгового автомата, изменила траекторию от внутреннего компрессора и впилась Донхёну в правое плечо, ровно в незащищённый стык бронежилета подмышкой, начисто раздробив сустав и кость. Его «Джи-110» покатился по паркету.
Минэ Сайто попыталась развернуть ствол своей «Бретты», чтобы отсечь фланговый прорыв «Буян», но из-за пыли рефлекторно приподняла голову чуть выше верхнего края крупногабаритного контейнера, изготовленного из цементного раствора и предназначенного для выращивания растений, цветов, кустарников или деревьев.
Рядовой Петров, снайпер «Арконы», лежавший у подножия эскалатора на первом этаже, поймал её силуэт в прицел ПСО-1.
Он сработал на рефлексах, взяв поправку на расстояние в закрытом помещении.
Выстрел, пуля калибра 7.62 вошла Минэ Сайто в живот, пониже края бронеплиты.
Девушка без звука повалилась навзничь, хватая ртом кислород.
Заслон спецназа над эскалатором захлебнулся.
Громов услышал, как вражеские автоматы смолкли, поэтому ленд-майор перехватил инициативу.
— Οⲏυ ⲡⲟⲡⲗыⲗυ! Ϲⲧⲃⲟⲗы ⳅⲁⲙⲟⲗɥⲁⲗυ! — заорал офицеров в рацию. — «Αⲣⲕⲟⲏⲁ», ⲃⲡⲉⲣⲉⲇ ⲡⲟ ⲥⲧⲩⲡⲉⲏяⲙ! Δⲟⳝυⲧь ⲧⲃⲁⲣⲉύ, ⳅⲁⲏяⲧь ⲉⲧⲁⲿ! Πⲟⲱⲗυ, ⲡⲟⲱⲗυ, ⲡⲟⲱⲗυ!
Тройка российских пехотинцев рванула по эскалатору вверх, ведя беглый огонь с шага, готовая в упор расстрелять раненых.
До укрытия противника оставалось не более трёх метров, но наступающих встретили затаившиеся морпехи Вайлет «Вайс» Доукс и Наима «Вега» Сильвер.
В условиях тотального дефицита ресурсов, без гранат и без дымовых шашек, они включили режим подавления, уповая на плотность огня.
Вайлет всем корпусом вывалилась из-за укрытия и залила верхнюю площадку эскалатора пулевым ливнем, срезав переднего штурмовика длинной очередью в грудь, боец рухнул обратно на ступени.
Наима синхронно с ней перебросила ствол на боковой проход, выдавая злые очереди по группе «Буян», заставляя тех прыгать обратно за углы колонн.
Из-за отсутствия дыма враги прекрасно видели позиции морпехов и начали засыпать укрытия «щепками».
Отпор морпехов выиграл три секунды, спасшие раненым жизнь. Российских военных прибило к полу встречным шквалом.
С самого высокого этажа вниз уже летели Рика и Тадзима, на ходу открывая огонь из снайперских винтовок по первому этажу, блокируя новые подкрепления роты.
Вместо дымовой завесы морпехам пришлось полагаться на чистую физическую силу.
Вайлет, не выпуская оружия из правой руки, вцепилась в петлю на разгрузке Минэ Сайто и, согнувшись в три погибели под пулями, поволокла её назад по паркету фудкорта.
Наима, прикрывая отход, пятилась спиной, выдавая короткие очереди в сторону эскалатора.
Донхён, матерясь от боли и зажимая левой рукой разорванное плечо, сумел сам перекатиться и поползти следом, не забыв о своем оружии.
Военные действовали методично. Они видели, что спецназ отступает без дымов, поэтому продвигались вперед шаг за шагом, непрерывно стреляя на подавление и забрасывая коридоры своими гранатами.
Противника выдавили с балкона и зажали в тупиковый коридор админ-зоны за фудкортом.
Это место являло собой мешок длиной двадцать метров и шириной три метра, без окон и боковых выходов.
Рика, Тадзима, Вайлет и Наима спешно заколачивали свежие магазины, заняв оборону в укрытии тупика.
Раненый Донхён упал у стены рядом с теряющей сознание Минэ Сайто.
На перекрёсток коридора вышел перезарядившийся «Уэнделл».
Доктор, облаченный в титаново-композитный инженерный скафандр, перекрыл собой коридор, превратившись в живой щит. На шлеме ровным синим светом горели Т-образные индикаторы забрала. В руках он держал высокоамплитудную импульсную винтовку.
Головной дозор группы «Волот» в составе пятнадцати человек во главе с рейд-капитаном, заходивший в этот административный проход с тыла, среагировал сразу.
Три автомата АК-74М ударили в доктора почти одновременно с дистанции примерно семи метров.
— Κⲟⲏɥⲁύ ⲉⲅⲟ! Β ⳝⲁⲱⲕⲩ ⳝⲉύ! — выкрикнул кто-то из бойцов.
«Снаряды» автоматов начали рикошетить от нагрудной пластины скафандра.
Броня не оказалась пробитой, но концентрированная энергия трёх очередей швырнула доктора назад.
Он спиной выломал кусок стены. Из легких выбило весь воздух, внутри груди сломалось пару ребер, изо рта вырвался хрип. На позвоночнике светодиодная полоса прыгнула с безопасного синего на предупреждающий ядовито-желтый цвет.
Сделав очереди, первая тройка резко упала на колено и ушла вправо-влево к стенам коридора, разрывая контакт и открывая чистый обзор обстрела для второй тройки.
Из-за спин вывалились еще трое бойцов, открывая беглый огонь по ногам и стыкам скафандра неопытного доктора, не давая тому поднять голову и прижимая к полу.
Вместе с этим замыкающий комсержант выдернул чеку и швырнул под ноги доктору РГД-5.
— Πⲟⲗⲩɥυ, ⲩⲣⲟⲇ, ⲅⲣⲁⲏⲁⲧⲩ! — завопил комсержант. — Ηⲁ, ⲧⲃⲁⲣь!
Превозмогая боль в сломанных рёбрах и хрипя от удушья, доктор вывалился корпусом из-за угла колонны и вжал спуск импульсной винтовки.
В этот же миг под его ногами грохнул взрыв РГД-5. Бронированные поножи скафандра приняли на себя всю взрывную волну и осколки, загасив удар, но доктор оказался контужен и оглушен.
Тем не менее, удерживаемый в сознании из-за внутренних систем костюма, его палец прикипел к спусковому крючку оружия.
В замкнутом коридоре раздался футуристический треск, опасный поток высококинетических импульсов начал аннигилировать пространство перед ним. Заряды перемалывали всё в серую труху.
Ленд-майор Громов сидел за несущей опорой в пятнадцати метрах от доктора и контролировал бой. Он слышал этот непрерывный шквал и считал секунды.
Мозг офицера, выдрессированный десятилетиями полигонов и войн, вычислял параметры любого оружия.
«Οⲏ ⳅⲁⲿⲁⲗ ⲥⲡⲩⲥⲕ υ ⲡⲁⲏυⲕⲩⲉⲧ. Λюⳝⲟύ ⲁⲃⲧⲟⲙⲁⲧ — ⲉⲧⲟ υⲥⲧⲟⲣυя ⲧⲣυⲇⳡⲁⲧυ ⲡⲁⲧⲣⲟⲏⲟⲃ. Δⲁⲿⲉ ⲡⲣυ ⲡⲟⲃыⲱⲉⲏⲏⲟύ ⲉⲙⲕⲟⲥⲧυ ⲇυⲥⲕⲁ υⲗυ ⲥⲡⲁⲣⲕⲉ ⲏⲁ ⲱⲉⲥⲧⲟύ ⲥⲉⲕⲩⲏⲇⲉ ⲙⲁⲅⲁⳅυⲏ ⲟⳝяⳅⲁⲏ ⲟⲡⲩⲥⲧⲉⲧь. Ϲⲉύɥⲁⲥ ⲩ ⲏⲉⲅⲟ պⲉⲗⲕⲏⲉⲧ ⳅⲁⲧⲃⲟⲣ, ⲁⲃⲧⲟⲙⲁⲧυⲕⲁ ⲃⲥⲧⲁⲏⲉⲧ ⲏⲁ ⳅⲁⲧⲃⲟⲣⲏⲩю ⳅⲁⲇⲉⲣⲿⲕⲩ, ⳅⲁⲧⲉⲙ ⲡⲣⲟⲧυⲃⲏυⲕ ⲩύⲇⲉⲧ ⲏⲁ ⲡⲉⲣⲉⳅⲁⲣяⲇⲕⲩ. Эⲧⲟ ⲏⲁⲱⲉ ⲉⲇυⲏⲥⲧⲃⲉⲏⲏⲟⲉ ⲧⲣⲉⲭⲥⲉⲕⲩⲏⲇⲏⲟⲉ ⲟⲕⲏⲟ, ɥⲧⲟⳝы ⲃⲟύⲧυ ⲃ ⲩⲡⲟⲣ υ ⲕⲟⲏɥυⲧь ⲉⲅⲟ», — мысли ленд-майора текли отстраненно.
Очередь доктора длилась неестественно долго. Шла шестая секунда неослабевающего рева импульсной винтовки.
Громов пребывал в уверенности, что это предел емкости любого ручного оружия. Ему требовалось поймать долю секунды паузы врага, чтобы группа ворвалась на перезаряжающегося противника.
— Μⲁⲅⲁⳅυⲏ ⲡⲩⲥⲧⲟύ! Πⲟⲱⲉⲗ ⲏⲁⲕⲁⲧ! Шⲧⲩⲣⲙ! Λⲟⲙⲁύ ⲇυⲥⲧⲁⲏⳡυю! — зычно скомандовал Громов, выставив руку вперёд.
Его парни сработали филигранно. По этой команде восемь штурмовиков роты одновременно вымахнули из-за укрытий прямо в узкий коридор.
Они шли быстрым шагом «с колена», ведя огонь с ходу, сокращая расстояние до доктора для кинжального броска. Маневр выполнялся безукоризненно.
— Πⲣυⲿⲙυⲧⲉ ⲉⲅⲟ! Ηⲁⲃⲁⲗυⲗυⲥь! Быⲥⲧⲣⲉⲉ! — крикнул рейд-капитан «Арконы», вскидывая ствол автомата.
Перезарядки не произошло.
В магазине высокоамплитудной винтовки доктора находилось 100 зарядов, а не 30, 45 или 50. Это оружие не знало, что такое перегрев ствола или клин патрона.
Палец доктора оставался на спуске. Непрекращающаяся и неслабеющая стена огня встретила выбежавших на открытое пространство солдат в упор на дистанции в несколько метров.
Узкий и зажатый стенами коридор не оставил штурмующим ни единого шанса уйти с линии обстрела, упасть или прыгнуть назад за укрытия на такой скорости было физически невозможно.
— Ϲⲩⲕⲁ, ⲟⲏ ⲏⲉ ⲡⲩⲥⲧⲟύ! Ηⲁⳅⲁⲇ! Ηⲁⳅⲁ-… — захлебнулся последний крик самого главного лидера «Арконы».
Пулевой поток винтовки распилил грудные клетки двум офицерам вместе с бронепластиной «Ратника», швырнув тело назад на товарищей.
Первую шеренгу штурмовиков срезало на полной скорости. Высококинетические заряды прошивали армейские жилеты насквозь, ломая кости и превращая плоть в кровавое месиво. Коридор заполнился криками, рикошетами и брызгами, летящими на полуразрушенные стены.
— Дебилы, ваш курс указан: идите нахер… — из тупика ожил раненый Ким Донхён.
Превозмогая рану, он сумел здоровой рукой вскинуть четырехкилограммовый (!) «Джи-110» и вместе с Рикой, Тадзимой и морпехами открыл беглый огонь по хвосту боевой колонны русских.
Рота оказалась зажата в перекрестном мешке без единого укрытия. Винтовка доктора продолжала молотить без остановки, выкашивая коридор метр за метром, превращая выверенный манёвр российских военных в братскую могилу.
Последние патроны очереди доктора ушли в пустоту, кроша дальнюю стену админ-крыла.
Наступила страшная тишина, нарушаемая только шипением пробитых труб и хрипами умирающих.
Фильтры шлема доктора работали на пределе возможностей, а видимость упала до двух метров. Весь коридор усеивали гильзы, обломки и тела солдат в камуфляже.
Ленд-майор Громов, смертельно раненый и получивший сквозное попадание импульсного заряда в грудь, сидел, тяжело привалившись к полуразрушенной колонне. Изо рта толчками шла розовая пена, заливая разбитую рацию на разгрузке. Он медленно угасал.
Перед затухающим взором сквозь темнеющую пелену медленно колыхался ядовито-жёлтый свет индикатора на спине остановившегося в тупике «Уэнделла».
Ленд-майор закрыл глаза, уходя в темноту с чудовищной мыслью, что его тактика была выигрышной. Рота действовала идеально. Бойцы вывели из строя двух ключевых спецназовцев, зажали врага в тупик, прочитали тайминги и пошли в атаку в самый правильный момент боя. Они сделали всё возможное, военные проиграли только потому, что правила войны чужого мира наплевали на армейский устав.
— Раненые к «Доку», пусть пошаманит! — отдала приказ Минами.
Целые и невредимые члены отряда, соблюдая правила личной и коллективной безопасности, выполнили еще до указания командира все необходимые мероприятия по оказанию первой помощи.
Бойцы транспортировали пострадавших к «Уэнделлу».
Тот, потратив на своё полноценное исцеление одну чудо-аптечку, достал из «магазинного инвентаря» заключительные три штуки медицинских наборов.
За двадцать секунд, под изумленные взгляды морпехов, доктор полностью вылечил раненых.
Повреждения у Минэ оказались тяжелыми, поэтому на нее ушло по две упаковки «гача»-медикаментов вместо одной, на что втайне лекарь не рассчитывал. Для корейца потребовалась всего лишь одна штука.
Теперь русские дезинформированы. Противники не подозревают о нахождении отряда САТ в полном составе. Для этого достаточно держать в уме факт, что спецназовцев на самом деле четыре, а замыкающая троица состоит из двух морпехов и обычного выживальщика со степенью доктора медицинских наук, обделенного реальным боевым опытом.
Административный коридор второго ТЦ «Тайэй» представлял пенал прямоугольного сечения. Длина от Т-образного перекрёстка зоны фудкорта до тупиковой стены составляла ровно 22 метра 40 сантиметров. Ширина достигала 3 метров 20 сантиметров. Высота до уровня подвесного потолка равнялась 2 метрам 80 сантиметрам. Стены являли железобетон марки М400 толщиной 300 миллиметров, облицованный слоем гипсокартона поверх направляющих. Коридор становился идеальной баллистической трубой.
После того как шквальный огонь «Уэнделла» уничтожил авангард штурм-группы «Волот», командование оставшимися силами сопротивления перешло к старшему сержанту Кравцову.
Этот сержант, ветеран двух локальных конфликтов, не питал иллюзий относительно ситуации. Радиостанция Р-168-0,5У в его разгрузке шипела, аномальные эманации из-за межпространственного разрыва полностью блокировали ультракороткие волны. Рота оказалась отрезана.
Кравцов затащил оставшихся бойцов в три смежных админ-кабинета в самом конце коридора под номерами № 212, № 214 и № 216.
Солдаты выбили внутренние двери, превратив три комнаты в укрепленный оборонительный контур. Из офисных столов на каркасах и архивных шкафов соорудили три огневые баррикады, перекрывающие зоны обстрела через дверные проемы под углами в 15, 30 и 45 градусов к центральной оси коридора.
— Ηυⲕⲁⲕυⲭ ⲏⲁⲕⲁⲧⲟⲃ ⲡⲟ ⲡⲣяⲙⲟύ, ⲡⲁⳡⲁⲏы, — старший сержант говорил хриплым шёпотом, прижимая левой рукой индивидуальный перевязочный пакет к рассечению на лбу. — Βы ⲃυⲇⲉⲗυ, ɥⲧⲟ ⲥⲇⲉⲗⲁⲗ ⲉⲧⲟⲧ ⲩⳝⲗюⲇⲟⲕ. Εⲅⲟ ⲃυⲏⲧⲟⲃⲕⲁ ⲭⲟⲣⲟⲱⲟ ⲱьⲉⲧ υ ⲏⲉ ⲩⲭⲟⲇυⲧ ⲏⲁ ⲡⲉⲣⲉⳅⲁⲣяⲇⲕⲩ. Εⲥⲗυ ⲃыⲥⲩⲏⲉⲙⲥя ⲃ ⲕⲟⲣυⲇⲟⲣ — ⲏⲁⲥ ⲣⲁⲥⲕⲁⲧⲁюⲧ ⲃ ⲕⲁⲱⲩ. Ηⲟ ⲉⲧⲟⲧ ⲩⲣⲟⲇ ɥⲧⲟ-ⲧⲟ ⳅⲁⲧυⲭ. Πⲁⲣⲏυ, ⲉⲅⲟ ⲥⲕⲁⲫⲁⲏⲇⲣ ⳅⲁⲕⲗυⲏυⲗⲟ. Ϲⲗыⲱυⲧⲉ ⲅυⲇⲣⲁⲃⲗυɥⲉⲥⲕυύ ⲱⲩⲙ? Υ ⲏⲉⲅⲟ ⲥⲅⲟⲣⲉⲗυ ⲡⲣυⲃⲟⲇы. Οⲏ ⲏⲉ ⲙⲟⲿⲉⲧ ⲥⲇⲃυⲏⲩⲧьⲥя. Ϲⲁⲡⲉⲣы, ⲇⲟⲥⲧⲁⲧь ⲏⲁⲕⲗⲁⲇⲏыⲉ ⳅⲁⲣяⲇы υ ⲧⲣⲟⲥы. Μы ⲟⳝⲟύⲇⲉⲙ ⲉⲧⲩ ⳝⲁⲏⲕⲩ ⲡⲟ ⲃⲉⲣⲧυⲕⲁⲗυ.
В тупике ситуация балансировала на грани катастрофы. Инженерный костюм «Уэнделла» аппаратно отключился. Внутренний литий-полимерный буфер питания замкнуло, сервомоторы правого коленного шарнира и левого тазобедренного механизма заклинили. Вес брони вместе с пластинами составлял 142 килограмма.
«Док» оказался заперт внутри статуи. Вся электроника скафандра, включая навигационный интерфейс и датчики тактического предвидения, выгорела. Индикатор на позвоночнике превратился в тусклую трубку, а высокоамплитудная импульсная винтовка сломалась в неудачный момент.
«Док» удерживал в свободных, но лишенных гидравлического усиления манипуляторах трофейный автомат АК-74М, сорванный с тела убитого солдата. В приёмнике автомата находился один штатный магазин с пулей 7Н10. Ещё три «бурых» бакелитовых «рожка» лежали у левой ноги «Дока» на полу, покрытом слоем гильз. «Уэнделл» был полностью слеп.
В двух метрах позади него у стены сидел Ким Донхён. Радарный прицел его оружия с миллиметровым диапазоном волн оставался единственным работающим прибором разведки в отряде.
Вайлет, Минэ и Наима удерживали углы, контролируя проход.
Командир отряда, заняв позицию на Т-образном перекрестке в 12 метрах позади «Уэнделла» вместе со снайпером Тадзимой, оценила обстановку. Русские прекратили огонь по коридору. Для спецназа это означало, что противник менял тактический рисунок боя.
— Не идиоты, — Рика говорила тихо. — Штурмовать по прямой не будут. Они начнут идти в обход. Тадзима, приготовиться.
По команде лидера снайперская пара начала операцию. Коридор торгового центра работал как идеальный резонатор.
— Синхронно по верхним ригелям дверей кабинетов, — скомандовала Рика. — Работаем каждые пятнадцать секунд. Берегите уши. Огонь.
Два выстрела грохнули одновременно. Монолитные перемычки над дверными проемами кабинетов № 212 и № 216 взорвались внутрь комнат кусками бетона весом по пять-шесть килограммов. В замкнутом объеме коридора звуковая волна в 152 децибела ударила по барабанным перепонкам солдат. Воздушный удар физически сдвигал лёгкие предметы.
Людей Кравцова застали врасплох. Капиллярная сетка в ушных раковинах двух передних автоматчиков лопнула, по шее потекла струйка крови. Непрекращающийся тиннитус полностью лишил бойцов слуховой ориентации.
Старший сержант, понимая, что его подчинённые оглушены, перестал использовать голосовую связь. Он слабо ударил кулаком по плечу сержанта-сапера, указывая пальцем вверх на потолочную систему. Это послужило приказом к началу вертикального обхода.
Группа слаженно рассредоточилась внутри кабинета № 214. Два бойца подставили плечи, третий взлетел вверх, ударом ладони выбивая три минераловатные плиты подвесного потолка. Сквозь образовавшийся проем размером 180 на 60 сантиметров солдаты забросили лестницы с мягкими резиновыми зацепами.
Военные один за другим втянулись в межэтажное пространство. Это был технический ярус высотой 1 метр 20 сантиметров, забитый магистральными коробами вентиляции из оцинкованной стали толщиной 1,5 миллиметра, силовыми кабелями и трубами водоснабжения.
Солдаты легли на животы на поперечные двутавровые балки, служившие несущей основой ТЦ.
Двигаясь по-пластунски, распределяя вес тела так, чтобы берцы не задевали хрупкие алюминиевые направляющие подвесного потолка, военные начали скрытное выдвижение вперед, прямо над отрядом САТ.
Замыкающий боец тащил в руке связку из трех наступательных гранат РГД-5, смотанных изолентой.
План Кравцова был таков: выйти по балкам в точку ровно над позицией раненых, бесшумно вырезать кусок гипсокартона штык-ножом, сбросить связку гранат вертикально вниз и уничтожить весь отряд одним направленным взрывом, пока фронтальный коридор заблокирован снайперами.
Вайлет, укрывшись за перевернутым стеллажом левого павильона бытовой техники, подняла голову вверх. В полумраке она увидела, как оцинкованные подвесы, удерживающие потолочную сетку над зоной фудкорта, начали мелко вибрировать. Конструкт подвесов издавал почти неуловимый писк от нагрузки.
— Рика, потолок гуляет, — прошептала Вайлет, переводя M16A4 в режим «по три патрона». — Они ушли наверх. Ползут по вентиляции прямо над «Уэнделлом». Дистанция до нашей вертикали девять метров. Нас переиграли.
— Наима, шкаф «Сектор-Б» на левой капитальной стене. Срывай замок. Активируй магистраль порошкового пожаротушения, — распорядилась Минами.
«Вега» сделала резкий выпад влево, нанесла удар прикладом M4A1 по стеклу распределительного инженерного шкафа.
Стекло осыпалось. Морпех засунула руку внутрь, нащупала большой Т-образный рычаг ручного пуска и рванула его вниз.
В подвальном помещении торгового центра открылись электромагнитные клапаны резервных баллонов со сжатым азотом. Сухая трубная разводка, пронизывающая весь второй этаж и технический этаж, заполнилась газом под давлением в 12 атмосфер.
Из потолочных диффузоров, форсунок и вентиляционных решеток вырвался мелкодисперсный огнетушащий агент порошкового тушения на основе фосфатно-аммонийных солей.
За четыре секунды админ-коридор и технический межэтажный ярус превратились в непроглядную стену. Взвесь фосфатов обладала уникальным физическим свойством, она полностью поглощала и рассеивала инфракрасное излучение.
Кравцов, попытавшийся посмотреть в коридор через оптику снайперки с тепловизионным каналом, увидел на экране «пульсирующий» серый шум. Тепловизоры военных ослепли полностью.
Химический порошок забил фильтрующие элементы масок и противогазов солдат, ползущих внутри вентиляционных труб. Военные начали задыхаться, порошок резал глаза сквозь уплотнители очков, вызывая обильное слезотечение.
— Κⲟⲙⲁⲏⲇυⲣ, ⲧⲩⲧ ⲭυⲙυя! — закашлялся в рацию комсержант верхней группы, теряя опору на балке. — Φυⲗьⲧⲣы ⳅⲁⳝυⲧы ⲃ ⲏⲟⲗь, ⲇыⲱⲁⲧь ⲏⲉɥⲉⲙ! Ηυɥⲉⲅⲟ ⲏⲉ ⲃυⲿⲩ, ⲙы ⳅⲁⲥⲧⲣяⲗυ!
«Уэнделл», запертый внутри отключенного костюма, оказался в точно такой же изоляции.
Солдаты в вентиляции пребывали дезориентированными, но они оставались смертельно опасными.
Сержант-сапёр сверху наощупь продолжал толкать связку гранат вперёд по коробу, наводясь по памяти на перекресток.
Радиоволны миллиметрового диапазона, пойманные в прицеле корейца, легко проходили сквозь облако фосфатного порошка, отражаясь от элементов оружия и бронежилетов военных.
На цифровом мини-экране «Джи-110» Донхён видел ярко-синие контуры десяти человеческих тел, ползущих цепочкой внутри прямоугольной вентиляционной трубы под самым потолком.
Донхён на коленях подполз к заклинившему у колонны «Доку» сзади. Он поднял оружие и прижал боковую линию прицела к правому наплечнику костюма «Уэнделла». Спецназовец совместил лазерный маркер наводки своего радара с осью ствола трофейного АК-74М.
— «Док», твой «Калаш» прошьет короб навылет, — сообщил Донхён. — Слушай мою наводку. Подними ствол вверх под сорок пять градусов. Бери левее на ширину ладони, еще выше на два сантиметра. Стоп. Держи эту линию. Они прямо над тобой в трубе. Огонь!
«Док» доверился наводке товарища. Он напружинил затекшие мышцы рук, преодолевая сопротивление заклинивших гидроманжет, затем выставил ствол автомата в пелену потолка. Палец плавно выжал спусковой крючок.
«Док» не стал зажимать спуск в автоматическую очередь. Длинный непрерывный огонь сжег бы все 30 патронов за 3,2 секунды, а тепловое расширение ствола в условиях отсутствия охлаждения увело бы траекторию пуль в сторону. «Док» бил коротко по два выстрела с интервалом в полсекунды.
Баллистика процесса оказалась безжалостной. Пули с начальной скоростью 900 м/с с лёгкостью пробивали 12-миллиметровую минераловатную плиту и прошивали оцинковку, теряя всего 8 % своей кинетической энергии. Пули заходили внутрь трубы вдоль продольной оси ползущих людей.
В замкнутом пространстве пули начали рикошетить от внутренних стенок под острыми углами, создавая хаотичное облако поражающих элементов. Из-за крайне ограниченных габаритов вентиляционной шахты военным верхней группы лишились возможности рассредоточиться, прыгнуть в сторону или уйти с линии огня.
Первая двойка пулеметчиков подверглась уничтожению первыми четырьмя выстрелами «Дока».
— Идут назад. Пятый пятится, — корректировал Донхён, глядя на экран радара. — Переноси ствол правее на три градуса. Ниже на сантиметр. Огонь!
Еще три сдвоенных выстрела. Пули прошили короб, настигнув сержанта-сапера в момент, когда тот пытался сбросить связку гранат назад.
Вся десятка солдат вместе с сапером оказалась ликвидирована внутри потолочных перекрытий за сорок секунд расстрела вслепую.
Старший сержант Кравцов, этот здоровяк с фигурой кирпичной стены, находившийся за баррикадой кабинета № 214, слышал по радиосвязи захлебывающиеся хрипы своих людей в потолке. На его планшете маркеры десяти бойцов верхней группы один за другим сменили цвет на чёрный.
Кравцов принял решение пойти в прорыв по открытому коридору, чтобы разорвать дистанцию, выйти из-под снайперского огня Рики и навязать спецназу контактный бой в упор на перекрестке, где численное преимущество станет решающим.
— Πⲉⲣⲃⲟⲉ ⲟⲧⲇⲉⲗⲉⲏυⲉ, ⲇыⲙⲟⲃыⲉ ⲡⲟⲇ ⲥⲉⳝя! — старший сержант орал, активно жестикулируя. — Πⲣⲟⲣыⲃ ⲡⲟ ⳡⲉⲏⲧⲣⲁⲗьⲏⲟύ ⲟⲥυ! Зⲁⲇⲁⲃυⲙ ⲃ ⲩⲡⲟⲣ, ⲡⲟⲕⲁ ⲟⲏυ ⲥⲧⲃⲟⲗы ⲃⲃⲉⲣⲭ ⲇⲉⲣⲿⲁⲧ! Ηⲁⲃⲁⲗυⲗυⲥь!
Оставшиеся военные вышвырнули в коридор три дымовые шашки ШД-Б, смешивая чёрный дым с белым химическим порошком, создавая непроницаемую для наблюдения завесу.
Солдаты вывалились из дверных проёмов.
Бойцы выдавали беглый огонь из АК-74М «веером» по углам центральной колонны, чтобы полностью подавить возможность «Дока» высунуться.
Кравцов, обладая хорошим слухом, зафиксировал стрельбу «Уэнделла» по потолку. Он безошибочно узнал характерный тембр работы российского автомата и сосчитал все выстрелы.
Старший сержант рассчитал время, противник пуст. Смена магазина в неподвижном и тяжёлом костюме займёт у него минимум 4–5 секунд в самом идеальном случае. Кравцов обязан был перехватить инициативу и преодолеть разделяющие метры именно в это окно, пока враг беспомощен.
— Υ ⲏⲉⲅⲟ ⲡⲩⲥⲧⲟύ! Πⲉⲣⲉⳅⲁⲣяⲇⲕⲁ! Ηⲁⲕⲁⲧ ⲃ ⲩⲡⲟⲣ, ⲏⲁⲕⲁⲧ ⲃ ⲩⲡⲟⲣ! Быⲥⲧⲣⲉⲉ, ⲅⲣⲁⲏⲁⲧы ⲕ ⲕⲟⲗⲟⲏⲏⲉ! — взревел старший сержант, вылетая в коридор в первой тройке.
Военные рванули вперед на максимальной скорости, ведя огонь на подавление.
Пока Кравцов держал в уме мысль о тактическом превосходстве, морпехи уже скрытно покинули павильоны бытовой техники и заняли позиции по бокам от «Дока», укрывшись за приливами стен перекрестка.
Они замерли, положив приклады оружий в плечи, установив направления стволов строго по оси коридора.
— Вайлет, Наима, Минэ, три метра прямо перед вами. Накат. Огонь, — координировала Рика.
Как только солдаты вылетели из взвеси на расстояние четырех метров от нужного им места, рассчитывая расстрелять перезаряжающегося «Уэнделла» в упор, бойцов встретил ураганный огонь с трех точек.
«Вайс», «Вега» и Минэ Сайто открыли огонь длинными очередями в упор.
Одновременно с ними Ким Донхён, поймав контуры наступающих в прицел «Джи-110», нажал на спуск своего автомата, выпуская остатки магазина в незащищенные боковые проекции солдат, обходя фронтальные бронеплиты «Гранит».
Русские, шедшие на адреналине, попали на «встречку» из нескольких стволов. Старший сержант успел вскинуть автомат для ответа, но пули Донхёна с пяти метров пробили поликарбонатное забрало шлема, оборвав жизнь взявшего команду на себя Кравцова.
Остатки отделения было уничтожено перекрестом в упор.
Минэ Сайто, завершив перезарядку «Бретты АРКС-180», успела сделать три одиночных выстрела по уползающему в темноту последнему раненому бойцу группы «Волот».
— Всё, отбой, — Рика опустила винтовку, подняв щиток сфероидального шлема (1). — Периметр чист, все угрозы ликвидированы. Наима, включи аварийную вытяжку на фудкорте, иначе мы тут сами лёгкие выплюнем от этой химии.
— Мы сделали это… — прихрамывая, подошел Тадзима с перебинтованной ногой. — Мы одолели военных, представляющих самую сильную армию мира. Ущипните меня! Блин, я точно сплю.
— Ты немного гиперболизируешь, — Ким «скрестил» большой и указательный пальцы как клешни, смотря на снайпера через созданную им букву «С» и показывая степень преувеличения. — Русские то ли на втором, то ли на третьем месте в том списке.
— Это ничего не меняет, — японец повернул кепку козырьком вперед.
— Еще как, — настоял Ким. — Я где-то читал, что вся мощь России держится на огромной численности этих самых вояк, а также тоннах ресурсов, вливаемых в армию.
— Так, ребят, мне до одного детородного места, каково ваше мнение о них, — Рика, стоявшая чуть впереди над трупом, аккуратно держала взятый из подсумка двухсотого блистер с фенотропилом (2) и изучала его. — Тадзима, — положила таблетки обратно после исследования, — ты как, мать твою, умудрился пораниться?
— Прошла по касательной, — доложил замком, — сильного кровотечения нет, мышцы целы, кости не сломаны.
— Везунчик, — облегченно выдохнула девушка, плечи, избавившись от напряжения, опустились. — Как там русские говорят, не подскажете?
— Чего? — не понимал кореец.
— Два коротких, один длинный, — радостно подхватил раненый.
— Ура! Ура! — воскликнули в унисон Тадзима и Рика, поднимая кулаки и тряся ими при произношении боевого клича. — Ура-а-а-а-а!
— Минэ, бери американок и «идешь по грибы», собирай всё ценное, — посерьезнела командир. — Тадзима, прихвати с собой Кима, вытащите отсюда трупы и избавьтесь от них, позже к вам присоединится «Уэнделл», сейчас я помогу нашему доктору выбраться из костюма, — приказала Рика первой группе забрать добычу, а вторым велела побыть чистильщиками. — Выделю вам по одной сотруднице полиции, на всё про всё у вас тридцать пять минут.
— Где копы? — спросила Вайлет.
— Поручила охранять и переправить гражданских в безопасное место, — закрыла вопрос Рика. — Работайте.
/Сорок минут спустя, там же/
«Оказывается, за убийство людей не дают очков», — поглощал приготовленный командиром завтрак.
Все участники отряда Минами сидели за одним столом и молчали, занятые исключительно едой.
Навсегда испорченный и не подлежащий восстановлению костюм из будущего с меня сняли, потому что чинить такую броню все равно не умею.
Сразу после той помощи Рика, ведя меня за ручку, как мама своего ребенка, устроила «шопинг». Без учета моих предпочтений она самостоятельно выбрала вещи и приказала надеть.
Впрочем, на её вкус не жалуюсь. На голове у меня оказался никогда не виденный ранее облегающий убор (3), закрывающий шею, уши, волосы, немного лоб и чуть-чуть подбородок. Это был какой-то темно-фиолетовый капюшон со свисающими по бокам тканями.
Ещё на мне была куртка, хорошо оберегающая от ревущего снаружи и до сих пор не утихшего ливня.
Все наслаждались ароматом еды и шумом дождя за окнами.
— «Уэнделл», ты уже минуту ковыряешь ложкой картофельное пюре, о чем думаешь? — спросил меня Тадзима.
— Я… — перестал мучить завтрак, но остался во власти недавних воспоминаний. — Ничего такого, проехали.
— Нет, мы никуда не едем, — отложил приборы собеседник. — У тебя глаза грустные. Скажи, что стряслось? — положил ладонь на мое плечо. — Здесь все свои, парень, не держи в себе, расскажи, я готов выслушать.
— Ладно-ладно, — сдался под натиском искреннего участия, исходящего от ярчайшего представителя «комитета межпланетного союза ангелов-хранителей», заменявшего сейчас ментального спасителя. — Чувствую себя преступником, совершившим убийство.
— Не смей так думать, слышишь? — легонько встряхнул меня. — Нельзя, ты не убийца, а человек, защитивший себя.
— А я считаю наоборот, — давящее чувство вины делало меня непреклонным. — Внутри бушует какой-то непонятный смерч, ничего не могу с этим поделать, — вздохнув, устремил взор в сторону. — Будет правильным, если покину отряд и пойду своей дорогой.
— Как ты пришел от чувства вины за содеянное к мысли о дезертирстве? — Сайто, почти завершая трапезу, отодвинула тарелку, развернулась и смерила меня очень недобрым взглядом. — Сочел нас военными преступниками, оттого тошно при одной мысли находиться в нашей команде? — давление, исходящее от нее, превосходило силу гидравлического пресса, крушащего любые предметы.
— Не считаю вас мародерами, — выставил вперед ладони в знаке «нет, это не так». — Я… — невероятно трудно подбирать слова, когда конкретный человек смотрит на тебя как на потенциального врага народа. — Не знаю, из-за пережитого кошмара в голове бурлит каша, напоминающая тот волшебный горшочек из сказки, который безостановочно варит и никак не затихнет.
— Пойдем, — закончив завтракать раньше остальных, Рика поднялась, приблизилась и остановилась, ожидая, пока последую ее примеру. — Зажигалка есть?
— Не курю, — ответил, следуя за ней.
Примечания:
1 — Надо было показать это фото раньше. Униформа отряда Рики. Но у Тадзимы кепка вместо шлема, а морпехи в своей пустынке.
2 — Фенотропил, известный в международной научной практике под наименованием фонтурацетам, а на ранних этапах разработки как карфедон или четыре-фенилпирацетам, представляет собой уникальное синтетическое соединение из группы рацетамов.
Вещество качественно отличается от большинства ноотропных средств тем, что в его фармакологическом профиле сочетаются выраженные когнитивно-стимулирующие свойства и психостимулирующий компонент. Продукт является результатом модернизации структуры пирацетама, произведенной с целью получения принципиально нового адаптогена.
В терапевтических дозах фенотропил способен защищать клетки головного мозга от метаболического стресса и форсировать функциональную активность без выраженного последующего истощения нейромедиаторных депо, что делает его крайне востребованным как в клинической медицине, так и в сфере субклинического биохакинга.
История создания этого химического соединения берет свое начало в 1983 году в недрах Института медико-биологических проблем Российской академии наук. Группа исследователей под руководством профессора Валентины Ахапкиной работала над созданием специализированного медикаментозного обеспечения для советской космической программы.
Перед учеными стояла задача синтезировать вещество, способное компенсировать тяжелейшие психофизические перегрузки, с которыми сталкиваются космонавты во время длительных орбитальных миссий. Препарат должен был эффективно бороться с сенсорной депривацией, гипоксией, запредельным уровнем стресса, нарушениями сна и физическим истощением, но при этом не вызывать зависимости, психомоторного запредельного торможения или феномена отдачи.
Успешный опыт применения фенотропила на орбитальной станции «Мир» доказал его высокую эффективность в качестве «выравнивателя» психического статуса, устраняющего раздражительность и астению у экипажа в условиях многомесячного полета.
С точки зрения фундаментальной и квантовой фармакологии, фенотропил является рацемической смесью двух энантиомеров, а именно правовращающего и левовращающего изомеров фонтурацетама, в равном соотношении. Химическая структура описывается как два-четыре-фенил-два-оксопирролидин-один-ил-ацетамид. Базовой матрицей для синтеза послужило пирролидиновое кольцо пирацетама, к которому в четвертое положение была искусственно присоединена фенильная группа, представляющая собой бензольный радикал.
Введение этой объемной ароматической структуры радикально изменило физико-химические константы вещества. Молекула приобрела высокую степень липофильности, что позволило ей беспрепятственно и практически мгновенно диффундировать через фосфолипидные бислои мембран эндотелия капилляров мозга.
Если обычный пирацетам проникает через гематоэнцефалический барьер медленно и требует назначения огромных граммовых доз для создания терапевтического градиента, то фенотропил преодолевает этот барьер почти без потерь. Его биодоступность при пероральном введении приближается к ста процентам, а сила терапевтического действия превосходит пирацетам в несколько десятков раз, что позволяет использовать ультрамалые дозировки.
Молекулярный механизм фармакодинамики фонтурацетама носит сложный мультимодальный характер, вовлекая в процесс сразу несколько ключевых нейромедиаторных систем центральной нервной системы.
Прежде всего, препарат выступает в роли мягкого, но высокоэффективного обратимого ингибитора транспортных белков дофамина и норадреналина, блокируя обратный захват. В результате этого процесса в синаптических щелях нейронов мезолимбического и мезокортикального путей существенно возрастает концентрация свободных молекул дофамина и норадреналина. Это приводит к пролонгированной активации соответствующих постсинаптических рецепторов, обеспечивая прилив ментальной энергии, устранение заторможенности, повышение мотивации и улучшение настроения.
Принципиальным отличием фенотропила от амфетаминовых психостимуляторов является то, что он не стимулирует патологический экзоцитоз и массовый выброс катехоламинов из везикулярных депо, а лишь оптимизирует утилизацию уже выделившихся медиаторов, что защищает нервную систему от последующего нейрохимического дефицита.
Параллельно с катехоламиновым вектором фенотропил оказывает мощное ап-регулирующее воздействие на холинергическую систему головного мозга, играющую ключевую роль в процессах кодирования и извлечения информации.
Под влиянием курсового приема препарата наблюдается статистически значимое увеличение плотности никотиновых ацетилхолиновых рецепторов, локализованных в тканях гиппокампа и фронтальной коры. Одновременно с этим оптимизируется транспорт холина в пресинаптические окончания, что интенсифицирует синтез эндогенного ацетилхолина.
Этот холиномиметический компонент действия напрямую обеспечивает ноотропный эффект препарата, выражающийся в ускорении обработки информации, повышении концентрации внимания и облегчении консолидации кратковременной памяти в долговременную. В глутаматергических синапсах фонтурацетам действует как положительный аллостерический модулятор рецепторов, чувствительных к глутамату, что активирует внутриклеточные кальциевые каскады и запускает феномен долговременной потенциации, составляющий материальную основу синаптической пластичности.
Клеточный метаболизм и биоэнергетика головного мозга под воздействием фенотропила претерпевают позитивную перестройку. Молекула проникает непосредственно в митохондрии нейронов и клеток нейроглии, где активирует окислительно-восстановительные ферменты и ускоряет оборот метаболитов в цикле трикарбоновых кислот.
Это приводит к резкому усилению продукции аденозинтрифосфорной кислоты, основного энергетического субстрата клеток, даже в условиях выраженной тканевой гипоксии. Кроме того, препарат существенно ускоряет транслокацию глюкозы через гематоэнцефалический барьер за счет стимуляции белков-переносчиков, обеспечивая мозг стабильным притоком питательных веществ.
Антиоксидантное действие фенотропила выражается в подавлении процессов перекисного окисления липидов клеточных мембран, снижении генерации свободных радикалов кислорода и блокировании механизмов глутаматной тотоксичности, предотвращая тем самым программируемую гибель нейронов при различных патологических воздействиях.
Фармакокинетический профиль фенотропила характеризуется линейностью и предсказуемостью. После проглатывания таблетка быстро распадается в кислой среде желудка, после чего действующее вещество практически в полном объеме абсорбируется в просвете двенадцатиперстной и тощей кишки.
Максимальный пик концентрации фонтурацетама в системном кровотоке регистрируется уже через сорок пять или шестьдесят минут, причем присутствие пищи в желудке может лишь незначительно замедлить скорость всасывания, не влияя на итоговый показатель биологической доступности.
Степень связывания молекулы с альбуминами и другими транспортными белками плазмы крови составляет менее пяти процентов, что позволяет действующему веществу находиться в свободном и активном состоянии. Вещество не подвергается процессам биотрансформации и конъюгации в гепатоцитах, полностью игнорируя изоферменты системы цитохрома P450.
Из-за отсутствия печеночного метаболизма препарат лишен гепатотоксичности и не вступает в опасные лекарственные взаимодействия на уровне печени. Выведение осуществляется почками в неизмененном виде, а период полувыведения колеблется в диапазоне от трех до пяти часов.
Клинический спектр применения фенотропила охватывает широкий круг неврологических, психиатрических и соматических нозологий. В неврологии его активно назначают в рамках комплексной реабилитации пациентов, перенесших острые нарушения мозгового кровообращения, такие как ишемические и геморрагические инсульты, а также лиц с отдаленными последствиями черепно-мозговых травм различной степени тяжести.
Препарат помогает эффективно купировать проявления дисциркуляторной энцефалопатии и замедляет прогрессирование когнитивного дефицита при сосудистой деменции. В психиатрической практике фенотропил зарекомендовал себя как эффективное средство для лечения легких и среднетяжелых депрессивных состояний, протекающих с преобладанием апато-астенической симптоматики, психомоторной заторможенности и вялости.
В наркологической сфере его используют для редукции симптомов алкогольного абстинентного синдрома и восстановления мнестических функций при хроническом алкоголизме. Наличие выраженного анорексигенного эффекта, реализующегося через центральные механизмы регуляции пищевого поведения, позволяет интегрировать препарат в схемы лечения алиментарного ожирения.
Несмотря на высокий профиль безопасности, фенотропил обладает четким перечнем медицинских противопоказаний и потенциальных побочных эффектов. Препарат категорически противопоказан к назначению пациентам, страдающим терминальной стадией почечной недостаточности, потому что резкое падение скорости клубочковой фильтрации приводит к кумуляции неизмененного вещества в организме.
Из-за отсутствия адекватных клинических данных по безопасности препарат запрещен к применению у беременных женщин, в период лактации и в педиатрической практике до достижения пациентом восемнадцатилетнего возраста.
К побочным эффектам, обусловленным избыточной стимуляцией нервной системы, относятся тяжелые формы инсомнии, развивающиеся при приеме лекарства во второй половине дня, психомоторное возбуждение, повышенная раздражительность, лабильность артериального давления и тахикардия.
У некоторых пациентов в первые дни курса может наблюдаться парадоксальная сонливость, которая свидетельствует о глубоком исходном истощении катехоламинового депо и принудительном включении мозгом охранительного торможения. При непрерывном использовании препарата свыше полутора месяцев закономерно развивается толерантность рецепторов, сопровождающаяся постепенным угасанием стимулирующего эффекта.
Международный юридический и академический статус фонтурацетама характеризуется выраженной дуальностью и порождает множество дискуссий в научной среде. В нашей милой РФ и ряде стран ближнего зарубежья фенотропил официально зарегистрирован в государственном реестре лекарственных средств и отпускается из аптек по рецепту врача.
В то же время ведущие мировые регуляторы, такие как Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США и Европейское агентство по лекарственным средствам, не сертифицировали данное вещество в качестве официального медикамента.
На западном рынке фонтурацетам присутствует исключительно в статусе биодобавки или исследовательского химического соединения. Такая позиция зарубежного медицинского сообщества объясняется требованиями доказательной медицины.
С точки зрения международных стандартов, доказательная база фенотропила считается недостаточной, так как большинство клинических испытаний проводились в конце двадцатого века на базе локальных медицинских центров с ограниченными выборками пациентов, что исключает их из категории крупномасштабных многоцентровых рандомизированных двойных слепых плацебо-контролируемых исследований.
В спортивной индустрии ситуация однозначна, из-за стимулирующего воздействия на физическую выносливость и теплопродукцию фонтурацетам внесен Всемирным антидопинговым агентством в список запрещенных стимуляторов, а его обнаружение в биологических пробах спортсменов ведет к аннулированию результатов и дисквалификации.
На современном этапе развития фармацевтической индустрии оригинальный торговый знак фенотропил временно покидал рынок из-за внутренних патентных споров между авторами-разработчиками и заводом-производителем, что привело к расторжению прежних лицензионных соглашений.
В настоящее время в аптечной сети монополия оригинального бренда устранена, потребителям доступна целая линейка… Бла-бла-бла-бла. Бла-бла-бла-бла-бла-бла…
Дочитали до конца? Ну да, ну да, просто пролистали. В любом случае держите маленький бонус.
Изображения с лицами некоторых героев. Прислал читатель.
Вайлет «Вайс» Доукс. Без шлема и защитных элементов снаряжения. Типичное нельзяграмное личико.
Наима «Вега» Сильвер.
Ким Донхён.
3 — Обновка Андрея.
На самом деле нижняя часть этого «капюшона» может прилипать к лицу, скрывая его, а может и быть на уровне подбородка, открывая нос и губы, то есть Андрей носит этот убор вот так:
Делаем вид, что не видим лицевой пластины на этой тёте.
Держите маленькие переводы тех фраз.
Переведенная реплика ленд-майора Громова: «Мы знать, вы есть внутри! Выходить все вместе с поднятый руки вверх! Если я видеть оружие, вы винить себя сами!»
Переведенная реплика нашей бестии-блондинки: «Слушайте сюда, сказочные твари, не вздумайте здесь обживаться! Вам здесь не рады, и это факт! Собирайте свой бродячий цирк с ящиками водки, матрёшками, балалайками, а также медведями в ушанках на одноколёсных велосипедах! Убирайтесь по-хорошему, или вас живенько упакуют в мешки для трупов! Валите на х*й отсюда, ублюдки!»
Переведенная реплика разозлившегося капрала: «Ты ответишь за свои слова, ты, долбаная тупая п*зда, набивающая свое чертово брюхо бургером, тупая американская янки! Тупая шалава, чтоб тебя поимели во все дыры и в твой немытый рот десять бразильских трансвеститов-пауэрлифтеров со своими огромными х*ями, да так, чтоб ты захлебнулась!»