Кажется, в подобной ситуации требуется чувствовать себя как минимум принцессой. Но мне этого не дано. Жизнь научила, что я не отношусь к подобной категории девушек. Если учесть мои магические способности и удовлетворение от ошарашенного взгляда Юли, мне по духу ближе гордое звание «ведьма».

Мысленно обрадовавшись тому, что справедливость для меня восторжествовала, мило улыбнулась окружающим нас девушкам и женщинам. Не стоило еще больше их добивать, и так поводов для сплетен в моем лице у них прибавилось на год вперед, если не больше. Уверена, что многие из них, когда мне удастся отправить Лирена в его мир, не преминут прийти и «выразить свое сочувствие», что наши «отношения» долго не продержались. Хотя даже всем им вместе взятым далеко до того дружного женского серпентария, в котором я когда-то оказалась на первом месте работы.

Это все в прошлом, у меня есть куда более насущные дела.

— Как твои успехи? — переключила я все свое внимание на Лирена. — Тебе очень идет этот образ.

— Милая леди… Мара, — парень быстро исправился. — Я не привык получать столь явные комплименты. У нас не принято, чтобы юные леди говорили такое мужчинам.

— Почему? — я даже удивилась. — Ты красив, тебе идёт образ, да и я уже не попадаю под понятие «юной». Так что не переживай, у нас после одного-единственного комплимента не принято жениться.

— У нас тоже, но все же…

— Просто наслаждайся вниманием, — подмигнула я, а, зайдя в студию, широко улыбнулась. — Привет, «сладкая» команда!

Лена хмыкнула, отсалютовав мне кисточкой для нанесения пудры, Алексей закатил глаза. Ему не нравилось прозвище Егора и то, что его интерпретация перетекла на их команду, но пока фотографа все устраивало, ассистент не смел что-то громко говорить, чем, собственно, мы и пользовались.

— Машенька, солнце моей души! — счастливо приветствовал Егор. — Я твой должник до конца жизни!

— Жене про это не говори, а то она перестанет сниматься в наших рекламных кампаниях, — пожурила я фотографа.

— Моя дикая роза все понимает, — он махнул рукой, высокопарно заявляя: — она величайшая из женщин.

Я с улыбкой покачала головой. Это может продолжаться вечность. Творец и его Муза.

Стоило Егору, начавшему рассказывать, какой Лирен молодец и вообще, его послали все известные боги этого мира на помощь одному бедному и непонятому фотографу, попаданец наклонился ко мне, слегка задевая кожу теплым дыханием. Я удивленно скосила взгляд, но не пошевелилась.

— Этот Егор меня пугает, — прошептал Лирен, оглядываясь на всю команду. — Ни на одной своей боевой практике я не встречал подобной одержимости.

Честно попыталась сдержаться и не засмеяться. Модели не любили работать Егором, потому что в процессе съемок переставал отвечать своему прозвищу. Если сравнить фотографа с персонажем его любимой греческой мифологии, он мне напоминал… наверное, Пигмалиона. Они оба довели свое мастерство до идеала (конечно, в личном понимании). Разница только в том, что Егор не растворяется, всегда движется дальше, а скульптор из мифа зациклился на своем творении до такой степени, что даже Афродита оживила статую.

— Он просто творец. Потерпи немного. Ты очень мне помогаешь. Спасибо, — от всего сердца поблагодарила Лирена, поддавшись порыву.

В фиолетовых глазах появилось удивление, а затем что-то похожее на удовлетворение. Конечно, кто не любит благодарность за свои усилия? Тем более, уверена, что Лирен, хоть и не подавал вида, но все же переступал через некоторые свои убеждения. И я очень это ценю.

— Мой король, камера не любит ждать! — воскликнул Егор, обращаясь… к Лирену?!

— Король? — удивленно посмотрела на попаданца.

— Егор сказал, что мое имя напоминает ему какого-то персонажа из… — он задумался, вспоминая, а затем медленно, осторожно проговаривая, явно опасаясь ошибиться, сказал: — Шекспир?

— Король Лир, — быстро сообразила я.

Так себе, конечно, сравнение, но вчера и я сама для консьержа сократила его имя до «Лир». Аналогию только не провела. Егор тот еще выдумщик.

На вопросительный взгляд Лирена я заверила, что после съемки все объясню.

Пока Егор явно не в первый раз давал указания своему «королю», а Лена пыталась поправить макияж для съемки, я видела, как напрягся попаданец.

Его аристократическая осанка, которая в жизни выглядела естественно, в этот момент превратилась в «кол». Лирен морщился, Лена тихо шептала ему что-то, поправляя воротник пиджака, Алексей ворчал под нос, переставляя рефлектор в пятый раз. Один Егор был как рыба в воде, он получал большое удовольствие от работы.

— Нет! — фотограф опустил камеру. — Это не то. Это мёртвый аристократ, а мне нужен живой! Лирен, ты не стоишь — ты возвышаешься над смертными! У тебя десять минут назад это прекрасно получалось, что изменилось?

Я вздохнула, понимая, что… Может быть, мне уйти и не смущать парня?

Лирен посмотрел на Егора с вежливым недоумением. Конечно, кто признается, что его может смущать чьё-то присутствие. Это как минимум нарушает этикет.

Мне хотелось помочь им. Одному из-за чувства вины, что я втянула попаданца в такое сложное для него дело, а второму из-за хорошего расположения. Вернуться, что ли, в наш офис? Хотя там Василиса и Алиса, и Никита… Его я пока не готова даже видеть, мне нужно обдумать новую информацию.

Помочь с помощью магии? К сожалению, если человек не сошел с ума, я могла насылать сны, только когда он спит.

— Маша, а ты высыпаешься ночами? — спросила внезапно возникшая рядом Лена.

Я вздрогнула и напряглась, ожидая повторения диалога с Василисой и Алисой. Хотя визажист всегда мне казалась очень корректной, но мало ли.

— А что?

— Синяки под глазами уже начинают напоминать мне «Звездную ночь» Ван Гога, — покачала головой девушка. — А лицо бледностью поспорит с макияжем эпохи рококо. Согласись, это сомнительное сравнение.

— А… Это… — протянула я облегченно. — Так, дома жарко и душно, спать невозможно, вентилятор не справляется.

— Сочувствую. В такую погоду на природе хорошо, — поделилась Лена. — Я вечерами выхожу на крыльцо своего дома и наслаждаюсь прохладой.

— Не трави душу, — отмахнулась я.

Девушка фыркнула и подхватила меня за руку, повела к высокому стулу, на котором обычно сидели модели, пока она делала макияж.

— Как можно себя так забросить? Кожа тусклая, уставшая. Неужели у тебя нет времени даже на минимальный уход? — сетовала Лена. — Девушка должна выглядеть хорошо!

— Кому должна? Мужчине? — вопросительно и дерзко выгнула бровь.

— С ума сошла? — возмутилась визажист. — Егору такую ересь только не ляпни, он тебя проклянет. Себе должна и только себе. Пока ты заботишься и ухаживаешь за собой, ты ухаживаешь и за своим внутренним миром. Не зря же говорят, что пока женщина собирается, ее нельзя торопить, потому что она создает себе настроение, — Лена мягко взяла меня за плечи, отворачивая от Лирена и вспышек камеры. — Потом налюбуешься этим красавцем. Я попрошу Егора прислать тебе копию фотографий.

— Да, я не любуюсь, — произнесла почему-то оправдывающимся тоном. — Просто интересно.

— Значит, не любуешься, — не стала спорить девушка. — И он не провожает тебя взглядом. Вы вообще друг от друга отдельно.

— Что? — удивилась я.

— Ничего. Глазки закрываем, — Лена достала небольшую универсальную палетку для макияжа и взяла одну из кистей.

— Фея-крестная, ты сделаешь из меня Золушку? — шуточно спросила я.

— И что только тебе в голову лезет? Ты обычно быстрее соображаешь, — покачала она головой. — Я сделаю из тебя — тебя.

Закрыв глаза, позволила себе расслабиться. Наверное, впервые за эти дни. Просто отдаваясь воле умелых рук мастера своего дела. И неважно, что за дверью толпились коллеги, что Егор в сумасшедшем азарте и перфекционизме уже раз десятый пытается добиться от Лирена правильного взгляда, что где-то там у меня не завершено плетение фантастического сна и я вообще ужасно опаздываю и не справляюсь. Это осталось за границей восхитительного ощущения сказки, которым меня окружила Лена.

Вот теперь у меня появилось чувство, что я принцесса, которую окутали заботой и предвосхищают любое желание. Приятный слегка уловимый запах мяты и цветов расслаблял. Будто прогулка по богатому саду какого-нибудь великолепного замка.

Я представила, что кружусь, раскинув в стороны руки, вдыхая густой воздух, наполненный волшебством. Пальцы закололо от просачивающейся магии. Шевеля ими, представляла, что в руках мой набор крючков, а нити мягко скользят, сплетаясь по моей воле в причудливый узор.

— Стоп. Вот это. Вот это то, что нужно. Не двигайся, — громко воскликнул Егор, вырывая меня из медитативного состояния.

Вздрогнув, распахнула веки, сталкиваясь с понимающим взглядом зелёных с коричневыми разводами глаз Лены. Кожа визажиста будто светилась изнутри. Такого эффекта никакой косметикой не добиться. Самый лучший хайлайтер не может так сиять. Я смотрела на девушку ошарашено, пытаясь понять что, а вернее, кто передо мной. Неужели она такая же, как Луи? Не совсем человек.

— Да, да! Вот так! Теперь представь, что вся сила этого мира в твоих руках, — давал наставления Егор.

— Не с нашими зарплатами, — проворчал проходящий мимо Леша.

— Было бы желание, — отбрила тихо коллегу Лена. — Любить надо то, что делаешь, и делать то, что любишь.

— Много ты понимаешь, — махнул рукой парень и направился поправлять свет.

— Лен, а… — начала я, пытаясь придумать, как задать неожиданный вопрос.

— Успеешь еще все узнать. Лучше оцени мою работу, — девушка отошла, чтобы я могла посмотреть на свое отражение.

От недосыпа не осталось и следа. Яркие глаза, легкий румянец и прозрачный блеск на губах. Это все вместе давало образ отдохнувшего и довольного жизнью человека. Я с улыбкой любовалась, забыв, что хотела спросить.

— Если хочешь, подберу тебе образ и попрошу сфотографировать вместе с Лиреном.

— А Егор согласится? Он так-то мне целую фотосессию обещал, — прикинула выгоду Лениного предложения.

— Фотосессию сделаем позже, сейчас у нас заканчивается время и надо ехать на другой проект.

— Это отличное предложение, — согласилась.

Почему бы не оставить что-то на память о том, что у меня на попечении был настоящий попаданец из другого мира?