Глава 40

Взмахиваю рукой, словно пытаясь их остановить. Все свои эмоции вкладываю. Магия откликается, обдавая меня холодной волной. Стража отбрасывает в сторону. Эррина тоже. А я, наконец-то, начинаю подниматься на ноги.

— Сюда! — собственный голос звучит хрипло. Здесь так шумно, что этот звук моментально тонет во множестве голосов. Выхватываю кинжал и смотрю на нападающего. Тот тоже встает. Сбоку раздается громкий женский визг, и я инстинктивно поворачиваю туда голову. Отвлекаюсь лишь на мгновение.

Выпад. Сама не знаю, как успеваю в сторону отскочить. Лезвие бьет по руке, которой я прикрывала бок, но на адреналине боли почти не чувствую. Только то, как по ней начинает литься что-то теплое.

В воздухе разливается знакомый металлический запах.

— Тейра!

К нам кто-то бежит. Видимо, несколько стражей все же остались. Не проходит и пары секунд, как нападавшего скручивают. Буквально вдавливают в холодный пол и подносят лезвие к горлу.

— Стойте! — кричу я. — Нужно его допросить!

На меня обращают внимание.

— Тейра Дорвенар ранена! — раздается голос одного из стражей. Опускаю глаза и правда вижу, как повязка на руке окрасилась в красный. Запах крови становится просто невыносимым. Адреналин спадает, и меня теперь мутить начинает.

Продолжаю сжимать кинжал здоровой рукой, с опаской наблюдая за приближающимся стражем. Вдруг он тоже…

— Я просто осмотрю рану, тейра, — успокаивающе говорит он.

— Я сама… — в моем голосе звенит паника. Там под повязкой — метка. И я понятия не имею, как на нее отреагируют.

— Не дергайтесь, — отрезает страж, и быстрее, чем я могу отреагировать, вырывает кинжал. Берет мою раненую руку. Пытаюсь вырвать и тут же шиплю от боли. Смотрю на рану. Порез глубокий, длинный, из него толчками выходит кровь.

Выглядит страшно, честно говоря. Одной перевязкой тут не обойтись. Нужно зашивать.

— Рану нужно очистить и скрепить края магией, — уверенным тоном говорит мужчина. Принимается осторожно снимать ткань и замирает, увидев метку.

— Молчите…

Мой голос тонет в его удивленном восклике:

— Истинная Владыки!

Ну не идиот ли? Все моментально поворачиваются к нам. Даже шум, как мне кажется, затихает. Стражи за его спиной вытягивают шеи, пытаясь рассмотреть знак западного Владыки. Если тут все еще имелись предатели, которые не были в курсе, то теперь точно знают…

Я не успеваю додумать эту мысль, потому что один из стражей вдруг падает на одно колено рядом со мной. Еще несколько следуют его примеру. Весть охватывает зал быстрее, чем пожар сухую траву. На меня изумленно смотрят, перешептываются. А стоит перевести на них взгляд, как спешат выразить почтение, склонившись.

Вот и отсиделась. Тихо и незаметно. Все, как и планировала.

— Можно уже как-то закончить перевязку, — тихо напоминаю я. — А то я тут кровью сейчас истеку.

— Простите!

Рану очищают магией, а затем сводят вместе края. Кровотечение останавливается, и порез теперь только глухо ноет.

Под прицелом взглядов чувствую себя некомфортно. Тихо так, что слышатся монотонные удары снаружи замка. Так, словно кто-то пытается тараном пробить ворота. Я прочищаю горло.

Ну, раз уже все выяснилось…

— Доложите обстановку.

Страж послушно докладывает. Среди нападающих больше всего южан. Три дракона, один из которых — скальный. Пытается использовать магию, чтобы пробиться внутрь, но защита Владыки его не пускает.

— Зелейну Ашерейн удалось найти?

— Ищут.

— Хорошо. Дайте мне знать, если появятся какие-то новости…

Договорить не успеваю, потому что скрученный на полу страж вдруг начинает биться в припадке. Его тут же отпускают, переворачивают на спину. Пытаются помочь, но… конвульсии длятся лишь несколько секунд, после чего он замирает без движения.

Я рвано выдыхаю, пытаясь унять тревогу.

— Яд.

Его осматривают и находят во рту раскушенную капсулу. Из обрывков разговоров понимаю, что такое впервые.

Заговорщики стали осторожнее.

Мне не по себе от вида лежащего на полу тела. Отхожу подальше и прислоняюсь спиной к стене. На мгновение прикрываю глаза. Как же хочется, чтобы Рейнар поскорее вернулся. Глухая тоска скручивает меня изнутри. Почти сразу чувствую волну тепла, поддержки.

Муж чувствует меня. Обещает, что все будет хорошо. И мне так хочется ему верить.

Последующий час тянется бесконечно долго. Замок осаждают, и все мы тревожно прислушиваемся к доносящимся звукам. Лязг мечей, хлопанье крыльев, тихая вибрация… Я никогда не думала, что это так… страшно.

Женщины подавлены. Еще несколько часов назад для них это место было оплотом спокойствия и безопасности. А сейчас они даже не знают, увидят ли снова своих мужчин.

— Я принес вам одеяло, — ко мне подходит Эррин с каким-то свертком. Я сижу, прислонившись к каменной стене, но холода не чувствую. Мне вообще кажется, что эти стены заряжают меня. Словно внутри есть частичка Рейнара. А, может, это магия нашего ребенка дает о себе знать.

— Спасибо. Присядешь?

Он кивает и плюхается рядом. Пытаюсь поделиться одеялом, но он лишь мотает головой. Несколько минут мы молчим, затем он показывает куда-то в дальнюю часть замка.

— А это моя мама, кстати. И сестра.

Я прищуриваюсь, пытаясь разглядеть семейство Эррина, но отсюда почти ничего не видать.

— Рада, что с ними все хорошо.

— Да… а ведь все это благодаря вам. Вы тогда попросили Владыку разобраться.

— Ты сам их спас, — твердым голосом говорю я. — Не побоялся, выступил за родных. Это твоя заслуга.

Эррин смущенно молчит несколько секунд.

— Я не говорил вам, тейра Дорвенар. Но я ведь тогда напал на… прежнюю госпожу. За дело меня наказать хотели.

— Ты защищал свою семью.

— Разве так семью защищают? Меня такой гнев охватил, что будь у меня нож, я бы точно всадил в вас… то есть, в нее. И чего бы добился? Только горя матери бы добавил своей смертью.

— Но ты же так не поступил, — я пытаюсь ободряюще ему улыбнуться.

— Но хотел. В какой-то момент мне даже показалось, что со мной говорит кто-то. Ну, в голове. Вы не подумайте, я не сумасшедший. Это всего один раз было. Обозлился на Владыку. За то, что он допустил подобное. Почти его возненавидел. Так стыдно сейчас.

Эррин чуть ли не плачет, делясь своим откровением, а у меня в голове что-то щелкает.

— Голос в голове? — осторожно интересуюсь я. — Так когда и где ты его слышал?