глава 77.

Неожиданное призвание

Неаполитанское солнце творило чудеса не только с моим здоровьем, но и с измученными душами наших спутников. Анабель, эта вечно напуганная, вздрагивающая от каждого громкого звука девочка, внезапно расцвела и проявила себя с совершенно неожиданной стороны. Оказалось, что у нее был безупречный, тонкий вкус и золотые руки.

Все началось с того, что она перешила одно из моих простых муслиновых платьев, добавив к нему изящную драпировку так искусно, что наряд мгновенно приобрел настоящий парижский шик. Увидев это, Василий Петрович принял решение дать девушке дело, которое вернет ей независимость. Он предложил ей стать модисткой.

Салон на виа Толедо

Поручение организовать всё необходимое граф возложил на свои самые доверенные руки — на Иосифа. Мой племянник, привыкший к роли обозного Жозефа, с энтузиазмом взялся за коммерческое предприятие.

В короткие сроки он проделал колоссальную работу: Жозеф арендовал уютную студию с большими зеркалами на одной из самых оживленных торговых улиц Неаполя.Он нанял пару ловких местных швей, которые быстро работали иголкой, но нуждались в твердом руководстве и эскизах Анабель. Пользуясь дипломатическими каналами Василия Петровича, Жозеф свел девушку с лучшими торговцами, поставлявшими тончайший индийский муслин, ленты и шелк.

Так в Неаполе открылось скромное, но невероятно стильное ателье.

Лучшей рекламой для нового салона стали мы сами. Я и блистательная леди Гамильтон, с которой мы быстро сдружились на почве любви к новым силуэтам, начали появляться на светских приемах исключительно в платьях работы Анабель. Легкие, струящиеся наряды по последней парижской моде произвели фурор. Эмма, обожавшая быть в центре внимания, охотно рассказывала всем, кто именно сшил ей эту античную тунику.

Это принесло модистке первых знатных заказчиков. А не прошло и месяца, как случилось невероятное: Анабель официально пригласили во дворец.

Сама королева Мария Каролина, сестра Марии-Антуанетты, яростно ненавидевшая французскую революцию, не смогла устоять перед французским стилем и рекламой он своей новой подруги леди Гамильтон.. Она лично попросила нашу девочку о помощи в обновлении своего гардероба. Это был грандиозный, ошеломляющий королевский заказ, открывший все двери.

Моментально в салон Анабель выстроилась очередь из местных дам. Каждая графиня и маркиза желала одеваться у мастерицы, которую благословила сама королева. Золото потекло в кассу ателье настоящей рекой, и Анабель из бесправной беженки стремительно превращалась в состоятельную, уважаемую мадемуазель.

Однако этот ошеломительный успех имел и обратную, весьма житейскую сторону. Огромное количество работы, закупки тканей, общение с арендаторами и охрана выручки — всё это требовало мужского участия. Жозеф проводил в салоне Анабель очень много времени, помогая ей вести дела и защищая от ушлых итальянских дельцов.

Вскоре Бьянка, чья горячая кровь не знала полутонов, начала отчаянно ревновать мужа. Об этом она то и дело, сдерживая слезы, говорила мне при наших частых встречах на вилле.

— Мадам Анна, вы же видите, как он о ней печется! — жаловалась она, нервно теребя бахрому своей дорогой шали. — Он пропадает у нее целыми днями! Она молода, она теперь богата, она шьет для королевы, а я... я просто сижу дома с детьми.

Мне приходилось тратить немало сил, чтобы успокоить мою преданную подругу и остудить ее пыл.

— Бьянка, дорогая, ну что за вздор приходит в твою хорошенькую голову! — мягко, но уверенно убеждала я ее, беря за руки. — Это исключительно деловые отношения, и Жозеф выполняет приказ графа. Анабель талантлива, но совершенно не приспособлена к суровому миру коммерции. Без защиты твоего мужа ее бы давно разорили. Вспомни, через что они прошли вместе по дороге из Парижа. Жозеф относится к ней как к младшей сестре, а она видит в нем исключительно старшего брата и защитника. Его сердце и его жизнь принадлежат только тебе.

Бьянка тяжело вздыхала и покорно кивала, успокоенная моими словами. Но я видела по ее тревожному взгляду, что зерно сомнения, брошенное ревностью, извлечь из женского сердца не так-то просто.