— Айвена. Не скажу, что приятно познакомиться, но адекватность мышления к тебе, похоже, вернулась. Хотя бы частично. Второе условие: если я что-то говорю — остальные делают. Вступать в дискуссии или саботировать недвусмысленные распоряжения — прямой путь на выход к хренам собачьим. Но я готов выслушать разумные возражения, если ситуация не критическая.

— Ты походный вождь, Илия. Это разумно, — сказала она, словно любимую собаку погладила.

Ну надо же! Интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд. Права Шайя-то была. Дамочку прям не узнать!

— Остальные условия я озвучу, когда мы дойдём до нашей стоянки. Ночевать в этом туристическом раю мы не будем, — завершил я «инструктаж по технике безопасности».

Она подняла руку, прямо как десятиклассница, идущая на медаль, перед завучем.

— Да?

— Ты сказал, что готов выслушать предложения. Ситуация не критическая. До захода Сольвейс ещё сотня капель.

— Давай только без поэтических предисловий, Айвена.

— Вам надо найти посох некроманта. Вы пытаетесь сделать вид, по крайней мере этот старик пытается, — она указала на Ингвара, — что некрон выжил и бежал. Но если здесь будет поисковый отряд и если он найдёт посох… Эта версия событий вряд ли будет признана ими достоверной. Мои сородичи высокомерны, но отнюдь не глупы. Кроме того, он обладает большой ценностью сам по себе.

— Ну конечно, гля чо! А мы-то дурачки деревенские всё никак в толк не возьмём, чего мы упустили-прохлопали! Посох. Просто забрать долбанный посох, гля! Но твоё остроухое высочество осветило нас светом своей светлейшей мудрости. Теперь-то, гля чо, всё ясно стало! Осталось тока найти сраный посох, копать-погребать!

Морт аж два раза через голову кувыркнулся от злости.

— У тебя в команде, Илия, даже паразиты имеют право голоса? Ты мудр. Ведь иногда и среди мусора можно найти нечто ценное. С посохом я могу помочь. Он ведь упал в яму?

— Вот сучка ушастая, гля чо-о, — пробормотал Морт.

И тут же схлопотал от Шайи нехилую затрещину.

— Думай, кому и что говор-ришь, ксар-р. Или хочешь в своём мясе найти отр-равленные иглы?

— У меня в команде нет паразитов. Морт — эксперт потока и по всякой магической ерунде. Если можешь помочь найти посох — помоги, — я спокойно смотрел на ушастую.

Натуру не переделать. Манеру общения можно. А вот все эти расистские штучки из этой прелестной головки, пожалуй, уже не убрать.

Я вообще как-то привык уже к своему зверью и на внешность внимания не обращал. Разве что Морту врезать хотелось постоянно, но у ксара просто характер — говно. И за помелом он совершенно не следит. Я и людей таких знавал. Но позволять этой фифе завуалированно оскорблять моих спутников я не собирался. Она тоже за языком не слишком следит.

— Мне понадобится кость низшего, Илия. И примерно сто двадцать капель времени. И я поняла: все члены команды полезны. Мне без нужды не стоит упоминать их недостатки.

— Бери, если нужна. Так, Шор, проводи нашу… гостью куда надо. Отвечаешь за её безопасность. Зря что ли лечебные травы Шайя на перевязку тратила.

— Буду благодарна за защиту столь могущественного воина-дракса, Илия.

Шайя отчётливо скрежетнула зубами.

Как только Айвена, подняв кость, удалилась во свои яси, я спросил ликанку:

— Что-то поняла?

— Эта сучка ушастая, — Морт возмущённо ухнул, Шайя отмахнулась. — Надумала считать нас твоими р-рабами. А на р-рабов не стоит обращать внимания или как-то р-реагировать. С другой стор-роны, она хотя бы оскор-рблять нас всех пер-рестанет. Альвы! Долго нам её тер-рпеть?

— Посмотрим. У неё явно какие-то свои цели. Будет полезной — получит защиту и еду. Не будет — пусть идёт-гуляет, других дураков ищет. Вот и весь сказ.

— Ты же понимаешь, паря, — вмешался Ингвар, — что само то, что у нас собственность клана Таннмид, уже смертный приговор нам подписывает.

— Мы их бойцов покрошили, куда уж хуже, — философски ответил я. — Этот солнечный жрец, которому Шор башку разнёс в клочья, важная персона?

Ингвар поморщился.

— Очень, — ответила Шайя. — Здесь погибли витязь клана и солнечный жр-рец. Огр-ромная потер-ря. Я не могу пройти тр-ропу до конца — альвы такими следами не р-разбрасываются, но жрецов в клане всего несколько р-разумных. Витязи со свитой тоже р-редкость. Но на нас никто не подумает. А вот эта стер-ва нас может погубить, если её с нами увидят.

Ну да, дактилоскопии с экспертами-криминалистами в этот мир пока что не завели. Хотя чёрт его знает, на что здешняя магия способна.

— Не стоит беспокоиться, Илия! — альва вошла в дверной проём, сопровождаемая Шором. В руке у неё был посох Шёпота. — Айвена Мирралис погибла в руинах. Кто знает. Может, её сожрали хищники. Или она сломала ногу и умерла от жажды. Руины велики. Под каждый камень не заглянешь.

С этими словами она, отдав посох Шору, начала сложную жестикуляцию, медленно двигая руками вдоль тела. В воздухе повис запах воска и немного жжёного волоса. Внешность Айвены заколебалась, цвет кожи и волос менялся. Черты лица и фигура расплывались, складывались во что-то новое. Прошло минуты три этого вуду-шаманства, и перед нами в повязке из импровизированных бинтов и в грубом балахоне стояла почти человеческая женщина. Смуглая, уши немного треугольной формы. Обычные русые волосы. Что не изменилось, так это цвет радужки. Я так понял, она полукровку скосплеила.

— И это нас все называют обор-ротнями! — раздражённо рыкнула Шайя.

— И насколько весь этот набор юного гримёра надёжен? — ошарашенно спросил я.

АЙВЕНА И НАБОР ЮНОГО ГРИМЕРА

Всё же магия вызывала во мне какое-то смутное недоверие. Не привык я к таким фокусам. Всякие огненные шары и прочее как-то ближе. Понятнее. Маг напрягся, собрал энергию в кучу и — ка-ак херакнул! А вот это — как вообще? Захотелось потрогать её, но я сдержался.

— Я из дома Дыма и Зеркал. Кто-либо из моих старших родичей мог бы распознать обман. Но они ушли к Владыкам. Это долговременное изменение, пока я не произнесу обратное заклинание. Можешь потрогать, — она улыбнулась одними глазами и протянула мне руку.

Я не удержался и потрогал. Ну что, рука как настоящая. Никаких покалываний, как от активных волшебных вещиц, я не ощутил. Чудеса, ипатий.

— Как она посох нашла, Шор? — спросил я.

Шор пожал плечами и прогудел:

— Не знаю, Илья. Она что-то шептала, водя костью над краем ямы. А потом посох сам оттуда вылетел и примагнитился к кости. Довольно эффективно. Магия. Я не разбираюсь.

Морт при этой речи Шора несколько раз ощутимо дернулся, но, о диво-дивное, промолчал. Просто взлетел и пропал из поля зрения.

— Ладно, уходим, — я оглядел своё «воинство» и вздохнул.

— Идите, ребятки, я догоню, — Ингвар махнул рукой. — Надо здесь кой-чего прибрать. Морт проводит до лагеря, да, ксар?

Откуда-то сверху донеслось хриплое уханье.

* * *

Я смотрел, как Шор пытается разжечь костёр. Его зажигалка нормально работала, однако отсыревшие ветви всё никак не хотели разгораться. Шайя с Шерочкой отправились на охоту. Ингвар задерживался. Оставшиеся умели разжигать костёр не лучше, чем шимпанзе способна читать Льва Толстого. Альва ёжилась под своим балахоном — её знобило. Наконец, после очередной бесплодной попытки, она зло выплюнула:

— Агни-та!

Сложенная шалашом растопка разом вспыхнула бездымным пламенем. Облачко пара взлетело вверх. Шор отшатнулся, слегка подкоптился наш ящер. Нормальная такая девочка-зажигалочка с нами путешествует. Интересно, она может на человеке так одежду поджечь? Или вообще человека? Меня-то — скорее всего нет. Опасная дамочка альвийского происхождения.

Шор занялся костром, а я пошёл прогуляться. Рука всё ещё болела. Да и в целом я себя чувствовал как будто меня в стиральной машинке отжимали. Непростой день был.

Небо потемнело. На полотне небосвода проступили очертания Знака Мантикоры. Редколесье вокруг было на редкость тихим. Не шуршали зверушки, птички не пели. Только нудное жужжание насекомых немного оживляло мёртвую тишину старого города. Я присел на обломок колонны метрах в ста от лагеря, тщательно проверив поверхность на наличие плесени. Пока мы возились в руинах, здесь снова прошёл дождь. Камень был холодным и влажным. Я сидел, прокручивая в голове план будущей беседы. Я никогда никем, кроме себя, не руководил особо. Разве что несколько раз капитаном сборной был. Нынешний мой «сборный зоопарк» как раз похожий случай.

Сверху, прерывая мои размышления и разрывая благословенную тишину, спикировал Морт.

— Гля чо, гля чо, — забормотал он негромко, шныряя механическим глазом из стороны в сторону. — Эта стерва — Знающая! Дождёмся, как уснёт, и надо ей горло перерезать, Илья, мочить-убивать!

— Ты заколебал уже, белка-истеричка. Я вообще ни слова из твоего бреда не понял опять. Что опять стряслось? Где горит? Что за знающая, почему перерезать?

— Ты чо! Она не просто магичка. Она Знает Слова! Это… пихать-копать. Ты че тупой такой? Это ж мы такую змею пригрели на макушке! Она так и посох вытащила. Просто позвала железяку, ты понял чо!

— Могучее колдунство? И что теперь? Назад ей ходу нет. К людям она тоже прибиться вряд ли сможет со своим характером. Ещё хуже тебя, ей-богу. Куда ей деваться-то, Морт? Ну, знающая. Нам же лучше. С чего такая паника?

— То, что ты не можешь контролировать, гля чо, ты должен избегать или уничтожить, копать-хоронить. Главнейший жизненный принцип, Илья, ни разу не подводил ещё! Понял, гля? Твоя пустотность против Слов — тьфу. Не пляшет.

— Вот собери свою стаю ксаров и там эти правила устанавливай. А я, пожалуй, рискну.

— Ничо, ничо. Вспомнишь потом слова папки, как кровавыми слезами умоешься, собственными кишками заедая, пилить-строгать. Да поздно будет.

И Морт, выдав «мёртвую петлю», канул в ночную тьму.

* * *

Я оглядел собравшихся вокруг костра членов команды. Какой бы ни был мир, какие бы странные существа меня ни окружали — огонь в ночи всегда создаёт «магический круг». Все стремятся сесть потеснее. Огонь в походе — защитник, кормилец и источник света. За освещённой границей клубятся серые тени. Бродит невидимое зло. Ночь темна и полна ужасов. Но огонь выполняет роль живой преграды против хтонических чудовищ. Думаю, дар Прометея был самой главной вехой в истории развития человечества.

Отблески костра отражались в фосфоресцирующих глазах Айвены. Заставляли Шайю щуриться и смотреть искоса. Плясали в широко распахнутых глазах Шора. Углубляли морщины на лице Ингвара. Тени скользили по телам и лицам, добавляя к происходящему толику тёмного волшебства.

Мне вся эта картинка напомнила дебильную передачу, где участники шоу собрались якобы на необитаемом тропическом острове. Там тоже такие посиделки у костра показывали, где роль вождя брал на себя ведущий. И кого-то они вышвыривали из своей теплой тропической компании обратно в холодную Россию. Но мы никого изгонять не будем. По крайней мере, не сегодня. Я тут вождь, ипатий коловрат! Сейчас и посмотрим, надолго ли.

Я прокашлялся и заговорил:

— Шайя, сними амулет. Убери в коробочку.

Я обещал, что маг сможет наблюдать за пустотником, но не обещал, что он будет присутствовать при наших совещаниях. Нехрен ему уши греть.

Шайя убрала талисман. Можно начинать.

— Я сегодня принял решение, что мне делать дальше. Хочу узнать у вас: вы со мной или разбегаемся своими путями. Для тех, кто останется, у меня есть несколько вопросов, чтобы определиться с тактикой и понять, насколько я вообще смогу потянуть то, что задумал. Я всё равно попытаюсь. Но буду благодарен за совет. Сразу, для Морта, совет: «бежим, гля!» не принимается!

Шор фыркнул.

— Скажите, как у вас принято заявлять свои права на территорию. И как её удерживают потом. Вот я слышал: «На месте Рубежного был охотничий лагерь». А сейчас вижу поселение. С властью, охотниками, ремесленниками, магом этим дурацким. Как это вышло? Почему оно не зависит от анклавов?

— Никак ты, паря, на руины замахнулся? Молодец какой. Но власть здесь держит тот, кто может усмирить Зыбь. Поселенцы приходят в новое место. И первым делом строят храм. И у них должен быть жрец. Иначе место рано или поздно изменится. Или даже дрейф случится, забори меня хомяк.

— Или шаманы строят Кр-руг Ликов, а потом выр-ращивают вокр-руг Пущу, — негромко рыкнула ликанка.

— Или так, девочка. Как драксы поступают, не знаю. Чего там у даргов — тоже не очень. Но они вообще психи, их анклавов никто не видел, — Шор хмыкнул, но Ингвар его проигнорировал. — Зато кочующие куски Тверди иногда к поселениям Дрейфом прибивает. И тогда — туши факел. Резня. Я к чему, паря. Эту твердь с руинами что-то делает неподвластной Зыби и Дрейфу. Десятков шесть знаков сменилось, а они всё здесь. Ежели даже не учитывать, что жить там нельзя из-за дурного Потока, власть в тверди у того, кто контролирует Дрейф. В анклаве — у того, кто держит портал. А здесь это никто! Смекаешь, к чему я веду?

— Как не понять. То есть если здесь портал в мой мир откроется, шишку будут держать тот, кто портал контролирует?

Все нервно переглянулись. Альва тонко улыбнулась.

— Так вот почему ты здесь оказался, Илия. Но почему здесь? Место довольно безрадостное.

— А почему здесь некрон пытался портал открыть? Непростые руины это, я прямо чувствую. И мало кому интересные из-за своих особенностей с потоком этим вашим.

— Окромя сучьих цвергов, гля чо. Коротышки здесь неспроста роются, копать-находить. Очень интересуются, гля.

— Я про них не забыл. Но с ними можно на языке финансов и прибыли говорить, я так понял. Учётная ставка, дебит-кредит, всё дела. Это всё дальняя перспектива. А вот ближняя диспозиция такова. Мне нужна ресурсная база и безопасное укрытие. То есть Рубежное — в нейтралах или друзьях, если кто не понял. Но есть небольшая такая загвоздка — банда Лютого. Которую я собираюсь извести под корень. Потом буду исследовать руины, искать, почему сюда порталы с Земли открываются. Может, тогда и обратно легче будет открыть? Охотой займусь, раз всё равно будем сюда ходить. Как-то так. А теперь внимание, вопрос, как говорил ведущий «Знатоков». Вы со мной? Это моя цель. Я буду к ней идти. Но у вас могут быть свои планы. Шор, в первую очередь тебя касается. Я здесь надолго. А ты не хотел задерживаться.

— Я, пожалуй, останусь, пока у тебя остаются нумы, — ящер вроде бы говорил как обычно, но глаза от костра не оторвал. — Не скажу, что мне нравится компания. Особенно вот её я бы с удовольствием пристрелил, — он ткнул лапой в сторону альвы. — Но деньги есть деньги. Ты платишь, я работаю.

Ой, темнит гражданин рептилоид. Но, справедливости ради, он пока что самый полезный член нашего отряда. Есть у него какие-то цели, которые он мне не раскрывает? Да здесь у всех такие есть. Ничего страшного. С Шайей всё понятно, я уже привык считать её «моей ликаной». У остальных выхода нет, пока что. А мнение Морта мне пофиг. Он довольно полезный летучий хрен, но я вообще не понимаю, что его возле меня держит. Тем более что я предлагаю скучные деревенские разборки. Да ещё и секретные. Для владельца нескольких золотых отпечатков довольно унылое дело.

— Тебе не кажется, паря, что нас маловато, чтобы в Рубежном правеж учинить? Не, ты не подумай, я за то, чтобы духу поганого Лютого с его молодцами в поселке не было. Но из старших никто не впишется. Одно дело подловить их отряд в чистом поле со спущенными штанами. И совсем другое — устроить войну внутри поселения.

— Маловато нас, здесь ты прав, Ингвар. Да и чужаки мы все для Рубежного, ну кроме тебя. А значит что?

— Ну договаривай, паря, не надо значимость нагнетать, — усмехнулся Ингвар.

— Нужны союзники внутри Рубежного. Возмутиться должны местные. А мы просто поможем им взять вокзал, почту и телеграф. План такой.