Какая-то тайна открылась новому премьеру Степашину в последние недели. Он явно посуровел, построжал, похудал и даже стал покрикивать на подчиненных. В каждом замке есть свой страшный секрет, узнав который человек меняется. В шекспировском Эльсиноре то была общеизвестная Тень Отца Гамлета. Поговорив с ней, принц превратился в страшного мстителя. Во многих замках есть запретная комната. Заглянув туда, безмятежное прежде существо тоскует и не находит себе места. А какова же страшная тайна, сокрытая в семейном замке Ельцинор? Об этом много гадают, упоминают всуе вассалов Березовского, Чубайса, Абрамовича, чад и домочадцев владельца замка – строгого седовласого сеньора с шунтированным сердцем.

Болтают тоже разное. Но вспомните, как прикосновение к этой тайне перепахало добродушного писательского внука Гайдара, уютно заведовавшего отделом в журнале «Коммунист»! Вспомните, как те же секретные обстоятельства превратили немногословного газовика Черномырдина в искрометного сочинителя народных поговорок. А что эта тайна сделала с улыбчивым бухгалтером Кириенко? Он же теперь на людей бросается. Например, на Ю. Лужкова. Критикует московского мэра, словно дефолт в Отечестве случился во времена Керенского, а не во время премьерства самого Кириенко. Но это такой воздух в подвалах Ельцинора: подышал и сам себя не помнишь. И вроде бы тебя не Немцов из нижегородского банка в Москву перетащил, а божий ангел на спасение россиянам с золотого облака спустил…

Дольше всех не поддавался Е. Примаков. Наверное, потому что он старше, мудрее всех и, бродя по переходам Ельцинора, читал про себя какую-нибудь охранную молитву. И на него тайные силы мрачного замка не действовали или действовали косвенно: радикулит вот замучил.

А теперь Степашин. Нельзя сказать, что он никогда прежде не бывал в замке Ельцинор. Бывал – и директором ФСБ, и министром МВД, и первым вице-премьером, который однажды не так сел и тем обрек на гибель целый кабинет министров! Но в главную, тайную комнату, наверное, его не водили или, может, с призраком откровенно говорить не позволяли. А тут отвели и позволили. И потемнел ликом Степашин, и заговорил о том, что Россия может потерять экономическую независимость. Как же его должна была потрясти полученная в страшном лабиринте информация, если он на заседании правительства, перед телекамерами вдруг произнес то, что знает любой продвинутый российский школьник, но в Кремле вроде как и слыхом не слыхивали… Что же такое он увидал, что постиг, от чего содрогнулся?

Бог весть. Но даже страшно помыслить об этом: ведь и сам Патриарх всея Руси, человек мудрый, побывав в тайных пределах Ельцинора, заговорил вдруг о необходимости очистить Красную площадь от захоронений, ибо на площади устраивают рок-концерты. Мысль о том, что проще не проводить возле исторических захоронений концерты, как-то миновала его высокое чело. К чему я все это говорю? К тому, что в сказках, а иногда и наяву нехорошие замки в конце концов на радость всем рассыпаются во прах.