Селестия ушла, оставив меня без единой мысли о том, что произошло. Я видел, что ей тяжело, но не понимал, как именно мне стоит ей помочь. Стоя в коридоре, я решил вернуться к Эве и Нику. Когда я зашёл в комнату, они оба посмотрели на меня, словно спрашивая: «Ну как?».

— Я думаю, что всё будет в порядке, — ответил я и выдохнул с облегчением.

— Она себя очень странно повела, — сказал Ник, его брови были сведены в сомнении. — Никогда бы не подумал, что она может делать что-то подобное.

— Это, наверное, из-за меня, — ответила Эва и опустила голову, её голос излучал уязвимость.

— Да ладно тебе, Селестия добрая, хотя даже я иногда её не понимаю, — сказал Ник, положив свою руку на её. — Вот увидишь, всё наладится.

Я заметил, как между ними промелькнула симпатия; мне стало не по себе от этой их близости, поэтому я решил оставить их вдвоём, а сам вышел подышать свежим воздухом. Как только я оказался на улице, меня сразу окутал аромат свежей зелени и ночной прохлады.

Я на мгновение прикрыл глаза и позволил себе вспомнить, как мы с Селестией тренировались. Её грациозные движения вызывали восхищение. Я помнил, как светились её глаза, когда она училась чему-то новому, как её лицо озаряла улыбка, а ветер играл её длинными волосами. Она была поистине прекрасна, пусть и не понимала этого. Но то, что сейчас происходит, заставляло меня беспокоиться.

Странно всё это. Особенно то, что она начала мне нравиться. Я ведь человек, увлечённый своим делом, который должен всё своё свободное время проводить в битвах и на обучении новобранцев. Я не должен думать о чувствах, особенно о своих. За все свои годы никто так и не смог по-настоящему меня заинтересовать. Но с Селестией... У неё получилось это сделать несмотря на то, что она и не пыталась меня как-то соблазнить или вообще специально привлечь моё внимание.

Мои мысли менялись, как порывы ветра. Я стоял на месте, осознавая, что противостоять этим чувствам и эмоциям было почти невозможно. Может быть, это и была та самая сила, о которой я слышал — сила, что делает людей сильнее, помогает им выстоять в трудные времена и объединять сердца.

Запустив руки в волосы, я посмотрел вверх. Небо было в звёздах, свет в которых, казалось, давал некое утешение. Я задумался, что будет, если всё это закончится, и я останусь один. Смогу ли я продолжать борьбу? Удастся ли мне преодолеть этот период без чувств? Я не знал ответа. Мои мысли снова вернулись к Селестии — её мудрости, её борьбе, её внутренней силе, которая не оставила меня равнодушным.

И как бы я ни хотел отогнать это чувство, понимал, что с каждым днём это лишь усиливается. Я был готов принять своё собственное сердце, несмотря на страхи и сомнения. И возможно, именно это знание сделает меня сильнее в будущем, когда нас ждут ещё большие опасности. Но сможет ли она принять меня? Я этого не знал.

Я опустил взгляд и посмотрел на дом. В одном из окон я увидел её. Она ходила по своей комнате с книгами в руках. Неужели она снова хочет что-то найти?

Моё любопытство разгорелось, и я, не осознавая этого, стал так, чтобы лучше её видеть. Я наблюдал за её движениями, как она с тщанием переворачивает страницы, словно пытается найти разгадку к тому, что гложет её душу.

Свет в комнате мягко освещал её фигуру, подчеркивая грациозность. Я вдруг ощутил, как в груди закололось что-то тёплое; это ощущение напоминало надежду, которая воссоздавалась в моей душе. Я хотел бы, чтобы она знала, как важна для меня, что я готов был поддержать её в любых её начинаниях.

Снова возник вопрос: сможет ли она увидеть во мне что-то большее, чем просто боевого товарища и друга? Если между нами может что-то родиться, я должен быть уверенным, что мои чувства не останутся без ответа.

Я прижался к дереву, пытаясь не шуметь, и смотрел на неё, пытаясь уловить момент, когда она поднимет голову и поймает мой взгляд. Меня заворожила её преданность — она искала правду, но, возможно, и сама себя в этом процессе. В момент согласия на её внешность, я ощутил, что передо мной стоит не только воин, но и исследователь, который стремится докопаться до истины и понять мир.

Сердце забилось чаще, и я почувствовал, что время ожидания подходит к концу. Я должен был найти способ заговорить с ней. Возможно, нужно спросить о её поисках, попытаться узнать о том, что её тревожит. Сегодня мне очень хотелось бы проникнуться её внутренним миром, попытаться понять, что она на самом деле думает и чувствует.

— Дайн! Ты здесь? — услышал я из дома голос Ника.

Я приложил палец к губам, показывая знак «не шуми». Ник посмотрел на меня, а затем туда, куда был устремлён мой взгляд.

— Ах ты, хитрый лис, — подошёл он ближе и потер кулаком мне по голове.

— Больно же, — ответил я, слегка его оттолкнув. — Что там Эва?

— Уснула.

— Это хорошо, особенно зная, что ей пришлось пережить.

— Да уж, — вздохнул Ник. — Если бы не ты, ей пришлось бы туго. А вообще, ты знаешь, вся эта ситуация достаточно странная.

— М?

— Ну, в смысле, в этой местности никогда не было демонов, особенно такого ранга, а тут... рядом, да и ещё так много.

— Да, я понимаю, о чём ты, но что есть, то есть. Возможно, границы снова были сдвинуты, вот они и пробрались.