«Все отделены друг от друга тайнами, а через пропасти между людьми ведут обманчивые мосты мнений и иллюзий вместо прочного моста признания…»

К.Г. Юнг

Не спеша добравшись до курорта, изрядно взбодрилась прогулявшись. И вот, засунув нос в сервис, попросила привести лыжи в порядок.

Все ж таки пять лет не каталась.

Да, когда покупала билет на подъемник, обратила внимание: девочки на кассах сменились, но в сервисе работали все те же ребята, которые неожиданно, но меня не забыли. Поинтересовались, мол, что так долго не приезжали?

Хихикнула:

— Да, вот, к дочери в Китай ездила, немножко там поработала.

Так, обмениваясь впечатлениями, новостями и отвечая на вопросы любопытных, встала на весы, потому как, честно говоря, не знала свой актуальный вес. Все, как-то мне было не до него.

— О, надо же! Хорошо! Как, однако, благотворно на организм влияет поедание куриного бульона китайскими палочками! — заржали ребята.

Потом подкрутили мне крепления и предупредили:

— На крайнем правом склоне, в середине, ветром подсдуло снег, и получилось несколько ледяных проплешин. Да, парни сейчас пушки врубят, но это будет уже на завтрашнее катание, а сегодня внимательно объезжайте или лучше спускайтесь с другой стороны.

Поблагодарила за совет и подсказку, да пошла-таки на гору.

Ну что же, белый снег, легкий морозец, ветер в лицо, темный лес по сторонам и подсвеченная прожекторами трасса были шикарны. Спустившись второй раз, я поняла, как же это здорово!

Аромат дыма от сгоревших дров и угля, который приносил ветер от соседних поселочков, словно бы возвращал меня в детство. А когда я поднималась на кресельном подъемнике, одна на четырехместной лавке, мысль пришла:

— Как же дома хорошо!

И тут же стало очевидно: и в жарком, влажном воздухе Мексики, и в удушливом аромате специй Индии, и даже наблюдая потрясающий, невероятный, розово-оранжевый восход во Вьетнаме — мне было чудесно.

Да что там говорить, классно было: любопытно, ново, экзотически-остро.

Но, но, но!

«И дым Отечества нам сладок и приятен…» — классика.

Все ж таки, на самом деле, все эти годы мне… хотелось домой.

— Правильно ты, Лилиана Станиславовна, сделала. Как бы ни было страшно, как бы ни захватывало от ужаса дух, как бы тебя ни трясло от одного воспоминания онем, милая, тебе давно пора было вернуться и посмотреть в глаза своим страхам…

Да, едва только я успокоилась, уговорив себя, что поступила верно, как на следующем спуске вместе со мной на подъемник уселась давняя знакомая.

Конечно, узнала я ее не сразу. И, откровенно говоря, только после возгласа:

— Лилечка, дорогая, привет! А где Толя? Как хорошо, что ты вернулась! — и тут я поняла: это Аллочка, супруга одного из лучших друзей Третьякова.

Вообще-то, муж Аллы, во-первых, все ж таки был бизнес-партнером архитектурной студии, а другом Анатолия — во-вторых. У Аллочкиного супруга была проектно-монтажная фирма, но они занимались сугубо вентиляцией и кондиционированием, а их изюминкой были эксклюзивные противопожарные и охранные системы. В общем, такие мастера некоторых спецработ.

Вот поэтому я, конечно, поздоровалась и поулыбалась — все же знакомство давнее, но Аллочка, знатная сплетница и трещотка, продолжала размахивать руками и восторгаться:

— Ну, надо же, наконец-то! А я же говорила Павлику, что Толик непременно уговорит тебя вернуться. А теперь, когда вы с Третьяковым снова вместе, значит, все — заживем! И заказы новые у Толи пойдут, да и нам с Пашкой перепадет. Как ведь хорошо раньше было: у вас грандиозные проекты, да и нам есть, что делать по своей специфике…

Глаза мои вытаращились просто невероятно.

Выслушивая весь этот словесный поток, однако, я успела выхватить принципиально важные моменты, которые меня не просто насторожили, а слегка напугали.

Поэтому, задавая Аллочке наводящие вопросы и даже остановившись с ней наверху склона, чтобы дослушать, я в голове сложила очень интересную картину.

Получилось, что после моего ухода и нашего развода, в рейтинге надежности Студия Третьякова значительно просела. А когда стало известно, что я уволилась из крупнейшей госкорпорации и уехала в Китай, то у Толика начались настоящие проблемы. И все эти годы он, в общем, жил довольно скромно, выезжая на старых, долгоиграющих проектах, не шибко хорошо оплачиваемых. А новых договоров все не было.

И не раз, и не два в бизнес-сообществе ему намекали, что рейтинг надежности у мужчины женатого да со взрослыми детьми и приличной супругой, — он повыше. А инвесторы и заказчики идут к нему охотнее.

Вот тут мысль у меня и пронеслась:

— Так вот почему Толя воспылал желанием срочно меня вернуть!

Бред, конечно, но что-то в словах Аллочки было. И я решила непременно себе это отметить и обдумать позже, а пока, пожелав им с Пашенькой успехов, радостно укатилась вниз. Ведь полночь близилась, и подъемники работали последние минуты.

Когда, успев выкатать оплаченные проходы, я отстегнула лыжи, то с удивлением вновь услышала:

— Лиль, да неужели! Ты ли это?

Обернулась и с изумлением уставилась на своего бывшего начальника, того самого главу Управления, которого я должна была пять лет назад сменить на посту.

Ну, поулыбалась, разведя руками:

— Таки да. Я.

Неожиданно оказалась приглашена на чашку чая и бокал красного сухого. А поскольку этот человек, будучи почетным пенсионером нашей корпорации, наверняка обладал любопытной информацией, согласилась, не раздумывая, решив послушать занятное.

И вот, устроившись в уютном уголке бистро, у огромного панорамного окна с видом на склоны, где начали работать снежные пушки, я, развесив ушки и потягивая глинтвейн, слушала любопытные истории.

— Милая, значит, смотри, какое дело: то, что ты вернулась, это, честно говоря, нашего гендира нового большая победа, — довольно усмехнулось бывшее начальство. — А ты помни такой момент: придешь сейчас и можешь на хрен сносить все, что они там за пять лет наворотили. Все протоколы и схемы взаимодействия, всё новое построение бизнес-процессов — все ни фига не работает. Эти идеи хороши в виде графиков и диаграмм на бумаге. Весь этот проектный менеджмент прекрасен в Европе, на Западе и у черта в ступе, но не у нас.

Хихикнула, не удержалась. Потому что — правда. У нас все работает на других рельсах, смазке и принципах.

Тут как раз прибыло наше красное, и наставления продолжились:

— Ты прекрасно знаешь, что в системе так не работает. Все держится на честном слове и дедлайне. Поэтому, дорогая, гони поганой метлой и этих дебилов, которые пропихивают бизнес-процессы и проектное управление, и все убогие результаты их труда.

Звучало сказочно, так что я недоверчиво покачала головой, выразительно округлив глаза.

Собеседник мой понимающе усмехнулся:

— Значит, не волнуйся, уволить тебя они не уволят, потому как, стоит лишь только сунуть нос в то дерьмо, которое эти мудрилы там наворотили, и ты будешь обладать такой информацией, что противники «гена» просто побоятся тебя тронуть. Поэтому обдумай все спокойно, не рвись никуда. За пять лет оно не сдохло, и еще полгода поработает.

— Шеф требует план и результаты. Ну, еще и аналитику, — задумчиво протянула, покрутив вино в бокале.

— Шефу надо быстро, — в ответ мне досталась понимающая хитрая улыбка. — Но мы с тобой знаем: спешка хороша только при ловле блох. А ты будешь их травить! Так что оглядись спокойно, прикинь, как было при тебе, и чего есть сейчас. В тех моментах, где можно еще поправить, попробуй откатить нововведения. Ну а там, где все сдохло, выметай к чертям, дорушивай и готовь площадку под новое. Ты знаешь, как оно должно быть в идеале, ты понимаешь, как оно работало, и ты наверняка представляешь, как оно сможет работать: не идеально, но результат будет.

Да уж, план-максимум от шефа столкнулся с реальным «базовым минимумом». Ну, я же не верила, что будет просто и подводных камней не обнаружится?

Вот и подтверждение подъехало.

Мы допили свое согревающее, и бывший босс фыркнул:

— Выдохни, Лилиана Станиславовна, у тебя карт-бланш. Я уверен, гендир тебя поддержит. Не стесняйся менять там напрочь все, но главное — гони в шею, на хрен, всю эту борзую молодежь, которая выползла в начальники отделов и замы. Потому как толку от них не будет, а вот урон гарантирую тебе мощный: и палки в колеса начнут совать, и права качать, и по лени да незнанию портить твои хорошие задумки. Поэтому, с одной стороны, вроде, как и здорово, что можно эту гоп-компанию разогнать. Но с другой стороны, дорогая, чтоб там теперь все наладить, нужно минимум лет пять, это так, по чесноку. Ну и жить, Лиль, придется на работе. Ладно, хоть дети у тебя уже взрослые.

Вот так, вдохновленная и облагодетельствованная советами да наказами, я, прихватив лыжи, неспешно потопала домой. Молясь, чтобы та борзая молодежь, которая ждала меня на даче, уже утыкалась спать.