Для значительной части вещей и белья требовалось отбеливание. Самая большая из найденных кастрюль взгромоздилась на единственную печь в кухне на цокольном этаже. Воды в неё требовалось немного, но мы решили не рисковать и налили лишь половину, вторую половину же заполнили уже вёдрами и не забыли закрыть крышку. Ни я, ни Сара не умели зажигать печь, поэтому доверили это Карине. Когда огонь уже вовсю горел, в комнату буквально влетел ошарашенный и похожий на взъерошенного воробья Александр.

— Хвала Богине! Мы уж подумали, что вы горите! — воскликнул он.

— Горим? Почему? — удивлённо спросила я.

— Из дымохода вырвался сноп искр и куча сажи. Что нам ещё было думать?

— Ох, Богиня… — выдохнула облегчённо я. — Это трубы забились жиром и сажей, вот и горит всё так!

— У вас всё хорошо? — за спиной принца возник запыхавшийся брат.

— Да! — хором ответили я с девочками.

— Эй! У них всё нормально! — крикнул куда-то вверх Майкл.

— Хорошо! — послышался сверху голос императора.

— Майкл, нам нужен трубочист, сами мы никак это не прочистим, а, если оставим, рано или поздно разгорится пожар.

— Да, ты права. Кого позвать?

— Помнишь того, кто нам прошлой осенью задорого чистил?

— Помню. Хорошо сделал, до сих пор всё в отличном состоянии.

— Его и позови. Ах точно… Аванс и надбавка за срочность будут. Сейчас принесу деньги.

Я развернулась и помчалась вглубь дома, на первый этаж, где располагался небольшая спальня-кабинет матушки Марии. Чтобы ничего не мешало, положила на стол в этой комнате свой выигрыш ещё во время сбора вещей для стирки, он тяжёлый и немного оттягивал юбку, доставляя неудобства. Золота хватило бы на многое, но я решила отдать почти полностью всё. Мне не жалко, а дети будут жить хорошо. Отложила себе в кошелёк ровно половину монет прозапас, завязала мешок и поспешила обратно.

— Вот, — вручила я деньги брату. — Идите вдвоём. И закажите в какой-нибудь приличной таверне обед и ужин на всех, мы тут допоздна. Только без алкоголя, прошу.

— Откуда у тебя столько? — в шоке посмотрел на мешок Майкл.

— Меньше знаешь — крепче спишь! Идите уже, а то к обеду не управитесь, — принялась слегка подталкивать в сторону выхода брата.

— Ладно, ладно! Идём… ээээ….те…

— Пускай сегодня я буду Алексом, — спокойно сказал принц и, похлопав по-дружески по спине Майкла, вышел из дома, брат на мгновение опешил и сразу же поспешил за ним.

Нам, девочкам, ещё было чем заняться. Под аккомпанемент периодически бьющихся о землю кусках черепицы и потрескивание в печи поленьев мы расположились за кухонным рабочим столом и частично распарывали игрушки по швам, используя ножницы разных размеров. В большей части они были заполнены соломой, самым простым и дешёвым материалом. Некоторые, особенно этим отличились куклы, были набитыми непонятными тряпками или кусками тканей. И лишь за редким исключением был пух или даже хлопок. Всё выпотрошенное тут же беспощадно оказывалось в печи, почти мгновенно сгорая.

Солнце уже давно перевалило за полдень, приближалось время обеда, когда всё было почти закончено, а некогда белые вещи вместе с хлоркой уже давно находились в горячей воде, очищаясь и ожидая дальнейшей стирки. Брат с принцем уж больно долго задерживались по поручениям, а с крыши только недавно перестали издаваться звуки ремонта.

— Ух, ну и жара там! — сказал громко вошедший в дом Константин.

Мы повернулись к мужчинам и обомлели. Точнее обомлела я, Карина тут же поспешила опустить взгляд, а Сара зарделась и прикрыла стыдливо глаза. Посмотреть было на что! Крайне редко увидишь трёх красивых, накаченных мужчин в полу расстёгнутых влажных рубашках и с закатанными рукавами.

— Застегнитесь! — прикрикнула Карина, швыряя в их сторону полотенца. — Ребёнка смущаете!

Мужчины с хохотом вышли, а я только тогда очухалась. Кажется, мои щёки были не менее красные, чем у Сары, ведь горели так, словно поднялась температура, а сердце колотилось в груди как бешенное. Мало мне вчерашнего ощущения будто вот-вот потеряю голову и влюблюсь, а теперь ещё и возникло возбуждение, тугим узлом умостившееся внизу живота. Наверное, испытывать подобное влечение абсолютно нормально в моём случае?

— Бесстыдники какие! — проворчала служанка. — Сара, можешь открывать глаза.

— У-ушли? — чуть заикаясь произнесла она, наконец открывая лицо.

— Да, ушли, — выдохнула я. — У нас есть для них какая-нибудь одежда, прикрыть их тела, пока рубашки будут сохнуть?

— Боюсь, придётся им накинуть на себя какие-нибудь простыни или подобное, — произнесла Карина.

— Ну что ж. Надеюсь, в подобном они будут смущать нас меньше. Я принесу им, игрушки до конца распотрошите.

Когда-то давно выстиранное бельё лежало в большом платяном шкафу при входе в ванную комнату. Понять, где какая часть постельного белья не составляла труда, отчего я быстро нашла немного пахнущие мылом и одновременно пылью три большие простыни. Развернула их и проверила на наличие дырок, которых, на удачу, не обнаружилось. Прихватив их и ещё связку больших булавок, поспешила на улицу.

Обнажённые по пояс мужчины уже заканчивали мыться, когда я обнаружила их у бадьей с греющейся на солнце водой. Будь в этом мире посвободнее нравы, я при наличии таких красивых мужчин никогда и ни за что не стала бы монахиней. Напротив, вела бы свободную половую жизнь, а замуж потом, когда нагуляюсь. Но, увы, тут для аристократки моего возраста было два выхода — замуж и обязательно девственницей или в монастырь.

— Я понимаю, что мы тут все наравне, не используем титулы, но имейте приличия! — слегка грозно воззрилась на них. — Взрослые мужчины, а всё как мальчишки!

— Прости, Лия, мы не хотели, — с виноватой улыбкой произнёс Константин. — Сильно смутили?

— Меня — нет, а Сару — очень. Она же ещё даже не дебютантка, ей рано подобное видеть, — я покачала осуждающе головой. — Рубашки постираем и высушим на солнце. А пока… — протянула каждому по простыне. — Походите в этом.

— Ты уверена? — скептически посмотрел на ткань в его руках Максимилиан.

— Конечно. Накиньте так, чтобы прикрыть тело, но при этом чтобы ничего не мешало.

Мужчины принялись соображать различные способы сделать из прямоугольного куска ткани какую-то одежду. Их попытки походили на какое-то жонглирование или сделать из себя подобие мумии. Понаблюдав несколько минут, я всё же вмешалась и помогла сделать подобие туник каждому, если это вообще можно назвать так. Основной задачей было прикрыть торс, спину и хотя бы часть рук, что и сделала, несколько раз обмотав один из концов ткани вокруг корпуса от подмышек до верха брюк, а остальное закрепив на руках, слегка прикрыв их. Смотрелось это смешно, но по крайней мере могло считаться закрытой «одеждой». Закалывая булавками сзади это творение на Константине, я всё же задала ему вопрос:

— Что с крышей?

— Три стропилы прогнили полностью вместе с пятью потолочными досками, — произнёс он немного задумчиво. — Нужно заменить. Здесь есть поблизости плотницкая?

— Есть. После обеда попросите Майкла, он проведёт. Думаете, успеют к завтра всё сделать?

— Доплатим за срочность, если понадобится, — мужчина улыбнулся мне, когда я обошла его, осматривая сотворённое. — Лия, нам надо…

— Обед! Мы принесли обед! — завопил так невовремя появившийся Майкл.

Они с Александром и ещё двумя курьерами тащили предназначенную для всех еду. В желудке противно заныло от голода, а во рту скопились слюни при одной только мысли об вкусном обеде. Всю еду принялись относить пока на кухню, а мимоходом брат сообщил, что позже прибудет трубочист, который за срочность в праздничные дни затребовал оплату сразу. Мне же вернулись в кошелёк какие-то жалкие три золотые монеты из более чем пятидесяти.

Будучи взрослыми людьми, мы как-то быстро сорганизовались и решили пообедать на свежем воздухе, вытащив из кухни столы и лавки. Карина откуда-то достала чистую скатерть, я быстро нашла чистые тарелки и столовые приборы, а мужчины натянули верёвки и сделали импровизированный тент от солнца.

Как-то так получилось, что место мне, принёсшей последний кувшин с прохладным ягодным морсом, досталось место у правого края стола аккурат по правую руку от императора. Сидевший и зажатый между Кариной и Сарой брат немного виновато улыбнулся, мол, прости, так вышло. Я поправила юбки и всё же села, тут же принявшись рассматривать то, что хочется. Но неожиданно мне молча на тарелку сначала отправилось несколько отварных молодых картофелин со сливочным маслом на золотистых боках, а после большой кусок томлённой говядины с соусом оказался там же. Я даже не успела ничего сказать, как и мочёные огурцы и помидоры также оказались на тарелке.

— Вы… ты что делаешь? — ошеломлённо произнесла я, слегка дёрнув его за одежду.

— Не оставляю тебя голодной, — произнёс довольный собой и улыбающийся как Чеширский кот Константин. — Ешь, а то урчание твоего желудка скоро услышат все.

— Пф… — прыснул от смеха сидевший напротив, рядом с Кариной, Диего.

— Не смешно! — недовольно фыркнула я, но всё же приступила к обеду.

Еда, несмотря на простоту, была выше всяких похвал. Картошечка была потрясающе ароматная, а нежнейшую говядину можно было есть губами. Когда я откусила и принялась жевать огурец, то тут же зажмурилась от блаженства и издала довольный и немного мурчащий звук. Вкусная еда из любой женщины сделает покладистую кошечку, а любимая вкусная еда так тем более.

Когда открыла глаза, только тогда заметила немного потемневший и изучающий взгляд императора. Мне одновременно от это стало чуть-чуть неловко, но в то же время… Я медленно облизнула губы, видя, как он замер и напрягся от такого движения, а после начал неспешно рассматривать мою скромную фигуру. Это определённо смущало, но решила не подавать виду, напротив, выпрямилась и потянулась к стоящему неподалёку кувшину, чтобы налить себе морса. И почувствовала в этот миг не только взгляд, но и прикосновение. Его обжигающе горячая рука медленно обхватила меня за талию, заставив на мгновение замереть и даже слегка вздрогнуть от неожиданности. Как-то обыденно, как-то спокойно, как-то слишком по-хозяйски. Он слегка наклонился в мою сторону и на ухо быстро, но чётко прошептал:

— Вечером обязательно поговорим.

Мне оставалось лишь кивнуть, искренне надеясь, что столь интимная с точки зрения общественности близость окажется незамеченной. Особенно брату.

* * *

— Мы так стирать будем до самой ночи! — недовольно произнесла я, откидывая очередную отстиранную детскую рубашку.

Засиживаться после обеда мы не стали, лишь снова разделились. Майкл с Александром дождались трубочиста и теперь вместе с ним бегали с крыши в кухню и обратно. Старшая же половина мужчин очень громко переговаривались о починке крыши с приведёнными плотниками, особенно яро они спорили о сроках и цене.

У нас же… Я уже битый час стояла на коленях со стиральной доской и мылом и натирала каждую чёртову рубашку, платье или ещё какой детский предмет одежды. У Карины ситуация была не лучше, её не привыкшие к чёрной работе руки покрылись мелкими царапинами. Сара, также как и я, умела стирать, но доставшихся ей игрушек было слишком много. Объём работы превышал все возможные нормы, за сегодня без посторонней помощи мы не справимся. Я осмотрела лежащие грудой вещи, и в голову пришла отличная идея.

— Игрушки и постельное бельё мы постираем по-другому!

Девочки воззрились на меня с недоумением, а я принялась всю ещё нестиранную одежду вытаскивать из своей бадьи и перекидывать в соседнюю, облюбованную Кариной. Под всё ещё недоумённые взгляды перетащила всё постельное бельё к своей и примерно половину отправила сразу туда.

— Мы будем стирать ногами! — заявила я, начав тут же разуваться и закатывать юбку до середины бедра. — Это будет чисто и быстро.

— Никогда такого не делала… — промолвила непонимающая девушка.

— Главное — повторяй за мной и всё получится. Сара, ты с нами?

Сара стала активно качать головой, зардевшись при виде наших задранных юбок, на что лишь пожала плечами, мол, делай, что хочешь. Я первой забралась в бадью и вылила себе под ноги немного мыльного раствора, а после помогла Карине оказаться рядом и не упасть в воду. Обилие белья не позволяло нам поскользнуться и упасть, но всё стоять было не желательно.

Я аккуратно взяла девушку под локоть и, высоко поднимая колени, принялась выхаживать по периметру бадьи. Карина несколько раз чуть не упала, но устояла с поддержкой и всё же подстроилась под мой ритм. При каждом шаге поднималась тёмная бурлящая пена, говорящая о том, что вещи действительно таким образом отстирывается. Когда некогда белая пена и светлая вода стали тёмными, мы вытащили мокрые вещи и общими усилиями опрокинули бадью. Такое мы повторяли несколько раз, пока вода не становилась прозрачной, а всё бельё чистым, отжатым и развешенным по верёвкам. Под конец мы даже уже пританцовывали и выплясывали что-то из деревенских танцев, хохоча во всё горло. И, кажется, своим смехом привлекли чужие глаза.

— Что вы так заливисто хохо?.. — раздался весёлый голос пришедшего императора. — Ого! А ещё кто-то говорил о приличии!

— Ой!

Конечно, пританцовывать во время подобной стирки — отвратительное нарушение техники безопасности, но и столь внезапное появление сбило с ног сначала меня, заставив с ойканьем свалиться в воду. И я бы спокойно поднялась, если бы сверху с криком не свалилась Карина.

— Леди! Богиня, вы целы⁈ — Константин поспешил к нам на помощь и первой вытащил свою служанку.

— Спасибо, Ваше Величество, — произнесла немного шокированная девушка, одёргивающая вниз смущённо юбку.

— Высуши одежду, — строго приказал он и уже повернулся, чтобы вытащить меня, но замер. — Лия…

Посмотреть и правда было на что. Упала я на попу, отчего сейчас сидела в холодной воде со слегка раздвинутыми ногами и почти до самой верхней части бедра поднятой юбкой. А в сочетании с насквозь промокшим платьем… Конкурс «Мокрые майки» в наглядном виде.

— Кхм… Помогите встать, — отвлекла его я, протягивая руки.

— Да… — он всё ещё немного ошарашенно смотрел на меня, но всё же взял и с лёгкостью (нет, ну как он это делает⁈) поднял под подмышки и вытащил из бадьи.

— Спасибо.

Карина по очереди высушила нас обеих, и одежда стала выглядеть так, как раньше, словно ничего и не было. Но немного покрасневшие кончики ушей императора выдавали и напоминали о столь неловкой ситуации.